Глава 4

Марго, где-то в метро Парижа

Не знаю, что задумали парни, но это выглядит смешно. Словно действительно соревнование, кто кого потеряет. Потому что Рома очень долго думает, заходить ли в электричку или нет. А после резко двигается, ухватив меня под локоть.

Ник реагирует быстро, не отставая. Только вместо того, чтобы заскочить в вагон, дёргает меня на себя. Чувствую себя канатом, который перетягивают, и мне это совсем не нравится.

В конце, не выдерживаю и захожу первой, усаживаясь на свободное сидение возле кона. Парни устраиваются напротив, недовольно смотря друг на друга. Не знаю что у них за игры, но мне это не нравится. Мне либо не участвовать в таком, либо возглавлять. А не теряться в догадках.

Но в этих попытках потерять друг друга происходит то, чего я не ожидала. Хотя зная себя — нужно было.

В итоге теряюсь я.

Просто во время пересадки с электрички на метро сворачиваю куда-то не туда. Или просто отстаю. Но не вижу ни одной знакомой макушки, сплошные французы вокруг. И я одна.

Жду несколько минут в надежде, что парни вернутся за мной. Бесполезная трата времени, если честно. Стою, перекатываясь с носка на пятку, и слушаю уличных музыкантов. Можно, конечно, выйти на улицу и там начать разбираться, но никуда не спешу.

Мама в детстве повторяла, чтобы я не двигалась, если потеряюсь. Ждала её и она обязательно найдёт. Но то мама, а это Исаевы. Они могут вспомнить о любимой кафешке и не вспомнить обо мне.

Переход с рекламой, снующими туристами и горожанами это ведь тоже часть Парижа. Своеобразная атмосфера, разбавляемая мелодией саксофона. Да и заодно пытаюсь построить маршрут к отелю по карте. Если не встречусь с парнями там, так дождусь свою группу.

Метро города это маленький филиал ада, честно. Куча линий, веток и одинаковые названия станций! То есть на несчастной станции Опера целых три разных ветки, и найти платформу для каждой из них — сущее наказание!

Москва это другое, город, в котором я с закрытыми глазами ориентировалась. Ну и с закрытыми глазами иногда теряла пол дня на кольцевой, когда засыпала.

— Морковка, блин, — Исаев подкрадывается внезапно. Смотрю на плакат с рекламой мультфильма и вдруг оказываюсь в объятиях наглеца. — Я все станции уже облазил.

— Вы куда-то убежали и меня бросили!

Стараюсь звучать сердито, но понимаю, что меня отпускает. Вроде не страшно потеряться, даже в незнакомом городе. Интернет никто не отменял и приставание к сотрудникам метро тоже. Но приятно, что за мной вернулись. Самую малость.

— Мы обернулись, а тебя уже нигде нет. И не поняли, где последний раз видели. Ник поехал в отель с сумками, а я пошел свой багаж искать.

— Я не багаж!

— Ага, на багаж хоть трекер можно повесить. Переживала?

— Что отдыху от тебя? Ни капли.

Рома притворно вздыхает и прикладывает ладонь к сердцу. И смотрит так, словно я его котёнка похитила. Или что похуже сделала.

— Разбиваешь мне сердце, морковка.

— Не только же тебе этим заниматься.

— Значит, я разбил твое сердечко? Была влюблена в меня? Признавайся.

— Исаев, влюбиться в тебя — мазохизм. Я подобным не страдаю.

Ага, зато втрескаться в твоего брата самое то. Совсем не мазохизм и не страдания. Так, любование издалека и постоянные тренировки с бегом, на который я подалась только из-за Ника.

— Это пока. У меня неделя, не забывай.

Шесть дней, но это мелочи. Днём больше или меньше — парню не поможет. Только Рома не теряет времени. Берёт меня за руку и не даёт вырваться.

— Чтобы больше не терялась. Так, пошли, выход в той стороне.

