Глава 26. Эхо предательства и холодный космос

Старенький шаттл Рика трясло так, словно мы летели не сквозь вакуум, а по гравийной дороге. Я сидела в кресле второго пилота, пристегнувшись ремнями, и смотрела, как на обзорном экране багряная сфера центральной планеты Сиама становится всё меньше.

— Мы вышли из зоны глушилок! — проорал Рик, не отрывая взгляда от навигационной панели. По его лицу градом катился пот. — Орбитальные пушки нас не зацепили, эти идиоты поверили в трюк с поломкой снова! Разгоняю гипердвигатель! Две минуты до прыжка!

«Фаро, сейчас! — мысленно скомандовала я, вцепившись здоровой рукой в подлокотник. — Канал экстренной связи Альянса. Код "Красный ноль". Передай генералу Ридли наши точные координаты, вектор движения и статус: миссия выполнена, объект возвращается. Запрашиваю немедленную эвакуацию и поддержку».

«Пакет отправлен, капитан, — доложил ИИ. — Сигнал пошел по открытому пространству. Если ближайшие крейсеры Флота нас услышат...»

Фаро не успел договорить. Сирена на пульте Рика взвыла так, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки. Приборная панель вспыхнула тревожным красным светом.

— Твою мать! Твою ж мать! — контрабандист в панике заколотил по кнопкам. — Радар сошел с ума! Массивная сигнатура прямо по курсу... Нет, она сзади! ОНО ДОГОНЯЕТ!

Я бросила взгляд на сканеры и почувствовала, как кровь стынет в жилах. Огромная, подавляющая масса стремительно сокращала дистанцию. Это был не патрульный крейсер.

Это была «Ярость Предков». Флагманский дредноут Халидана.

Он проснулся. Он обнаружил пустую постель и мертвую охрану. И он бросил свой личный корабль в погоню за маленьким, ничтожным шаттлом.

— Прыгай, Рик! Уходи в гипер! — крикнула я, чувствуя, как моя животная суть сжимается в комок от первобытного ужаса. Мой альфа шел по следу, и его ярость была осязаема даже сквозь сотни тысяч километров пустоты.

— Двигатель еще не заряжен! Сорок секунд! — в отчаянии взвыл пилот.

Дредноут не стал открывать огонь на поражение. Халидану не нужна была радиоактивная пыль, ему нужна была я. Живой.

Вместо смертоносных лазеров шаттл сотряс мощнейший электромагнитный удар. Нас словно ударили гигантским хлыстом. Свет в кабине мигнул и погас, сменившись тусклым аварийным освещением. Турбины жалобно взвизгнули, захлебнулись и затихли. Искусственная гравитация отключилась на секунду, подбросив нас в ремнях вверх, а затем вернулась с тяжелым, глухим стуком.

— Плазменные катушки сгорели! — Рик вцепился в волосы, с ужасом глядя на мертвые экраны гиперпривода. — Мы никуда не прыгнем. Мы трупы. Он сейчас порвет нас на куски или возьмет на абордаж!

Мы беспомощно дрейфовали в космосе. Огромная черная тень дредноута надвинулась на нас, закрывая собой звезды. Я видела его в обзорный иллюминатор, колоссальный зверь, поймавший в ловушку мелкую птицу.

Внезапно главный коммуникатор на пульте Рика ожил сам по себе. Системы дредноута принудительно взломали нашу жалкую защиту и открыли канал видеосвязи.

Экран вспыхнул.

Халидан Ваи стоял на мостике своего корабля. На нем были те самые черные брюки, в которых он уснул, а на плечи небрежно наброшен мундир. Его золотая коса была растрепана, лицо напоминало высеченную из камня маску смерти. В его льдистых глазах больше не было ни страсти, ни тепла, только абсолютный, концентрированный холод космического вакуума.

— Ты убила моих людей, Клеопатра, — его голос прозвучал тихо, но от этого глухого рычания завибрировали переборки нашего шаттла.

Я заставила себя смотреть прямо в этот экран. Моя иная суть вопила о пощаде, требуя упасть на колени, но выучка агента держала спину прямой.

— Я офицер Звездного флота, Халидан. Я сделала то, что должна была. Твои люди стояли между мной и моей свободой.

