Глава 9. Андрей

Я ждал ее возле своей старой тачки. До начала работы оставалось время, поэтому еще успевал. Снова раздумывал над словами злючки и ни капли ей не верил. И вроде бы говорила убедительно, стройно так. Но голос, взгляд – нет, не влюблена. Не то чтобы я был экспертом в этих делах, но просто чувствовал подвох, фальшь. Зато остальные поверили. Рита вышла из корпуса Школьников чуть ли не последней. Помахала на прощание подруге, посмотрела ей в спину с видом мученика, которому сейчас на каторгу идти. Осмотрелась по сторонам, направилась прямиком ко мне. Кеды, комбинезон, странная кофточка – ничего нового. Но в то же время она другая какая-то, необычная, яркая. Словно игривый огонек под ярким солнцем, и непонятно, от чего именно слепит глаза. Ну что, лгунья, а теперь проверим? Я шагнул к ней навстречу, сгреб в охапку, на капот усадил. Сразу поцеловал. Оробела. Оттолкнуть собралась, вон как в грудь мне уперлась ладонями. – Андрей! – процедила, не размыкая рта. – Что-то не так? – поинтересовался нагло и снова смял ее губы. Мягкие, сладкие, все как себе представлял. Еще бы ответила, но рано пока. Ничего, сломим эту преграду. – Андрей, на нас смотрят! – Пусть смотрят, – придвинул я ее к себе, ладони на бедра положил. – Андрей! – она все-таки оттолкнула меня, высвободилась, с капота спрыгнула. – Совсем дикарь? Хлопала округленными от непонимания глазами. Пятилась. Стоило дернуться к ней, будто схватить собрался, вовсе понеслась прочь. – Куда ты, рыжуля? – крикнул вслед. – От любви не убежишь! Меня разобрал смех. До чего непредсказуемая девчонка! То кусается, пижоном называет, при каждом слове безжалостно режет своим язычком, в полицию сдает, а потом вдруг в любви признается. Я не настолько глуп, чтобы поверить. Но притворяться тоже могу. Буду! Посмотрим, кто сдастся первым. «Ты кое-что забыла, рыжуля», – написал сообщение и сфотографировал оставленные мной на переднем сиденье цветы. Прочитала, начала ответ набирать. Видимо, удалила, потому что ничего не пришло. Я все шире улыбался. Предвкушал предстоящую игру, как буду выводить злючку на чистую воду. Никто ее за язык не тянул. Сказала при всех, не постеснялась. Чего только добивалась? Вряд ли знала про спор, так бы точно пальцем не пошевелила, чтобы я смог его выиграть. Наверное, думала, что своим поступком испугает меня. Скорее всего, посчитала, будто бы парни боятся подобных признаний как огня. По сути, она права. Но здесь другое. Тут ложь, никакой навязчивости. Пустые слова, только разжигающие желание добиться правды. В приподнятом настроении я поехал на подработку. Закончив, хотел отправиться с друзьями в клуб, но подумал, что нехорошо заставлять влюбленную девушку скучать. – Да, – ответила Рита с третьего раза. – Одевайся, заеду за тобой через двадцать минут. – С чего вдруг? – Хочу провести время со своей девушкой. – Когда это я ею стала? – А ты не помнишь? Сегодня, в столовой. Давай одевайся, я уже всем сказал, что приеду в клуб с тобой, нас ждут. – Андрей, я не могу. У меня курсовая, – запротестовала она. – Ты ведь не хочешь, чтобы о твоем любимом думали, как о наглом вруне, рыжуля? Сопение в трубку. Моя улыбка становилась все шире. – Нет, не пойду! – ответила она и сбросила вызов. Это будет интересно! Кир с Виком встретили меня возле клуба. Еще раз поздравили с новой тачкой, начали подначивать на еще один спор, в шутку выбирая других кандидаток на завоевание сердца. Тимур пришел чуть позже. Никак не выказал жалость из-за расставания со своей машиной. Был привычно молчалив, мрачен. Следил за всеми со стороны. – Почему не начинаешь охоту? – вскоре спросил он. – Нет настроения. Друг хмыкнул, снова откинулся на спинку дивана, посмотрел на Яра, во всю охмуряющего какую-то блондинку на танцполе. Вик от него не отставал. Получалось намного хуже: угощал симпатичную брюнетку неизвестно каким по счету коктейлем, старался. Обычно к этому моменту я тоже один не скучал, но сегодня все шло не по плану. Опустил взгляд в телефон, проверил, нет ли ответа на