Глава 11_1

Меня разбудил тихий, отчаянно безумный смех. Не поняв сразу, что происходит, я хихикнула, и только потом почуяла неладное.

– Ракх, а мы где?

– Там же, где и ложились, малышка, – отозвался мужчина.

Я разодрала глаза, и в полумраке рассвета различила широкую улыбку мага.

– Что?

– Тепло тебе, милая? – хмыкнул он.

– Эм… Ну да, – отозвалась я, и вдруг всё поняла. – О боже! Господи! Что это?! Неужели мои?..

– Волосы! – уже во всю силу лёгких расхохотался Ракх.

Я попыталась выпутаться из огненного покрывала, но не смогла, и полезла вон из палатки. Выбраться наружу оказалось сложно: волосы были повсюду, и они опутали меня, словно водоросли. Ракх, давясь хохотом, вылез следом, и принялся вытаскивать из палатки всю мою бешеную шевелюру. Глядя, как он охапка за охапкой выгребает локоны, я не смогла удержаться и тоже рассмеялась из-под тяжеленной нависшей «чёлки».

– Кошмар какой!

– Ты сделаешь состояние, если продашь всё это на парики, – отозвался маг. – Или, может, оставим? Аник повезёт конец, а я середину.

– Угу. А потом они ещё вырастут, и придётся нам целый караван верблюдов покупать. Я уж молчу о том, как буду мыть голову…

– И расчёсываться, – сказал появившийся из своего домика лет. – Это что за чудеса такие? Ты почему так стремительно оволосатилась?

– Это всё магия, – отозвался Ракх таинственно. – Которую мы будем вынуждены сдерживать. Ты, будь добр, разведи костёр, а я пока Розу постригу.

– Буду чрезвычайно благодарна, – отозвалась я, пытаясь шутливо поклониться, но неимоверная тяжесть волос мешала.

На Ракха всегда можно было положиться. Он отрезал волосы быстро и ровно, правда, сделав их чуть длиннее, чем были.

– Ох, как же здорово! – улыбнулась я. Подошла к мужчине и, не стесняясь, поцеловала его в щёку. – Спасибо тебе.

Ракх кивнул и потащил собранные волосы в огонь.

– Пожалуйста. Лучше всегда поступать так с остриженным.

– Потому что волосы используют в колдовских делах? – спросила я.

– Именно. Хотя здесь их, конечно, никто бы не нашёл. Разве что такой же тёмный, как я, который хорошо знает чащу и не боится духов.

И мужчина почему-то бросил взгляд на тропу, по которой мы шли. Он явно думал о чём-то своём, и больше не улыбался. Я не стала задавать вопросов – пошла умываться. Потом мы готовили завтрак, ели, и кормили Кутерьму и Тэма, который не мог так ловко охотиться в лесу. А выехали, когда окончательно рассвело, и голубое озеро стало золотым.

Мне было намного легче сесть в седло, и прекрасный лес продолжал нашёптывать свои тайны. Правда, теперь я не спешила ими делиться – видела, что Ракху не до красивых историй. Мужчина ушёл в себя, и даже не управлял Жалом – конь топал сам, обходя камни и порой останавливаясь, чтобы сорвать и съесть цветок. Аник уже не выглядел испуганным, озирался любопытно, напевал что-то себе под нос. Кажется, ему тоже не очень-то хотелось делиться с нами своими мыслями. В таком странном молчаливом настроении мы ехали через лес ещё два дня, завершая путь одним и тем же: позаботиться о зверях, принести воды и приготовить поесть, поставить палатки и уснуть. А потом великанов резко сменили обычные дубы и берёзы, и дорога стала шире, хотя и была едва различима средь трав.

– В паре дней пути будет поселение, – сказал Ракх. – Можем заночевать там, попроситься к кому-нибудь в дом.

– Здесь ещё Вардар? – спросила я.

– Нет. Это пограничные земли. Их жители смешанных кровей, и зовут себя «дарры».  Нормальные ребята, если заплатить.

– А, может, лучше снова палатки поставим? – робко предложила я, и ребята улыбнулись.

– Можно и палатки, погода позволяет. Да и укромных мест здесь хватает.

