Глава 1_2

Сон пролетел как мгновение, и растворился облаком, охватив моё лицо теплом.  Я проснулась оттого, что почувствовала сквозь тишину чьё-то близкое дыхание, и тотчас открыла глаза.

– Ты кто такая? – спросил мужчина, имени которого я до сих пор не знала.

Теперь, отоспавшийся, он выглядел иначе: волосы странно посветлели до настоящих тёмно-русых, незакрытый повязкой глаз оказался зелёно-карим, тёплым, а красивые линии губ стали резче.

– Розана. Ты вчера меня… пригласил.

Мужчина поморщился.

– Тёмные заклинания, никогда бы не подумал, что приведу в дом шлюху!

Я вспыхнула и, не осознавая, что творю, влепила ему звонкую пощёчину.

– Не смей меня так называть! Я с тобой не спала!

Вскочила, поспешно заворачиваясь в просохший плащ, и принялась неловко вязать узлы у ворота.

– В общем-то, мне всё равно, – холодно сказал мужчина. – Лучше тебе поскорее убраться отсюда.

– Ты не заплатил мне, – выговорила я, стараясь выглядеть уверенно и строго.

– И не стану. Мало ли, что ты за это время украсть успела.

Мелькнула единственная мысль: пьяным он нравился мне больше.

– Я не воровка! Я съела ломоть хлеба с сыром, а ещё напоила тебя, когда тебе стало плохо…

– Чем?

– Зельем. Ты что, совсем ничего не помнишь?

Он тихо зарычал и метнулся в комнату, а я поняла, что это лучший момент, чтобы удрать. Однако была недостаточно проворна: мужчина уже успел увидеть погром и  перекрыл мне проход.

– Какого демона ты трогала мои склянки?!

– Ты сам просил! – возмутилась я.

– Ты разгромила половину лаборатории, глупая женщина! Ты выпустила тьмушек!

– Лабо… Что? Я испугалась… Не тронь меня!

Но он уже схватил меня за запястье и рванул к себе.

– Что тебе здесь нужно? Кто тебя прислал?

– Да никто! – выкрикнула я. – Ты сам позвал! Я ничего не знаю о том, кто тебя опоил!

Он рванул с глаза повязку, и я сжалась, глядя в чёрное бездонное око.

– Ясно, – процедил мужчина. – Уходи уже.

Он отпустил меня, и я рванула в сторону лестницы, не думая о том, что из сумки на бегу что-то выпало.  Что именно помешало мне покинуть дом, не знаю. Я будто запнулась о воздух и кувырком полетела вниз, чтобы треснуться головой о ступеньку до гадкой кромешной темноты…

– На мою голову… только этого не хватало... – ворчал мужчина откуда-то издалека. – Не дёргайся! – это он уже мне, потому что попыталась встать.

– Прости, я, кажется, запнулась на лестнице... Я сейчас уйду, только не обижай меня!

– Не кажется. Вчера ты по неосторожности выпустила тьмушек, они тебе под ноги и бросились. Только не задавай вопросов, ладно?

– Ладно. Я что, ногу сломала?

Кажется, он хмыкнул, если этот глухой сердитый звук можно было назвать смешком.

– Ушибла. А вот палец на руке, возможно, сломан. Да и на голове рана. Лежи, кому говорю! Если и правда вчера мне помогала, я тебе должен, кем бы ты ни была.

– Меня зовут Розана, – напомнила я.

– Это я понял.

– А тебя как? – осторожно спросила я, пытаясь справиться с болью и не обращать внимания на его сильные, но почти бережные прикосновения.

Мужчина хмуро поглядел на меня.

– Это важно?

– Просто не знаю, как к тебе обращаться.

– Называй магом, если хочешь. Впрочем, это неважно. Мы совсем скоро расстанемся.

– Господин маг, – пробормотала я, и его губы дрогнули.

– Нет у тебя перелома, – сказал мужчина, внимательно осмотрев и покрутив мой палец. – Сейчас голову забинтую, ногу намажу, поешь – и скатертью дорога.

