42

Лицо Владыкина становится болезненно зелёным. На мгновение мне становится дико стыдно за всю ситуацию. Я как бы хотела сказать одно, а получилось другое. Как теперь объясняться? Послевкусие оргазма безвозвратно испорчено. – Я случайно. – Произнеся два слова, понимаю, что хуже пояснения не придумаешь. Это как сказать: «Не беспокойся» человеку, который на грани нервного срыва. Босс быстро поднимается с меня, приводит себя в порядок, не издавая ни звука. Прожигая меня взглядом в полной тишине, Владыкин напоминает ребёнка, которому родители не купили конструктор Лего. Насупился как сыч. Кажется, что ударит вот-вот. – Ну извините, Герасим Акакиевич. – Шепчу я, пытаясь найти одежду. Вроде вот тут перед кроватью бросали, а ничего найти не могу. Кажется, если буду хоть чуточку громче говорить, меня услышит Егор за дверью. – Давай сделаем вид, что меня тут нет? Владыкин закатывает глаза. – Давай. – Говорит он спокойно. – Сделаем вид, что тебя нет, но есть я. Пока я натягиваю футболку, он выскакивает в коридор, распахивает дверь и говорит младшему брату: – Ну здравствуй, Егор. Я морщусь. Конечно, наличие Босса в моём номере хоть и компрометирует меня, но не говорит однозначно о том, что мы спим. И всё же, мне не хотелось бы афишировать мою легкодоступность. – Гер? – В голосе Егора свистящее удивление. Пока они скалятся друг на друга, я собираю волосы в пучок и быстро смотрю на себя в зеркало. Да уж. Мне лучше людям не показываться, почему-то выгляжу как порноактриса после смены. Губы распухли, лицо блестит, в глазах капилляры полопались. – Егор. – Выбегаю в коридор, как раз в тот момент, когда Владыкин собирается послать брата в пешую эротическую прогулку. – Давайте выпьем втроем, если ты не против. Мужчины одновременно поворачиваются ко мне, оба щурятся недоверчиво. Только, если Егор удивлен и не верит, что я пригласила его в номер, то Владыкин разозлился. У Босса были планы на этот вечер. Я же выдавливаю дружескую улыбку. Герасим Акакиевич хорошо устроился, хочу сплю с одной бабой из офиса, хочу с другой; захочу отправлю работать в кадры, не захочу – не отправлю, или в геологи определю. А мне расхлебывай его непостоянство. Если я испорчу со всеми отношения, то как отработаю три года? – Я – за. – Оживает Егор, вызывая в старшем брате нервный тик на лице. – А я против. – Цедит Владыкин, выразительно выгибая брови и как бы говоря: «Я тебя отшлёпаю, Белых, если ты сейчас же не отменишь своё приглашение.» – Жаль, тогда нам придётся пить вдвоём. – Открываю дверь в номер шире, приглашая Егора внутрь и вспоминая, собрала ли я все улики шалостей с пола. – Чувствую, командировка будет занимательной. – Пропивает Егор, быстро забегая в номер, явно боясь, что приглашение сорвётся. Когда я уже собираюсь закрывать дверь, Владыкин тоже заходит, не забывая меня по пути болезненно ущипнуть за задницу. – Передумал, Гер? Опять рассматриваю братьев, хочу найти в них хоть что-то схожее, намекающее на родство. – Нет, просто хочу проконтролировать, что после парочки стаканов виски, ты возьмёшь свои ноги в руки и съебёшь из номера Снежаны. – Если честно, меня охватывает ступор. Владыкин точно не любит играть во всякие игры. В его голосе столько злости и решимости, он готов собственного брата пустить на закуску к виски. – Герасим Акакиевич. – Чувствую, что нужно смягчить ситуацию. Владыкин понятно, чего бесится, сладкое на ночь отменилось. – Мы собираемся просто выпить, отметить начало совместной работы и мою первую в жизни командировку. Владыкин садится на диван, широко расставив ноги, и раскидывает руки вдоль спинки дивана. Учитывая, что в номере есть только маленький диванчик и малюсенький