Глава 39. Генрих

Мы приехали в ресторан первыми. Детектив задерживался, я нервничал, а Карл поглядывал на меня сердито и периодически хмыкал в ответ на свои мысли, чем меня еще больше бесил. – Ты так и не ответил, почему все время лезешь к доктору? – спросил он, когда мы заняли наш столик. – А что, и без объяснений не ясно? – Ну, мне кажется, ты просто прицепился к нему, потому что он тебе не нравится. Я вообще не вижу никакой связи между доктором и твоей женой. – Я чувствую, нутром чувствую, что этот Вайсберг прячет Мари. – Ты сам отказался от полицейского расследования, – пожал плечами Карл. – Вот теперь и остается только гадать. Карл лениво листал меню, не останавливаясь ни на одном блюде, а официант за его спиной терпеливо ждал. Его глаза светились любопытством. Он явно прислушивался к разговору. Мне надоело. Я выхватил папку, ткнул пальцем в пару строчек, и, наконец, любопытный парень ушел на задворки кухни. – Правильно. Слишком глубоко рыть начал этот щекастый детектив. Я когда его в университете увидел, сразу понял, что пора прощаться. Вот и сказал, что жена вернулась домой. – А я удивляюсь, что он поверил на слово. – Я забрал заявление, что он еще может сделать? Официант принес первое блюдо. Мы какое – то время молча ели. Я не чувствовала вкуса пищу, просто кидал в рот куски шнельклопса («быстрая отбивная» – мясо в сметанном соусе), чтобы утолить голод, а мозг кипел от мыслей. Как я ни крутил во все стороны исчезновение Мари, понимал, что без помощи ей не удалось бы так долго скрываться. Родных из России отбросил сразу. Хильда нашла номер телефона матери жены. Для этого моей преданной кухарке пришлось поднять все связи по «Зазеркалью». С трудом, но нашлись файлы, в которых содержалась информация о русских танцовщицах. Я позвонил сразу, как только в руки попала бумажка с номером. Пришлось привлечь знакомого переводчика, чтобы мы могли понять друг друга. Мать Мари обрадовалась звонку, начала, путаясь в словах, благодарить за помощь семье. Я задавал наводящие вопросы и пытался выведать информацию, но, когда она попросила пригласить к телефону Мари, отключился под благовидным предлогом. Сразу стало ясно, что родители ничего не знали о дочери. В файле с документами были и фотографии семьи. Я позвал Хильду. – Эту девушку ты видела на экране ноутбука, когда зашла в нашу спальню? – спросил я, показывая на сестру Мари. – Нет. Не она. Та была очень красивой. Прямо глаз не отвести, как фрау Мари. – Ах, Сучка! Шлюха! Змея! – я швырнул телефон на пол. Злость переполняла меня до краев. На моих глазах жена завела подружку и разговаривала с ней часами, когда никто не видел. Тихая и мирная девственница оказалась на самом деле коварной соблазнительницей. – Генрих, не нужно так волноваться, – Хильда спокойно подняла смартфон и положила его на стол. Я посмотрел на кухарку с благодарностью. Хильда для меня – настоящая находка. В душе этой женщине таились такие же темные силы, какие сводили с ума и меня. Оставалось два варианта: просить помощи у криминала или обратиться к Карлу, который имел нужные связи. Я хотел вернуть Мари любой ценой. Пришлось снова звонить матери жены и осторожно выспрашивать, с какой подругой могла общаться Мари. – Подруга? – мать на секунду замолчала. – Машенька уехала из дома учиться в университет. Со школьными подружками перестала общаться, а с кем она дружила в вузе, я не знаю. Дочка никогда не говорила. Может быть, это новая знакомая из танцевальной труппы? Генрих, дорогой, я начинаю волноваться. Что – то случилось? – Нет, нет! Все в порядке! Не хватало еще, чтобы родители в России подняли всех на ноги. – Я попытаюсь выяснить, кто эта девушка, – сказала Хильда. – Наверняка шлюха из «Зазеркалья». Я яростно жевал мясо и вспоминал, как застал Мари возле шкафчика с сейфом. Тогда мне показалось, что она просто полюбопытствовала, а теперь ситуация раскрывалась с другой стороны. Наверняка планировала выкрасть