— Зачем нам на выход?

— Буду поить тебя кофе и снимать стресс. Испуг лечится выпечкой и Парижем.

— Я не испугалась.

— Ага, морковка, рассказывай.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Рома, на улицах Парижа

— Твое подобие кофе, — мы с Маргошей уселись в небольшой кафушке. На улице стояли маленькие столики, как раз на двоих. Что позволило сесть рядом с девушкой и прижать к себе. — Сильно испугалась?

— Господи, Исаев, ты де… девушек испуганный не видел? Постояла немного в метро, прям шок на всю жизнь, — фыркает, стягивая рыжую копну в хвост. Открывая доступ к длинной шее. — Ник нас не потеряет?

— Сейчас наши подъедут, найдёт чем себя занять.

А ещё, желательно, подальше от Маргоши. Потому что брат решил влезть со своим спором туда, куда лезть не нужно. У нас свои разборки с девушкой и третий лишний тут вообще не нежен. Ник пускай и дальше верит в свою неотразимость, но я знаю, о ком будет мечтать девушка к концу поездки.

Не сложно ведь. Пару свиданий, комплиментов. Не впервой. Да, Маргоша знает о споре, сама же и участвует. Будет чуть сложнее покорить её, но не невозможно. Тем более план уже начинает выстраиваться в голове. И, коль мы уже в Париже, могу перейти к исполнению.

— Ты чего творишь? — девушка вскидывается, стоит уронить руку на спинку её стула. — Ром, грабли убери.

— Ша, не мешай наслаждаться отдыхом.

Она вздыхает так, словно я её бюджетное место украл. И котёнка, и честь, и многое другое. Обхватывает длинными пальцами кружку, а лучше бы что-то другое так обхватывала. Но это ещё успеется.

Исаев я или кто?

— Так какой у тебя план? Я уже записала всё в конверты, не перезагадаю, можешь рассказывать.

— Нет, морковка, будет тебе сюрприз. Ты реально собралась поступать в Париж?

— Может быть. Ещё Краков и Берлин, как варианты. Летом на курсы запишусь, когда выберу страну.

— Мне Германия тоже нравится.

С удовольствием замечаю, как девушка кривится. Походу, не прельщает мысль учиться вместе. Но нам ещё два года в одной группе быть. А потом, может, тоже рвану во Францию. Мама давно предлагала, зная, как мне нравится Париж. В детстве, когда тётя жила здесь, всё лето проводил.

Но как-то не срослось. Сначала отец приболел, не хотелось бросать мать одну. Ясно, что у нас хватает надсмотрщиков. Если в старости каждый по стакану воды принесет, им на два года хватит. Но всё равно решил остаться. А после завертелось.

Жаль два года обучения бросать и заново всё начинать. Легче уже сразу на магистратуру поехать.

— Исаев, ты собираешься поступать только ради того, чтобы меня бесить своим присутствием?

— Нет, конечно. Чтобы ты каждый день могла любоваться объектом влюбленности.

— Ты-то своей самовлюбленностью каждый день наслаждаешься.

— А теперь и ты будешь.

— Безмерно счастлива.

— Видишь? Уже счастлива моему присутствую.

Маргоша закатывает глаза, а после пытается ударить меня ладонью. Даже не успевает к телу прикоснуться, как я перехватываю руку. Сжимаю едва заметно, притягивая к себе.

— Пусти.

— Нет, морковка. Насилие — это плохо. Так что будет тебе уроком.

Удобнее устраиваюсь, опустив на свое бедро ладонь девушки. Сверху припечатываю своей, чтобы не вырвалась. У неё горячая кожа, приятная. И мурашками покрывается, стоит немного погладить пальцами.

Ох, Маргоша, ты ещё не подозреваешь, что тебя ждёт.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— У нас скоро экскурсия начинается, — Маргоша в очередной раз пытается вскочить и выдернуть руку. Предсказуемо, как и то, что у неё ничего не получается. — Ром, я не хочу пропустить прогулку по Парижу.

