Глава 10_2

Утро было добрым. Наверное, самым добрым из всех, что у меня случались, потому что Ракх кончиками пальцев поглаживал меня вдоль позвоночника, пуская ласковые мурашки. У меня как будто сами косточки размягчились, и вздрагивало у сердца нечто тёплое и пушистое.

– Как спалось? – прошептал мне на ухо мужчина.

– Сказочно прекрасно, – отозвалась я, не спеша поворачиваться и открывать глаза. – А тебе?

– Нормально, – отозвался он, и к рукам присоединились губы. – Ты знаешь, что твои волосы можно использовать как одеялко?

– А не маловато их… для укрывания? – трудно выговорила я: Ракх уже добрался до моих бёдер, и теперь покусывал их, смущая и дразня меня.

– Мне в самый раз. К тому же с их запахом не сравнятся ни одни самые дорогие духи. М, – пробормотал он, ложась на меня сверху и крепко сжимая в объятьях. – И цветок, и ветер, и лунный свет, всё это – ты, Роза.

– Ракх, – прошептала я, – а можно задать неприличный вопрос?

– Угу.

– Сколько времени у тебя не было женщины?

Он всё-таки перевернул меня на спину и склонился с лукавой усмешкой.

– Ты сама как думаешь?

– Ну, возможно, год… – Я перехватила его горящий взгляд и покраснела. – Что, больше?

– Немногим больше, – отозвался Ракх, нежными поцелуями покрывая моё лицо.

– Пять лет? – Он покачал головой. – Шесть? Восемь? Неужели десять?!

Мужчина рассмеялся.

– Около того.

– Ничего себе!

– Я вообще достаточно сдержанный человек, – сказал он, покусывая мою шею. – И могу подавлять свои желания и чувства. Честно? Мне не слишком-то и хотелось, других дел хватало. А ещё я привередлив, строг к красоте, и…

– Ненасытен? – подсказала я с улыбкой.

– Если дорвусь.

Мы рассмеялись. Таким расслабленным, весёлым и замечательным я любила Ракха ещё больше. Может, прямо сейчас сказать ему о своих чувствах? Но мужчина уже прижимал меня к себе, коленом мягко раздвигая мои ноги.

– Мне хорошо с тобой, Розана. Я успел забыть, каково это – чувствовать подле себя женщину.

– И мне с тобой радостно, Ракх. Стобой, – повторила я, дотянувшись до его губ. – Когда ты мой, я забываю обо всех невзгодах.

Он поцеловал меня жадно, и я ответила на поцелуй с той же поспешной страстью. Ещё несколько мгновений – и мы стали одним целым. Мне хотелось, чтобы наше утро было бесконечным, и в полумраке сиреневого рассвета близость казалась нежной, как цветок пепельной розы.

– Что ты там говорила про животных? – усмехнулся Ракх, одним сильным движением переворачивая меня на живот.

– Я хотела… я имела в виду…

И схватила зубами подушку, чтобы не кричать от его резких, глубоких движений. Это дома можно было позволить себе многое, здесь же оставалось только сдерживать чувства. Однако в этом была и своя прелесть. Этот горячий шёпот, и тихие стоны, и особенный ритм для двоих – неспешно, но торопясь – очаровывали мою память. Такое не забываешь. Таким дорожишь. Это было то настоящее, которое я жаждала заполучить навсегда.

– Я хочу тебя съесть, Ракх. Нет, поцеловать. Вот так. – И повалила его на спину, касаясь губами сильной мужской шеи. – А ещё здесь, и здесь, и ниже…

Ракх, казалось, лишился дара речи от моей смелости. Он приглушённо застонал, когда я добралась до его бёдер и того, что было меж ними. Никакого смущения или страха, стыда или робости. Мне было хорошо, и я чувствовала, что Ракх блаженствует. Его пальцы зарылись в мои волосы, с силой сжали голову…

– Ещё, Роза, – выговорил он. – Ещё, малышка.

