Глава 9. Первые покупатели

Марисса вскочила, одергивая фартук.

– У меня перерыв на чай, господин Хюльс! Хозяин разрешает делать перерыв на чай два раза в день.

Управляющий, топая сапожищами и оставляя мокрые следы на полу, подошел к столику и уставился на меня, сунув руки в карманы.

– Здрасте, – поздоровался с усмешкой.

Он был молодой, коренастый, рыжий, и, судя по цвету лица, не дурак выпить. Шеи почти нет, нижняя челюсть как у обезьяны. Вылитый гопник Вася, напяливший на себя старомодный сюртук. Но Хюльс явно считал себя красавцем и смотрел на меня с нагловатой небрежностью.

– Никак госпожа Бармалан к нам заглянула, – проявил он осведомленность и перевел взгляд на Мариссу. – И купила пончики?

– Нет, господин Хюльс, – Марисса нервно скомкала в руках салфетку. – Два пончика пришли помятыми. Хозяин разрешает мне забирать испорченные изделия.

Управляющий неодобрительно покачал головой.

– Хозяин ничего мне об этом не говорил. Вот вернется и спросит: «Хюльс, почему лавка работала в убыток?» А я что ему отвечу? Нет, голубушка Марисса, так дело не пойдет. Придется заплатить. А то что получится? Каждый будет говорить, что выпечка испорчена, и набивать живот задарма!

– Хорошо, господин Хюльс, – Марисса повесила голову.

– Я заплачу за пончики! Простите, что так получилось! – вмешалась я.

– Конечно, надо заплатить! – оживился Хюльс. – Пять эленов.

– Пять? Но пончики же по полтора...

– А чай? Мы его тоже не даром получаем.

– Можно, принесу деньги позже? – спросила я убитым голосом. – Я пока не вступила в права наследства и не начала торговлю. У меня совсем нет денег. Даже хлеба купить не на что, – закончила я совсем тихо.

– Я заплачу, Зоя, – Марисса тронула меня за локоть. – Не беспокойтесь!

Хюльс прищурился и оглядел меня очень внимательно.

– Вот оно как! – он щелкнул языком и покачал головой. – Значит, барышня иноземка в затруднении!

Он почесал затылок и задумался.

– Говорите, совсем денег нет? Понятно, бывает. И что думаете делать?

Он говорил добродушно, и я осмелела.

– Продуктовые лавки отпускают в долг?

– У нас так не принято. Но есть-то вам каждый день надо, так?

Вместо ответа я вздохнула. Дурацкая ситуация. Из-за меня Мариссе влетело, а я веду себя как попрошайка.

– Вот что, идем со мной, – он поманил меня пальцем, приняв какое-то решение.

– Куда?

– В продуктовую лавку, куда ж еще? Посмотрим, что можно сделать.

Он открыл дверь и приглашающе махнул рукой. Я покорно пошла следом, обменявшись напоследок удивленными взглядами с Мариссой.

Уходя, я украдкой положила на прилавок оставшиеся у меня монеты. Еще не хватало, чтобы добрая продавщица попала из-за меня под раздачу.

Продуктовая лавка находилась за углом.

В витрине висели гроздья лука, стояли бочонки с маслом, желтели круги сыра.

Когда мы вошли, лысеющий приказчик вытянулся по стойке «смирно» и испуганно заморгал.

Хюльс нырнул в подсобку. Погремел, пошуршал, а когда вынырнул обратно, нес большую холщовую сумку, доверху набитую.

– Берите, – он сунул сумку мне в руки. Внутри обнаружились бутыль с растительным маслом, пакеты с крупой и мукой, завернутый в бумагу кусок сыра, сверток с чаем.

– Сколько я должна?

– Нисколько, – махнул рукой приказчик. – Я ж понимаю – нелегко вам сейчас. Потом сочтемся. Загляну в лавку и потолкуем, как будете отдавать. Если что еще понадобится – заходите. Спросите управляющего Хюльса. Это я, – он выпятил грудь и постучал по ней по ней кулаком.

– Большое спасибо!

Надо же, какой добряк оказался! Но ситуация все же неловкая..

– Я обязательно рассчитаюсь с вами, господин Хюльс.

– Конечно, рассчитаетесь! – захохотал он. – Я и не сомневаюсь! Надо помогать друг другу. Кушайте на здоровье!

Я еще раз от души поблагодарила его и ушла.

Теперь с тяжелой сумкой в руках бродить по Лиллидоре не получится. Да и дождь разыгрался не на шутку.