Меня словно кипятком ошпарило.

– Я могу работать у тебя. Убираться, стирать, готовить. Всё, что угодно!

Для меня это был замечательный шанс, радостная мечта, но колдун не вдохновился.

– Мне не нужны твои услуги, Роза… Анна.

Мужчина принялся бестрепетно мазать моё колено, и мазь на удивление быстро впиталась, не оставив после себя и следа. Пальцы его коснулись моего подбородка, и я вздрогнула.

– Голову поверни! – приказал колдун. – Я не целовать тебя собираюсь. Тут небольшая рана, нужно, чтобы она подсохла. Потом сама вот этим заклеишь…

Я взяла светлый кусочек какой-то странной материи и спохватилась:

– Я хорошая работница. Я умею вкусно готовить. И я больше не войду в твою «лабораторию», честное слово!

– Нет, – холодно отрезал он. – Поешь – и покинь дом, будь добра.

Я была близка к рыданиям.

– Вот деньги, – между тем сказал мужчина, дав мне несколько монет. – Хватит, чтобы снять комнату в гостинице и купить нормальную одежду.

– А что потом? – прошептала я.

– Это уже не моё дело.

Он отошёл к полкам с книгами и принялся что-то там выискивать. Я понимала, что это глупо, но, идя на поводу у гордости, не притронулась к еде. Быстро зашнуровала всё ещё влажные ботинки, накинула плащ и взяла свою худую котомку. И, не прощаясь, тихо вышла из комнаты. Вчера я умоляла гогочущих богатеев дать мне работу. Сейчас я тоже была близка к тому, что упасть перед мужчиной на колени, однако сдержалась и чувствовала вместо отчаяния бессильный гнев.

Мужчина ничего мне не был должен. Мы были едва знакомы, почему же мне стало так пусто и холодно? Я знала ответ. Я боялась этих опасных мыслей о тепле очага и ком-то добром и надёжном. Уже давно никто не заботился обо мне, не касался пусть небрежно, но умело и уверенно. Я уже давно ни с кем вот так не разговаривала и никому не улыбалась… С тем пьяным мужчиной мне было легко. С этим, протрезвевшим, трудно, но всё равно спокойно. Жаль, что он не мог собрать себя воедино и согласиться на мою просьбу. Жаль, что он не хотел подарить мне хотя бы несколько месяцев жизни. Даже получив деньги, я бы не смогла долго на них жить, не зарабатывая. Но, может, если куплю себе приличное платье, самый простой шампунь и новые сапоги – меня куда-нибудь возьмут? Для вардарцев, среди которых я была чужой, внешний облик играл первостепенное значение.

Я решила, что потрачу деньги с умом. Пять серебряных монет, вот так богатство! Обращаться с ними следовало крайне осторожно, ведь продавцы запросто могли подумать, что я эти деньги украла. А если меня схватят и посадят в тюрьму – там свои дни и окончу…

Для начала я отправилась в рабочий район. Там и магазины были проще, и можно было снять комнату за разумную цену. Удивительно, что мне в этот раз повезло! Почти весь день я потратила на то, чтобы привести себя в порядок, и когда под вечер, усталая, шла по красивому парку, чувствовала себя посвежевшей.

Теперь волосы скрывала скромная тёмно-синяя повязка, и я более всего жаждала поскорее принять в гостинице ванну. Платье я тоже выбрала тёмное, из плотного серого сукна. Я приобрела даже корсет – конечно, не новый, но целый и чистый. Непривычно было ощущать его плотные объятия, но это строгое пожатие меня радовало. Я купила и сапоги – простые, чуть ношеные, но ещё прочные, а также чулки и плащ из грубой шерсти. После покупки мыла и шампуня, зубных губок, новой сумки и костяного гребешка денег у меня ещё оставалось достаточно, и я не могла сдержать улыбки. Удача продолжит мне улыбаться! Завтра найду работу, и обеспечу себе спокойное существование без излишеств. Можно даже допустить, что когда-нибудь получится вернуться в Осень и увидеть, что осталось от нашего родового дома.

