Глава 39

Майя

Гордей меня ловит во дворе дома, требуя стать его личной болельщицей. Можно подумать, у меня могли быть варианты.

— Думаешь, твой родственник не хочет, чтобы за него кто-то болел? — дразню и показываю на того парня, с кем вчера чуть парой не стала на конкурсе.

— Кабан обойдется, — хмурится Гордей, зверея на глазах. — Я его в два счета обгоню.

Парни устраивают состязания в бассейне. Плавают на время первый заход, как обычно. Во второй, с повязкой на глазах.

Мы с девочками смеемся, подсказывая им направления. Кабан не выдерживает первым, сбегая на сушу. Зак отстает, а братья Сомовы с Пашей рвутся к победе во всю прыть.

— Вот есть у них такое, чтобы в любом соревновании — не сдаться, — Амелия описывает Сомовых и своего брата, глядя на всех борцов с теплотой.

— Ну да, им только дай поспорить, кто лучше, кто круче, — рядом со мной смеется Арина.

Близнецы приходят первыми и в одно время. Успокоиться, конечно же, не могут. И заново плывут для состязания.

Мы отвлекаемся от них, рассматривая красивое колечко у Амелии. Она светится счастьем, обсуждая с нами первый день свадьбы и свои ощущения, быть уже не невестой, а женой.

— Интересно, сбудется желание из моего шара, или это выдумки? — когда речь заходит об этой части свадьбы, Амелия мечтательно вздыхает.

— Мне тоже интересно, — говорю я, чуть ли не добавляя, что у Гордея-то сбылось. Значит, всё у ведущего работает.

Тая вместе с нами верит, что ее шар непростой, а волшебный.

Только сестра Сомовых с Лизой возмущаться начинают и расстраиваются.

— Если я свой шар не верну, он у меня точно не сбудется, — психует Арина, с досадой поглядывая на братьев.

— Лучше б я вообще ничего не писала, чем увидят, что там, — Лиза еще больше расстроена.

Девочек можно понять. Эти Сомовские шуточки бесят иногда. Гордей мне потом сказал, что классная ответка получилась. Евсей от них тоже пострадал, и вообще они специально его дразнят.

Сразу видно, кому за близнеца охота заступиться. Я всегда в таких делах на стороне девчонок.

— Давайте потребуем вернуть. Евсей далеко бы не спрятал, — предлагаю решительно потрясти, как минимум одного близнеца.

— В номере Евсея, в том отеле, уже искала. В рюкзак заглядывала и в багажнике рылась, — Арина перечисляет места, а меня удивляет, когда и как она везде залезть успела.

— Мог выкинуть, значит, — предполагает Тая.

— Не-ет, точно не выкинет, — отрицает уверенно Лиза. — Будет потом на что-то менять, даром уж точно не отдаст. В прошлый раз, машину мыть заставил.

— Понятное дело, и с братьями потом посмеется, — соглашается Арина, разминая кулаки.

Теперь мы смотрим на Евсея и банду парней с подозрением. Договариваемся, просто так не сдаваться. Все вместе точно шары найдем.

Отвлекаюсь на своего победителя. Гордей на секунду приплыл раньше Евсея. И мне, как личной болельщице, хочется его поздравить. Только вся мокрой становлюсь, а еще с поцелуем красавчика.

Парни веселятся, поднимают бокалы. И с бутылки шампанского обливают Гордея. Он идет в дом принять душ и переодеться, обещая мне, что скоро вернется.

И я возвращаюсь в компанию девочек.

— Мы думаем, Евсей мог спрятать у себя, когда вернулись, — шепчет мне на ухо Арина, что я уже пропустила.

— Что делать будем?

— Пока они здесь, можно быстренько поискать.

— А как мы к нему попадем? — не сразу понимаю я.

На этот случай, у сестры Сомовых имеется отмычка. О чем она с гордостью сообщает.