И опять, когда я зашла в книжную лавку, по спине пробежал холодок.

Я помялась на пороге, привыкая к тяжелой тишине пустого дома. Дождь стучал по окнам, где-то на втором этаже под порывом ветра хлопнула ставня. Гулкий звук прокатился по дому, как эхо.

Стиснув зубы и стараясь не глядеть по сторонам, бросила пакет у входа и пошла переодеваться.

Нет, это не дело – вздрагивать от любого шороха. Раз я буду жить в этом доме какое-то время, придется обживаться. Вот сразу после завтрака и займусь.

В спальне кое-как разожгла огонь в камине – раньше мне этого делать не приходилось, – и напустила в комнату дыма. Поскорей стянула мокрое, пахнувшее псиной траурное платье, переоделась в земную блузку и джинсы.

Теперь у меня есть моя сумка с вещами. Дома буду ходить так, как мне удобно. Никакого корсета и, главное, трусы под джинсами надеты. Что еще нужно для счастья! После этого забрала продукты и потащила их на кухню.

Кухня в доме Бармалана была громадной. У одной стены стояла массивная чугунная печь с завитушками на дверцах, в углу громоздилась каменная раковина, в которой вполне можно было искупаться. Посуда в буфете дорогая, фарфоровая. Вот только кладовая пустая, лишь шуршит в углу голодная мышь.

Я растопила печь – тоже не с первой попытки, и занялась стряпней.

Развернула пакеты и выяснила, что в крупе завелись жучки, мука слежалась комками, масло прогоркло, а сыр покрылся зеленью и пах грязными носками.

Щедрый управляющий всучил мне продукты с истекшим сроком годности. Но я не обиделась – понятно, что отдал то, что не жалко. И на том спасибо.

Пришлось побыть Золушкой. Перебрала крупу, обрезала сыр и взялась варить кашу на воде. Печка оказалась с норовом, готовить на живом огне я не умела, и каша подгорела. Но все же я с аппетитом умяла целую тарелку, надеясь, что не буду потом маяться животом.

Заварила чай – он тоже был не первой свежести и имел привкус банного веника – уселась у печки и стала думать.

Что ж, будем жить дальше, пока моя судьба не определится. Надо составить список дел. Списки – это хорошо. Они успокаивают и дают иллюзию того, что жизнь под контролем.

Списки я составлять любила. А вот выполнять их как-то не получалось.

Это потому что у меня раньше стимула не было, убеждала я себя. А теперь у меня такой стимул, что аж пятки горят.

Достала карандаш и бумагу и написала первую строчку:

«Исследовать дом. Поискать наличку. Может, в кассе?»

Правильно. Бармалан наверняка имел в доме мелочь на расходы. Мне она пригодится. Отчета у меня за нее вряд ли потребуют.

А что дальше? А дальше придется делать то, что подсказал стряпчий.

«Торговать книгами».

Просто написать, да непросто сделать!

Придется к этому пункту добавить еще несколько подпунктов. Разбить задачу на составляющие.

«Поискать торговые документы».

Ну да, должны же быть у него какие-то приходно-расходные книги, список товаров и поставщиков, и всякое такое! Блин, в торговле я не смыслю ни шиша. С кем бы посоветоваться? Может, стряпчий что подскажет?

«Найти знающего человека», – записала я со вздохом. Ух, как все сложно.

Моя решимость таяла с каждой секундой. Но тут я вспомнила совет: начать с простой задачи. Которую можно легко выполнить. Тогда ты увидишь реальный успех и поверишь в свои силы.

И такая задача нашлась сразу. Привести в порядок торговый зал! Там полно пыли и пауков, прилавки заляпаны свечным воском, а на стеклах разводы. Кому захочется заходить в такой магазин!

Займусь не только торговым залом, но и домом. Полностью дух Бармалана вывести, конечно, не удастся; тут его одежда, его вещи, которые мне запрещено трогать. Но надо все-таки найти себе комнату и там поселиться. Не буду же я каждый раз ночевать под книжным шкафом!

Плотный завтрак и составление списка помогли. Теперь я чувствовала себя увереннее и, не откладывая дела в долгий ящик, отправилась в торговый зал.

Вошла, огляделась и вздохнула. Увиденное не подняло настроения. Мрачное, пыльное помещение. Книги за решетками. Паутина в углах. Запах старой кожи и клея. И я – временная хранительница этого безобразия. Отбываю досрочно-условное освобождение в книжной лавке.

Но хватит сокрушаться! Все могло быть гораздо хуже.

