Глава 37

Майя

Предсвадебный день настал, а вместе с ним и девичник. Договорились с парнями не приближаться к нам. Пусть дадут от них отдохнуть. Ну и дома сидеть, мы, конечно, не собирались.

— Девочки, вы все подозрительные вещи оставили? — переспрашивает еще раз Арина.

Проверяем, что у кого. Вроде, чисто.

— Но у меня и не было мушки. Гордей тогда пошутил, — вспоминаю, как он прямо не подтвердил, что я под наблюдением.

— Угу, верь ему больше, — Арина кивает, мол, знаю я братьев.

На всякий случай, просит оставить сумку дома. Пока мой дом все также в отеле у Сомовых. Только меня оправдали и выдали комнату, Гордей заявил, что до каникул нельзя из отеля съезжать. Видите ли, правила дома такие. Выдумывает на ходу, хитрющий парень, хоть он и любимый.

То было до свадьбы брата останься, теперь еще накинул срок.

И ладно бы только он, все Сомовы уговаривать принялись, чтобы я не торопилась с переездом. А лучше вообще у них и оставалась.

До конца празднования свадьбы осталась, но потом как мне быть? Ведь придется признаваться родителям. У Касаткиных на этот счет совсем другие взгляды.

Мы в начале девичника гуляем по набережной. Чувствуем себя свободными и веселимся, не натыкаясь на такие уже привычные приколы парней. Но и забывать о них не получается.

— Знать бы, где их носит, — беспокоится Амелия.

— Только бы не дрались там, — больше всего волнует Таю.

— Далеко не унесет. И с Пашей всех победят, он же боец, — успокаивает девочек сестра Сомовых, только они еще больше волнуются.

— Вечером встретимся и расспросим, — предлагаю такой вариант. Другого нет — они же сами решили не брать телефоны.

— Ага, так они и расскажут, — хихикает Лиза, — Особенно спросите у Евсея. Смело на сто можно будет делить его сказочки. Бла-бла-бла, только и знает, как врать да болтать.

Нам смешно становится.

И всем парням даем близкие описания:

Для Платона — упертый бульдозер.

Паша — горячее сердце и железный кулак.

Зак — любитель вечеринок.

Евсей — весельчак и бабник.

Немного напрягаюсь от прозвища Гордею…

— Уж изворотливый. Как вам? — предлагает Арина.

— Темный рыцарь себе на уме. Я его таким представляла, — высказывает мнение Амелия.

— Майя, да мы просто для смеха придумали, — Арина замечает по мне, что я озадачилась.

Одно дело, сама называю хитрым нахалом, но именно моего парня выделяют из всех, как самого непредсказуемого. Даже думали дольше, какой он.

— Слышали бы они нас, хи-хи, — показываю, что ничуть не расстроилась, подумаешь, прозвище. Не «подлецом» же назвали Гордея, что я, в самом деле, придираюсь.

Невеста нас тянет на набережной в знакомое для нее кафе. Там уже заказан стол. И мы продолжаем отмечать девичник без парней. Заказываем любимые блюда, побольше десертов. При этом, тычем пальцами в меню на то, что выбрали бы парни.

— А вдруг Платон меня ищет? — после первого бокала снова беспокоится Амелия.

— Ищет, конечно. По всему бару бегает и под столы заглядывает, — Арина подскакивает с места и показывает, как жених старается.

— Если там Платон, то где ищет Гордей? — мне интересно становится, он-то не сомневался, что отыщет везде.

— Там же, где и Евсей, — подхватывает Лиза, — Близнецы с фонариками бегают и спорят, как всегда, кому достанется бинокль.

— Ох, только бы Паша не дрался, — тяжко вздыхает Тая, потягивая из трубочки коктейль.

Понимаю волнения Таи, но и смех сдержать не могу. Поворачиваю голову от нашего столика к окну и зависаю с вилкой в тарелке.

Глюки, что ли?

Моргаю. Видение не смылось.