Я кивнула. Если бы он только мог довериться мне, отдать часть трудной правды или её всю! Но его загадки принадлежали ему одному, а мне оставалось просто ехать вперёд, свыкаться с дорогой и учиться понимать настроение природы.

Ракх массировал мне спину каждый вечер, и всякий раз делал это чуточку иначе. Он был то жёсток, то нежен, то щекотал, то настойчиво сминал. Я как будто читала в прикосновениях сильных пальцев его мысли, и было это странно и притягательно. Снова и снова удовольствие, уже не столь необходимое для поддержания моих сил, но важное для сердца. Забота всегда сближает, конечно, если она не вынужденная.

А места вокруг были воистину прекрасные. Много лет назад, когда я ехала в Западный Вардар с дядей, мы предпочли другую, более длинную дорогу, и почти весь путь я сидела в карете, не показывая носа. Теперь, несмотря на усталость и не проходящие синяки, которые приходилось лечить каждый вечер, была счастлива и свободна.

Пограничные земли были очень похожи на страну Осени, с той лишь разницей, что не изобиловали земной магией. Однако здесь так же, как у меня на родине, по утрам лес окутывали голубые туманы, в объятьях которых красный лес казался ещё ярче, а в золотых берёзовых рощах водилось полным-полно белых грибов. Мы собирали их все вместе, и готовили в самом разном виде – жарили, варили суп в небольшом котле, а ещё по-особому распаривали и, посолив, добавляли в салат.

Красота манила меня убежать глубже в лес, отыскать нечто удивительное, но и недалеко от дороги хватало чудес. Мы видели плетения паутин в каплях росы, и фиолетовые мухоморы, сидящие на высоких пнях. Здоровались с птицами столь яркими, что их было легко различить средь осенних листьев, и наблюдали, как пятнистые олени убегают прочь целыми семьями. Я наслаждалась чудесной прохладой, исходящей от изумрудных озёр, и собирала самые разные ягоды, которые мы ели свежими. А потом согревалась в палатке в объятьях Ракха, под музыку ветров и трав. И хотя мы больше не занимались любовью, мне было достаточно просто быть рядом, чувствовать дыхание любимого, и знать его запах. Пожалуй, я была бы рада вовсе не заезжать в города, но это было важной необходимостью. Хотя бы потому, что нам следовало как можно больше узнать о призрачном городе.

– В Тамле у меня есть один старый знакомый. Возможно, он поможет нам, – сказал Ракх, когда до большого города оставалось всего пара часов.

– А кто он?

– Перекупщик информации. Знает много, дорого запрашивает, но для нас сделает большую скидку. Когда-то я спас его, правда, потом пожалел… – Он откашлялся. – Он может сдать меня тёмным, если они когда-нибудь обратятся за помощью.

– Тогда мы не пойдём к нему, – нахмурилась я.

– Нет, Роза, пойдём. Другого такого человека во всём Вардаре не сыщешь, а нам сейчас очень нужны ценные сведения. Да и не могу я постоянно менять облик – сил не хватит.

Он уже всё решил, и я знала, что просить и спорить бесполезно. Оставалось надеяться, что тёмные нескоро поймут, как Ракх их обдурил. На короткой остановке я переоделась в более подходящий зелёный наряд, заплела волосы и посадила Кутерьму под плащ. Ракх тоже стал собой прежним: всё чёрное с серебром, повязка на глазу, волосы убраны назад. Аник же просто причесался, что делал в принципе нечасто. Волосы у лета росли быстро, но были лёгкими и непослушными, и он терпеть не мог за ними ухаживать.

Тамла, в которую мы въехали спустя время, была гораздо уютнее и спокойнее столицы. По обеим сторонам немощённой дороги росли высокие липы, кирпичные дома не отличались затейливостью фасадов, зато не были такими громоздкими, а единственный храм был белым и тихим. Словом, ничего особенного или отталкивающего.

– Нам куда? – спросил Аник.

– Видите там здание со шпилем? Возле него повернём направо, и до конца улицы, более не сворачивая. Остановимся в гостинице «Парус», Ричик сам нас найдёт.

– Он что, ясновидец?

– Нет, но уже знает, что я в городе. Гляделы доложили. Вполне возможно, что пришлёт кого-то из своих помощников.