Первым делом открыла пошире дверь, чтобы проветрить. Тут и дождь закончился, выглянуло солнце, в зал полился свежий запах мокрого камня и зелени.

Потом я основательно обшарила прилавок и заглянула в кассу. Увы, нашла лишь пару медяков. Учетная книга тоже на глаза не попалась. Наверное, Бармалан спрятал ее где-то в доме. Поиски могут затянуться; дом-то громадный! Придется обыскать кабинет Бармалана.

При мысли об этом я поежилась. И отложила это занятие на потом.

Сначала сделаю, что попроще, то, что не страшно, что не доставит мне морального дискомфорта. Разложу книги и протру пыль!

На прилавке стопкой лежали старые тома, которые в день свадьбы вручила мне госпожа Ирма и наказала прочитать. Те самые пособия по брачной жизни. Теперь они мне не понадобятся.

Я брезгливо, кончиками пальцев, открыла первую книгу и пролистала, выхватывая глазами строчки.

«Послушание и покорность – вот главные женские Добродетели», – наставлял автор. И дальше цветисто распинался о том, как муж должен прививать упомянутые добродетели жене. Полный курс дрессировки, включая домашний арест и курс вечерних нотаций перед выполнением супружеского долга.

Страница была испещрена пятнами, как будто прежняя читательница этой книги обильно поливала ее слезами.

Я захлопнула книгу и отбросила ее в сторону. Хочется верить, что не все жители Эленвейла живут по подобному уставу. Это, так сказать, официальная политика. Есть тут и любящие пары, где царит взаимное уважение. Но уверена – мой покойный муж жил по подобному кодексу. Бедные его прежние жены!

Ладно. О мертвых либо хорошо, либо ничего.

Отыскав на кухне ведро и тряпку, я подвинула табурет к шкафу, открыла скрипучую дверцу, но приступить к делу не успела, потому что в лавке появились покупатели.

– Добрый день, – пискнул тонкий голос. – Лавка открыта?

Я обернулась. На пороге стояли трое детишек лет девяти. Два мальчика и девочка. Одеты забавно: как взрослые, только у мальчишек штанишки по колено, а у девочки на коричневом платье повязан передник. В руках сжимают холщовые сумки с учебниками, мордашки испуганные, но глаза сверкают любопытством.

– Добрый день! – отозвалась я приветливо, спрыгнула с табурета и поспешила к детям, на ходу застегивая рукава блузки. – Чем могу быть полезна?

Девочки хихикнула, прикрыв рот ладошкой. А мальчишки заробели. Они повернули головы друг к другу, пошептались: «Давай, говори!» «Нет, ты говори!» «А что я-то?»

– Вам нужны тетради? Или учебники? Или детские книжки с картинками? – Допытывалась я.

– Учебники по словесности, – сказала девочка, которая оказалась посмелее. И опять прыснула, а ее щеки залились румянцем.

– Наверное, это очень веселые учебники, раз ты смеешься?

– Нет, это обычные учебники. Но вы так странно говорите! И на вас синие брюки. Как будто вы мужчина.

– Я иноземка, с Земли. И пока неважно говорю на вейле. Ты меня поправляй, если сделаю ошибку.

– Хорошо, – важно кивнула девочка.

– Как тебя зовут?

– Кинни. Я дочь трактирщика. А это Гайре и Трен. Их мама торгует в кондитерской.

– Ваша мама – Марисса?

Мальчики синхронно кивнули, но все еще таращились на меня испуганно. Как и их мама, они были тощенькие, бледные. Рукава курточек потрепаны, на локтях заплатки.

– А вы госпожа Зоя Бармалан, – продолжала Кинни безмятежно. – Я знаю. Господин Бармалан выкупил вас из тюрьмы, чтобы жениться. Вы украли магический шар у колдуна. Вам хотели отрубить руку.

– Это была судебная ошибка. Я не воровка, – сказала я как можно более строго.

– Правда? – удивилась девочка. – Жаль. У колдунов воровать опасно! Наверное, вы очень смелая.

Гайре кивнул, подтверждая ее слова. Теперь мальчики смотрели на меня с восхищением.

Я только вздохнула. Меня, оказывается, окутывает ореол тюремной романтики. Надо поскорей сменить тему.

– Итак, вам нужен учебник словесности. Давайте его поищем. Я пока плохо знаю, где и что находится в лавке. Вы мне поможете? Наверное, вы часто тут бываете?

– Нет, нечасто. Тут дурно пахнет, – Кинни наморщила нос. – Наш учитель попросил господина Бармалана заказать для нас учебники из столицы. Они пришли на прошлой неделе. Конопатая Мэв уже купила свой. Значит, они где-то в зале.

