Глава 16

Майя

Ррр…

Хватаю шутника за шкирку и выбрасываю из гоночной тачки на раскаленные угли. Нет, мало ему. Привязываю к сиденью и сладкой ватой кормлю, пока не начнет молить о пощаде. Еще бы его вместо пони по парку погнать, чтобы детишек возил. Хоть польза какая-то будет.

Сил хватает только на фантазию. Здоровенного бугая я и с места не сдвину. А сорвусь, тогда станут напрасными старания быть надоедливой липучкой для наглющего Сомова.

Ууу… Милашкой быть невыносимо! Ну откуда я могла знать, что свидание будет таким?!

Поглубже вдыхаю и отвечаю, насколько выходит сквозь зубы:

— Оч-чень смешно. Луч-чшей шутки не слышала.

— А я и не так еще могу, — обнадеживает, развеселившийся гад.

Нажимает на ускорение тачки, и мы несемся в огромную пасть. Я ору, он смеется. Спасите меня от него! Всю зарплату отдам и стипендию!

Пасть сжимается, зубищами клацает. Вот-вот нас пережевывать начнет. Ну ладно Гордея, этим нахалом подавится и выплюнет. А вдруг я после ваты понравлюсь на вкус?

— Сейчас будет самое офигенное…

После такого обещания, я жалею, что не позвонила родителям. Перед таким свиданием, надо прощаться заранее. А как жилось хорошо, пока Сомовых видела на расстоянии.

— Спасиииите!!!

Сама себя оглушаю, когда адский гонщик залетает на язык мерзкой пасти. Мне в лицо брызгает чем-то противным. Фуу! Надеюсь, что на Гордея вообще ведро вылили.

Дальше нас уносит в кромешную тьму. Больше не смотрю на свой конец. Закрываю глаза.

— Майя, смотри-смотри! Ваууу!!! Черти!

Ага, сейчас.

Меньше вижу, дольше проживу.

Мои глаза на замке, не открою даже под дулом пистолета.

— Ничего красивей не видела, — пытаюсь перекричать истошный вой, чтобы отстал и вез нас скорее до финиша.

— Надо будет тогда повторить, если тебе так понравилось.

Угу, в кошмарном сне я повторю еще такие гонки.

Для меня на велосипеде кататься — это уже экстрим дальше некуда. Я слышала об этом парке, но не верила, что настолько ужасно.

А рядом с Сомовым еще страшней. Он же все время близко, слишком близко, только и знает, что лапами трогать. А мне терпи, не реагируй на красавчика надменного. Где б эту выдержку взять? Знала бы, бежала занять очередь за средством. Но пока у меня есть только одно и оно в рюкзаке дожидается.

Мне все еще кажется, что мы скачем по камням, а за нами гонится пасть. Жмурюсь, и кто-то трясет. Прошу оставить в живых, съесть только Сомова.

— Мы приехали уже. Тебя не съели, Майя.

Не сразу, но доходит смысл слов.

— Ты уверен? — уточняю я, трогая себя с закрытыми глазами.

— Ну-у они хотели, конечно, забрать экстремалку себе. Только я подумал, что ты и мне пригодишься.

— Зачем?

Глаза сами распахиваются, а я понимаю, что выпадаю из роли.

— С тобой же не соскучишься, — хохочет виновник моих экстремальных страданий. — Я даже с братьями так не веселился. Ты такая забавная, Майя, — и по макушке меня потрепал.

Он не пробовал с клоуном подружиться? А просто с зеркалом гулять? Много теряет вообще-то, пока на меня время тратит.

— Вот ведь повезло, я же всю жизнь мечтала тебя веселить, — сдаваться не спешу, скручивая фигу за спиной. Мимо нас проходит компания парней, и я выкрикиваю им: — Самый лучший герой Гордей Сомов! Любого Бэтмена круче! Он смог пасть победить и на машинке доехать до финиша. Какой же он сильный, какой же он смелый…

Парни смеются над нами, разглядывая Гордея. Герой адских гонок больше не ржет, насупился и пытается меня заткнуть. Пусть не надеется даже.

— Ты что? Я теперь всем хвастаться буду, с каким силачом была в парке.

— После «Пинка до Марса» тоже рекламу мне сделаешь на весь парк? — ворчит, совсем нерадостно.

Подводит меня к огромному столбу с сиденьями. Задираю голову, прикидывая насколько высоко лететь до Марса.

Ой, ё-моё.

Лучше бы меня на адских гонках жарили. Там ещё был шанс спастись.

