Глава 15. Дипломатия хищников и Владыка Одиннадцати Миров

Прошел месяц. Скандал с Лиандрой Вэнс удалось погасить в самом зародыше: когда девочку в обстановке строжайшей секретности передали доверенным людям её отца на Каракасе, выяснилось, что заговором руководил родной дядя Лиа. Тихий семейный переворот с треском провалился, виновных изолировали, а Звездный флот получил в лице президента Вэнса могущественного и крайне сговорчивого должника.

Я же получила внеочередное звание старшего спецагента и новое задание. Отпуска, разумеется, не предвиделось.

— Мы стоим на пороге беспрецедентного энергетического кризиса, Нова, — говорил генерал Ридли, тяжело расхаживая по своему кабинету три дня назад. — Взрыв сверхновой в секторе Капеллы уничтожил наши основные плазменные заводы. Радиационный фон там не спадет еще несколько лет, а оставшиеся добывающие колонии в соседней системе прямо сейчас захвачены пиратским картелем. Альянс истощил стратегические запасы. Если ничего не изменится, наш флот встанет на прикол через три-четыре месяца. Недавний энергетический пакт с другими системами не устранит проблему. Нам жизненно необходим сиамий. Этот ресурс в несколько раз эффективнее всего, что у нас есть, и он может быстро закрыть дефицит без полной перестройки маршрутов флота.

Генерал остановился у панорамного окна, глядя на пролетающие крейсеры.

— Вы знаете, что закрытые дипломатические переговоры с Сиамом о поставках шли уже несколько лет, — продолжил Ридли, до хруста сжимая кулаки за спиной. — Но их Владыка всё это время лишь играл с нами. Он выжидал. Он просчитал этот кризис, и теперь, когда мы оказались прижаты к стенке, взвинтил цену на сиамий до запредельных высот. Загнал нас в абсолютное отчаяние. И вот теперь, насладившись нашей слабостью, он согласился лично прибыть на нейтральную станцию «Эгида» для финализации торгового договора. Вы возглавите службу безопасности дипломатического корпуса. Никаких инцидентов, Клео. Нам нужен этот контракт любой ценой.

«Политика — это искусство продавать свою гордость максимально дорого, капитан», — философски заметил Фаро. Голографический фенек, сидевший на краю стола Ридли, поправил воображаемый галстук-бабочку и выразительно закатил глаза.

Звучало как престижная и до зевоты скучная работа. Проверять пропуска, сканировать залы на наличие жучков, координировать патрули и следить, чтобы разодетые послы с разных планет не перегрызли друг другу глотки за фуршетным столом. Последний месяц полевая работа меня обходила стороной.

И вот я стояла в парадной форме Звездного флота — строгий, сидящий как вторая кожа черный китель, серебряные галуны, парализатор и тяжелый бластер на бедрах — у массивных бронированных дверей Главного зала переговоров на «Эгиде». Внутри, за огромным круглым столом уже собрались политики Союза Планет, потея от напряжения и предвкушения.

— Внимание постам, прибывает делегация. Система Сиам, — сухо щелкнул коммуникатор в моем ухе.

«Фаро, — мысленно хмыкнула я, проверяя жесткость портупеи. — Можешь поверить в это? Те самые варвары, у которых мы покупаем топливо через пиратов и контрабандистов на черном рынке, решили поиграть в высокую дипломатию.»

Воздух на уровне моего плеча подернулся рябью, и там материализовался фиолетовый фенек. Зверек сидел, вытянувшись по струнке, и даже обзавелся крошечной виртуальной фуражкой под стать моей.

«Подтверждаю, капитан. Это исторический момент, — голос ИИ звучал непривычно напряженно. — Впервые их высшее руководство покидает пределы своей глушилки. Рекомендую держать лицо и не вспоминать о вашем... Гм... Краткосрочном фиктивном браке в их секторе. Вероятность того, что в составе делегации будет кто-то из Колизея, крайне мала».

Да я и сама это понимала. Местные игры в гладиаторов и близко не стояли с правительством целой системы.

Створки шлюза в конце длинного зеркального коридора плавно разъехались. Я вытянулась по струнке, приняв самое непроницаемое выражение лица, которому меня учили в Академии. Ни единого лишнего движения. Идеальный солдат.