Но уже через минуту я сидела на нём верхом, и была настойчивой как никогда прежде. Он лишь немного помогал мне руками, и кровать под нами ходила ходуном. Хорошо хоть, не стучала…

– Вот мы и выехали пораньше, – проворчал мужчина, когда я лежала у него на груди, тяжело дыша после чудесного длинного всполоха. – Надо было мне наколдовать рыжие волосы и карие глаза – сошёл бы, как и Аник, за брата.

– Нет уж, – прошептала я. – Не хочу. Ты мне нужен женихом, а, ещё лучше, мужем.

– В следующем поселении сделаем вид, что мы супруги, – удивительно легко согласился Ракх. – Но давай всё-таки подниматься.

Через полчаса мы уже завтракали внизу, а ещё через полчаса выехали. Синяки мои благодаря зельям Ракха зажили, но я знала, что к вечеру появятся новые. И всё-таки радовалась, что снова села в седло, тем более что спустя время мы пустили лошадей лёгким галопом. Ракх всё время за мной наблюдал, то и дело спрашивая, как я себя чувствую. Я говорила, что отлично, ведь это было правдой. Не знаю уж, что помогло – уверенность в себе, поддержка Ракха или его зелья. Наверное, всё-таки больше прочего – предпоследнее. Я радовалась и тому, как быстро Кутерьма привыкла к верховой езде. Лисичка как будто совершенно не боялась тряски, и Сахар относился к ней благосклонно – ни разу не пнул копытом и не цапнул. А вот Жало Кутя опасалась, впрочем, строгий зверь и сам никем не интересовался. Для него самым главным было угодить хозяину, и слушался он мага беспрекословно. Я перехватила внимательный и глубокий взгляд Ракха, и снова подумала о Кутерьме. Хорошо, что она ночевала у Аника – представить, что мы занимаемся любовью при лисице, было невозможно.

Чем дальше от столицы, тем меньше было снега – жар магии согревал землю, отсрочивая приход зимы. Деревья здесь были всех возможных оттенков: бурые, остро-красные, зеленовато-жёлтые, бархатно-фиолетовые и даже ярко-розовые, как закат. Мне до зуда в ладонях хотелось набрать всех этих чудесных листьев – игольчатых, зубчатых, ребристых, круглых и звёздчатых – в букет, добавив туда ягоды черноплодной рябины, боярышника, шиповника и барбариса. И, если бы где-то неподалёку у нас был бревенчатый дом с высокими балконами, я бы непременно сделала на верхнем этаже светлую залу, где мы бы могли, сидя за столом, есть пироги и любоваться яркими букетами осени.

Однако мы не останавливались, и высоченные цветные кучи, что сгребали хоа, так и стояли нетронутыми, словно надеялись заманить в свои объятья кого-то поистине большого. Едва я подумала об этом, как дорога впереди разделилась на два пути. Ракх без раздумий свернул налево, и мне почудилось, будто перед нами медленно отворились высокие старые ворота. Кажется, я даже их скрип услышала!

– Мы что, через Лес Великанов поедем? – спросил Аник.

– Угу.

– Ну, не знаю, – пробормотал парень, поглаживая встревоженного Облако по шее. – Уверен, что стоит?

– Ты ведь ни разу не был там – а боишься, – усмехнулся Ракх.

– Есть чего? – любопытно спросила я.

– Нет. Со мной вы в безопасности, – с обычной своей уверенностью сказал маг.

Аник не стал спорить, только что-то на летском проворчал. Он не хотел трудностей, и, кажется, опасался за своего Облако куда больше, чем за нас. Подумав об этом, я улыбнулась. Конь души не чаял в своём новом хозяине, Аник отвечал ему крепкой привязанностью. Для летов дружба со зверями была также естественна, как для меня было необходимым всегда чувствовать дыхание трав и деревьев.

Вскоре мы выехали на просторную равнину, кое-где занятую рощами обычных берёз и тополей. И я издалека увидела громадное дерево, похожее на сосну или пихту, которое стояло особняком от остальных. Оно как будто питалось высотой самого неба, и толстенные чёрные ветви формировали узкую пирамидальную крону.