— Конечно, сделаю рекламу. В рупор! И оркестр закажу. Мне же ничего не жалко для своего героя.

— Сюда даже школьники не боятся залезать, — сопротивляется рекламе Сомов.

— Думаешь, я еще на кого-то гляжу? — выпячиваю нижнюю губу, словно могу и обидеться. — В моих глазах есть только ты, мой краснозадый павиан.

Гордея передергивает, вытирает пот со лба. Как чувствовала, сдуется! Не выдержит долго меня в сладком соусе.

Уже можно прощаться?

А сейчас?

— Покататься мы еще успеем, — машет на аттракцион для космонавтов, — Прогуляться с тобой хочу, детка.

Пфф… Никаких у парня тормозов.

Мои нервы на исходе, скоро покусаю. Пусть потом не жалуется!

— Ооо… приятнее предложения в жизни не слышала, — со стоном мученицы, плетусь за ним следом.

Подходим к парковому пруду. Руку мою не отпускает и делает вид, что слушает болтовню. Стараюсь как могу, в подробностях описываю туфельки, заколочки, какую сумочку мечтаю получить. Выдумываю на ходу, представляя стайку сплетниц-однокурсниц.

— Я бы тоже кое от чего не отказался, — прерывает меня на важном месте.

— Тоже хочешь сережки с единорогом? — хлопаю наивными глазками.

— Нет, мне больше это нравится…

Хватает меня за плечи и резко наклоняется. Так бы и сказал, что не хочет сережки! Но добавить не получается. Гордей набрасывается на мои губы, не успеваю и пикнуть.

Подыгрывать в таком не собираюсь.

Всеми силами отталкиваю гада. А он еще крепче прижимает к себе и опаляет дыханием. Захватывает мои губы в плен и сменяет давление нежностью. Волна предательских бабочек топит меня. Посылает мурашки. Хочу сопротивляться, а мои губы против. Тянутся сами и раскрываются, углубляя наш поцелуй. Становится жарко, горячо, не хватает воздуха. И, кажется, что мой воздух в нем, в этом мгновении. Таком же запретном, как и желанном. Таком же диком, как и сумасшедшем.

— Да, да, я хотел именно этого, — Гордей отстраняется и хрипло шепчет, продолжая меня держать. — Как же вовремя ты стала покорной девочкой. Поехали сейчас в гостиницу, и я сам тебе покажу полет до Марса.

— Куда??? — мигом в себя прихожу.

— В гостиницу, тут недалеко. Ммм… нам понравится, обещаю, — и снова к моим губам тянется, будто там джемом клубничным намазано.

Это что ж получается?

Я перед ним пляшу, девочку-конфетку корчу, заваливаю комплиментами. Терплю его экстрим, прощаюсь с жизнью.

А вместо меня послать, зовет в гостиницу на Марс?!

Майя, твой план отпугнуть опять не сработал. Только хуже стало. Капец! Мне приходится это признать.

Стерпеть? Ну нет уж, не хватало.

— Подожди, Гордей, я к полету подготовлюсь.

Убираю руки парня и лезу в рюкзак. Главный аксессуар для свидания с Сомовым со мной. Здесь он, родимый. Ждал своего часа и дождался.

— Майя? — отшатывается нахал озабоченный.

— Сейчас тебе покажу Марс, козлина! Потом и в преисподнюю отправлю, как на карусели! — Поднимаю половник и замахиваюсь, за все получит гад. — Будешь знать, как лезть ко мне! Отвали навсегда!

Гордей успевает не попасть под половник, хотя разок я зацепила ему нос.

Совсем сдурел. Смеется и по виду всем доволен.

— Моя злючка вернулась! Я уж скучать по бешеной дикарке начинал.

Ну всё. Рога ему точно собью.

Бегу за ним, он от меня. И так по всему парку.

— Майя, нельзя так с парнями, — кричит мне через плечо.

— С парнями и не буду, а бабнику козлиному дам по рогам.

По пути попадается продавец сахарной ваты. Мне от нее с детства тошнит. Ради Сомова давилась и ела. На бегу покупаю на палке сахарную бомбу.

Догоняю Сомова с половником и ватой на парковке.

— Добавку захотела, какая молодец, — дразнит и не прикрывается.

А зря.

— Тебя угостить взаимным подарком.

Срываю вату с палки и накидываю Гордею вместо шапки на голову.

Так тебе, получай.

— Могла и не есть, чего ты бесишься, — ругается, пытаясь липучку оторвать от волос.

— Хотела на третье штрафное свидание не попадать.