— Я тебе устрою личную прогулку.

— Признай, всё это ради того, чтобы испортить мне поездку, да?

— Конечно, только ради этого и ехал за тобой на заправку.

— В смысле, ехал за мной?

Моргает часто, взмахивая длинными ресницами. Ещё немного и взлетит. А я понимаю, что лишнего сказанул. Раньше времени этот козырь разыграл. Хотя вообще не планировал об этом говорить.

— Вы разве не просто ехали в аэропорт?

— Анна Викторовна сказала, что ты застряла и опаздываешь. Я был на машине, поэтому решил тебя подбросить. Тем более, время было. А Ник хотел солёные орешки и прочие закуски. Сложились все факторы. И я ещё не получил свою благодарность за помощь.

— Крайне признательна. Правда, спасибо, — заметно смягчает тон, опуская свои колючки. — Из-за сломанного автобуса не хотелось бы опоздать. Я очень хотела увидеть Париж.

Намек прозрачней некуда, поэтому я поднимаюсь. Экскурсия обещает быть унылой и скучной, вряд ли хоть половина группы соберётся. Но если Маргоша так рвётся, то можно и потерпеть.

До точки сбора мы добираемся без происшествий. Когда брат не путается под ногами, всё намного проще. Я держу девушку за руку, чтобы больше не потерять во время переходов. А та даже не спорит, вцепившись в меня. Не испугалась, как же.

— Думал посылать спасательную бригаду.

Ник отыгрывает роль прилежного студента, и не пропускает первый совместный поход. А ещё хочет выиграть свой дурацкий спор. Брат, конечно, тоже Исаев, но я собираюсь получить победу в этот раз.

— Рад, что ты нашлась, Гош.

— Я тоже рада, что не сгинула в парижском метро. Какая же она большая!

Маргоша с восхищением смотрит на Эйфелеву башню. Как по мне — ничего особенного. Груда металла, которая чудом простояла больше ста лет. Прав был Эмиль Золя, недолюбливая «железную леди». Странная конструкция, которая портит красивый город.

Зато подниматься туда и наслаждаться видом — одно удовольствие, ведь башни-то не видно.

— Башня была построена в конце девятнадцатого века и задумывалась как временное сооружение, служившее входной аркой парижской Всемирной выставки, — эту часть истории я знаю назубок. Лучше бы рассказали, как её пытались продать на металлолом и хотели перенести. В шутку, конечно, но гораздо интереснее сухих фактов. — Высота составляет…

— Ты же не боишься высоты? — спрашиваю Маргошу, чтобы понимать, в каком направлении двигаться. В Париже сотня мест с отличным видом, где можно поужинать. — А, морковка? Или, как с метро, будешь врать?

— Да не врал никто! Я не боюсь высоты. И только попробуй лишить меня подъему на башню. Исаев, ты нежилец в этом случае, понял?

— Понял. Но, в любом случае, сегодня в программе подъема нет. А так поднимемся, конечно.

— Ты не собираешься от меня вообще отходить?

Ещё чего, у меня шесть дней на соблазнение. И я собираюсь использовать их на максимум.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Марго, вдоль Сены

Исаев невыносим. Это я всегда знала, за два года было сложно не заметить. Но сегодня он бьёт все рекорды. Постоянно прижимает за талию и шепчет на ухо всякий бред. Или действительно верит, что сможет пронять меня такой банальщиной. Или отыгрывает роль парня, не понятно зачем.

Рома редкостный и… индивидуум, поэтому возможны оба варианты.

Но сейчас у меня нет желания думать об этом. Я в Париже, городе, в котором хотела побывать с самого детства. Погода чудесная, весна в самом расцвете, а мы проходимся вдоль Сены.

Ладно, я могу признать, что программа так себе. Сухие факты, которые не остаются в голове. Но это мелочи. Я делаю сотни фотографий, нагло эксплуатируя Рому. Если он сам предложил, то теперь не отвертится.