– Гляди, какая милашка гуляет совсем одна!

Я остановилась, как вкопанная: трое дурного вида мужиков возникли на моём пути, и, несмотря на то, что ещё не окончательно стемнело, вокруг не было народу. Почему я была так уверена, что этот парк безопасен? Почему не положила оружие в карман плаща? Я решила, что молча сверну в сторону, а ещё лучше побегу, но у мужчин были другие планы.

– У неё глаза печального щенка.

– И губки бантиком.

– А попа маленькая и круглая!

– Уходите, или я закричу! – грозно сказала я.

В конце улицы появился фонарщик, но, едва нас увидев, он предпочёл ретироваться, отчего мужчины разразились дружным смехом.

– Пойдём с нами?

– Посидим, выпьем.

– Согреемся.

Они шагнули ко мне, и я всё-таки решилась, ранула прочь, уверенная в своих силах. Я всегда быстро бегала, но тут меня взяли хитростью: двое разбежались в стороны, а третий согнал с тропы в рощу густорастущих вязов. Я могла бы пролезть меж ними, но там уже ждали двое злодеев, и оставалось последнее – вопить и хвататься за оружие. Визжать я, оказывается, умела пронзительно и противно, а кинжал смогла выхватить до того, как гады сомкнули кольцо. Плохо, что крики были бесполезны, и оружие вскоре оказалось в руках у одного из нападавших.

– На помощь!

Меня схватили за плечо, повалив на холодную и мокрую землю.

– Надо было соглашаться по-хорошему, – процедил тот, что был выше остальных.

– Но ей всё равно понравится! – гадливо рассмеялся второй.

– Мы обещаем.

Они стали рвать моё платье, и, хотя сражалась я отчаянно, против трёх таких тварей выстоять было невозможно. Я смогла укусить одного, ударила коленом другого… И получила в ответ, чувствуя, как треснула губа. Последней связной мыслью было, что меня после забав утопят в ближайшем пруду.

И вдруг стало темно и тихо, будто с неба пропали все светила. Мне показалось, что деревья начали склоняться над нами, словно живые, и мужики не сразу, но отреагировали на странный шум за их спинами.

– Отпустите её, – сказал знакомый голос. – Немедленно.

Откуда он взялся здесь? Маг стоял, чуть ссутулившись, и нечто тёмное вздрагивало у него за спиной. Крылья? Плащ? Хотя скорее огромная тень, по силуэту совсем не похожая на человеческую… У меня мороз пошёл по коже от того, как  горел во тьме прежде чёрный глаз колдуна. Насильники все разом поднялись, но попыток напасть на мага не делали. Они просто глядели на него, словно завороженные, и молчали. А потом мужчина закрыл больной глаз повязкой, и негодяи будто очнулись.

– Гляди-ка, защитничек нашёлся!

– Женишок!

– Дохловатый какой-то.

– Да он из себя волшебника строит!

Инстинкты предупреждали меня, что нужно спрятаться, но куда я могла убежать? Даже между ног колдуна не проползёшь, да и не стала бы я касаться той тьмы, что всё ещё дрожала за его спиной. А вот насильники не ощутили ничего странного, и радостно полезли на мага одновременно. Один размахивал отнятым у меня кинжалом, другой откуда-то достал дубину. Третий просто мерзко ухмылялся. Представлял, должно быть, как ловко разберётся с магом и продолжит со мной «развлекаться».

Я успела увидеть, как колдун стремительно и гибко зашёл за спину высокого, схватил его за руку – и вывернул запястье до хруста… Большего мне знать было не нужно. Наверное, я просто струсила. Отползла, прижимаясь к деревьям, и, помнить не помня о том, что могла бы найти между стволами лазейку, закрыла уши руками и спрятала лицо в коленях. Если он их покалечит – это будет справедливо, вот только мне не станет легче жить.