мое сообщение. Злючка снова меня игнорировала. Это бесило, не давало покоя, заставляло думать только о ней. Но ничего, мы сломаем эту баррикаду. Следующие три дня она упорно меня избегала, не появлялась в столовой, после пар уходила из университета непонятно какими путями, хотя я караулил, ждал. И после этого еще будет утверждать, что любит? Конечно, сейчас просто стесняется! Фанатка моя. Неужели я выгляжу полным идиотом? – Ворон, а чего ты стоишь здесь? – подошла ко мне сзади Анисимова. Взяла под локоть, плечо погладила, соблазнительно приоткрыла губы. Чем не вариант? Ничто не мешало мне просто согласиться. Все предельно просто и привычно: красивая девушка, недвусмысленные намеки, горячая ночь. Но сейчас это было неинтересно. Черт, точно злючка заразила меня! – Разве не видишь? Без тебя скучаю, маленькая, – решил проверить, как поведет себя дальше, сравнить с одной неприступной личностью. – Кстати, это тебе, – протянул девушке приготовленные для рыжей цветы. Простые, без пафоса, перевязанные розовой лентой. – Какие красивые, Ворон, – приняла подарок Анисимова и сама расцвела. Чуть ли не целоваться ко мне полезла. Вроде бы все на месте. Пухлые губы, большая грудь, глаза ясные, но родинка эта на скуле все портила. Да, определенно в ней дело. – Э-э-э, я тут вспомнил, что забыл кое-что у отца забрать, – высвободился из цепких рук. – Да, точно! Ехать пора. Не скучай, крошка, – подмигнул ей и попросту сбежал. Приехал на подработку раньше времени. Вечером снова отправился с друзьями в клуб. Они уже начали замечать, что со мной неладно, но я стойко отмалчивался. Три дня игнора. Мало, в общем. Можно было бы вести себя более настойчиво. Заявиться к Школьникам на лекцию, попросить преподавателя, чтобы выпустил Румянцеву на пару минут, прижать рыжую к стене и все из нее вытрясти. Ишь ты, бегать от меня вздумала… – Ты куда? – спросил Тимур. – Добиваться правды! – крикнул я уклончиво и поехал по знакомому адресу. Добрался до заветной двери, набрал номер рыжей, гипнотизируя черный глазок. Не отвечала – я был настойчив. – Ты совсем уже, ночь на дворе! – возмутилась в трубку девушка. – Выйди в подъезд. – Еще чего! – Выйди, иначе позвоню в дверь, разбужу твоего отца и буду просить уже его, чтобы тебя позвал. Появились важные вопросы по курсовой, срочные просто, очень спросить надо. – Ты совсем ошалел?! – крикнула в трубку девушка и через пару минут вышла ко мне. Заспанная, растрепанная, в тапочках с зайцами и толстом махровом халате. В пижаме с черепахами под ним! Вообще не возбуждающе, но в то же время мило. Щурилась, губки свои пухлые дула, выглядела предельно недовольной. – Ты вообще нормальный? Вытащил меня посреди ночи и стоишь здесь улыбаешься. Больше поехать не к кому? А как же твои крошки, малышки и другие зверушки? – Вроде бы призналась в любви, а злючкой быть не перестала, – ущипнул ее за подбородок, но рыжая сразу оттолкнула мою руку. – За окном ночь. Любой нормальный человек будет не в духе, если его из тепленькой постели вытащить. Напарник отозвался на звучание последних слов. Стало невыносимо интересно, какой Рита была бы, окажись в моей холостяцкой квартире, в моей комнате, в моей кровати, под моим одеялом. В этой вот пижаме. С такими взлохмаченными волосами. Теплая… Я прочистил горло, поморщился от внезапного желания проверить. Слишком яркая представилась картина. Но ведь нельзя. Ни прикоснуться, ни в губы поцеловать – снова укусит. Не оценит моего напора, как это было с другими, не поддастся простым уговорам и ласковым словам, что безотказно работало со всеми девушками. Будет и дальше полосовать своими замечаниями, резать, резать без остановки по живому. Пока не больно, нет, но неприятно. – Чего ты на меня так смотришь? – нервно поправила она край халата. – Поцеловать хочу, – сказал я. Рыжая выдала сдавленный звук, глянула на дверь как на свое спасение. – Позволишь? – шагнул к девушке и уперся ладонью о стену между косяком и ее головой. – Раньше без спроса набрасывался. – Раньше ты не говорила, что