Глава 6

Мне снова снился алый дракон. В этот раз он не просто кружил над пиком в окружении своих черных собратьев. Он летел. Летел словно стрела над бескрайним простором синего моря. Места, над которыми пролетал дракон, казались знакомыми, как будто я бывала здесь раньше и, скорее всего, не один раз. Я наблюдала за полетом дракона со стороны. Словно я стою на земле подобно маленькой букашке и смотрю вверх на пролетающего гиганта, громко шелестящего крыльями.

Не знаю, сколько бы я так стояла, если бы внезапно и совершенно неожиданно мне на плечо не опустилась тяжелая, явно мужская рука. Вздрогнув, резко обернулась и обнаружила Троя, стоящего чуть позади меня. Взгляд зеленых глаз эльфа также был направлен куда-то вверх.

– Ты его знаешь? – неожиданно заговорил мужчина.

Я еще раз внимательно всмотрелась в летящего дракона и неуверенно покачала головой:

– Наверное, нет.

– Тогда что он делает в твоем подсознании? – не отводя взгляда от дракона, спросил эльф.

– Летает, – почему-то ответила я.

Вот как раз алый дракон в моем подсознании меня ни капли не смущал, а вот нахождение здесь же эльфа вызывало интерес. Я же его совсем не знаю, а он уже мне снится…

Было и странно и хорошо одновременно. Теперь я понимала, что мы с Троем стоим на берегу моря, а дракон быстро направляется в нашу сторону, но даже не видит нас, такой мелочи. То, что рядом был эльф, ни капли не смущало, и даже то, что его рука продолжала лежать на моем плече, выглядело очень естественно, как будто так и должно быть. Более того, чем дольше я рассматривала мужчину, тем больше мне хотелось стать еще ближе к нему.

Я рассматривала идеальные, на мой взгляд, черты лица. Хорошо очерченные пухлые губы были немного приоткрыты, а серьезный взгляд зеленых глаз выражал легкую заинтересованность. В голову почему-то начали лезть мысли о поцелуях, и я непроизвольно поднялась на цыпочки, чтобы быть хоть немного выше, и потянулась к немного поджатым в задумчивости губам Троя. Эльф словно не замечал моих движений, продолжая рассматривать дракона и о чем-то усердно размышлять. Поэтому, когда я не сдержалась и легонько коснулась губами уголка его губ, мужчина отшатнулся, а льняная бровь недвусмысленно поползла вверх.

– Ч-что ты делаешь? – взволнованно поинтересовался эльф.

Я не смутилась. А что? Я же во сне. Тем более сон-то мой, и это он вторгся на просторы моего подсознания, значит, и смущаться ему, а мне просто хотелось целоваться. И я, игнорируя вопрос эльфа, коснулась его губ еще раз в легком невесомом поцелуе.

Плод моего воображения наконец-то пришел в себя, но вместо того чтобы начать возмущаться как приличный эльф, которому докучают с нежеланными поцелуями, склонился ко мне и поцеловал в ответ.

На мгновение показалось, что я взлетела. Его мягкие губы так сладко накрыли мои, что ощущение сна стало пропадать. Я очень явственно ощутила крепкие руки на своей талии, которые, в то время как поцелуй становился все более страстным, прижимали меня ближе к крепкому мужскому телу. Чувствовала, как Трой легонько прикусил мою губу, вызывая то ли стон, то ли всхлип. Ощущала учащенное биение сердца, совсем близко, и совершенно отчетливо слышала разочарованный стон эльфа, когда я отстранилась. Остановилась только потому, что земля начала уходить из-под ног, коленки предательски задрожали, а сердце билось почаще, чем у Троя.

Эльф продолжал крепко меня обнимать и прокладывал дорожку из легких поцелуев от виска к подбородку. Я снова взглянула вверх, но дракона над нами уже не было.

Мой странный сон про алого дракона невероятным образом перетек в сладкую пытку с поцелуями красивейшего из всех мужчин, которых я когда-либо видела.

– Пора просыпаться, – шепнул Трой, целуя меня за ухом, и все пропало.

Я широко распахнула глаза и обнаружила себя лежащей на постели в небольшой комнате. Лежала я в одежде и поверх покрывала, что, собственно, неудивительно, если вспомнить, в каком сонном состоянии я сюда добиралась.

Присев, увидела, что за окном темно, а стало быть, еще ночь. Только вот сердце колотилось с такой бешеной скоростью, что о том, чтобы уснуть снова, я даже и не подумала. Странный был сон. Настолько отчетливо сознаваемый, что создавалось впечатление яви. Только вот я вела себя не так, как обычно, а значит, это точно был сон. Да и эльфа я знаю всего ничего, не стал бы он меня целовать. Я поцеловала его просто потому, что мне этого захотелось, это же сон, и просто нужно забыть.

Поднявшись с постели, я зажгла одну-единственную свечу, стоящую на столе. Обратила внимание на спящего в кресле суслика, в очередной раз спросив себя, кто же он такой. Как ни странно, мне очень хотелось есть. Но бродить по чужому дому в поисках еды казалось не очень-то уместным. Однако когда желудок недвусмысленно и весьма громогласно запротестовал, выражая полное несогласие с моими мыслями по поводу приличий, я все же решилась на диверсию.

Суслик спал, и я не стала брать его с собой. В конце концов, где кухня, я помнила, а оставлять гостью голодать нехорошо, даже если ты эльф. С такими мыслями я мышью юркнула за дверь выделенной мне комнаты и очутилась в темноте. Нет, ну действительно странные какие-то эти эльфы! Не могли, что ли, хоть свеч каких-нибудь в коридоре повесить, чтобы капелька света была. Поскольку я уже сделала несколько неуверенных шагов вперед, в комнату решила не возвращаться, куда ни посмотри, везде темно!