– Словно гигантская стрела, даже листья стальные! – воскликнула я, робея того мощного потока силы, что исходил от великана.

– Дозорный, – сказал Ракх. – Так его зовут. Вскоре увидим и Стража.

– Он прекрасен! – выдохнула я. – Гораздо выше королевского замка!

– И гораздо старше, – улыбнулся мужчина. – Аник, ну чего ты? Не бойся.

Парень проворчал в ответ, что уж дерева точно не испугается, и направил коня вслед за нашими. Лично мне совсем не было страшно, да и Кутерьма весело скакала впереди Сахара. Если зверя ничто не беспокоит – стоит ли переживать? А Облако просто чувствовал состояние хозяина, потому и волновался.

– Дорога как будто давно заброшена, – заметила я, увидев растущий прямо на пути гриб.

– Так и есть. Этот путь никто не любит, хотя он удивительно красив, – отозвался Ракх. – Магия, – пояснил мужчина. – Тёмная, но не опасная. Просто многим в Лесу Великанов становится неуютно.

– Мне, например, – отозвался Аник. – Ого, вот это махина! Издалека он не выглядел таким… таким…

– Бесконечным, – с улыбкой сказала я. – Ракх, что это за порода? Я знаю множество самых разных деревьев – и стеакских, и зальмских даже, но такого прежде не встречала.

– Их называют шадами – деревьями теней. Считается, что своей энергией они подавляют любую магию, а потому вблизи городов или около дворцов их не сажают. Тэм, сюда, – негромко приказал он, сделав особый жест рукой, и коршун, который уже давно следовал за нами, опустился хозяину на плечо.

Я с восторгом глядела на удивительное создание. Вот бы коснуться его хоть кончиком пальца! Но мы быстро ехали вперёд, и вскоре увидели Стража – более низкого, но и более толстого.

– Это дуб, но какой-то странный! Что с его листьями?

– Его называют Седым Воином. Полагаю, это самое старое дерево на пограничных территориях, а также самое сильное. Ты наверняка уже ощутила, что от него исходит колоссальная энергия.

– Да, – прошептала я, протягивая руку и даже на расстоянии чувствуя, как покалывает пальцы. – А мы можем подъехать, Ракх? Пожалуйста! Кто знает, когда я окажусь здесь снова, и окажусь ли вообще…

Мужчина с улыбкой кивнул, Аник сразу сказал, что подождёт нас на тропе, и Кутерьма осталась с ним. Отчасти я лета понимала – такой гигант мог остудить любопытство многих, но только не жительницы Осени. Чем ближе мы подъезжали, тем более странными были у меня ощущения. Я привыкла чувствовать как цветы с травами, так и любые деревья, но это создание определённо не было всего лишь деревом. Оно дышало, оно было горячим, и оно разговаривало. Правда, слов я различить не могла, а вот исходящие токи уловила всем телом.

Сквозь длинные узловатые ветви не проникало солнце, зато на толстых венах корней лежало множество жёлудей – каждый размером с мою голову.

– Ракх! Боги, что с тобой?.. Ты в порядке?

Мужчина кивнул.

– Твои волосы тоже пушатся. Так действует его энергия. Я не могу определить её направленность, но чувствую мощь. Это приятно, согласись?

– И это пугает, – прошептала я. – Такого я прежде не ведала. Могу сказать только одно: этот дуб и правда воин.

Ракх склонился, и с улыбкой отделил от жёлудей две шапочки – одну для себя, другую для меня. С серьёзным видом нахлобучил смешной колпачок мне на голову, водрузил второй, побольше, на себя, и мы, переглянувшись, расхохотались. Устоять было невозможно – я обвила его руками за шею и поцеловала в губы, чтобы подарить нежность и трепетную силу.

– Ты только представь, – сказал мужчина, касаясь губами моей щеки, – какой дивный дом можно построить в ветвях этого великана.

– О таком я не подумала, а ведь было бы прекрасно жить на дереве!

Ракх погладил меня по спине, тихо вздохнул и отстранился.

– Ну что, едем дальше?

