66

– Ты мне только объясни, почему ты сразу так цену поднял? – прошептала я, пока там на сцене выставляли не самые интересные лоты. – Не дешевле было поторговаться как все, небольшими шажками.

– Небольшими шажками ты не понимаешь, что сумма превысила допустимые пределы. Кажется, что вот немного – что тут доплатить. А если поднять стоимость разом, то сразу появляется жадность, – пояснил Кас логику аукционов и тут же чуть снисходительно добавил: – К тому же таким большим шагом я сразу обозначил, что у меня есть интерес к этому предмету.

Я не знала, насколько эта стратегия оправдана, но результат уже висел на мне, так что сомневалась я лишь наполовину.

Неожиданным лотом на аукционе стали духи. Причём перед стартом торгов ассистенты любезно раздали всем небольшие надушенные платочки, чтобы каждый гость почувствовал аромат.

Нежный и лёгкий с нотками сирени зимой он вызывал особенно приятные чувства. Естественно, от Каса это не укрылось.

Духи, конечно, продавались не в единственном экземпляре, но это была лимитированная версия из пяти флаконов. Один ушёл нам за какие-то страшные деньги, трату которых я предпочла воспринимать как меценатство. На развитие талантливых парфюмеров, да.

Я искренне надеялась, что слёзы Кирина тоже выставят не в единственном экземпляре. Но мечтам моим не суждено было сбыться. Слёзы занимали даже половину и без того небольшого флакона. Буквально кот наплакал, а не Кирин!

Оставалось надеяться, что они здесь хотя бы никому не нужны. Но нет! Стоило мне, дрожа от волнения, сделать ставку, как её тут же перебил какой-то странный тип. С длинными чёрными волосами и в чёрном же костюме. Причём, в отличие от всех, выглядел он не величественно, а слегка неуклюже и капельку забавно. Вот только мне было не до смеха.

Я увеличивала ставку – он тут же её понимал. Я предлагала цену ещё выше – он не скромничал. Так я успела дойти до стоимости своего месячного содержания и приближалась к концу карманных сестры. Внутри уже подступала лёгкая паника. Я не знала, что стану делать, если этот непонятный тип не остановится. Торговаться «в долг», надеясь, что папа разрешит заплатить всю сумму? Или просить у кого-то взаймы?

Видимо, Кас почувствовал мою нервозность, потому что внезапно его табличка взмыла вверх. Названная сумма увеличила ставку в два раза и напрочь отбила желание торговаться. Слёзы Кирина достались нам, а наш конкурент, расстроившись, стремительно покинул зал.

Выдохнув, я с благодарностью посмотрела на ректора, уже открыв рот, чтобы рассказать, как за полгода погашу долг. Но, естественно, Кас меня опередил.

– Я финансирую твоё исследование, – категорично заявил он. – Договорились?

– Договорились, – выдохнула я, прикинув, что, если всё получится, то Безвременник всё равно оставлю академии. – Главное, чтобы этот тип ничего не учудил. Не понимаю, как его вообще сюда пустили…

– Какого типа? – не понял ректор.

– Да того, который пытался у нас слёзы увести, – пояснила я.

Неожиданно после моего ответа Кас расслабился и чуть рассмеялся:

– Насчёт него можешь не беспокоиться. Это не какой-то там тип, а личный зельевар князя ледяных драконов. Гораций здесь личность известная ¹⁰ , со всех сторон проверенная, захаживает часто. Раньше в академии у нас преподавал, говорят. Но там ему бюджеты на такие ингредиенты никто не выделял. Он не станет портить себе репутацию.

Очередной чек Кас выписывал тут же. С гордостью и некоторым превосходством словно приостанавливая ради такой великой чести аукцион. И я вот уже приготовилась забрать заветный флакон, как ректор вдруг попросил ассистентов:

– Отнесите в наш номер.

Упускать добычу из рук не хотелось. Я бы с удовольствием в неё вцепилась, но мысли занял совершенно другой вопрос.

– В каком смысле "наш номер"? – уточнила я чуть озадаченно.