Глава 35

Деймон

Приложив лед к голеностопу, падаю на диван и откидываюсь головой назад. Регби достаточно травмоопасный спорт, и я привык к этому, но сегодня это растяжение совсем некстати. До следующей игры отек должен спасть, но на ближайшие две, а то и три тренировки я точно минус. И это совсем не радует, ведь через пару недель я должен быть в лучшей форме, чтобы после финального матча оказаться в МЛР.

Дерьмо.

Нога ноет, но мне чертовски лень снова вставать, чтобы выпить обезболивающее. Поэтому я просто тянусь к пульту, чтобы включить какой-нибудь фильм.

Следующие десять минут я выбираю самый тупой фильм из целой кучи тупых фильмов. Когда мой взгляд падает на «Эту дурацкую любовь», где лютый бабник влюбляется в дерзкую девчонку, тело вдруг напрягается.

С того вечера на пирсе мы с Эли почти не общались. Она пару раз писала мне, но я даже не старался поддержать беседу. Потому что какого хрена? Мы договорились трахаться, а вовсе не делиться проблемами друг с другом.

Все это изначально было чертовски плохой идеей. Я ведь смотрел много ромкомов и прекрасно видел, чем заканчивается подобное дерьмо. Но, конечно же, я считал себя выше всех этих идиотов, которые говорят, что секс вызывает чувства.

Но я тоже идиот.

И поэтому я должен перестать говорить с Эли о всякой ерунде. Нужно свести наше общение к сексу. Она может говорить мне только, в какой позе она хочет, чтобы я трахнул ее. И все. И только.

Дерьмо.

Тру пальцами переносицу, призывая здравый смысл, но складывается впечатление, что мой член вообще давным-давно вытеснил мой мозг из головы. Что в целом неудивительно, учитывая мои размеры. Но речь сейчас не об этом. А о том, что мне нужно порвать с Эли, пока не стало хуже.

Мой телефон вибрирует, и я очень надеюсь, что это не Эли. Потому что, черт возьми, я должен свести общение с ней на нет.

Слава Иисусу, это сообщение в чате:

Зейн:

Я трахнул стюардессу на высоте мили над землей.

Деймон:

Что мы должны сделать, поаплодировать тебе?

Калеб:

Позвонить на новостной телеканал, чтобы эту информацию разместили в утреннем шоу?

Деймон:

Можно, кстати, купить рекламу на билборде.

Зейн:

Придурки.

Пол:

Да все здесь трахались на высоте мили над землей. Вот если бы ты трахнул женщину-пилота, мы бы действительно сделали все вышеперечисленное для тебя.

Зейн:

Я бы не сел в самолет, которым управляет женщина.

Реджи:

Гребаный сексист.

Пол:

Деймон, а как твоя нога? Вечеринка в силе?

Деймон:

Мужики, я хочу отлежаться.

Калеб:

Да что с тобой в последнее время? Мы не зависали вместе с той выездной игры больше месяца назад. У тебя что, проблемы с эрекцией?

Пол:

Кстати, да. Какого черта, бро? Ты же магнит для телок.

От ответа меня отвлекает стук в дверь. Хмурюсь, ведь никого не ждал, но все же поднимаю задницу с дивана и, хромая, плетусь, чтобы открыть. Распахнув дверь, я вижу Эли. На ее губах малиновая помада, волосы распущены и спадают по голым плечам. На ней вязаный топ без лямок и очень короткая джинсовая юбка. И мой предатель-член тут же восстает, глядя на гребаный запретный плод, с которым я должен порвать.

Проблем с эрекцией у меня точно нет, Калеб. Просто меня магнитом тянет к этой горячей шотландке.

Вскидываю бровь в немом вопросе, что она здесь делает. Тогда Эли поднимает упаковку колы одной рукой, а в другой я замечаю крафтовый пакет из той лавки на берегу озера с буррито.

— Ты избегал меня. Я решила, что с опухшим голеностопом ты вряд ли сможешь убежать, если я заявлюсь к тебе в квартиру и мы продолжим разговор с того момента, на котором остановились.

С моих губ срывается смешок.

— А на чем мы остановились? — Обхватываю пальцами подбородок, делая вид, что вспоминаю. — Точно. Секс втроем.

Эли качает головой и проходит в мою квартиру. Закрываю за ней дверь и опускаю взгляд на ее задницу, которой она виляет, пока идет к дивану. Дерьмо. Нужно будет порвать с ней на расстоянии, потому что ее задница, маячащая перед лицом, определенно все усложняет.

Достав буррито, Эли протягивает его мне, а когда я сажусь рядом с ней, берет еще одно для себя. Она сбрасывает кеды и поджимает ноги под себя, а затем устремляет взгляд на экран:

— Что смотришь?

— Хотел посмотреть какую-нибудь драму.

— Ты не смотришь драмы.

— Еще как смотрю.

— Назови хоть одну.

Дерьмо.