Договариваемся так, что Тая остается следить, если Евсею захочется отправиться в дом. А мы вчетвером незаметно проникнем и быстрее сможем поискать пропажу.

Арина специально громко зовет нас к себе, показать обновки для баскетбола. И мы делаем вид, что идем сейчас к ней. Даже доходим до двери на второй этаж сестры Сомовых. Оттуда тихонько крадемся к территории Евсея.

— Фух, я думала, что нас заметят, — выдыхаю я, когда попадаем внутрь.

— Гордей бы еще выйти не успел, остальные на улице. Только бы найти, куда он спрятал два шара, — Арина проходит в спальню.

Мы с Амелией ищем в гостевой комнате.

Лиза бегает между ванной и комнатой, где у него стоят мониторы компьютеров и на столе навалены распечатки для учебы.

— Мне кажется, что здесь нет, — первой сдается Лиза, не найдя там, где искала.

— В спальне тоже нет. Хотя раньше я там находила, что он прятал от меня, — Арина тоже без улова.

— И мы не нашли, — я развожу пустыми руками.

Звонок по телефону Амелии, вмиг нас заставляет дергаться. Тая предупреждает, что парни двинулись в дом. Евсей может к себе подняться в любую минуту.

Попадос!

Осторожно выходим.

Снизу слышим Гордея. Спускаться опасно.

Сверху раздаются шаги и голос Платона по телефону.

Двойной попадос.

Залетаем обратно и закрываемся, как было.

— Зато так есть шанс узнать, куда они спрятали, — не падает духом Арина, когда мы садимся в засаду за диваном в гостевой комнате.

Надеюсь, Гордей подумает, что я у его сестры. И не будет искать. Нам только еще одного Сомова здесь не хватает.

По вошедшим голосам и так насчитала двух братьев Платона и Евсея, а с ними Зака, который болтает без умолку.

Сначала по шагам понятно, что они идут в комнату с мониторами. Евсей с Платоном хвастаются какими-то новыми прибамбасами перед другом. Мы сидим и надеемся, что после этого свалят, но они приземляются на диван. Ждут, пока Евсей переоденется в спальне. Затем он выходит и недовольно ворчит:

— У меня такое ощущение, что кто-то рылся в моем логове.

— Ха-ха… Я догадываюсь, кто и почему, — хохочет Платон и Зак вместе с ним.

Арина с Лизой кулаками машут за диваном.

— Все равно не найдут. У меня есть надежные места, — уверенно заявляет Евсей, добавляя: — Через неделю отдам, ничего с ними такого не случится.

Меньше пыхтеть от подобной щедрости, девочки не перестают.

— Хотя бы вы мне скажите, что Гор со спором решил? Он нас сделал уже или нет? — обращается к братьям Зак.

Переглядываемся с девочками, о чем речь — непонятно. Нам бы о шарах больше узнать, а они о своем.

— Скорей всего проиграет, — слышу голос Евсея.

— Зато как справился круто. Сомовы умеют цели добиваться, — поддерживает Платон явно с гордостью.

— Сколько он всего выполнил условий? — уточняет Зак: — Майя стала его девушкой, в дом приехала. Два условия есть, какие вы назвали.

После имени Майя мое внимание обострилось, а дышать становилось всё тяжелее.

— С третьим, тоже полный порядок.

— На свидание она его позвала по условию Пашки.

Спокойно обсуждают братья.

А мне кажется, что я к полу приросла и скоро провалюсь в огромную яму.

— Значит, остается четвертое, - тянет Зак, - Ну это я загадал, чтоб в постель он ее затянул. Сейчас думаю, что не стоило. Перегнул я тогда.

— Вообще всё не стоило. Майя с братом отличная пара.

— Если Гор проиграет, я не буду просить мне диски покупать.

Из разговора выходило, что братья за Гордея в любом случае — проиграет он спор или нет. Зак больше хотел разобраться, и высказался, что три условия выполнить за такой срок тоже офигеть, как круто.