— Я тебе откушу руку, если сейчас упрешься ею в бок.

— Не откусишь.

Хихикаю под недовольным взглядом остальной группы. Немного пользы от внимания Ромы есть. Неправильного удовольствия, что Лиза кривится и закатывает глаза.

Я не очень хорошо получаюсь на фотографиях, это факт. Особенно случайных и тех, что сняты под влиянием момента. Постановочные мы с Никой могли выстраивать очень долго, ради одного кадра. Который я после никуда не выкладывала.

— Тогда заставлю отрабатывать каждый кадр.

По смешку парней ясно, какой способ отработки они представили. Но каждый думает в меру своей распущенности. Рома, максимум, получит «спасибо» и не получит подзатыльника. Второе — под вопросом.

— Давай, морковка. Мы на самом красивом мосту Парижа, а ты хмуришься.

— Я не хмурюсь, просто ты раздражаешь.

— Да? Ну тогда я пошел?

— Ну и иди.

Он действительно разворачивается, догоняя остальных. Даже не оглядывается, оставляя меня одну. В этом нет ничего нормального, и я только сильнее хмурюсь.

Что за показательная обида?

— Эй, Ром, верни телефон.

— Не могу, я же ушел.

— Исаев блин.

Я, подобно многим другим девушка, бегаю за парнем. Только у них с боевой раскраской и планом по захвату, а у меня желание вернуть телефон. Рома же поднимает руку над головой.

— Не смешно. Я не ребёнок, чтобы прыгать за мобилкой.

— Не смешно, а больно, морковка. Вот тут, — притворно прикладывает свободную ладонь к области сердца. — Твоя злость просто убивает меня.

— Сейчас я убью тебя.

— Что я говорил тебе о насилии?

Рома легко перехватывает меня и разворачивает в руках, прижимаясь со спины. Его ладони на моём животе, подбородок упирается в плечо. Дёргаюсь, но безрезультатно. Парень держит крепко и не собирается отпускать.

— Ром!

— Я предупреждал, морковка. За всё нужно платит.

Шепчет и прикасается губами к мочке уха. Просто берёт, блин, и прикусывает зубами. Словно это нормально и совсем не странно. Как и то, что я вздрагиваю, а по телу бежит тепло. Лёгкая волна, которая кажется сплошной стеной цунами.

Страшной и уничтожающей.

Потому что я не должна так реагировать на Исаева. Точнее должна, но на совсем другого. Ника, который сейчас смотрит с другой стороны моста и о чём-то переговаривается с друзьями.

А я зажата в объятиях Ромы и не знаю, как выбраться. Поэтому стою истуканом в ожидании, когда ему надоест. Только он тоже не двигается, застыв. Стоим как два деб… действительно влюбленных человека.

— Ром, все уходят.

— Вот и хорошо. Хватит дёргаться, морковка. Просто постой со мной и полюбуйся на город.

— А я могу постоять без риска, что ты мне сломаешь ребра?

— Колючка ты, а не морковка, — Рома разворачивает меня в своих руках и внимательно смотрит сверху-вниз.

— Ты чего?

— Ничего.

Улыбается и вдруг начинает наклоняться ко мне, касаясь губ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Марго, мост Александра III

У Ромы тёплые и сухие губы. Это факт, который я не хотела знать. Как и то, что от него едва пахнет ментолом и табаком. Парень нежно касается, ведёт ладонями по спине и прижимает ближе.

Пальцы сминают толстовку парня, а в голове какой-то хаос. Рома не наглеет, не опускает руки ниже талии, не пытается использовать язык. Просто прижимается и обжигает дыханием.

Мне бы ударить за такое. Я так и делаю, отвесив подзатыльник.

— Опять бьешься, — парень рычит, сжимая пальцы на талии. — Ты невыносима. О, я понял. Морквока, да ты просто хочешь, чтобы я тебя наказывал. Так ты только попроси.