Оттуда мне машет Гордей. И прижимает палец к губам. Просит не выдавать его, так я понимаю.

Под предлогом «выйти в туалет», покидаю компанию девочек. Повезло, что в кафе несколько залов. И там, где мы сидим, нет обзора на дверь выхода или туалета. Только так удается незаметно на улицу выскользнуть.

— Гордей, ты чего следишь? — сразу нападаю и, как обычно, хочется стукнуть половником и целовать.

— Не следил я, случайно заметил.

Вот он и попался!

Девочки правильно назвали, тот еще уж. Изворотливый!

И бровью не повел, закидывая мне лапшу на уши.

— Так взяла и поверила, — даю себя обнять, но и ворчу, — Договорились же не видеться до самого дома. Со мной все хорошо. Зачем ты сбежал из холостяцкой вечеринки?

— Далеко бы я не сбежал. Сейчас сама все поймешь.

Целует меня в макушку и тянет за руку в ресторанчик напротив.

Подводит к одному из окон и показывает:

— Видишь?

— Вы разве здесь собирались отмечать? — удивляюсь, подсмотрев, как парни веселятся на своей вечеринке в пяти шагах от нашего кафе.

— Но и вы не говорили, что сюда пойдете. Я просто задержался и свою девушку заметил. А с ней и всех бандиток на девичнике.

В любой момент нас хватятся. Но мы не теряем последнее мгновение. Прячемся сразу от двух вечеринок парней и девчонок, и целуемся, целуемся, как будто нас, вот-вот да и застукают.

Получается, что я зря нападала. Мой красавчик никакой ни уж. Это он раньше хитрил, теперь-то нет. Просто сразу не поверила в такое совпадение, что наши вечеринки (при договоре не видеться!) настолько близко. Но теперь убедилась — дурочка я недоверчивая. Любимый парень честен со мной.

* * *

Гордей

Утро в дурдоме отдыхает по сравнению со сборами моей семьи на свадьбу.

Казалось бы, организаторы уже все подготовили. Сели по машинам и вперед. Но нет же. Сомовы носятся, орут, друг друга подгоняют. Фотографы меня чуть с ног не сбили. Арина с Майей погнались за Евсеем, он подменил у жениха бабочку на клоунскую. И на себя усы приклеил.

Один я стою возле выхода, офигевший, и жду поскорее вырваться из сумасшедшего дома. У нас и так не соскучишься, но сейчас особенно Сомовы разошлись.

— Сын, не волнуйся. Твою свадьбу мы тоже пышно устроим, — мама, по-своему, воспринимает мою попытку к бегству.

— Мам, вам Платона мало? — я вздрагиваю от такого обещания.

— Конечно! Пока вас всех не пристроим — не успокоимся.

Мама поправляет на мне галстук. По секрету говорит, что они с отцом поставили на то, что я следующий кандидат в женихи. И бежит всех торопить на церемонию.

Так вот оно в большой семье происходит. Еще подумать не успеешь, а на тебя уже поставили и записали в очередь.

— Гордей, я готова. Только… волнуюсь чего-то, — ко мне подходит Майя в платье оттенка цвета неба, и мои глаза скользят по тонкой ткани, обвивающей девичьи изгибы до самого низа. Поднимаются вверх, и я шумно выдыхаю, до чего же моя девочка красивая.

— Теперь и я волнуюсь, — собственнически прижимаю к себе. — Самая красивая девушка досталась мне.

Но больше всего во мне Сомов младший волнуется. Требует ведро льда или прибить, чтобы не мучился.

— Ой, ну скажешь тоже, — у нее румянец появляется, — На свадьбе самая красивая невеста.

— И что? Ты предлагаешь мне также смотреть на нее?

Получаю, что я озабоченный самец, хоть и любимый. Соглашаюсь и прошу самца не дразнить. Рядом с Майей и так часто крышу мне сносит.