– А можно я жёлудь с собой возьму? Очень хочется попробовать вырастить его там, где удастся найти новый дом.

– Бери, но он не слишком лёгкий, и, по поверьям, не прорастёт без особой магии.

Не удержавшись, я выбрала два вместо одного, и, трепеща, положила их в холщовый мешок на завязках. Туда же убрала обе шапочки – на память, и почувствовала какое-то особое умиротворения.

Дальнейший путь до леса мы преодолевали в молчании. Я любовалась просторами всё ещё зелёных лугов и цветного леса, и то и дело оглядывалась на дуб. Чудилось, будто он смотрит нам вслед и улыбается. А потом мы спустились с холма, что завершал равнину, и увидели лес, в который предстояло въехать: древнюю, вечнозелёную чащу, населённую почти такими же гигантами, как Дозорный.

Меня словно окутало лёгкое облако волшебства. Я ещё издалека ощутила особые запахи, сплетения токов, а уж когда мы подобрались достаточно близко, и толстые шершавые стволы и огромные корни встали по обеим сторонам тропы, в меня стало проникать невероятное количество энергий. Кутерьма сразу попросилась в седло, и я спрятала её под плащом. Мы ехали вперёд неторопливо – все вместе, в одну линию, благо, что ширина дороги позволяла. И чем глубже в чащу, тем более глубокими и гулкими становились мои чувства.

– Я их слышу! – не выдержав, тихо сказала я. – Деревья! Они говорят друг с другом.

– О чём? – шёпотом спросил Аник.

– Они рассказывают о том, как жили, что видели, какую магию чувствовали. О том, какой вкус бывает у земли и дождя, и как хорошо быть рядом друг с другом тысячи лет… Мне странно. Я как будто сама становлюсь деревом.

– А ты можешь поговорить с ними? – сказал парень.

– Вряд ли они мне ответят. Для них мы лишь травинки, тонкие стебельки, что проносит мимо ветер. – Я покрепче сжала лисицу, и ощутила, как мурашки потекли по спине: – А теперь они поют. На каком-то неизвестном языке. Мне кажется, это песня о времени. Я как будто чувствую его кругом нас, но через них. Их вечность нерушима. Они стояли здесь задолго до появления Вардара, и будут жить, когда он исчезнет спустя века.

Мне хотелось плакать. Меня переполняла горестная, дрожащая сила любви. Я была мгновенна по сравнению с этими исполинами, но даже такую букашку они не считали ничтожной, ведь иначе не поделились бы со мной своей памятью.

– Когда-то они росли из воды. Потом здесь появился остров. Затем – мощная суша. А Дозорный – это их предок, что был рождён от великого дерева, превосходящего его вдвое и силой, и величием… Он пал. Дал новую жизнь и погиб, призвав для защиты могучую птицу, что несла в клюве жёлудь. Из него и вырос Страж. Всё это… все они… Это самый настоящий портал в вечность, понимаете?

Меня пробирала странная дрожь. Я как будто сама стала частью этого леса. И говорить больше ничего не хотелось. Так мы и ехали, глядя по сторонам, и Кутерьма не решалась убежать хоть на шаг в сторону. Я вздрогнула, опомнившись от чар, только когда из глубины леса послышался длинный и протяжный стон.

– Что это? – тотчас насторожился Аник. – То самое зло, о котором так много говорят? Громадные твари под стать этим деревьям?

– Это духи – хранители чащи, – отозвался Ракх. – Не бойтесь, они нас не тронут. И никаких медведей-переростков здесь не водится, – добавил он.

Вскоре тропа стала такой узкой и заросшей, что нам пришлось спешиться.

– Но ведь есть причина, почему этот лес так боятся! – упрямо сказал Аник. Даже конь его уже успокоился, а парень всё никак не желал угомониться.

– Здесь действительно можно встретить удивительных созданий – не всегда добрых, но если не сойдёшь с тропы, вряд ли тебя кто-то тронет, – сказал Ракх. – А боятся этого пути только те, кто не привык к тёмной магии. Просто так духи нас, конечно, не пропустят, но я договорюсь с ними. Делал так уже не раз.