— Всё равно бы не помогло. На выходных мы встретимся, и не просто будем отрываться, придется и напрячься немного. Можешь опять вести себя покорной, там это пригодится.

— За разрешение надо благодарить? Если да, то я скажу половником.

Что я, дура, что ли, повторяться?

Не смогла отпугнуть капризной неряхой, не вышло покорной милашкой. Значит, попробую другой вариант.

Меньше всего я хочу идти с Гордеем на свидание. Но, как назло, больше всего теперь буду думать об этом.

* * *

Гордей

Вечером в клубе банда напала на меня и жаждала узнать мои успехи в споре. Скромничать не собирался, все равно ведь не умею. После встречи со злючкой еще не отошел, и потому несло меня, несло по ушам чесать спорщикам.

— Майя уже от меня без ума. Ничего я не проигрываю. Выдумали же такое! Вы бы видели, как она бегала за мной по всему парку. Орала, что не может без меня.

— Если так, то почему вы до сих пор не пара? — хватается за слова Платон.

— Да, почему? Пока мы и первого условия не видим. — Зак разводит руками, показывая на пустоту.

Гордей с Пашей переглядываются и смеются.

Думают, что подловили? Лузера нашли здесь.

— Много вы понимаете! — Психую выразительно, стукнув бокалом об стол. — А может у меня азарт так пропадет. Если девчонку, как надо поманю, то всё — будет бежать ко мне вприпрыжку.

— Смотря как, Гор. По Майе пока видно, что она за тобой, если погонится, то с дубиной. А когда догонит, то скорее прибьет, чем поцелует.

Ошарашенно смотрю на Плата. Откуда он знает?

Совсем его догадливость не вовремя.

Пока всё так.

Майя, она же дикарка и хитрая врунья, гонит меня половником. Вредина жестокая. Пусть хоть себе не врет, что наш поцелуй не понравился. Ненадолго, но она поддалась, растаяла. А я напал ради проверки, вывести заразу из себя. Да сам, чуть голову не потерял.

Целуя недотрогу, забылся о проверке. Младший Сомов за ширинкой молил о пощаде и просился в гостиницу с ней. Вот после того и началось… Чуть было не прибила меня потом половником.

— Время у меня еще есть, куда спешить? — не показываю растерянного вида. — Наиграюсь, как с мышкой, и ловушку захлопну.

— И правильно, брат, — Евсей меня хлопает по плечу. — Некуда спешить. Пару месяцев протянешь свой азарт, а там и нам выигрыш отдавать. Я свой точно жду и верю в Майю.

— С такой мышкой не каждый кот справится, — и Пашу туда же понесло на сторону девчонки.

— Я хоть когда-нибудь проигрывал? Меня вы дольше Майи знаете!

Ну я уже разошелся. Задолбали умники. Предатели они.

Евсей подтверждает, что знает меня, как свой нос. И напоминает, как выиграл у меня кудряшку Кати. Девушка с соседней улицы тогда выбрала его. Но и я вспоминаю ему блондинку губатую, она выбрала меня. Перебираем еще и приходим к ничьей.

— Вот на Майе можно проверить. Я бы ее в два счета раскрутил. Перед тобой устояла, ко мне поплывет, — близнец меня берет на слабо.

Чаще всего у нас это срабатывает.

Мы любим поддевать и бороться.

Но я представил Майю и понял… мне и впрямь слабо. Вместо азарта, злость накатила.

— Только сунься к ней, не посмотрю, что ты брат из двойни, — взрываюсь я, готовый кинуться на брата.

— И что ты мне сделаешь? А?

Евсей провоцирует, в меня же будто бес вселился после парка. Рывком перекидываюсь через стол и хватаю его за футболку, подтягивая ближе, чтобы треснуть.

— Совсем больной? Я же просто прикалывался, — брат тоже хватает меня.

В таких случаях, до драки у нас запросто может дойти.

Но старший брат с Пашей нас отрывают.

— Брейк, пацаны. Ты совсем из-за девчонки сдурел? — Платон машет у меня перед лицом и вызывает официанта с повтором по выпивке.

— С каких пор ты мои шутки перестал понимать? — близнец теперь обиженно косится, меня же и обвиняя: — Сам бы подумал, зачем мне к вам лезть? Спокойно подожду, пока продуешь. А девочек найти мне не проблема. С непокорными стервами я точно связываться пас. Зачем мне искать головняк?

Что меня так завело, сам не пойму.