Мы так много болтали, что она действительно слишком хорошо знает меня. Какого хрена?

— Ладно, обычно я их не смотрю, но сегодня у меня именно такое настроение.

Эли фыркает, и я тянусь к пульту, продолжая листать фильмы.

— Пока ты выбираешь фильм, может, расскажешь, как дела с Реджи и твоей сестрой?

— Выбрал. — Я включаю первый попавшийся фильм — «Свидание моей мечты».

— Вот это выбор, конечно. Но ты не можешь постоянно убегать.

— Я, вообще-то, просто сижу, ягодка.

С ее губ срывается смешок, но она все же некоторое время молчит, уплетая буррито. Я тоже жую и заставляю себя смотреть в телевизор перед собой, лишь бы не начать любоваться Эли. Потому что какого хрена. Мне должно быть плевать, что на ней надето и как она сегодня выглядит.

И это охренеть какая проблема, потому что мне не наплевать.

Я все же бросаю на нее взгляд, любуясь длинными ресницами, маленькими веснушками на носу и яркой помадой на ее пухлых губах.

Дерьмо. Дерьмо. Какое же дерьмо!

Призвав всю силу воли, возвращаю взгляд к фильму. Честно, мне плевать, что там вообще происходит. Я просто хочу, чтобы Эли ушла и избавила меня от этого ягодного аромата, которым пропахла моя квартира за те несколько минут, что она сидит рядом. Но еще я хочу, чтобы она никогда не уходила.

Дерьмовее просто некуда!

— Так вы поговорили с Камилой? — вытирая соус с уголка губ, все же допытывается Эли.

— Нет. Она не хочет со мной говорить. Я с тобой, кстати, тоже. Давай посмотрим фильм.

Отложив буррито, Эли вдруг забирает и остатки моего, а затем седлает мои бедра.

— Какого черта? — спрашиваю, чувствуя, как у меня еще сильнее наливается член в шортах.

— Возможно, хотя бы так я привлеку твое внимание.

— Так ты привлечешь лишь внимание моего члена.

Она двигает бедрами вперед, и с моих губ срывается непроизвольный стон, ведь я возбужден с момента ее прихода и рискую обкончаться прямиком в шорты.

— Уже привлекла, — ухмыляется Эли и снова раскачивается на мне. — А что насчет Реджи?

— Хочешь поговорить о другом мужчине, пока сидишь у меня на коленях? — Я вызывающе смотрю на нее, пока правой рукой пытаюсь дотянуться до тумбочки и достать из ее ящика наручники, которые остались с нашей прошлой ролевой игры.

— А почему бы и нет? Что ты бы почувствовал, если бы увидел меня с другим мужчиной?

От одного этого вопроса все мое тело напрягается. Одна мысль об Эли с другим выводит меня из себя.

Я знаю, что просто трахаю ее. Это временно. И я уверен, что смогу прекратить все, когда мне надоест.

Был уверен…

Дерьмо!

Стиснув зубы от злости, я резко сбрасываю ее с колен так, что она оказывается лежащей спиной на диване. Пока Эли возмущается, я переворачиваю ее на живот и тут же надеваю на ее запястья наручники.

— Деймон! — вопит она.

Прижав Эли к дивану, сажусь на ее ноги так, что задница оказывается между моими коленями. Задираю юбку и обхватываю упругие ягодицы, а затем замахиваюсь и бью ладонью по одной из них. Белая кожа тут же краснеет, а с губ Эли срывается стон. Ударяю еще дважды, а затем наклоняюсь и шепчу ей на ухо:

— Хочешь знать, что бы я почувствовал? — Пальцами сдвигаю ткань ее трусиков. — Ничего, черт возьми, потому что я бы никогда этого не увидел. Пока я трахаю тебя, твое тело принадлежит лишь мне. И хоть ты очень плохая девочка, ты знаешь, что должна забыть о существовании других мужчин и быть только моей девочкой.

Я проникаю двумя пальцами в Эли, и она со всхлипом прогибается в спине. Она так возбудилась от моих шлепков, что я не выдерживаю и стону сам. Большим пальцем поглаживаю набухшее местечко, пока неторопливо двигаю пальцем, и чувствую, как до боли напрягается мой член. Эли двигает бедрами, умоляя меня о большем, и я самодовольно усмехаюсь.

— Хочешь, чтобы другой мужчина касался тебя? — спрашиваю я, издеваясь над ней и вытаскивая пальцы.

— Нет, — хнычет она. — Деймон, пожалуйста.

— «Пожалуйста» что? — ухмыляюсь я, мягко поглаживая пальцем ее пульсирующую точку.

— Пожалуйста… — Она вскрикивает, когда я проникаю в нее тремя пальцами. — О боже!

— Называй меня просто Деймон. К твоим услугам, ягодка. — Я наклоняюсь и облизываю ей ухо. — Хочешь кончить?