Я вдруг поняла одну простую вещь, которую прежде осознавала смутно: человек, у которого нет близких и друзей, ничем не защищён от пакостей судьбы. Даже если он сильный, смелый и талантливый. Даже если он волшебник или маг, или сам правитель. У любого, кто считал себя живым, должен был быть кто-то, кто ему дорог, и кому дорог он. Пусть один-единственный человек на всём белом свете, кто найдёт для тебя доброе слово, согреет, утешит. Или просто будет рядом, если тебе плохо.

Но если ты одинок настолько, что не доверяешь никому, что не можешь допустить даже надежд, когда ты страдание принимаешь как должное – это последнее, смертельное одиночество. И я знала, что если не умру сегодня от рук этих мужчин, вскоре непременно найдутся другие, которые растопчут мою усталую слабость, словно слепого птенца.

Я вздрогнула, когда колдун коснулся моей макушки.

– Ты цела?

У меня дрожали губы. Теперь вокруг снова было сумеречно, и я молча смотрела на мужчину, ожидая его приговора. Было без разницы, что стало с гадами, и почему было не слышно их стонов. Убил – туда им и дорога. У меня не осталось ни жалости, ни стыда.

– Ты слышишь меня? – нахмурился он. Длинные пальцы легли мне на плечи и мягко сжались. – Розана!

Я опустила глаза и уставилась на свои исцарапанные бёдра. Мной овладела какая-то тупая, дрожащая боль. Пытаясь справиться с ней, я тихо застонала, и стон перешёл в несуразное, страдальческое гудение.

– Всё, всё, – сказал маг, кутая меня в свой плащ и неуклюже гладя по голове. – Пойдём.

Я не могла думать. Я ничего не хотела. Было всё равно, что он со мной сделает. Мужчина поднял меня на руки, и я, уткнувшись в его волосы, продолжила тихо выть. Перед глазами вставали руки, похожие на лапы, и лица со свиными рылами и длинными клыками. Одно и то же, раз за разом. Я всё ещё чувствовала на себе грубые, поспешные прикосновения, я по-прежнему была в плену, и никак не могла вырваться.

Меня мутило. Я то бесслёзно плакала, то принималась гудеть, дрожа, словно в лихорадке. Даже не заметила, как мы добрались до дома, и мужчина усадил меня на постель, где всего сутки назад я должна была делать ему массаж.

– Можно мне осмотреть тебя? – спросил он, наклоняясь к моему лицу. – Я не причиню вреда. Розана, ты слушаешь? Кивни, если не можешь говорить.

Я кивнула, не мигая глядя на мага, который быстро разделся и достал какой-то сундучок.

– Я дам тебе успокаивающее зелье, и ты уснёшь. Ничего не бойся, здесь ты в безопасности. – Он откашлялся, хмуро на меня глядя. – Это от потрясения. Когда отдохнёшь, мы сможем нормально поговорить.

Я равнодушно смотрела, как он снимает с меня корсет и платье. Было уже неважно, чем это раздевание может обернуться. Да и вряд ли нормальный мужчина пожелал бы такую селёдку, как я… Только и привлекла каких-то подонков, которым что тощая, что жирная – без разницы.

– Не то что хрупкая, – бормотал между тем мужчина, – вовсе прозрачная. Ты вообще-то ешь или как? Глупый вопрос, – нахмурился он. – Прости. Не бойся, я только эти царапины помажу… Я тебя не обижу.

Он коснулся моих волос и вдруг усмехнулся, отчего у меня внутри что-то встрепенулось.

– Зачем волосы-то остригла?

– Завшивела, – тихим хрипом отозвалась я. Ждала – отдёрнет руку, но мужчина лишь погладил меня по макушке, как малыша.

– Бывает. Я вот тоже однажды этих друзей подхватил. Ты давай-ка выпей это.

Я послушно осушила безвкусное зелье, и тотчас тело стало тяжелым и пухлым. Мужчина сам уложил меня, укутав по самый нос, и кивнул на дверь:

– Я буду работать. Вряд ли ты проснёшься, но, если что, не бойся, я рядом.

Он хотел уже уйти, но я, едва ворочая языком, нашла в себе силы спросить о важном:

– Как тебя зовут?

– Ракх, – усмехнулся он. – Спи спокойно, Роза-Анна.