Глава 25. Валерия

Сегодня я решила устроить своим любимым Адским сюрприз. Несколько дней я чувствовала себя ужасно, обманывала Рому, говорила, что не хочу к нему ехать, и откладывала визит. На самом деле, когда я позвонила Евгении, чтобы поблагодарить за помощь и уборку, мы разговорились. Слово за слово, и я проговорилась, что хотела бы приготовить Денису и Роме их любимые блюда. В своих фантазиях я рисовала картину идеального семейного ужина. Евгения добавила красок, предложив приготовить все у них в квартире. Так сказать, сделать шаг к семейной жизни в их гнездышке. С бьющимся сердцем и дрожащими пальцами я согласилась. Однако, когда я приехала по адресу, который Евгения прислала по смс, меня охватили сомнения. Позвонила, чтобы уточнить нет ли ошибки, но телефон издавал длинные гудки, а ответа не было. Новый фешенебельный район не соответствовал моим представлениям. Мы с Ромой не обсуждали, где он живет, но в моем воображении это была скромная квартира или дом. Как обычный водитель мог позволить себе такое жилье? Возможно, это собственность компании, в которой он работал. И тут меня осенила леденящая мысль: а что, если Рома работает в «Новострое»? У него могли возникнуть проблемы из-за меня. Что, если он был водителем того самого «Горыныча»? Я пыталась вспомнить имя генерального директора, но в голове крутилось только что-то на «К» – Константин? Или на «И» – Илья? Стоять у подъезда было глупо. Я решила попытать счастья и пошла по указанному адресу. Седьмой этаж. Тринадцатая квартира. Тихий стук. Сердце заколотилось. Дверь открыла розовощекая Евгения. Она вытерла руки о фартук, поздоровалась и буквально втянула меня внутрь. Квартира поразила меня своим шиком. Богатая обстановка, идеальная чистота и порядок. Вспомнилось мое скромное жилище и привычка разбрасывать вещи, как Вася называла «творческим беспорядком» или «изысканное великолепие хаоса». – Что же ты стоишь, милая? Проходи, чувствуй себя как дома, – засмеялась Евгения. – Хотя, что я говорю? Ты скоро станешь хозяйкой этой мужской берлоги. Дениска не может дождаться, когда ты переедешь к ним. Ее слова вернули меня на землю. Раньше я не задумывалась о бытовых вопросах. Где мы будем жить? Здесь или у меня? Я задумалась, как все это будет выглядеть. Покинуть отчий дом, переехать к мужу… Не буду ли я скучать? Но сомнения длились мгновение. Мой дом там, где меня любят и ждут. Мы с Ромой обязательно найдем свою золотую середину. Евгения объяснила, как пользоваться кухонными приборами, где лежат продукты и утварь. Я немного расстроилась, узнав, что Денис ушел с ночевкой к другу. На прощание Евгения пообещала вернуться с ним завтра утром и не удержалась от намека: к этому времени мы должны поработать над созданием сестрички для Дениса. От стыда я покраснела и не нашлась, что ответить. – Лерочка, не обижайся на старую больную женщину. Я давно говорила Роме, что ему пора жениться снова. Одиночество никому не к лицу. Я так рада, что он встретил тебя. Дай Бог вам счастья. Жизнь летит, не успеваешь за ней… Вот ты молодая, красивая, а оглянуться не успеешь – уже первые морщинки. Забылся в быту, поднял голову – а тебе уже полсотни, а у твоих детей свои дети. Ее забота не позволила мне обидеться. На мгновение я представила, как моя мама сказала бы что-то подобное. С высоты лет виднее мелочи, которые мы не замечаем в молодости. Евгения ушла, смешно перекрестив меня на прощание. Я закрыла дверь и продолжила готовку. Набравшись смелости, включила музыку. Из колонок полилась мелодия Людовико Эйнауди. Я представила, как Рома возвращается домой, обнимает и целует меня. Мы замираем, слушая, как наши сердца бьются в унисон. Резкий звонок в дверь заставил меня вздрогнуть. Я взглянула на часы: для прихода Ромы было еще рано. Порадовалась мысли, что, возможно, это Денис и Евгения вернулись раньше. Вытирая руки, пошла открывать. Как только я повернула ключ, дверь резко распахнулась, и в комнату вплыла ослепительная брюнетка. Она была прекрасна, но от сильного аромата ее духов у меня закружилась голова. Я невольно отступила назад, услышав щелчок закрывающейся двери. – Ой, наконец-то! А