Я не выдержала и взяла мужчину за руку, и он успокаивающе сжал мои пальцы.

– Всё будет хорошо, Роза.

Средь этого колдовского, древнего леса, я совсем забыла об усталости и боли. Когда великаны ненадолго расступались, на полянах можно было увидеть большие голубые цветы, а в оврагах росли папоротники с человека ростом.

– Это там дом, что ли? – удивлённо сказал Аник.

– Не совсем, – отозвался Ракх. – Там – город.

Я боялась, что мираж исчезнет, но он окреп. Показались останки круглых домов, бирюзой вспыхнуло око лесного озера, и вскоре вырос на пути всадник на могучем коне – статуя из серого камня. Голова воина была вся зелёная от мха, а туловище украшал пёстрый лишайник. Тело коня опутали цветущие лианы, и мне казалось, что зверь усмехается своему новому наряду.

– Духи леса скоро появятся. Не пугайтесь, – предупредил Ракх. – Говорить буду я.

Аник погладил Облако и что-то прошептал склонившемуся зверю на ухо.

– А мы… – начала было я, но в чаще снова застонало, и верхушки деревьев вздрогнули.

– Идут, – прошептал Аник. – Чёрт, что-то мне совсем не хочется с ними встречаться…

Почему он так боялся? Я вот, хотя и волновалась, страха не испытывала. Но когда меж домов показалось длинное и несуразное тёмное существо с руками до земли, мне стало не по себе. К тому же Кутерьма тихо зашипела и раздулась, скорчившись у моих ног, и её испуг отчасти передался мне. Я прижалась к спине Ракха, но потом не утерпела, вытянула шею поглядеть, что произойдёт дальше.

– Креолис, – протяжно сказал существо, остановившись в десятке шагов от нас. – Звёздный колдун, что тебе нужно?

– Селиорэ, – отозвался Ракх, слегка поклонившись. – Я хочу пройти дальше вместе со своими друзьями, и, если это возможно, задать вам несколько вопросов.

Существо вытянуло шею, став трёхглазым, и кивнуло.

– Хорошо. Амод! – прошипело оно, и откуда-то сверху рухнуло ещё несколько духов.

Сцепившись, они образовали кругом нас мутную тёмную стену, однако лошади по-прежнему не выказывали беспокойства.

– Итак, твои вопросы, – прошелестел дух.

Он глядел на Ракха пристально и жадно, и его глаза всё сильнее вылезали из орбит.

– Я хочу узнать, где находится Он, – сказал мужчина.

– За твоей спиной, – незамедлительно отозвался чёрный, и я поборола желание тотчас оглянуться.

Судя по всему, Ракх сразу понял, о чём речь, потому что сказал:

– Благодарю. Ещё вопрос: где находится Она?

– Она вовне, – сказал дух. – Но близка. Ей нужно решить, но она не может. Путь прерывист. Тропы дрожат. Тебе нельзя. Тебе опасно. Но если всё-таки – берегись узлов судьбы, что невозможно перерезать. Ты, без сомнений, ошибёшься дважды, но повторишь ли в третий раз свою ошибку – мне неведомо.

Ракх кивнул. Я ничего не понимала, но он, кажется, тотчас разгадал слова духа.

– Ты хочешь узнать что-нибудь о Них? – спросил чёрный.

– Нет, благодарю. О Них я знаю достаточно. Скажи ещё, что погода за горами?

– Небо окрепло. Надвигается шторм. Не жди с юга тепла, лучше следуй за северным ветром. Он приведёт тебя Домой.

Ракх тихо вздохнул и отозвался:

– Спасибо, хранители леса. Я узнал достаточно.

– Плата, – сказало существо, нетерпеливо подрагивая. Казалось, его глаза вот-вот выпадут на землю.

Ракх вытащил нож – и бестрепетно чиркнул по мякоти ладони. Сжал руку в кулак, и, когда капли опали на землю, тёмные расступились, пропуская нас. Аника не пришлось просить дважды – зашагал прочь, не оглядываясь.