Делегация состояла из пяти человек. Четверо шли позади, одетые в строгие темные одежды, напоминающие одновременно мантии и легкую броню. Их лица скрывали гладкие полумаски, а двигались они с той самой текучей, бесшумной грацией тренированных убийц, которую я так хорошо запомнила.

А впереди шел он.

Мое сердце совершило болезненный кульбит, с размаху ударилось о ребра и сорвалось в бешеный, оглушительный галоп. Дыхание перехватило так, словно из коридора разом выкачали весь кислород.

Халидан Ваи.

Он не носил маску. Его длинная коса была искусно перехвачена темными металлическими кольцами, а вместо варварской чешуйчатой брони на нем был надет невероятно стильный, сшитый на заказ мундир глубокого сапфирового цвета с серебряной вышивкой. Ткань безупречно облегала его фигуру, лишь подчеркивая пугающую, нечеловеческую ширину плеч и узкие бедра.

В этой цивилизованной обстановке, среди холодного стекла, хрома и белого света станции «Эгида» его первобытная, хищная мощь ощущалась еще острее, чем в песках. Он казался огромным диким зверем, властелином пустошей, которого зачем-то нарядили в шелка, но который в любую секунду мог разорвать эту одежду и перегрызть глотки всем присутствующим.

«Фаро... — мысленно простонала я, чувствуя, как под тугим воротником кителя проступает предательская холодная испарина. — Скажи мне, что у них там тысяча лордов, и это просто очень похожий на него брат».

Фенек на моем плече пошатнулся, его голографическая фуражка слетела вниз, а шерсть замигала тревожным алым цветом. Мой встроенный напарник молчал непозволительно долго.

«Отрицательно, капитан, — голос Фаро дрогнул, что для искусственного интеллекта было сродни истерике. — Мои сканеры безошибочно фиксируют биометрию вашего законного сиамского супруга. Но... Создатели, Клео, вы не понимаете».

«Чего я не понимаю?!»

«Я только что подключился к обновленной дипломатической базе данных Союза, которую нам предоставили минуту назад. Халидан Ваи не просто лорд».

Фенек схватился призрачными лапками за голову, выводя над собой огромную пульсирующую надпись «КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА».

«Его официальный титул: Владыка Сиама. Он Абсолютный Правитель всей их звездной системы. Единоличный монарх пяти обитаемых планет с многомиллиардным населением и владелец шести необитаемых миров, где, собственно, и добывается весь сиамий».

Я едва не поперхнулась воздухом, хотя внешне осталась неподвижной, как статуя.

Правитель всей системы? Владыка одиннадцати планет?!

Мой мозг отказывался состыковывать факты. Если он — абсолютный монарх, чье состояние и власть не поддаются осмыслению, то какого черта он делал на грязной арене в Колизее?! Зачем правитель целой цивилизации участвовал в примитивном отборе невест на одной из своих пыльных планет, валяясь на шкурах в походном шатре?! Зачем ему вообще понадобилось бороться за право первого выбора среди похищенных контрабандистами женщин, если по щелчку его пальцев ему могли доставить лучших красавиц со всей галактики?!

«Черт! Кажется, он меня заметил», — нервно пронеслось в голове.

«Он не просто заметил вас, капитан. Вектор его взгляда сфокусирован на вашей переносице», — панически добавил Фаро, а голографический зверек трусливо юркнул мне за воротник, выглядывая оттуда одними светящимися глазами.

Еще как сфокусирован.

Когда делегация поравнялась с постом охраны, Халидан вдруг остановился. Одно едва заметное движение его руки, и свита мгновенно замерла за его спиной, словно вкопанная. Высший лорд Сиама медленно повернул голову. Льдисто-голубые, невыносимо яркие глаза впились в мое лицо.

Я не отвела взгляд. Стояла неподвижно, заложив руки за спину, и смотрела прямо на него с холодным, профессиональным равнодушием спецагента. Ни один мускул на моем лице не дрогнул.

Его губы дернулись. Вместо ярости обманутого мужа, у которого украли добычу прямо из-под носа, на его лице расцвела медленная, невероятно порочная и предвкушающая улыбка. Она сулила мне такие проблемы, от которых не спасет даже весь Звездный флот.