что? Неплохую домработницу Рома себе нашел! Как же я не выносила эту заносчивую бабу Женю, – ее голос был полон снисходительного презрения. Я опешила. Как бесценную драгоценность, она аккуратно положила сумочку CHANEL на банкетку, прошла на кухню, виляя бедрами, открыла винный холодильник, о котором я даже не знала, и достала бутылку. Еще одно движение – и в ее руке оказался бокал и штопор. Ее ориентированность в квартире на мгновение заставила меня почувствовать себя самозванкой, но, не теряя духа, я все же робко спросила: – Чем могу помочь? – О, ты уже помогла всем, чем могла, – с усмешкой ответила она. Я не понимала, кто она такая, но ее надменный взгляд говорил, что она знает обо мне больше, чем я сама. – Вам стоит уйти, – проговорила я неуверенно. – Уйти мне? – засмеялась она противно. – Ты считаешь, что можешь указывать хозяйке, что делать? Ох, прости, я не представилась. Моя вина, – с фальшивой любезностью протянула она руку. На запястье звякнули золотые часы и ряд тонких браслетов. Находясь в полной прострации, поддаваясь вежливому порыву, я протянула руку вперед. – Марина. Адская Марина. Мой желудок сжался. Я резко отдернула руку и сделала шаг назад. – Тогда вам точно нужно уйти! – Господи, ты еще тупее, чем кажешься! Я приготовила целый список возражений, но слова застряли в горле. Эта женщина, бросившая Дениса, не имела права врываться сюда, как к себе домой. Хозяйка? Ну да, конечно! Их история с Ромой осталась в далеком прошлом, и я не собиралась позволять ей насмехаться надо мной. Мое негодование нарастало с каждой секундой. Тем временем наглая гостья прошла в гостиную и с видом полной уверенности устроилась в кресле, словно это ее законное место. – Вон! – выкрикнула я. – Где? – глупо пошутила она. – Вон отсюда! – повторила я, чувствуя, как гнев нарастает. – Ты действительно поверила, что он влюбился в тебя? – Ее лицо исказилось от изумления, кажется, эта мысль не укладывалась в ее голове. – Судя по всему, вы вообще не понимаете, что такое любовь. Вы предали свои обещания о вечной верности мужу, бросили собственного ребенка. Так что… – Я бросила сына? – перебила она с истерическим криком. – Да что ты знаешь на самом деле? Кем, по-твоему, является Роман Адский? Как он появился в твоей жизни? – Я… мы… – я попыталась ответить, но остановилась. Я не обязана перед ней отчитываться! – Какая же ты дура! Слепая молоденькая дурочка! Чисто по-женски мне тебя даже чуточку жаль… – Она сделала глоток вина и продолжила с безучастным видом: – Но обман затянулся, и мне не нравится, что сюда втянули сына. – Сына ей жаль! – я не сдержала смешка. – Слушай, овечка! Эти волки сожрут тебя с твоей плешивой шкуркой, а ты и не заметишь! – А вы обо мне заботитесь? – съязвила я. Заметив, что ее оскорбления не находят во мне отклика, она покраснела, лицо ее исказилось от ярости. Однако она быстро взяла себя в руки, сдержала гнев и резко сменила тему: – Назови мне имена директоров «Новостроя». – А при чем здесь это? – недоумевала я. Но что-то кольнуло меня в груди. Откуда она знает о моей ситуации с «Новостроем»? И почему она упомянула «имена директоров» во множественном числе? Пока я молчала, пытаясь осмыслить ее слова, Марина взяла телефон и через несколько секунд повернула экран ко мне. С фотографии на меня смотрели самые красивые глаза в мире – Ромы, а рядом с ним стоял улыбчивый мужчина, которого я сразу узнала. Кирилл Адамович – имя само всплыло в памяти. Пока я лихорадочно искала объяснения, Марина продолжала жалить, как змея: – Неужели тебе не хватило ума даже загуглить, кто стоит во главе «Новостроя»? Рома и Кирилл – друзья детства. Они равноправные владельцы компании! Они хотели прибрать ваш участок к рукам. Рома и Кирилл поспорили. Поведется ли милая дурочка на эту сопливую историю любви? Сколько вы знакомы? Шевели мозгами! Вспомни вашу встречу! Он перевел Дениса, заранее зная, что ты работаешь в этой школе! Сколько у вас первых классов? Он договорился, чтобы Дениса зачислили именно к тебе! Мой мир рухнул. Воздух словно вырвали из легких. Спазм в груди не давал сделать вдох. Боль была невыносимой. Это не могло быть правдой. – Не