— Фу, Исаев, держи свои грязные мысли при себе.

— Я лучше буду тебя держать при себе.

Ух, ладно, будь у меня чуть меньше мозгов, я бы могла влюбиться в парня. Это если адекватно оценивать ситуацию. Он красивый и обаятельный, из тех плохих мальчиков, которые нравятся наивным девочкам.

Но я, спасибо генам мамы, наивной не была. И не собираюсь покупаться на этот внимательный взгляд и соблазняющий шепот.

— Ты зачем с поцелуями полез?

— Я не могу поцеловать свою девушку?

— Палку не перегибай, Исаев. Я пока не твоя девушка.

— Пока? Кажется, ты уже веришь в мой успех.

— Ты невыносим!

— Видишь? Мы идеально подходим друг другу.

Пфф.

Отступаю на шаг от парня, не находясь с ответом. Он одной линии придерживается, я — совсем другой. Да и зачем с ним соприть дальше? Пускай будет уверен в своей победе. Можно даже подыграть с этими «отношениями», если ему так хочется.

А после получить свои ключики от машины и поставить Рому на место.

Не все будут влюбляться в его ямочки и озорной взгляд.

— Мы идём? — спрашиваю, когда пауза затягивается. Без проблем забираю свой телефон и жду ответа. — Ром?

— Идём, морковка. Всю романтику портишь.

— Я?

— Ну а кто же ещё. Такой момент — мост Александра III, Париж, мы вдвоем. А ты…

А я бы предпочла другого парня для «мы вдвоем». Но признаваться в подобном не хочу. Рома точно просто так не забудет, и об этом факте узнают все. Не то, чтобы я сильно скрывала свою влюбленность в Ника, но и не выставляла её напоказ.

Есть и есть, чего обсуждать-то?

Я трезво оценивала свои шансы. У Ника куча поклонниц, и я не самая красивая и яркая среди них. Шансы маленькие и это, скорее, просто моя тайная влюбленность. Можно ведь и издалека любить?

Как-то пыталась и платье с каблуками надевать, и краситься эффектно, чтобы внимание привлечь. Но поняла, что это не для меня.

— Кстати, ты знала, что мост специально таким низким построили? — Рома устраивает свою экскурсию, и она заметно интереснее того, что рассказывает гид. — Это для того, чтобы не закрывать панораму Елисейских Полей. Кстати, мы с тобой отлично последовали примете.

— Какой ещё примете?

— Если пара влюблённых поцелуется на этом мосту, то их отношения навсегда останутся крепкими. Всё, морковка, ты попала.

— Я не влюблена в тебя, Исаев. Так что смысла не было.

— Значит, придется повторить в конце поездки.

— Никаких повторений, Исаев! Понял меня? Лезь со своими губами к кому-то другому.

— Не ревнуй, морковка, я весь твой на эту неделю.

— Прости, зайчик, временная аренда меня не интересует.

— Всё-таки хочешь быть со мной дольше недели? Уже влюбляешься, значит.

Господи, до чего же невыносимый!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Марго, где-то на улицах Парижа

— Анна Викторовна, мы в кафе, — Лиза пользуется заминкой гида. — Мы устали ходить. Можно же?

— Конечно.

Куратор кивает, без особого энтузиазма. Нас и так осталось меньше половины. Многие просто не пришли на экскурсию, найдя занятие поинтереснее. Часть группы уже отвалилась, пойдя молча в другую сторону. И вот, самые стойкие, тоже хотели уйти.

— Гоша, ты с нами? — неожиданно предлагает бывшая подруга и я не знаю, чего ждать от этого. Мы не общались нормально столько времени, а теперь вдруг… — Давай, устроим девчачьи посиделки.

— К сожалению, Маргоша ходит только со мной, — Рома, конечно же, влезает. А я уже была готова уйти с Лизой, чтобы отдохнуть от него. — Такие дела.