Я кивнула. Кому-то, наверное, было бы сложно с Ракхом, ведь он привык просто делать, не посвящая в свои планы даже друзей. То есть готов был посвятить, но только если спросишь. Если бы мы молчали – и он бы молчал.

В красной гостинице с кораблём на вывеске мы сняли два номера – один как всегда для нас, и комнатку для Аника, который сразу же пошёл осведомляться насчёт ужина. Я угостила Кутерьму хлебцем и оставила её в комнате Аника, в том время как Ракх посадил Тэма отдыхать на тумбочке.

– Здесь еду наверх не принесут, – усмехнулся он. – Либо поужинаем внизу, либо донесём сами.

– Неважно. Главное, чтобы еда в принципе была, – отозвалась я с улыбкой.

Мне было хорошо, и синяки уже не так беспокоили. Глядишь, совсем скоро окончательно привыкну, и не буду замечать ноющей усталости после долгого дня.

– Спустишься со мной или здесь подождёшь? – спросил Ракх.

– Пойду с тобой, – отозвалась я, и не пожалела.

Внизу меня ждал удивительный сюрприз – в большом зале стоял невысокий рыжеволосый мужчина лет пятидесяти, которого я узнала тотчас.

– Дядя!

Мужчина неуверенно улыбнулся, но почему-то попятился, и я не решилась на короткое объятие. Неужели он не узнал меня?

– Эм… Розана? – отозвался он, переводя взгляд с меня на Ракха.

Значит, всё в порядке. Я было протянула ему руку для пожатия, но маг оттеснил меня в сторону.

– В чём дело? – удивилась я.

– Как дела, Арвиго? – хмуро и тяжело сказал колдун, неотрывно глядя на моего родственника.

– Нормально. Рад встрече, – отозвался мужчина, и в его глазах я прочла тревогу. – А ты как?

– Арвиго? – спохватилась я. – Что это за имя такое?

– Его имя, – холодно сказал Ракх.

– Дядя! – воззрилась я на мужчину, ожидая объяснений, но вместо него снова заговорил Ракх.

– Он тебе не дядя, – сказал маг.

С минуту я смотрела на Ноди, надеясь, что он попытается доказать обратное, но мужчина молчал.

– Как же так? – попыталась улыбнуться я. – Ничего не понимаю... Почему вы так друг на друга смотрите?

– Он врал, – сказал Ракх. – Он тебе не родственник. Не так ли?

– Хм… кхм… Ну, если по правде… Я просто оказался полезен… Мне было удобнее так называть себя… Я не твой дядя, Розана, – изрёк он обречённо.

Радость моя медленно остывала.

– Но мой папа никогда не стал бы придумывать такого! Он так уверенно говорил про моих двоюродных братьев!

– Значит, и он соврал, – жёстко сказал колдун.

– Ракх! – возмутилась я, но мужчина и не подумал смущаться.

Он взял «дядю» за плечо, и аккуратно, но решительно направил в сторону лестницы. Я понимала, что этот разговор должен продолжаться в более уединённом месте, и последовала за мужчинами в номер Арвиго-Ноди. А когда за нами закрылась дверь, Ракх довольно грубо подтолкнул знакомого к столу. Мужчина обречённо сел, мы устроились напротив, и маг жёстко приказал:

– Скажи нам правду, Арвиго. Желательно, всю, но без подробностей.

– А, может, не надо? При девушке не хочу. Расстроится.

– Нет уж, говори! – возмутилась я, начиная представлять самое страшное.

– И, пожалуйста, поскорее, у меня терпение на исходе, – поддержал меня Ракх.

Мужчина посмотрел на меня виновато, почесал сперва нос, потом затылок, потом сплёл пальцы, но подумал и убрал руки под стол.

– Твоя семья тебя продала, Розана, – наконец сказал он. – Им нужны были деньги на лечение, потому что зелья для избавления от шмахи бесплатно выдавались только коренным вардарцам. Я сам собирался перепродать тебя стеаксам в гарем… – Он испуганно покосился на Ракха. – Было же видно, что ты вырастешь красивой. Но в последний миг передумал, жалко стало. Так что нечего! – огрызнулся он. – Я, между прочим, остался без монет из-за собственного мягкосердечия! Рихдим своё получил, а я, пожалев девчонку, пустым ушёл…

– Не девчонка, а госпожа, или, если Розе будет угодно, зови её по имени! – хмуро приказал Ракх. – И ты, небось, сам предложил этот вариант с продажей!