– Толково рассуждаешь! – похвалила я ее и отправилась искать учебники.

Нужные книги нашлись быстро: они стояли в забавном шкафчике-кубе на вращающейся стойке.

Я вытащила три учебника под названием: «Уроки словесности. Сборник поучительных рассказов с комментариями и примечаниями». Дети полезли в карманы. Мальчики высыпали на прилавок кучу мелочи, а Кинни протянула бумажную банкноту.

И тут я озадачилась. Сколько стоят учебники?

– Три элена, – подсказала Кинни, видя мою заминку. Какая умная и проницательная девочка!

Я нашла чистый листок и записала первую торговую операцию. Потом разыщу учетную книгу и буду тщательно ее вести. Интересно, Бармалан рассчитался с поставщиком? Есть ли у него долги? Стряпчий может проверить его бухгалтерию, но вряд ли он возьмется за это безвозмездно.

– Что за рассказы вы читаете на уроках? – Я с любопытством открыла учебник и быстро пробежала глазами пару рассказов. Они были короткие – каждый на страницу. Потом шли комментарии еще на страницу с истолкованием морали.

Рассказы были впечатляющие. Я изучала культуру Эленвейла и знала, что развлекательная и детская литература здесь пока находилась в зачаточном состоянии. Теперь получила этому подтверждение. Рассказики были простенькие. С четким делением героев на «хороших» и «плохих».

Хорошие дети умывались каждый день, слушались учителей, ходили по струнке. Плохие дети баловались, не ели на завтрак кашу, имели смелость высказывать свое мнение.

Хороших детей в конце ждали подарки: пряники, бочка варенья и корзина печенья. А плохих детей ждало наказание. В лучшем случае розги. В худшем шалуны становились обедом волков, проваливались в отхожие ямы, тонули в реке. И все с такими деталями, что Стивен Кинг забился бы под кровать и заплакал.

Я поскорей закрыла книжку.

– Может, еще что-нибудь желаете купить? Тут есть другие детские книжки? Веселые? С яркими картинками? Или развивающие игры? – я не столько спрашивала, сколько рассуждала вслух. В столице уже начали появляться развлекательные детские произведения. Пока такие книги отчаянно критиковали, и даже пытались запрещать.

Кинни помотала головой.

– Тут нет. Но у меня есть одна книжка с картинками. «Приключения котенка Бетони» называется. Мне ее папа привез из Нианоры, – похвасталась Кинни, – но наш учитель господин Дубрен говорит, что она глупая.

– Понятно.

– Ой, опять дождь! – воскликнула Кинни. И правда: небо потемнело, на улице зашумело, на стекла окон обрушились потоки воды. Я поспешила затворить дверь, чтобы в лавку не натекло.

– Можно мы у вас посидим, пока дождь не кончится?

– Конечно! Только мне угостить вас нечем.

– Ничего страшного, – вежливо ответила Кинни, чинно села на стул и сложила руки на коленях.

Мальчики принялись бродить между книжных шкафов и отколупывать потеки свечного воска с канделябров. Я ломала голову, как развлечь детей.

– А давайте я вам расскажу земную сказку! У нас они бывают веселые и интересные.

– Давайте! – обрадовалась Кинни. Я устроилась на прилавке, болтая ногами. Подошли мальчики и уселись прямо на пол.

Так, и что за историю им рассказать?

Пришлось подумать. Какие книги и мультики мне нравились, когда мне было девять или десять лет?

Читать я научилась рано и читала много. В третьем классе проглотила всего «Гарри Поттера» и «Властелина колец». Но магией этих детишек не удивишь. Да и нужно им сейчас что-то короткое, забавное. Но не обычные старые сказки – сюжеты про Золушку и Спящую красавицу есть и в Эленвейле.

– Раз я иноземка, которая пришла к вам из другого мира, расскажу вам сказку о попаданцах, – объявила я. – И о школьниках. Она называется «В стране невыученных уроков». Это история про ленивого мальчишку, который не любил учиться и получал в школе плохие оценки.

Гайре и Трен многозначительно переглянулись.

– Но однажды случилось вот что...

Я начала рассказ и очень старалась. Говорила на разные голоса, изображала сценки жестами. Пригодился опыт участия в школьном театральном кружке. Даже нашла бумагу и нарисовала двоечника Витю, кота Кузю и плотоядную корову.

Дети слушали с открытыми ртами. А финал истории их и вовсе поразил.