— Ну тогда и ты с нами, без проблем.

Ах, вот и разгадка. Лиза решила пойти самым банальным способом, чтобы завлечь Исаевых в свою компанию. Даже немного разочарована. Ожидала подстав или колких фраз. Так не интересно, слишком просто.

Нет бы, попытаться снова завести со мной дружбу. Больше узнать о Роме и его увлечениях, найти слабые точки. А потом уже уводить парня у лучшей подруги. Мы ведь столько подростковых мелодрам просмотрели вместе, можно было что-то запомнить.

Я, правда, тоже не особо много полезного оттуда взяла. Не прошу Рому свести меня с братом или помочь измениться. Не пришла эффектно с новой стрижкой и в обтягивающем платье, чтобы наверняка сразить Ника. Пока из всех тех сюжетов я умудрилась попасть в спор с Ромой.

Никто не говорил, что я сильно умная.

— Отдохнём или дальше пойдём? — Рома разворачивается ко мне в ожидании.

— Отдыхай, а я хочу закончить экскурсию.

— Ну конечно, — парень закатывает глаза, явно желая другого ответа. — Тогда в следующий раз, девочки. Ник?

— Не, я люблю прогулки, но не сегодня. Мы ж ещё вечером в клуб хотели.

— Слабак.

Наблюдаю за перепалкой братьев и думаю, как бы намекнуть Роме, что он спокойно может пойти в кафе. Я не обижусь, ни разу. Зато смогу спокойно слушать гида и не отвлекаться на наглую ладонь, которая прижимает меня за талию.

— Объяснишь, зачем соврал, что мы встречаемся? — спрашиваю, когда все желающие отправляются в другую сторону.

— Потому что ты приличная девушка и не будешь целоваться с посторонним. Расслабься, морковка, у меня свои причины.

— Только не говори, что ты пытаешься так кого-то заставить ревновать? Это банально и вряд ли сработает с нормальными людьми.

— Скажем так, мне скорее отвадить кого-то нужно.

— Настырная бывшая?

Сразу пытаюсь вспомнить, с кем из девочек мог встречаться Исаев? Или это просто фанатка? Так их не спугнешь девушкой и даже другой ориентацией. Мои чувства к Нику не меняли ни его девушки, ни понимание, что два года я бегаю в команде и ещё ни разу даже на тренировках не пересеклись.

Сталкеры они такие.

— Что-то вроде. Просто подыграй мне немного, морковка. Сложно разве?

— И что мне за это будет?

— Так, ты обещала слушаться меня, — морщусь, потому что он прав. — С меня билеты в Лувр. Договорились?

— И по музею мы будем гулять столько, сколько я хочу.

— Скрепим сделку поцелуем?

— Когда-нибудь никогда.

— Жестокая.

— Именно.

Делаю в мыслях пометку ещё раз вернуться в сад Тюильри, когда будет свободное время. Вокруг всё пестрит зеленью и туристами. Особенно возле небольшого фонтана. Там стоят стульчики, на которых удобно отдохнуть и перекусить.

Кстати о перекусах, я жутко голодная. Салат, съеденный в самолете, спасает не очень хорошо. А часть закусок, которые забросила в портфель, была стащена Ромой. Хожу и озираюсь в поисках фаст фуда.

Можно ненадолго сбежать к булочной, которая слева от парка. Только не уверена, что смогу вернуться вовремя. Потеряться я не потеряюсь, но проверять не хочется.

— Лучше вечером сюда заедем, — Рома кивает на толпу туристов возле Лувра. — Сегодня бесплатный вход*, не протолкнуться. А вечером пирамида будет светиться.

Ага, значит вечером. Не подготовил ли Исаев мне прогулку по ночному городу? Если так, то одно желание уже у меня в кармане.

*В первое воскресенье месяца во многие музеи Парижа вход бесплатный.