Он склонил голову набок, откровенно, по-хозяйски окинув меня взглядом с ног до головы: от начищенных форменных ботинок до гладко зачесанных под фуражку темных волос, задерживаясь на изгибах, которые теперь не скрывал уродливый кремовый мешок.

— Форма тебе к лицу, моя обманщица, — произнес он на чистейшем, безупречном межгалактическом, без малейшего намека на тот варварский акцент, который я слышала в Колизее.

Его низкий, вибрирующий голос резанул по нервам, заставив волоски на моих руках встать дыбом. Он не стал дожидаться моего ответа или какой-либо реакции. Коротко усмехнувшись своим мыслям, Халидан развернулся и широким шагом прошел в зал переговоров. Тяжелые двери сомкнулись за ним.

Я судорожно выдохнула, чувствуя, как дрожат колени. Фенек осторожно выполз из-за моего воротника, достал виртуальный белый флажок и меланхолично вытер им несуществующий пот со лба.

— Агент Нова, статус? — раздался в наушнике голос начальника смены. — Почему делегация останавливалась?

— Проверка, визуальный контакт, сэр, — хрипло отрапортовала я. — Всё в норме.

«В норме? — саркастично переспросил Фаро, скомкав флажок. — Капитан, абсолютный монарх, которого вы накачали лошадиной дозой транквилизатора и бросили в пустыне, только что назвал вас своей обманщицей на дипломатическом приеме. Боюсь, норма для нас закончилась».

***

Первый день переговоров длился восемь часов. Я стояла на посту, периодически сменяясь для обхода периметра, но мои мысли то и дело возвращались к мужчине за круглым столом.

Сквозь камеры внутреннего наблюдения, к которым у меня был доступ, я видела, как Халидан ведет дела. Он сидел в кресле с той же ленивой грацией, с какой восседал на каменном постаменте в Сиаме. Политики Союза суетились, размахивали графиками, предлагали схемы инвестиций, а он лишь изредка бросал короткие фразы, которые разбивали их аргументы в пыль. Он был дьявольски умен. Он прекрасно знал экономику Союза и играл с нашими дипломатами, как кот с полумертвыми мышами.

Вечером, когда официальная часть завершилась, делегации разошлись по своим комнатам на станции. Сиамам выделили целый люксовый ярус.

Моя смена закончилась. Я сдала тяжелый бластер в арсенал, оставив при себе лишь скрытый парализатор и тактический нож в сапоге, и направилась в оранжерею «Эгиды» — огромный купол с искусственным климатом и живыми растениями, где агентам разрешалось снимать стресс после смен.

Там пахло влажной землей, цветущей глицинией и свежестью. Я забралась в самый глухой уголок, где густо росли земные папоротники, расстегнула жесткий ворот кителя и со стоном откинула голову на спинку скамьи, закрыв глаза. Фенек спрыгнул на деревянную рейку рядом, блаженно вытянулся, раскинув лапки, и над его головой закружились зеленые значки «Восстановление системы».

Нужно было подумать. Спланировать, как избежать встреч с ним. Как не спровоцировать международный скандал.

— Знаешь, в этой форме ты выглядишь опаснее, чем в том нелепом платье. Но пахнешь так же.

Голос раздался прямо из теней, в двух шагах от меня.

Фенек подпрыгнул так, словно его ударило током, и мгновенно растворился в воздухе, оставив меня разбираться с этим кошмаром в одиночку.

«Предатель», — успела подумать я.

Я вскочила быстрее, чем мысль успела оформиться в голове. Рука метнулась к голенищу сапога, выхватывая нож.

Халидан стоял, прислонившись плечом к стволу дерева. Он снял свой парадный сапфировый мундир, оставшись в черной рубашке, расстегнутой на три верхние пуговицы. Закатанные рукава обнажали мощные предплечья, покрытые старыми, знакомыми мне шрамами.

Здесь не было охраны. Не было дипломатов. Только мы вдвоем под куполом, имитирующим звездное небо.

— Тише, агент, — он поднял руки в примирительном, но абсолютно издевательском жесте. — Я пришел без оружия. Дипломатический этикет все-таки.

