Глава 27

В торговом центре безумно красиво. Повсюду праздничное убранство, мерцание гирлянд, еловые венки с блестящими игрушками. Из невидимых динамиков льётся волшебная рождественская музыка. Глеб ведёт меня по ряду самых дорогущих бутиков.

Настроение моё парит где-то между отметками «хорошо» и «превосходно». Это так удивительно, даже несмотря на царящую вокруг атмосферу праздника, особенно если учесть, какие эмоции я пережила совсем недавно, общаясь со съехавшим с катушек мужем.

И всё же Глеба хотелось остановить. Развернуть на этаж повыше, где расположены магазины попроще, в которых я смогу расплатиться своей банковской картой не рискуя упасть в долговую яму на тридцать лет.

Старалась не забывать, что с Глебом у нас сугубо деловые отношения. Он мой будущий фиктивный муж. Поэтому я не понимаю, насколько это правильно, принимать от него такие дорогие подарки. Только мне не хочется портить своё хрупкое настроение брюзжанием, пусть даже мысленным, по этому поводу. Вряд ли Глеб разорится даже если я скуплю тут всë, – очевидно, деньги у него есть. Да и не я просила Старовойтова приезжать именно сюда.

– Ну как тебе? – верчусь я перед ним в очередном образе, выйдя из примерочной.

– Истомина, век бы на тебя смотрел. Тебе всë к лицу, не оторваться, – отвечает Глеб с обаятельной полуулыбкой на губах. И мне невольно хочется кокетливо улыбнуться ему в ответ.

– Ты мне льстишь… Думаю, надо брать этот комплект, он мне больше остальных понравился.

Старовойтов поднимается с диванчика и подходит ко мне ближе, не прекращая пожирать глазами. Мои щеки становятся красными от этого, как рдеющие над Кремлём знамена в советские годы.

– Давай возьмëм все, – щедро предлагает мой спутник.

– Старовойтов, я ещё даже не успела стать твоей фиктивной женой, чтобы уже так нагло опустошать твои карманы, – не удерживаюсь я от колкости.

– Мои карманы так просто не опустошить, Истомина, тебе придётся хорошо постараться, – скромно замечает он.

– Ну что ж, если ты настаиваешь…

– Настаиваю.

– Спасибо большое, фея крёстная.

Наблюдать за лицом Глеба, когда он реагирует на мои колкости, сплошное удовольствие. Сначала его красивые густые брови слегка приподнимаются, потом появляются озорные огоньки в глазах, и лишь после этого губы трогает лёгкая лукавая улыбка. А я понимаю, что начинаю тонуть в его глазах, купаясь в получаемом от него внимании. Греясь в нём.

Купив всё необходимое, и даже больше, Глеб передаёт все бесчисленные пакеты своему невесть откуда появившемуся водителю, и мы отправляемся пить кофе.

– А подарок Тимоше на Новый год ты уже купил? – интересуюсь я, когда мы располагаемся за уютным столиком кофейни.

– Да, – кивает Глеб, немного хмурясь. – Электрическую железную дорогу.

– Ух ты, здорово. Думаю, малыш очень обрадуется. А почему так невесело?

– Да нет, – пожимает плечами он. – Всё в порядке.

– Мне иногда кажется, будто ты не рад своему внезапному отцовству.

– Это не так. Просто… Не всё так просто, Еся. Я действительно не ожидал, что так получится.

Вижу по его лицу, или, скорее, даже больше чувствую, что Глеб не хочет разговаривать на эту тему. И становится неловко за свой вопрос. Я не имею права лезть ему в душу.

Официант приносит наш кофе.

– А это подарок от нашего заведения – печенье с предсказаниями, – радостно сообщает он, опуская перед нами тарелочку с аппетитным угощением. – Приятного отдыха!

Мы с Глебом переглядываемся и синхронно тянемся руками к тарелке, с азартом каждый выбирая своë судьбоносное кондитерское изделие.

Я разламываю своё печенье первой, разворачивая листочек, что был внутри, и с огромным любопытством читаю написанное вслух:

– Некоторые вещи слишком тяжелы, чтобы тянуть их за собой… Хм, я надеюсь, это не о наших сегодняшних покупках, – смеюсь я. На самом деле впечатлённая этими словами.

Действительно, есть вещи, которые лучше забыть, как страшный сон. Например, наш слишком долгий брак с Калугиным. Ужасным человеком, которого я, оказывается, совершенно не знала.

Глеб, улыбаясь, разворачивает свой листочек:

– Не отказывай себе в удовольствии.

Поднимает на меня загадочный взгляд и многозначительно дёргает бровями.

Я снова смеюсь.

– Блин, у тебя круче попалось! Ну-ка, я хочу ещё…

Хватаю с тарелочки второе печенье, разламываю, попутно отправляя маленький рассыпчатый кусочек себе в рот, и разворачиваю листок:

– Перемены приходят с принятием будущего, а не в борьбе с прошлым… Хм. Да что ж это такое! – возмущённо цокаю я языком, но следом сразу улыбаюсь, изучая реакцию Глеба.

– Я, пожалуй, тоже возьму ещё одно. Мне понравилось, – вкрадчиво произносит он.

Очередное печенье ломается в его руках.

– Понять, что влюблён просто: ты не можешь уснуть, потому что реальность прекраснее любых снов… – озвучивает он текст с бумажки. – Ух ты.

И снова поднимает на меня свой проникновенный взгляд. Под которым у меня в груди разливается щемящее тепло и земля начинает уплывать под ногами.

За соседним столиком раздаётся взрыв громкого хохота, безжалостно ломая этот момент. Мы с Глебом невольно обращаем туда внимание. Юная парочка в одинаковых безразмерных толстовках веселятся, читая свои предсказания.

Пользуясь ситуацией, отпиваю ароматный кофе из своего стаканчика и тихонько выдыхаю, коря себя за такую красноречивую реакцию на взгляды Глеба. Ох уж, эта праздничная атмосфера… Кажется, на сегодня мне её уже достаточно.

– Итак, куда дальше? – бодро спрашиваю, поднимая глаза на своего спутника.

– Домой, Истомина. Без пяти минут Старовойтова. Как и договаривались.