– Он вернулся домой? Его не казнили и не съели? – изумлялась Кинни. А мальчишки улыбались щербатыми ртами и подталкивали друг друга локтями.

– Нет! Все кончилось хорошо. Витя изменил свое отношение к учебе. Он ведь неплохой мальчик. Решительный, смелый. Изобретательный.

– Здорово! – прошептала Кинни, широко распахивая шоколадные глаза. – А другие сказки вы знаете?

– Целую кучу.

– Можно мы к вам еще завтра придем? И вы нам расскажете, – подал голос Гайре.

– Конечно, приходите. Вот что, попробую заказать для вас в столице разные новые детские книги. И игры, – смело предложила я. – Знаете, такие с фишками и приключениями. Там нужно бросать кубик и делать ходы. Сыграем с вами.

– Нам пора, – с сожалением сказал Трен. – Дождь уже кончился. Мы придем завтра после школы, хорошо?

– Буду ждать! – улыбнулась я, закрывая дверь за детьми.

Они ушли не сразу: к стеклу витрины прижались три курносых носа, а испачканные чернилами ладошки помахали мне в унисон. Я помахала в ответ, чувствуя глубокое удовлетворение от того, как прошел вечер.

На душе стало спокойно и тепло. Я словно вернулась в детство, когда забиралась под одеяло с новой книжкой и пакетом чипсов, включала фонарик и читала, пока не заболят глаза. А когда засыпала, грезила о приключениях и волшебных мирах, где добро всегда побеждает зло, потому что зло – оно невзаправдешнее, придуманное. Глупое и смешное. А себя я воображала героиней – бесстрашной Элли, смелой Алисой или добродушным хоббитом. Я дерзко отвечала злодеям, ставила их на место, спасала несчастных.

Я потерла глаза, огляделась и усмехнулась. Ну вот, Зоя, ты получила, что хотела. Страшную, страшную сказку. Давай, твой выход! Геройствуй, совершай подвиги. Только, похоже, мне выпала роль не героини, а второстепенного персонажа, с которым постоянно случаются всякие нелепицы на потеху читателям. А злодеи в этой сказке – никакие не злодеи, а почтенные горожане, которые беспокоятся о своем благополучии и чтут законы.

Если бы все было так просто, как пишут в сказках!

Вздохнув, я опять принялась за дело. Пока протирала пыль в шкафах, познакомилась с ассортиментов товаров в лавке и пришла к выводу, что Бармалан торговал самыми унылыми книгами на свете.

Ни одного романа, ни одного сборника пьес или сказок. Попался лишь песенник, изданный двадцать лет назад, да пара книг по домоводству – вот и вся развлекательная литература.

И никаких руководств по магии. Ни одного справочника о физиологии драконов или брачных привычках единорогов. Хоть бы сборник магических рецептов завалялся, что ли!

Зато тут были сочинения по военному укреплению. Реестр пошлин для торговцев пушниной. Энциклопедия лошадиных болезней. Юридический словарь. Сборник нравоучительных наставлений. Описание финансовой политики короля Изогарда Первого. Биография придворного казначея. Краткий курс поэтики с указанием как не должно писать стихи. Речи, говоренные во время состязания придворных церемониймейстеров. И прочая нудятина.

Да и выглядели книги так, словно Бармалан собирал их на помойке, куда их отнесли хозяева. Разбухшие, со вздувшимися корешками, лохматыми страницами.

И как, спрашивается, этим торговать? Кто будет покупать такое?

Но, наверное, жителям Лиллидоры выбирать не приходится. Интернета тут нет, кинотеатров тоже. Все сидят по домам и читают вот эти вот умные книги.

Однако день клонился к закату, а лиллидорцы не спешили навестить книжную лавку Бармалана, чтобы прикупить чтива для вечернего досуга. Даже любопытство не гнало их посмотреть на новую ее хозяйку.

Или я служу лучшей антирекламой этому заведению?

Выручка за день составила девять эленов, полученных за учебники. А ведь нужно покупать уголь и свечи, еду и лекарства.

Раньше мне никогда не приходилось быть в таком положении. Конечно, денег вечно не хватало, но чтобы уж совсем взять их негде! Поэтому я пока не могла до конца прочувствовать свою новую беду.

Рано вешать нос! Постепенно все наладится. Вот, торговля уже пошла.

А тут как раз и колокольчик звякнул, и в лавке нарисовался еще один посетитель.

Я обрадовалась ему, как первоклашка Деду Морозу, но моя радость померкла, когда я рассмотрела его получше.