Глава 17. Ева

Поцелуй — горячий. Нежный. И в то же время — полон какого-то молчаливого обещания. Не знаю, что именно он хочет этим сказать, но губы у него такие... уверенные. Увереннее, чем всё, что я ощущаю в себе. Он будто знает меня лучше, чем я сама. Будто уже сейчас выписывает приговор, в котором я, однозначно, стану его. И от этого ведёт... Глупо. Безрассудно. Но чертовски вкусно и приятно.

И я таю.

Все мои обиды, ком в горле, злость — растворяются в этом поцелуе. Саша тянет меня ближе, и я поддаюсь. Да, мне хочется его. И, кажется, больше, чем я могу признать вслух.

Может, потому что он первый парень, которого я подпустила так близко?! А может, потому, что Саша чересчур активный, харизматичный, обаятельный... Боже, меня уже, кажется, несёт от него.

Он отстраняется медленно. Почти неохотно — и смотрит в мои глаза. Серьёзно, без иронии. Читает что-то там для себя. Какие-то пометки, изменения, реакции... А может, это моя фантазия подкидывает такие странные идеи. Я уже ничего не понимаю.

— Не убегай, ладно? — голос тихий, но полон нежности.

Я молчу. Потому что если скажу хоть слово — сорвусь на эмоциях. Уйду. Заплачу. Скажу какую-нибудь глупость. Он выдыхает. Потирает пальцами переносицу. Смотрит на меня, будто что-то взвешивает. Как будто сейчас, в эту секунду, уже принимает для себя важное решение.

— Я не хотел, чтобы ты подумала, будто я тебя использовал. Правда. Просто… я не умею делать это — правильно. Слишком давно я был один. А всё, что было до тебя, было лишено любого смысла.

Он говорит, глядя мне в глаза. Уверенно, тихо, без фальши — мне кажется. И я почему-то верю ему. Вот нет в нём этой наигранности. Да и зачем ему это?

Вот теперь сердце бьётся не только быстро, но и больно. Потому что я его слышу. Понимаю. И даже прощаю. Хотя он вроде бы ничего такого и не сделал. Просто... был собой.

Если бы ему нужно было моё тело, он бы взял его вчера. И плевать, девственница я или нет. Пришла ведь добровольно. Но он отступил, когда я уснула. Просто ждал моего пробуждения.

И это... Это важно. Я не какая-нибудь девка для него из клуба. Я ему нравлюсь. Надеюсь на это. Ведь он мне уже чертовски нравится.

— Я просто… — начинаю я и глотаю ком. — Я никогда не делала такого, — честно признаюсь. Я ведь и правда не хочу, чтобы он думал, что я легкомысленная.

Он хмурится. Черты его лица напрягаются. А глаза снова темнеют. Светлое голубое небо превращается в тёмную голубую бездну. В таких водах страшно плавать.

— Тебе жаль? — голос строгий, но тихий, словно расстроенный.

Я качаю головой. Слишком резко. Сама от себя не ожидаю.

— Нет. Не жаль. Кх-кх, — приходится прочистить горло, чтобы дать ответ полностью, — просто мне очень страшно.

Он улыбается. Совсем чуть-чуть. Но мне так легко от его улыбки и тепло, что аж легче становится.

— Мне тоже. Но давай просто… не бежать, ладно?

Я киваю. Если честно, это максимум на сейчас. Ведь все события со вчерашнего дня — они высосали мои силы. Я сейчас ни в чём не уверена.

Саша снова берёт меня за руку, и мы молча возвращаемся на кухню. Но теперь между нами уже нет той тяжёлой стены. Его пальцы всё ещё касаются моей ладони. Легко. Но я чувствую этот контакт каждой клеточкой кожи.

Я снова сажусь на стул. Саша делает новый кофе и садится напротив, наблюдает за мной. Как будто запоминает. Внимательно. Спокойно.

А потом тишину кухни разрывает его низкий тембр голоса и ещё более неожиданное предложение:

— А давай начнём всё по-настоящему?

Я поднимаю взгляд, не совсем понимая, что он имеет в виду. Он улыбается чуть смущённо, будто сам не ожидал от себя этих слов.