свои документы и сбежать, обобрав меня до нитки. – Мы здесь! – Карл помахал рукой, призывая кого – то. Я поднял голову: к нам приближался детектив, лысый, плотный человек с пышными усами. Ему бы котелок на голову и трубку в зубы – вылитый Эркюль Пуаро, герой Агаты Кристи. Господин Майер сел на соседний стул, разложил свои бумаги и посмотрел на нас, ожидая команду. От нетерпения я бросил вилку на тарелку, та громко звякнула. – Хватит тянуть кота за хвост! Говорите уже! – Картина вырисовывается интересная. – Где? – хором выкрикнули мы с Карлом. – В целом. Я тут поспрашивал немного в отеле, где была презентация, и выяснил один момент, – он сделал паузу, посмотрел на меня и заторопился: – Одна служащая видела, как из туалета для инвалидов вышел доктор Вайсберг. В тот момент она не придала значения этому факту, а потом заметила фрау Мари, которая тоже вышла из туалета. – Стоп! Погодите! Но полиция всех опрашивала. – Видимо, не всех. Я же говорю, женщина не придала значения этому факту. В любом дознании нужно задать правильный вопрос. Вы навели меня на мысль о докторе Вайсберге, я показал служащим фотографию его и фрау Мари, вот тут она и вспомнила, где видела этих двоих вместе. Я вскочил и кинулся к выходу. Карл обогнал меня и схватил за плечи. – Ты куда, идиот? Дослушай информацию! – Я же говорил! Говорил! Я чувствую… – Это еще не все! Карл заставил вернуться к столу. Детектив с ухмылкой посмотрел на меня, сразу захотелось вмазать по этой противной роже, еле сдержался. В груди бушевал ураган. Мозг отказывался логично воспринимать действительность. Я упал на стул. Силуэт детектива расплывался, голос доносился глухо. – А можно взять отпечатки пальцев в том туалете, чтобы привлечь этого докторишку к ответственности за похищение моей жены? – выдавил из себя. – Не дури! Включи мозги! – Карл ткнул меня пальцем в бок. – Какие отпечатки? Ты думаешь, что у частного детектива своя криминалистическая лаборатория? Да и прошел уже месяц. Смысла нет. – Вот именно, – поддакнул герр Майер, сделал многозначительную паузу и добавил: – Есть еще одно сомнение. Доктор был на вечере с подругой, а теперь с ней расстался. Почему? – Ну, это не аргумент. Вполне нормально. Он же пластический хирург. Развлекается с пациентками потихоньку. О! – Карл хохотнул. – А может, он трахает их под наркозом? Его глаза затуманились, словно он погрузился в фантазию. Не удивлюсь, если вскоре появится новый сценарий: врач и пациентка на белом операционном столе. – За это посадить мужика, конечно, можно, – пожевал ус детектив, – но слишком надуманно. Я тут осторожно поспрашивал охранников здания, где находится клиника, и узнал: доктор Вайсберг в последнее время очень предан работе. Буквально днюет и ночует в клинике. – Ничего подобного! Я видел его сегодня с какой‑то блондинкой на парковке. Сказал и обмер. В груди все провалилось, ухнуло куда‑то в пятки. А вдруг это была жена? Идиот! – Девушку успели разглядеть? – оживился детектив. – Нет, – я закашлялся: голос сипел и отказывался повиноваться. – Быстро все случилось. – Опять твоя горячность помешала! – упрекнул Карл. – Когда, наконец, думать начнешь? – Вот я и предлагаю немного понаблюдать за жизнью этого человека. Выясню его домашние адреса, места, где он любит бывать, поинтересуюсь ближайшим окружением. Если он где – то прячет фрау Мари, следы найдутся. – А еще идеально было бы кому – то записаться на прием к доктору и посмотреть, что происходит в клинике изнутри, – воодушевился Карл. – И кто туда пойдет? – не согласился я. – Меня и тебя Вайсберг знает, а больше никого посвящать в это дело не хочется. – Бруно! – Точно! Бруно! Его видела только Мари, а доктор не знает. – Так, давайте не будем торопиться! – остановил наш порыв детектив. – Нужно составить подробный план действий, чтобы не наделать новых ошибок. Господин Миллер, наберитесь терпения. Скоро ваша жена вернется домой. Через неделю план был готов.