– Давай я замотаю, – сказала я тихо, когда мы отошли на десяток шагов.

– Спасибо, – отстранённо кивнул маг.

Спустя время я не выдержала и обернулась – существа, скорчившись над землёй, прижимались к красному огню, что появился на месте упавшей крови. Они дрыгались, извивались и танцевали, как будто получив нечто по-настоящему ценное и желанное. Смотреть на это было не слишком приятно, и я поспешила вслед за мужчинами.

– Они что, вампиры?

– Нет, – коротко ответил Ракх.

Он крепко задумался о чём-то, и даже не держал Жало за повод – конь сам топал вслед за хозяином, неся на своей спине и Тэма. Что касается Кутерьмы, она по-прежнему прижималась к моей ноге. Тёмные не слишком понравились ей, но хвост лисицы постепенно обрёл свою обычную толщину.

– Где мы заночуем? – тихо спросил Аник.

– Дальше есть хорошая поляна, – отозвался Ракх. – Не беспокойтесь, они больше не придут. Так и будут несколько дней греться у живого пламени.

– Ты отдал им часть своей силы? – сказал Аник.

– Да. Не вас же мне было резать.

Он явно был не в настроении болтать, и вскоре мы снова сели верхом. Ехать пришлось ещё около часа, и я, хотя очень устала, Ракха не беспокоила. Потерпеть оставалось всего-то чуть-чуть, тогда и приготовлю, дабы восстановить силы, сытной рассыпчатой каши.

Ночь встретила нас глубоким звёздным озером, кустами в кудряшках ветвей, где застревали светлячки, и шикарной, поблёскивающей в свете лун, травой.

– Ну вот. Приехали, – сказал Ракх. Он спешился первым и, не дав мне опомниться, снял с седла. – Ты как?

– Всё нормально. Уже гораздо меньше болит.

– Приуменьшаешь ведь, а? – усмехнулся мужчина. – Я обязательно сделаю тебе массаж, как и обещал.

– Раненой рукой? Нет уж! Обойдусь сегодня.

– Как здесь красиво! – донесся голос Аника с берега. – Волшебное место, и деревья нормального размера!

По берегу и правда росли прекрасные старые ивы, и я потянула Ракха посмотреть на зеркальное отражение небес.

– Завораживает. Странно, что город построили не здесь.

– Для древних лесных обитателей это было священное место, – сказал маг, поглаживая мои пальцы. – Они приходили сюда молиться. Видите, там в отдалении останки храма? Только фундамент сохранился и некоторые колонны.

– Так может нам… того? – шёпотом сказал Аник.

– Не думаю, что лес или озеро будут против нашего вторжения, мы же не оставим после себя никакого безобразия, – сказал Ракх. – Давайте уже займёмся делами, ребят. Лошадей нужно вычистить и отпустить пастись, да и нам не помешает плотный ужин.

Пока я вытаскивала продукты, мужчины занимались конями. Затем Ракх помог мне разжечь небольшой костёр, и они с Аником отправились ставить палатку.

Мне было устало и замечательно, и душой владело глубокое, уютное умиротворение. Пока я вскипятила воду, заварила чай и сварила кашу, мужчины успели подготовить два домика: один побольше – для нас с Ракхом, второй, маленький, для Аника и Кутерьмы. Маг ушёл к озеру напиться, а лет подошёл ко мне. Теперь он был абсолютно спокоен и расслаблен, и мечтательно улыбался.

– Похоже, Ракх давно хотел сюда наведаться, – сказала я.

– Пф! – отозвался парень. – Иногда твоё тугодумие меня раздражает, знаешь?

– Что? – не поняла я.

– Ракх поехал сюда ради тебя. Не чтобы сократить путь, не по своим делам, не для разговора с духами-хранителями, которым многое ведомо. Он хотел показать этот лестебе, Роза.

Я покраснела, закусывая губы.

– Правда?

– Нет, – скорчил гримасу парень. – Я всё это выдумал, чтобы сделать тебе приятно. Конечно, правда!