— А разве ты не видишь, что хочу? — дерзит она, за что сразу же получает удар по заднице.

Тянусь к тумбочке и достаю из нее вибратор.

— Подумай над ответом еще раз. — Я нажимаю на кнопку вибратора и подношу его к набухшему месту Эли.

С ее губ срывается крик, едва я погружаю его немного внутрь. Но тут же вытаскиваю.

— Так ты хочешь кончить? — спрашиваю ее еще раз. — Скажи мне, Эли.

— Да, я хочу! Ненавижу тебя! — Она утыкается носом в диван, едва я погружаю в нее вибратор полностью и начинаю им двигать.

Вытащив его, я вижу, что он блестит от ее возбуждения. Это сносит мне крышу. К паху приливает кровь, и я сжимаю свой стояк сквозь ткань шортов, чтобы хоть немного уменьшить эту невыносимую боль.

Снова ввожу вибратор, на этот раз резче, имитируя толчки, которыми обычно трахаю ее. Эли извивается и кричит каждый раз, когда я погружаю вибратор до упора. Включаю его на максимальную скорость и начинаю двигать так быстро, как только могу.

Громкие крики Эли заполняют собой пространство моей гостиной. Ее задница подмахивает навстречу моим движениям. Я понимаю, что она вот-вот кончит, но в последний момент вытаскиваю вибратор, обламывая ей весь кайф.

Я должен ее проучить, чтобы она больше никогда не думала ни о ком другом в постели.

Она моя, черт побери.

Только моя.

— Какого черта? — шипит Эли, пытаясь отдышаться после криков.

Стягиваю с себя шорты, отбрасываю вибратор и переворачиваю Эли на спину так, что мой член оказывается на уровне ее лица. Она широко распахивает глаза, а заодно и рот, чтобы начать возмущаться. Я пользуюсь этим и проскальзываю стояком между ее губами.

— Твой ротик идеально создан для моего члена, ягодка. — Обхватив ее затылок ладонью, я двигаю бедрами вперед.

Несколько фрикций, и мое тело напрягается. Я так сильно возбудился, трахая ее вибратором, что едва могу сдерживаться. Эли послушно двигает головой, пока ее веки трепещут.

И я сдаюсь.

Вытащив член перед кульминацией, я несколько раз провожу по нему кулаком и кончаю Эли на шею с хриплым стоном. На мгновение прикрываю веки от кайфа, пока ощущаю приятные мурашки, бегущие по коже.

— Надеюсь, я достаточно понятно объяснил, что ты останешься неудовлетворенной, если еще хоть раз заговоришь о другом мужчине, — жестко бросаю я, а затем натягиваю шорты и слезаю с Эли.

Голеностоп простреливает болью, и я смеюсь про себя, что от злости даже позабыл о нем. Потянувшись к Эли, расстегиваю ей наручники и бросаю их к вибратору. А затем сажусь на свое место на диване.

— Ублюдок, — рычит Эли, когда я подаю ей салфетки.

— Ты пару минут назад называла меня «о боже».

— Это было до того, как ты поступил как настоящий мудак.

— А чего ты ожидала? Что я буду джентльменом после того, как ты буквально призналась, что думаешь о других мужчинах?

— Я никогда не думала о других мужчинах. Черт бы тебя побрал, Деймон!

— Ну вот и не надо было начинать. Надеюсь, это будет тебе уроком.

— Какой же ты урод!

Я прекрасно понимаю, что не смогу с ней порвать. Но это отличный способ заставить Эли бросить меня. Она сейчас так же зла, как зол я. И лучшего момента, чтобы оборвать все связи, может не быть.

Нужно покончить со всем этим дерьмом, пока не стало слишком поздно.

— Будь хорошей девочкой, и, возможно, я остыну и порадую тебя оргазмом.

— Зачем ты это делаешь? — Она качает головой: — Я думала…

— А ты не думай, Эли. Я просто трахаю тебя.

— Ты только что говорил мне о том, чтобы я никогда даже не думала о других мужчинах, а теперь говоришь, что мы просто трахаемся?

Я даже не успеваю ответить, как Эли вдруг резко подрывается и начинает обуваться.

— А знаешь, — она поднимается на ноги, — пошел ты к черту.

— Ягодка, брось.

Эли не смотрит на меня, но я успеваю заметить, что ее глаза блестят от слез.

Твою мать.

Я практически на сто процентов уверен, что потом пожалею об этом, учитывая то, что Эли открылась и поделилась со мной тем, что больше всего на свете она боится стать похожей на свою мать. Но слова срываются с моих губ быстрее, чем я успеваю обдумать все.

— Да в чем твоя проблема? — Я подрываюсь с дивана следом за ней. — Я не виноват, что ты влюбилась в меня. Для меня ты просто девушка, которую я трахаю. И ничего кроме!

— Больше не трахаешь, — бросает она, прежде чем выйти из моей квартиры и с громким хлопком закрыть за собой дверь.