Они просто не знают, как я хочу Сосисочного парня всунуть в хот-дог. Да там и оставить, чтоб не шастал к соседке в общаге. В универе меня тоже достал. Раньше и не замечал ушастого, сейчас вижу и чешется кулак, бывает, аж печет.

Значит, у меня так заложено. Если есть чернявая цель к победе, то до финиша делить ее нельзя. А что будет потом… неважно, главное, условия пройти.

Евсей не останавливается на убеждениях, что девочек не проблема найти. Он их быстро в зале находит и приводит какого-то хрена.

— Уи-и-и… они и правда близнецы, — ко мне подлетает фигуристая шатенка с острым носом.

— И оба красавчикиии, — пищит рядом вторая, миниатюрная блондинка, которую Евсей себе забрал.

Понимаю, как он разделил, по подмигиванию брата. Так и значится от него, мол, подогнал к тебе шатенку с доставкой, можешь не благодарить. Свою блондинку он усаживает рядом, а она на него, того и гляди прыгнет.

Моя шатенка просится потанцевать. Желания нет никакого. Но я думаю, что давненько время с девочками не проводил. Младший Сомов голодает, кидается на злючку. Я же всё, то за Майей гоняюсь, то от половника убегаю. Пора для разнообразия встряхнуться. Встаю и иду с девушкой на танцпол.

Шатенка как-то сразу прилипает, обхватывая мене крепко за шею. Пытаюсь настроиться. Но что-то не то. Мандаринами не пахнет. Губы ее не манят совсем, целовать их не хочется. Младший Сомов вообще отдыхает и музыку слушает.

— Давай вернемся за стол, — в середине танца надоедает ее компания в облипку.

Шатенка пытается заговаривать, киваю невпопад, находясь отсюда далеко.

Под ее щебет беру свой телефон и делаю то, что хотелось.

«Привет. Чем занимаешься, Майя?»

Если не ответит, сделаю еще попытку на шатенку настроиться.

Только подумал и приходит ответ:

«Чем я могу заниматься в общаге, по-твоему? Танцую с парнями по комнате».

Офигеть.

Мстит мне?

Встаю и всматриваюсь на все стороны. Вдруг засекла меня?

Не нахожу. И злюсь еще больше.

«Сейчас я приеду и с лестницы их потанцую».

И я не шучу, такси вызову быстро.

«Даже не вздумай. Боишься, что я на третье свидание не приду?»

Вот о последнем я не слишком беспокоюсь. Знаю, что зацепил девчонку интригой. Да у нее всю дорогу горели глаза, пытала меня и так и эдак, её любопытство прибежит посмотреть, что же там, раньше Майи.

Взбесило другое меня.

«Пусть твои парни боятся, особенно Сосисочный хмырь. Я выезжаю!»

«Ты нормальный вообще, Сомов?!»

Посыпались упреки.

Я из-за нее чуть близнецу не дал в табло, так что в нормальности я сомневаюсь.

«Нет со мной никаких парней. Время уже позднее для танцев. Я в душ иду и спать. Отстань от меня!»

Аха-ха, поверила.

Ишь, как задергалась. Стало даже приятно, что для завсегдатаев ночного клуба, типа нас с Евсеем, по времени самый разгар. А для Майи позднее.

Стоп. Куда она собралась?

Перечитываю и скорее пишу, заводясь от одной только мысли.

«Пришли мне селфи из душа, тогда на сегодня отстану».

«Ага, сейчас. Подожди, я разденусь».

Надо же…

Даже упрашивать не пришлось.

— Что там у тебя? — Паша наклоняется к моему телефону.

Я чуть со стулом на шатенку не падаю, закрывая экран.

— Это сильно личное, бро. Не могу показать.

Отмахиваюсь от Пашки и жду в предвкушении.

Прямо в душе сфоткается? На сухое или влажное тело? Ух-х! Младший Сомов завелся, представляя, стекающие капельки по ней.

«Лови!»

Сначала приходит команда.

А затем и фотка прилетает.

— Чё? Всё так плохо?

Паша замечает мою реакцию с бурчанием матов под нос.

— Нее, офигенно просто…

Разглядываю фотку половника в руке моей злючки.

Ну что за гадость такая? Сколько еще будет издеваться?

Зову официанта и поворачиваюсь к шатенке.

— Закажи за мой счет коктейль, крошка. Я тут вспомнил, что я временно занят. Веселись без меня.

Встаю и зову с собой Плата, Зака и Пашу, переместиться к бару, подальше от улова Евсея. Пусть сам от них теперь отлипает. У меня еще нет хитрой злючки, но уже есть верный половник. Не выходит ему изменять.