— Вы нарушаете протокол безопасности, лорд Ваи, — мой голос лязгнул металлом. Я не опустила нож, держа его обратным хватом. — Этот сектор закрыт для гостей станции.

— Для меня нет закрытых секторов, Клеопатра, — он произнес мое полное имя так, словно пробовал его на вкус. Медленно, смакуя каждую букву.

Он сделал шаг ко мне. Я не отступила, хотя инстинкты вопили разорвать дистанцию. Халидан остановился, подойдя вплотную. Настолько близко, что острие моего тактического ножа уперлось прямо в твердые мышцы его живота сквозь тонкую ткань рубашки.

Он даже не опустил взгляд на лезвие.

— Ты прекрасно сыграла свою роль там, в песках, — его голос понизился до интимного шепота. В глазах плясали опасные искры. — Напуганная мышь, не способная даже стоять твердо на ногах. Я почти поверил. Почти. До того момента, как ты сорвалась с бревна. Твоя координация в падении была слишком идеальной для неумехи.

— Если вы всё знали, Владыка, то зачем выбрали меня? Зачем весь этот спектакль в Колизее? Правителю одиннадцати миров больше негде искать жену? — процедила я, чуть надавив ножом, просто чтобы напомнить ему о границах.

Халидан глухо, вибрирующе рассмеялся. Звук отдался дрожью в моих ногах.

— Политика, Клео. Традиции. Мой народ должен видеть, что их правитель чтит древние законы инициации. Я был обязан пройти отбор, как любой другой воин, чтобы подтвердить свое право на власть кровью и потом. Это ритуал. И я прохожу его далеко не впервые.

Он внезапно поднял руку. Я напряглась, готовая блокировать удар, но он лишь мягко, почти невесомо провел костяшками пальцев по моей щеке.

— Я собирался выбрать самую сильную самку и забыть о ней на следующий же день, поселив в одном из дворцов. Но потом я увидел тебя. Фальшивку, которая извалялась в грязи ради спасения какого-то сопливого щенка из Академии.

Его пальцы скользнули ниже, задев обнаженную кожу над расстегнутым воротом моего кителя.

— И знаешь, что самое забавное? — Халидан чуть наклонился, его дыхание опалило мою шею. — Там, в моем шатре, ты перестала притворяться. Твоя страсть была настоящей. Ты хотела меня так же дико, как я тебя.

— Это была миссия, — я заставила себя смотреть прямо в его льдистые глаза, игнорируя то, как предательски слабеют колени. — Я спецагент. Я сделала то, что должна была, чтобы усыпить вашу бдительность. Не льстите себе.

Улыбка Халидана стала откровенно хищной.

Он сделал то, чего не ожидает ни один из бойцов с ножом в руке. Вместо того, чтобы отстраниться или перехватить мою вооруженную руку, он шагнул еще ближе, насаживаясь на острие ножа. Лезвие прорезало рубашку, на черной ткани выступила крошечная капля крови.

Я отдернула руку с ножом инстинктивно, потрясенная его безумием. Этой заминки ему хватило. В долю секунды его рука метнулась вперед, стальной хваткой перехватывая мое запястье. Халидан дернул меня на себя, впечатывая в свою каменную грудь. Нож со звоном выпал из моих ослабевших пальцев.

— Ты можешь врать своим генералам, Клео, — прорычал он, прижимая меня к себе так крепко, что я чувствовала бешеный ритм его сердца. — Ты можешь врать самой себе. Но не ври мне. Твое тело помнит мое.

Он свободной рукой зарылся в мои гладко зачесанные волосы, грубо выдергивая шпильки. Темные пряди рассыпались по плечам.

— Переговоры только начались, моя обманщица, — прошептал Халидан, его губы остановились в миллиметре от моих. — И поверь, топливо — это последнее, что меня здесь интересует.

«Капитан, — раздался в голове тонкий от паники голос Фаро, пока где-то на периферии моего зрения мигала иконка фенека, закрывающего глаза лапками. — Протокол дипломатической неприкосновенности не предусматривает спасение от агрессивных брачных ухаживаний монархов. Рекомендую импровизировать!»