Парни уходят, а я так и остаюсь сидеть за диваном, хлопая пустыми глазами. Мир теряет все краски, будто меня выбросили из прекрасного места на свалку.

Неужели такие споры существуют?

Мне не хотелось верить. Совсем не хотелось.

И словно в издевательство, всплывает воспоминание из моего кафе, когда Гордей, не беспокоясь, услышу я или нет, заорал своим братьям и друзьям:

"Майя триста лет мне не нужна".

Я же сама удивлялась, почему передумал. Зачем потом преследовал и приставал?

— Майя, а может они не о тебе говорили? — Лиза произносит с надеждой.

— Если не обо мне, то у Гордея есть другая Майя?

В чем-чем, а в этом я не сомневаюсь. Дура есть одна, она же я.

— Но брат не мог так с тобой поступить, — Арина садится на корточки возле меня и обнимает. — Я так радовалась, что один из близнецов изменился и благодаря тебе.

— А если и было что-то, то только вначале, — пытается смягчить мою боль Амелия.

— Вначале чего? Первого условия? Второго, третьего… или четвертого?

Всё сходится, полностью всё. Но осознать не выходит. Я же люблю его, как мне поверить? Как подумать теперь, что всё было игрой?

Вытирая слезы рукавом, я с трудом отвечаю на вопросы девочек. Вспоминаю первую встречу, вторую, ловушки Гордея для наших свиданий.

Какой бы ни была моя жизнь до него, Сомов растоптал ее. Он ворвался ураганом и разрушил то, что считала тогда важным. Если условия в споре — правда, значит, из-за него я терпела потери? Но я же винила всё время себя!

Я справилась с потерей подруги, с потерей жилья, с обманом, что здесь очутилась. У меня получилось. Ведь я была с ним. Все мои неприятности меркли, зная, что я не одна, что со мной мой любимый. Здесь я нашла друзей. Поддержку. А еще необходимую помощь.

Точно!

— Гордей помог мне. Значит, я ему нужна? Иначе зачем бы спасал и устраивал в крысятнике переполох?

— Если это не связано с условиями, то точно ради тебя. Гордей тебя любит, Майя. — Скорей заверяет Амелия.

— И я видела не раз, как брат спешил к тебе, только лишь переступив порог. Каким бы он ни был засранцем, но ты ему дорога, — Арина тоже хочет верить в лучшее, и я надеюсь, что не только ради брата.

— Он предложил в награду за помощь: пригласить его на свидание… — называю, с ужасом вспоминая, что такое условие в споре тоже имеется.

Потом передумал, но все же пошел. И там попросил запомнить главное.

Вот же гад!

— Мне нужно еще разобраться, сейчас пойду к нему, — я встаю, словно в тумане запуталась.

Амелия поддерживает меня и тянет на свой этаж с Платоном. Умываться приходится всем. Не у меня одной глаза на мокром месте были.

— Предлагаю взять скалки и дать этим спорщикам понять, что они совсем обнаглели!

— Арина, не во всем помогут скалки или мой половник, — останавливаю сестру Сомовых.

О да, мне хочется двинуть одному из братьев особенно сильно.

Но как это поможет принять, что я стала трофеем для спора и смеха мажоров?

— Проучить надо всех. Не один Гордей в этом участвовал, — призывает к бою Лиза по дороге на улицу.

Но я не слышу никого, когда замечаю Его, смеющимся среди друзей и братьев. Гордей выглядит так же, для меня самый лучший красавчик. С утра я видела в нем свое счастье, а сейчас… я не знаю, во что уже верить.

— Ну где ты так долго? Иди ко мне, моя девочка, — Гордей выходит из круга парней и протягивает руки, захватить меня.

Его улыбка, привычный жест и мое желание забыть обо всем в объятиях любимого, еще больше добавляют боли.

Мне нужно просто выяснить и всё.