На церемонии мы занимаем места в первых рядах. Цветущий отельный комплекс брат выбрал по совету организаторов для проведения свадьбы. Гости разместились с двух сторон от прохода. Флористы расставили море своих композиций, от яркости дергается правый глаз. А ведущий, певучим голосом обращается к парочке под аркой.

Мы с Евсеем и Пашей ржем над ведущим. И ждем, когда свалится арка на его голову. Поворачиваюсь к своей девушке, с ней рядом сидит сестра с подружкой. Все втроем достали салфетки и зачарованно следят за церемонией.

— Не, меня точно туда не затянут, — отмахивается мой брат-близнец.

— Сам побежишь, когда сильно полюбишь, — Паша с опытным видом ему заявляет.

Еще недавно мы с Евсеем одинаково рассуждали. Фиг дадим себя загнать в брачную петлю.

Но сейчас я наблюдаю за старшим братом. И его «Да» — звучит с гордостью, что он смог свою Амелию встретить и сделал всё, чтобы не потерять. Невеста вторит за ним слова согласия. Молодожены обмениваются счастливыми взглядами, целуются. Хмм… не видно петли.

Поглядываю на свою чернявую недотрогу и думаю так, что может родители с очередью не ошиблись? Вдруг я все-таки следующий на поход к арке из Сомовых? В отличие от Евсея, эта мысль меня больше уже не страшит.

В ресторане ведущий расслабиться не дает. Все время дергает, то гостей, то свидетелей. Амелия взяла свою подругу на эту роль, а Плат выбрал Зака.

Отвлекаюсь на приколы пацанов, чем нам разыграть ведущего, чтобы хоть на время заткнулся, и пропускаю условия конкурса. Сам я в них участвовать не собираюсь, делать мне больше нечего.

— Девушка, можно вас?

Ведущий тянет лапы к Майе.

— Да, я согласна!

Она с места подскакивает и бежит, как будто только этого и ждала.

— Ваша пара для конкурса, — подводит к ней моего ровесника из дальних родственников. Раньше он был на поросенка похож, сейчас вымахал кабан кабаном.

— Это что еще за пары такие?!

Возмущаюсь и тоже бегу в центр зала.

— Гордей, ну это просто конкурс, — Майя шипит на меня, чтобы я не бесился.

Кабан же доволен.

— Мне ведущий дал девушку в пару. Свали и не мешай нам.

Чего?

— Еще раз подойдешь к ней, жир спущу! — рычу на кабана, затем выхватываю микрофон у ведущего: — Замена игрока! Я буду с Майей участвовать.

Кабанская физиономия уходит с тем видом, что не так уж и хотелось.

Но я сам видел прошлый конкурс, когда парень лапал девушку с закрытыми глазами в поисках оливки. Не хватало еще кабану свои грабли пристроить на моей девочке. Лучше я сам. Даже вытянул руки к любимой.

— Напоминаю условия конкурса, — над ухом тарахтит ведущий, — Девушка дает направление, а парень с мешком на голове и связанными руками пытается в ловушки не попасться.

— Вы свадебный ведущий или инквизитор? — охреневаю я.

— Кем наймут, тем и работаю. Программы похожие, — дядька встряхивает плечами и мешок подает.

Братья с друзьями ржут, и снимать мой позор приготовились.

Зачем я только вызвался? Этот конкурс был создан для родственника-кабана. Пусть бы и попал в ловушку, пофиг.

— Майя, сжалься! — прошу, как перед эшафотом, и на меня мешок накидывают.

После отсчета начинается ужас.

— Гор, тебе мешок к лицу!

— Так теперь и ходи. Не замерзнешь!

Братья громче всех выкрикивают.

— Гордей, иди три шага вперед, — Майя начинает меня направлять. Иду. — Теперь два с половиной шага вправо. Ой, нет. Лучше влево.

— Так куда мне?

Вот дерьмо.

Одной ногой попадаю в капкан, прямо на мне и захлопывается.

— Там везде ловушки, — так вот успокоила. — Попробуй прыгнуть вперед, как за цветком на фонарь.