хватало, чтобы ты здесь окочурилась! – Она резко схватила меня за шею, опрокинула бокал, заставив выпить вина. Кислая жидкость обожгла горло. Я сплюнула на ее платье и оттолкнула ее. – Дыши, идиотка! Тебе еще повезло! Думаешь, ради успеха они не переступят через трупы? Ты не знаешь, на что способны эти мужчины! Рома сначала попытался бы уговорить тебя, сделал бы предложение. Но если бы ты отказалась, появился бы Кирилл. Думаешь, сложно подсунуть тебе клубнику без твоего ведома? Ее слова били, как молотом. Это не могло быть правдой! Но как она все узнала? Ее телефон тихо пискнул. Грустные звуки пианино, лившиеся из колонок, словно отражали мое состояние. Мы измерили друг друга взглядом, полным недоумения и напряжения. Вдруг музыка стала тише, и мой телефон тоже завибрировал, оповещая о новом сообщении. Мы одновременно взглянули на экраны. На моем светилось: «Хорошая моя, не могу приехать сегодня. У меня важные дела. Завтра все объясню. Люблю тебя». Марина повернула ко мне свой телефон. На экране горели слова: «Увидимся ночью. Люблю. Целую». Что-то капнуло мне на руку. Я провела пальцами по щеке и ощутила влагу. Только тогда поняла, что это слезы. Их соленый привкус напомнил мне, почему говорят: «сладкая радость». Теперь я точно знала – горе всегда соленое. – Ради Дениса мы с Ромой хотим вернуть наш брак, – ее голос звучал все тише. С каждой секундой ее противный голос становился все тише, пока не растворился совсем. Я оглянулась по сторонам. Все вокруг казалось чужим, даже моя собственная жизнь. Медленно, на ватных ногах, я развернулась, схватила рюкзак и вышла из квартиры. Марина кричала мне вслед, но я не разбирала слов. Да и не хотела. Я будто провалилась в пустоту. Белое пространство, вокруг – осколки разбитого витража, обрывки фраз, звучащие где-то вдалеке. Двигаясь на автомате, я села в такси, назвала адрес. Дома первым делом включила компьютер и погрузилась в поиски. Google выдал мне все, что мог, о компании «Новострой». Печально. Любимый человек обманул меня. Но это еще не приговор! Дрожащими пальцами я набрала номер Ромы. Гудки. Ответа не было. Обливаясь слезами, я написала ему одно сообщение: «Ты поспорил на меня?» Он перезвонил почти сразу. Я повторила вопрос. Душа сжалась в комок. Внутри все кричало: «Скажи, что это ложь! Скажи, что любишь! Это все злые языки, и их проделки!» Но он молчал. Слишком долго. Тишина резала больнее ножа. Я приняла ее как признание. Не сдержалась, засмеялась сквозь слезы, размазывая их по щекам. – Будь честен. Прошу тебя… – Да, – резко, без колебаний. – Ты хотел заполучить участок? – Да. Но все не так, как тебе могло показаться… Я отключила телефон. Он хотел участок. Он поспорил. Хотел, чтобы я поверила в его любовь, и я поверила! Перед глазами встал образ Дениса. Боль стала невыносимой. Я осела на пол и заплакала, как ребенок. Как недавно плакала у меня на руках Василиса, как маленький котенок, потерявшийся на улице. Новорожденный, еще слепой Прерывая попытки Ромы дозвониться, я набрала Василису. – Говори, наша лучшая половина, – бодро ответила она. – Нет. Я – наша глупая половина. Ты была права. Я наделила Рому теми качествами, о которых сама мечтала. Но это далеко от реальности. – Лера, что случилось? Сквозь слезы я рассказала все. Смеясь и плача, я произнесла: – Я хочу продать дом. Ты согласна? – Лера, ты знаешь мое мнение. Но не стоит принимать такие решения в таком состоянии. – Я в порядке! – солгала я. – Мне обрезали крылья, но ноги целы. Я переживу. – Лера, я сейчас приеду… – Умоляю, не садись за руль мотоцикла! Я не переживу, если с тобой что-то случится. Я не такая сильная, как ты. – Хорошо, я приеду на такси… – Не надо! Меня здесь не будет. Мне нужно время. Я сама позвоню. Помнишь, мы делали генеральные доверенности? Продай дом. Контакты оставлю на столе. Сестра начала возмущаться, но я отключила телефон. В спальне я набросала в рюкзак одежду, документы, зарядку и кошелек. Переоделась в джинсы и кофту, выбежала из дома под покровом ночи. Мне не нужны разговоры. Я хочу сбежать. Трусливо? Глупо? Возможно. Но я – человек, а не марионетка. Я не позволю играть собой.