70

– Погоди, я сбегаю за фотоартефактом, – велел ректор и действительно умчался куда-то.

Я же сидела и всё не могла поверить в реальность. Казалось, должен быть какой-то подвох. Ну, например там семена не смогут работать как положено или ещё что-то другое.

Ректор вернулся минут через десять с целой делегацией. Прибежал и его предшественник, и магистр Юстас, и вся наша взбудораженная кафедра. И даже зачем-то заведующая канцелярией, которая едва умещалась на широких тропинках оранжереи.

И все были такие счастливые и радостные, будто это получилось не у меня, а у них. Но меня, конечно, хвалили по-особенному, пока ректор с артефактом наперевес делал снимки. Даже не обращали внимания на мои слабые напоминания, что свойства растения мы ещё не испытали. Всем хватило уже того, что цветы внешне походили на Безвременник.

Мне думалось, что до проверки ещё потребуется долго собирать артефакт, но оказалось – Кас начал над ним работать почти сразу как узнал про мою курсовую. И к моменту созревания семян уже закончил. Половину я забрала на выращивание – вторую как от сердца отрывала на проверку.

– Как думаешь, на сколько хватит? – спросила я неуверенно, с замиранием сердца глядя, как ректор засыпает их в маленькие песочные часы на цепочке, которая крепилась к середине.

– Не знаю. Может секунд на пять. Ты попробуй поговорить, а я проверю. Если одно и тоже услышу несколько раз, значит, сработало.

– А что говорить-то? – растерялась я.

Но неожиданно Кас улыбнулся немного грустно и сообщил:

– Уже ничего. Работает. Хватило секунд на тридцать.

– То есть это он? Безвременник? – спросила я, затаив дыхание.

– Ну да, – будто и не сомневался сообщил ректор.

От переизбытка эмоций я бросилась ему на шею. Повисла с визгами, наслаждаясь объятиями и заслуженной похвалой. Только меня не оставляло чувство, что в эти тридцать секунд я пропустила нечто важное.

Впрочем, думать об этом мне было некогда. Я выращивала из семян следующую партию, которая даже почти не пыталась помереть от любого дуновения ветерка. А с зельями от магистра Юстаса дело шло вообще задорно.

Росли Слезнистые Безвременники, к счастью, со скоростью Злопамятных Маков, а не как кусты Хрустальных Роз. И уже вскоре мне потребовалось освободить для них приличную часть оранжереи. Все студенты, кто мог, переносили свои растения в теплицы – благо, заметно потеплело и артефакторы помогали с настройкой нужного температурного режима. Часть растений кафедры тоже разрешили пересадить.

О моём успехе теперь знали все! Экзамены в этом семестре мне проставили автоматами – лишь бы я не отвлекалась. Обо мне написали во всех газетах – после чего до меня по сфере связи достучалась вся родня, чтобы от всей души поздравить. Больше всех, конечно, гордился папа. И, кажется, даже перестал страдать, что отпустил нас с сестрой одних в академию.

– Я не представляю, что с ним будет, когда ты ещё и про ректора сообщишь, – ехидно поддела Джинни после разговора. – Ты так планку задрала, что я теперь одиноко чувствую себя самой беспутной принцессой. Раньше вдвоём уютней было, что ли.