стул, Егору ничего не остаётся как разместиться на стуле, в который бы даже моя задница бы не влезла, но главный геолог вмещается. Худозадый. – Да ладно, Снежан, не переживай. Я не первый год знаю брата и уже привык к его закидонам. – Усмехается Егор, разливая виски в подготовленные мною стаканы. Делает он это ловко. Пока парень наливает, я выуживаю из маленького холодильника снеки на закуски. – Всё как мы с тобой и проговаривали в аэропорту перед вылетом! Гера сам найдёт повод. В отрыве от контекста нашего разговора в аэропорту слова Егора звучат отвратительно. Может сложиться впечатление, что мы обсуждали как насолить Владыкину. Становится жарко, я оттягиваю ворот футболки, пытаясь немного остудиться. Ещё и Владыкин впивается глазами сдирает кожу. – А Вы можете хотя бы минут пятнадцать не сраться? – Решаю не поддаваться на провокации, не хочу ввязнуть в их разборках. – Не можем. – Отвечает с улыбкой Егор, делая глотки виски и забрасывая соленые орешки в рот. – Это в нас заложено генетически. Никак не можем решить какой набор генов лучше: мой или Геры. Так сказать, чей отец был круче. Владыкин не меняется в лице, бросает короткий взгляд на брата полный неприязни. Между этими двумя точно нет братской любви. – Насытилась? Или будешь ещё? – Лениво интересуется Владыкин. Он не притронулся к своему стакану, и вопрос его касается не выпивки. Как они вообще работают в одной компании? – Если продолжите в том же духе, то я выйду вон в ту дверь и оставлю Вас тут вдвоём. Завтра утром начинается работа, и сегодня вечером мне не хочется подрабатывать семейным психологом. У меня у самой с мамой такие запутанные и сложные отношения, что не помешал бы врач. – Гер, а Катя в курсе как ты проводишь время в Териберке? Она вроде как разрешала тебе тут трахаться только с Ренатой. – Удар ниже пояса. Что-то подсказывает мне, что Рената, та самая девушка с шампанским из коридора. Становится противно, но не из-за полигамии Владыкина, а из-за грязного приёма Егора. Босс не теряется, даже бровью не ведёт, поворачивается к брату и вяло интересуется: – А с каких пор ты начал переживать за Катю? – Чисто мужской интерес, не всегда можно найти такую же понимающую женщину как Катя. И дома уберёт и поесть приготовит, и на работе обслужит и разрешит налево сходить. – Не замечаю, как начинаю делать жадные глотки виски, опустошая стакан. Егор открыто нападает на брата. Как он не боится получить сдачи? Но сейчас он втаптывает в грязь и меня, намекает, что я одна из тех, с кем Жакова разрешает трахаться Владыкину. Вот значит, какие у них были отношения? Круто, что. Босс хорошо устроился. – Если так нравится, забирай. – А Владыкина не так легко вывести из себя. – Я Вам не мешаю? – Алкоголь ударяет в голову. Тошно. – Нет. – Отвечает Босс, подаваясь вперёд и забирая свой стакан. – Егор уже закончил. Сейчас допьёт виски и уйдёт. – Тогда уходите оба. – Стараюсь говорить чётко, начиная винить себя в легкомыслии. Нужно было держать себя в руках, почему позволила Владыкину снова запустить руки в трусы? – Я хочу спать, завтра на работу вставать рано. Краем глаза замечаю довольное лицо Егора, в принципе он смог добиться желаемого, настроил меня против Владыкина, но отчасти я ему благодарна, напомнил мне кто такой Владыкин и что ему от меня нужно. – Как скажешь, Снежик. – Егор встаёт на ноги, целует мне руку. – Завтра зайду за тобой в девять. Степан отвезёт нас в штаб. – Хорошо. – Киваю, обнимая себя руками. Настроение испортилось, и послевкусие после оргазма тошнотворное. Чувствую себя грязной подстилкой, что не может ноги удержать вместе. – Герасим Акакиевич, мне помощь нужна, я сама уберу и помою стаканы. Можете идти.