– Я уговорил их, – признался Арвиго. – Поначалу отнекивались, мол, как можно дитя родное на золото обменять… Но там уже все болели – мать с отцом, сестра младшая… Иного выхода у них не было.

– Ты мог дать им в долг, – сказал Ракх, и я ощутила его ледяную ненависть.

– Я сделал, как сделал. Мне продали – я купил.

– Это невозможно, – отозвалась я уверенно. – Мама никогда бы так не поступила, и папа тоже. Вы их совсем не знаете! Они не способны на такое предательство… чтобы продать!.. – Я посмотрела на Ракха, который не сводил глаз с Арвиго.

– Прости, – сказал маг. – Но Арвиго просто не может мне соврать.

– Нет, может! – упрямо борясь со слезами, сказала я. – Продать меня? В рабство? В жёны? В пятнадцать лет? Вы что, оба сошли с ума?

Я отвернулась и принялась утираться. Арвиго, может, и не был моим дядей, но всё остальное он выдумал, чтобы прикрыть свой зад.

– Ты знаешь, где её семья?

– Ну, не уверен… Я точно не могу сказать…

– Знаешь, – заключил колдун. – И покажешь дорогу. Не расскажешь, Арви. Поедешь с нами, понял?

– Ты не ведаешь, о чём просишь! Единственным их условием было, чтобы девочка никогда больше не вернулась в семью!

Я резко повернулась и, отшвырнув стул, накинулась на мужчину, хорошо, что Ракх вовремя перехватил.

– Враньё!..

Слёзы всё-таки хлынули, и маг обнял меня, прижимая к груди.

– Малышка, – тихо сказал он, – давай я отведу тебя в нашу комнату.

– Нет. Не хочу! Я желаю дослушать до конца этот бред!

– А рассказывать больше нечего, – пробурчал Арвиго. – Сговорились о цене, отец наплёл тебе про меня небылиц, ну и поехали мы. Было даже лучше, что ты считаешь их всех погибшими. Всё плакала без остановки, вот я и решил, что мы в пустыню не поедем. Пожалел, – повторил он. – Нашёл нормальный дом, чтобы хозяин не был сластолюбцем, и пристроил на работу. Думал потом долг потребовать. Ну, когда подрастёшь… того самого…

Ракх так внезапно ударил кулаком по столу, что я вздрогнула, а Арвиго съёжился на стуле.

– Я с тебя сейчас живьём шкуру спущу! – сказал он с тихой яростью. – Доброта твоя гнилая, жалеешь больше прочих ты себя! Роза, идём. Ты должна отдохнуть. А ты жди здесь. Вздумаешь бежать – убью!

Хорошо, что мы ушли. Я чувствовала, что Ракх вполне способен на страшный поступок. Внезапно заболела голова, перед глазами помутнело. Меня затрясло. Я снова расплакалась, и маг, открыв дверь, усадил меня на постель.

–  С Арвиго разберусь – и сразу к тебе.

– Если всё так… – прошептала я. – Если он меня не отдал… Не бей его.

– Роза, он собирался потребовать с тебя особую плату! – произнёс мужчина взбешённо. – Тебя как женщину, понимаешь?! Да, спас, но сожалел об этом! Для него всё происходящее – сделка. Он мог бы просто помочь людям, не предлагая им торговать родной кровью!

Мои мысли путались.

– Как они могли? – прошептала я. – Как они… могли… Мама. Папа.

Я свернулась клубочком и сжала зубами руку, чтобы подавить всхлипывания. Ракх со вздохом лёг рядом.

– Роза, кроха моя! Ну вот как я тебя одну оставлю в таком состоянии?

– Я должна увидеть их. Должна посмотреть им в глаза. Д-должна… чтобы отец… Не хочу никого видеть. Только ты, Ракх. – Я справилась с голосом и попросила тихо: – Приходи, когда с ним закончишь.

Он поцеловал меня в затылок, нежно погладил по плечу.

– Вернусь через несколько минут, поесть принесу.

Я кивнула и закрыла глаза. Ничего хуже этой правды быть не могло, и моё детство, всё светлое, что было в нём, как будто окрасилось в бурый цвет неизгладимой печали.