— Хочу пригласить тебя на свидание. Настоящее. Без вот этих… спонтанных ночей. Без недосказанностей. Просто ты и я. Ужин, прогулка… разговор. Познакомимся как раз ближе. А то, кроме имён друг друга, и не знаем ничего.

Я зависаю. Честно — зависаю. Не потому что не хочу. А потому что боюсь. Потому что если это станет «по-настоящему», то я могу влюбиться. И от этого страшно. Я ведь никогда не влюблялась. А если вдруг... И тогда уже точно не вернусь назад.

Но, глядя на него, я всё равно киваю. Потому что сердце подсказывает соглашаться. Оно тянет меня в эту бездну его глаз намеренно, хотя знает, что я не умею плавать.

— Давай. Только мне правда надо домой. Меня ждут, и если поймут, что я не ночевала у подруги… — я не договариваю. Слишком неловко.

— Я тебя отвезу. Пойдём.

Я хотела сказать, что справлюсь, но он не даёт и шанса на возражение — уже берёт мою куртку, помогает надеть. Всё делает просто, молча, но с таким трепетом, что внутри всё сжимается.

Саша не похож на парня, который просто хотел развлечения. Он смотрит на меня так, как будто… Ох, что делают со мной мои мысли. Куда же вы меня ведёте?!

Мы подходим к двери, я беру свои вещи. Саша открывает замок.

— Я сама доберусь. Правда, — тарахчу на нервах. — Спасибо за… ночь, кофе, себя, — я улыбаюсь смущённо, немного наигранно, потому что внутри — буря.

— Ева, — голос — хриплый. Словно сдерживал что-то всё это время. А у меня мурашки в одночасье по всему телу подходят. Я оборачиваюсь.

И не успеваю ничего сказать — он тянет меня к себе. Резко. Настолько резко, что у меня перехватывает дыхание.

Его губы впиваются в мои. С жадностью. Со страстью, которую он явно копил с самого утра, а может и дольше. Я чувствую, как его ладони сжимают мои бока, а его тело... плотно прижимается ко мне.

Его возбуждение настолько ощутимо, что вжимается мне где-то в районе живота. Этот напор, его возбуждение — всё это накрывает меня волной. Жаркой, колючей, непрошеной. Это будоражит и сбивает с истинного пути и чётко поставленной задачи. А именно — вернуться домой девственницей. Хотя бы сегодня я должна устоять. Чтобы дать себе время подумать.

Он отрывается от губ и опускается вдоль скулы к шее. Одним движением вжимает меня в стену, чем лишает любой возможности сопротивляться. Губы касаются мягкой кожи и целуют всё ниже, отодвигая ворот платья в сторону.

Вторая рука опускается вдоль бедра, чтобы подхватить край платья и потянуть вверх.

У меня кружится голова. От поцелуя. От близости. Его наглости. Уверенности. От его ядовито-вкусного запаха и вкуса. От того, что сейчас, если я сделаю шаг ближе — он не отпустит.

И мне этого хочется. Боже, как хочется.

Но где-то в груди бьётся паника. Я снова разрываюсь между «хочу» и «боюсь». Между разумом и телом. Между вчерашней мной и этой новой, которую он разбудил.

Я поднимаю руки вверх, к его груди, и немного отталкиваю. Давая понять, что хочу, чтобы он остановился. Он выравнивается напротив меня и непонимающе смотрит.

Губы ноют от прикосновений. Так и хочется их коснуться. Да и не только своих. По его аккуратным губам хочется пройтись пальцем. Почувствовать не только вкус, но и их мягкость.

— Мне… правда надо идти, — выдыхаю и почти заикаясь говорю.

Саша молчит, но у меня такое двоякое чувство сейчас. Кажется, что он прогнать хочет быстрее. Но в то же время — оставить навсегда.

— Я напишу, — добавляю, — и мы пойдём на свидание. Обещаю.

Саша кивает. И сдержанно улыбается. Уже мягче. Уже без того безумия в глазах.

И только когда я выхожу за дверь и слышу, как она закрывается за моей спиной, я позволяю себе выдохнуть.

Делаю первые шаги, хоть и выходит это с таким трудом. И кажется, как будто не на волю иду — наоборот, в пропасть лечу.

И от этого страшно, потому что мне безумно хочется вернуться обратно.