Он голодным взглядом посмотрел на кипящую кашу, и я, всё ещё смущённая, сосредоточилась на готовке. Когда Ракх вернулся, я уже раскладывала еду по мискам на низком столике, который Аник сделал из сложенного в несколько раз покрывала.

– Прошу, – улыбнулась я. – Правда, она ещё горячая.

– В самый раз! – нетерпеливо схватил свою порцию Аник. – Эх, хорошо! Я кошмарно голодный.

Ракх улыбнулся и устроился рядом, приятно касаясь моей ноги бедром.

– Я вижу, сегодня ты можешь сидеть? – склонившись, тихо сказал он.

От его близкого дыхания мои щёки вспыхнули с новой силой.

– Угу, но очень хочу вытянуться во весь рост, повернувшись на живот. Так сказать, самым уставшим местом к небу.

Ракх тихо рассмеялся, и мягко погладил меня по плечу. Он дарил мне столько радости, что впору было из неё делать заготовки!

– Не будем завтра вскакивать с утра пораньше. Стоит насладиться чарами этого места, напитаться силой. Тем более что Аник уже не против задержаться, – и мужчина хитро посмотрел на парня, который, давясь кашей, успевал замечать восхитительные россыпи небесных светил.

– Спасибо тебе, – сказала я, дотянувшись губами до его уха.

– За что?

– За всё хорошее, что ты сделал для меня. За понимание и доброту. За терпение и ласку. – Я прикусила губы, чувствуя, как в горле дрожит невыразимая нежность. – Просто за то, что ты появился в моей жизни, Ракх.

Он взял меня за руку, поднёс ладонь к губам и поцеловал – без страсти, но так трепетно и мягко, что я была вынуждена сморгнуть дрожащие блики слёз.

– Я рад, что встретил тебя, Роза. Благодаря тебе я не разорвал окончательно связь с этим миром… – Он хмуро посмотрел куда-то в сторону, но в следующий миг ласково сощурился и снова коснулся губами моих пальцев. – Моя Осень.

Моя. Неужели он сказал так? Я затылком почувствовала пристальный взгляд Аника, и смутилась, крепче сжимая тёплую мужскую ладонь.

– Я обязательно выращу жёлудь.

– Не сомневаюсь, – усмехнулся Ракх. – Аник, а ты чего это весь кашей измазался?

Парень поспешно встал и пошёл к озеру, а мы с Ракхом наконец-то поели. Потом я умылась звёздными водами, причесалась, пожелала Сахару доброй ночи и пошла в палатку. Кутерьма получила свою порцию ягод и кусок мяса, нехотя отведала каши, и наотрез отказалась идти к Анику, улёгшись у входа в наш домик.

– Не бойся, не убежит, – успокоил меня Ракх.

– Если бы ей захотелось на волю – я была бы не против, – отозвалась я, поглаживая Кутю по грудке. – Хотя, наверное, она уже не сможет жить среди своих диких собратьев.

– Да. Но, поверь, ей и с нами не плохо, – сказал маг и кивнул на уютное ложе: Прошу.

В эту ночь мне совсем не думалось о близости. То есть я не хотела мужчину так, как раньше. Лес нашёптывал не о страсти, а о тёплой и тихой ласке, и Ракх первым делом избавил меня от жилета с тугой шнуровкой и платья. Я с удовольствием помогла раздеться ему – благодаря маленькому амулету, что прятал звезду, в палатке было хоть и свежо, но совершенно не холодно.

– Итак, приступим.

В этот раз он массировал меня с нежной силой, без щекоток, но доставляя глубокое, сладкое удовольствие. Я и сама не поняла, в какой момент задремала, успела только почувствовать, как мужчина без смущения намазал мои бёдра и, закончив с лечением, уложил к себе на грудь, чтобы крепко обнять.

– Доброй ночи, Роза.

– Доброй ночи, Ракх, – отозвалась я. – Спасибо…

И уснула с улыбкой на губах, прижимаясь к его горячему телу и представляя, как мы вместе поднимаемся по высоченной лестнице к дому на вершине гигантского дуба…