Вдруг я не так поняла, вдруг накрутила себя, вдруг ошибка...

— Майя, что-то не так? — Гордей замечает во мне перемены, когда нас разделяет всего шаг.

— Лучше ты мне скажи, — сложно говорить, но я стараюсь. — У вас есть пятое условие в споре? Какое оно?

— О чем ты…

Гордей округляет пораженно глаза, замирая на месте. Парни переглядываться.

— Если есть еще условия, назови мне сразу. Я согласна выполнить, чтобы ты наверняка победил. Будет жаль, что столько стараний насмарку.

Братья отпираться пытаются, но на них налетают девочки. Арина все-таки скалку взяла. И все друг на друга орать начинают.

Мой (с утра еще) парень хватает за руку и оттаскивает в сторону от криков.

— Майя, откуда ты узнала? Это было в прошлом, я хотел потом тебе признаться.

— В чем признаться? Что ты спорил на меня? Что я нужна ради условий и победы?

Я срываюсь, но не даю себе больше заплакать. Гордей заметно нервничает, и никогда его таким растерянным не видела.

— Хорошо, я скажу правду, — при этом меня держит, чтоб не вырвалась. — Да, я спорил. Но в остальном, всё правда. Я в тебя влюбился.

Легче почему-то не становится...

— Но как мне быть с той правдой, что ты говорил на первых свиданиях? Ты мне распинался, что я тебе нравлюсь, а может судьба. Забрал в свой дом, как в отель, для чего? Условие выполнить? Сколько ты врал мне, Сомов?! Сколько?!!

— Признаю, я не должен был. Прости меня, Майя. Сто раз пожалел, что связался со спором. Мне нужна только ты. Поверь мне, любимая.

Хочет меня обнять, но я его отталкиваю со всей силы.

— Поверю, если сейчас назовешь условие, хотя бы одно, которое не выполнил за мой счет. И только попробуй выдумать!

В упор на Гордея смотрю, он на меня. Молчит и сопит напряженно.

— Мне спрашивать у твоих братьев и друзей? — кажется, я к истерике близка.

— Не надо, — наконец-то произносит слишком тихо и подавлено. — Мне не нужна победа. Только ты. Но так вышло, что я выполнил условия.

Капец.

Я люблю победителя.

— О нашей ночи никто бы не узнал, — добавляет он, и я вздрагиваю от жарких воспоминаний.

— Гордей, я отпустила все сомнения и верила тебе. Но теперь не могу, мне надо подумать.

Мне становится страшно и холодно. Все, что он делал ради меня, перевернулось другой стороной. Но как бы там ни было, помощь его пригодилась. Очень даже вовремя.

— Майя, скажи, как мне доказать, что я с тобой по-настоящему? Что мне сделать, чтобы ты поверила в нас?

— Отпустить меня… Дай мне уехать.

Я не понимаю в данный момент, какие нужны доказательства. Сложно о чем-нибудь думать, когда теряешь часть себя. Именно ту часть, которая никогда не забудет кареглазого брутального Сомова, не перестанет думать о нем, и все еще будет любить.

В такси я садилась с горечью в сердце, пряча дрожащие руки. Девочки просили позвонить, с Амелией завтра на учебе увижусь. Платон с Евсеем виновато поглядывали и говорили, что я брату нужна.

— Возьми, я не буду тебя этим удерживать, — последним подходит Гордей, протягивая мой паспорт.

— За свободу благодарить тебя, что ли?

Забираю и отворачиваюсь, не хочу больше смотреть на него.

— Нет, не стоит. У меня ничего не поменялось. Ты моя, Майя Касаткина. Скоро я докажу, что был с тобой серьезно и верну. Надолго не прощаемся, любимая.

— Твои приемчики больше не сработают!

Выталкиваю этого нахала и прошу таксиста везти меня скорее до общаги. Пусть только сунется гад, я встречу с половником.