любишь. – А это что-то сильно изменило? – занервничала она еще больше. – Или не любишь, рыжуля? Как-то не особо ты похожа на мою фанатку, не бегаешь за мной хвостиком, сообщениями не засыпаешь, вообще на глаза не попадаешься. – Ты меня явно с кем-то перепутал. Моя любовь тихая и мирная, видишь? Удобная очень, – натянуто улыбнулась она. – Верно, очень, – склонил я голову набок. Чем больше смотрел, тем больше хотел дотронуться. И вроде бы ничего особенного, выдающегося, но все эти пляски вокруг нее и полное игнорирование лишь подогрели интерес. Хочу! Невыносимо, жутко, до зуда под кожей. Это нормально вообще? – Опять ты… – нервно пробормотала девушка под моим долгим взглядом. – Говори, зачем приехал, и я спать пойду. – Докажи. – Что доказать? – снова нервно поправила она халат. – Докажи, что любишь. Хочу поверить, но не получается, рыжуля. Думал об этом все последние дни. – Делать мне больше нечего. Не веришь – это твои проблемы. Мое дело простое – сказать. Слушай, это все очень увлекательно, но я хочу спать. – Тогда скажи еще раз. – Пф-ф-ф, я люблю тебя. Все, можно идти? – Нет, не верю, как-то без огонька. А ты, оказывается, наглая лгунья у нас, да? Девушка потопталась на месте, с жалостью посмотрела на мою упирающуюся в стену ладонь, потом на дверь. Сбежать захотела? Не выйдет. – Рита… Рита, Рита, Рита, – наклонился я ниже, провел пальцами вдоль линии подбородка, но она снова мою руку убрала. Недотрога! – Что мы будем с этим делать? – Пойдем спать, а? То есть давай разойдемся: я отправлюсь к себе, а ты… куда-нибудь на свою тусу, к крошкам – или куда там по ночам ходишь? И вообще моя любовь, и мне решать, что с нею делать. Ты к ней вообще никакого отношения не имеешь, – сказала и нахмурилась. – М-м-м, то есть имеешь, но… – Хочу почувствовать твою тихую любовь, Рита, – сказал я, и у самого дух перехватило. Отстранился. Потер нос, но сразу вернул ладонь обратно на стену, чтобы она не поняла, какую смесь противоречивых эмоций вызвали у меня мои же слова. Все шутка, верно? Ничего серьезного, пустота! Мне этого отродясь не нужно. Значит, будем шутить дальше. – Иди к другим и… чувствуй! И вообще мне завтра рано вставать, я хочу выспаться. Сейчас соседи выйдут на шум, возмущаться будут. – А это идея, – отреагировал я. – Разбудим всех? – Ты что задумал? – сразу подобралась девушка. – Шантаж. Я обещаю, что никого будить не стану, если ты перестанешь от меня бегать в универе. – Вот еще! – Слишком сложное условие? Ладно! – оттолкнулся я от стены и потянулся к дверному звонку ректорской квартиры. – Эй! – перехватила она мою руку. – Ничего сложного, рыжуля. Наоборот, я упрощаю тебе жизнь. Верно? – выгнул бровь и наклонился, чтобы сказать на самое ушко. Волосы пахли цветами. Кудряшки казались такими мягкими, пушистыми, что захотелось зарыться в них носом, запустить туда же руку, сжать в кулак. Напарнику мысль понравилась. Мне тоже! Но ведь нельзя. Снова нельзя! – Ни за что не поверю, что твоя любовь будет тихой и мирной. Незаметной! Ты не из таких, Рита. – Разве? – повернула она ко мне голову, оказавшись в манящей близости, словно намеренно это делала, соблазняла. Но нет, подобное даже не затеряется в ее мыслях. – Ты ошибаешься. – Проверим? Девушка поджала губы, попыталась отодвинуться, но я притянул ее обратно за талию. – Ты влюбишься в меня по-настоящему, рыжуля. – Тебе заняться нечем? – сдавленно произнесла она, хотя пыталась держаться воинственно. – О, уже не отрицаем, уже хорошо. Ну как, спорим? – Да кем ты себя возомнил?! – Спорим? – Заняться мне больше нечем! – толкнула девушка меня в грудь и добралась до заветной двери, за которой без промедления скрылась. «Спокойной ночи, рыжуля, пусть тебе приснюсь я», – написал и улыбнулся. Хотела поиграть, зачем-то про любовь сказав прилюдно? Думала избавиться от меня таким образом? Решила, что услышу эти слова, испугаюсь и откажусь от своей цели? Отлично, мне подобные развлечения по вкусу. Только потом пусть не жалуется. «Чур меня!» – пришло в ответ. Вот узнаю злючку.