— Твоей свободой? — он медленно подался вперед, и его взгляд, казалось, прожег меня насквозь. — Твоя свобода осталась в моей постели. Ты отдалась мне, скулила в моих руках, клялась, что ты моя... А потом вонзила нож мне в спину.

— Это была миссия! — мой голос дрогнул, выдав ту боль, которую я отчаянно пыталась скрыть. — Ты шантажировал мой Союз! Ты загнал меня в эту клетку! Что я должна была сделать? Сидеть и ждать, пока ты сожжешь мою галактику?

Уголок губ Владыки дернулся в страшной, издевательской усмешке.

— Я сожгу её теперь. Из-за тебя. Ты думала, что сможешь сбежать? — Халидан сделал знак кому-то за кадром. — Захватные лучи активированы. Ваш корабль сейчас втянет в мой ангар. И когда шлюз откроется, Клеопатра... Я покажу тебе, что мы делаем с предателями на Сиаме. Ты будешь молить о том, чтобы я вернул тебя в ту золотую клетку. Но ты туда больше не вернешься.

Корабль Рика мелко завибрировал. Нас потянуло назад, в бездонное чрево сиамского дредноута.

Я закрыла глаза. Это был конец. Я не успела передать данные. Я умру здесь, или, что еще хуже, стану его сломанной игрушкой.

«Фаро... Удаляй архивы. Уничтожь мою память, если они подключатся к моему мозгу», — мысленно приказала я, готовясь к неизбежному.

«Капитан... — голос Фаро вдруг дал сбой. — Пространственная аномалия! Три... Нет, четыре точки выхода!»

Пространство перед нами внезапно разорвалось на части. Космос вспыхнул ослепительным светом, когда гиперпространственные окна распахнулись одно за другим.

Из бурлящей воронки вынырнули три тяжелых боевых крейсера Звездного флота. Гладкая, хищная броня, эмблемы Альянса на бортах и активированные орудийные батареи, уже наведенные на дредноут Халидана. За ними выскочил небольшой маневренный фрегат поддержки.

— Говорит адмирал Кормак, Третий ударный флот Альянса! — раздался в эфире властный, усиленный помехами голос. — Неопознанный сиамский дредноут, вы находитесь в нейтральном секторе космоса и совершаете акт агрессии против судна Альянса. Немедленно отпустите шаттл и заглушите орудия, или мы открываем огонь!

Рик издал истерический смешок, сползая по панели управления. Я распахнула глаза, не веря тому, что вижу. Флот успел. Ридли не бросил меня.

На экране Халидан Ваи замер. Его глаза сузились. Он был гениальным тактиком и понимал расклад сил. Дредноут был мощным, возможно, мощнее любого из этих крейсеров в отдельности. Но открытый бой с тремя тяжелыми кораблями Союза за пределами орбитальной защиты Сиама означал начало полномасштабной, официальной войны. Войны, к которой его империя, действовавшая до этого только чужими руками пиратов, была сейчас не готова.

Особенно из-за одного беглого посла.

Халидан долго смотрел на меня. В этом последнем взгляде смешалось всё: крушение его планов, ненависть, уязвленная гордость и то самое дикое, невыжженное чувство, от которого мы оба чуть не сошли с ума прошлой ночью.

— Твои корабли спасли тебя сегодня, обманщица, — произнес он так тихо, что я едва разобрала слова сквозь статику перехваченного канала. — Но космос мал. Оглядывайся через плечо, Клеопатра Нова. Потому что я приду за тобой. И тогда весь твой Звездный флот не сможет тебя спрятать.

Экран погас.

Тяга захватного луча резко исчезла, швырнув шаттл вперед по инерции. Огромный черный дредноут медленно, словно нехотя, начал разворачиваться, ложась на обратный курс к золотисто-багряной планете.

— Шаттл, это крейсер «Авангард», мы берем вас на буксир, — ожила рация голосом офицера Флота. — Добро пожаловать домой, агент Нова.

Я откинулась на спинку кресла и спрятала лицо в ладонях, чувствуя, как по щекам текут злые, горькие слезы. Я была дома. Я была в безопасности. Но почему-то мне казалось, что настоящая война в моей жизни только что началась.