Держась за стеночку, я мелкими шажками пошла вперед в надежде, что, когда доберусь до лестницы, станет немного светлее. Все же там холл и много широких окон, хоть слабый свет да должен присутствовать. На секунду мне показалось, что я слышу какой-то шум, но он так же быстро утих, как и появился, и, выдохнув, я направилась вперед. Рассчитав, что лестница уже должна быть близко, отлепилась от стены и уверенно двинулась вперед, почти не разбирая дороги, чтобы внезапно налететь на что-то твердое…

Это твердое к тому же оказалось шатким и неустойчивым… А когда мы вместе с предметом, на который я налетела, начали скатываться по лестнице, я осознала, что оно еще и матерится не хуже сапожных дел мастера…

Через несколько секунд после позорного падения в воздухе разом зажглось несколько бледно-синих пульсаров, а что-то сильно придавило меня сверху.

– Ой, – вскрикнула я, когда мой взгляд столкнулся с взглядом лежащего на мне Троя.

Зеленые глаза были слегка прищурены и просто переполнены негодованием. Его, похоже, ни капли не смущало наше странное положение.

– И куда вы собрались среди ночи? – подозрительно спросил мужчина, даже не думая освободить меня из-под гнета своего тела.

– В кухню, – сдавленно пискнула я.

Льняная бровь, прямо как в моем сне, поползла вверх, и появилось странное желание повторить приснившийся мне поцелуй, но теперь-то я точно знала, что не сплю. Поэтому стыдливо отвела глаза, а Трой наконец соизволил встать и подать мне руку.

– Не ушиблись? – участливо спросил он.

Конечно, ушиблась! С лестницы скатилась, а потом еще и двухметровым эльфом придавило!

– Нет, – почему-то соврала я.

Эльф уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в коридоре наверху тоже вспыхнули пульсары, на этот раз ярко-желтые, и у спуска с лестницы появился всклоченный сонный Рин.

– Что это вы здесь делаете? – удивленно спросил мужчина.

– Вот перекусить решили, – занервничал Трой.

Выглядело странно. Мы вдвоем стояли внизу по стойке «смирно» и как нашкодившие карапузы смотрели на возвышающегося над нами эльфа.

– А что за шум? – недовольно спросил тот.

Мы с Троем переглянулись и, не придумав, что ответить, синхронно пожали плечами. Рин еще раз с подозрением осмотрел нас и, развернувшись, удалился. Видимо, спросонья он не совсем понял, что произошло. Вот и хорошо. А вот Трой совершенно неожиданно повернулся ко мне и внимательно, даже строго посмотрел в глаза.

– Лита, – сурово сказал он. – Я не понимаю, что с вами происходит, но если вы влюбились в меня, то это не значит, что вам обязательно меня преследовать.

Да у меня челюсть отвисла от такого заявления! Это с какого перепугу он решил, что я в него влюблена?! С ума, что ли, сошел?

– Эк вы головой приложились, когда мы падали, – задумчиво сказала я, намекая на несуразность его выводов.

Еще сразу отметила, что во сне все было иначе, там я могла называть его на «ты», а сейчас смотрела в суровые и очень серьезные глаза, и язык не поворачивался такому тыкнуть!

– То есть когда вы целовали меня, я не должен был понимать это как влюбленность?!

Я чуть не села на месте. Это же был сон! Или не сон? Или я успела поцеловать его сейчас, когда мы падали? Да что здесь вообще происходит?!

– А какого черта вы делали в моем сне? – с надрывом спросила я.

Лицо залилось краской, а дыхание перехватило от негодования и обиды.

– Это был не сон! – тоже счел нужным повысить голос эльф. – Я хотел изъять хотя бы часть ваших воспоминаний, а делать это лучше всего, когда вы в состоянии покоя!

– Если бы это был не сон, я бы никогда в жизни вас не поцеловала, – зло поцедила я, понимая, что из глаз вот-вот потекут слезы обиды.

Эльф же, несмотря на мое состояние, продолжил издеваться:

– Да-да, и сейчас вы шпионили за мной исключительно потому, что думали, что все еще спите.

– Я не шпионила! – сорвалась на визг я. – Просто шла в кухню!

Эльф к моим оправданиям относился явно скептически.

– Именно в тот момент, когда туда же шел и я, – словно невзначай заметил он.

А я уже серьезно злилась. Злилась на тупость эльфа, на свое странное желание во сне, на то, что захотела поесть… Да на все злилась.

– Да я! – почему-то выкрикнула я. – Да вы…

Договорить мне не дали. Эльф оказался не настолько культурным и сдержанным, чтобы не перебивать.

– Признайте, вы просто влюбились в меня, – уверенно заявил он. – В этом нет ничего зазорного, – заверил меня мужчина и, не говоря больше ни слова, быстро направился вверх по лестнице.

– Скорее возненавидела, – прошептала себе под нос и смахнула со щеки злую слезу.

Аппетит пропал. Чувствуя себя обиженной и оскорбленной, я медленно побрела назад в комнату, благо пульсары еще освещали коридор. Когда поднялась по лестнице, сразу осознала, что снова вляпалась.

Беда заключалась в том, что по обе стороны от меня располагались двери. Много дверей. И все совершенно одинаковые… Какой по счету была моя, я, естественно, не помнила. Примерно прикинув, сколько времени я шла в сторону лестницы, решила, что нужная дверь четвертая или пятая по счету. Также рассудила, что раз, кроме меня и эльфов, тут никого нет, значит, и большинство комнат пустует, поэтому решила проверить и ту и другую из выбранных дверей. Первой со стороны лестницы была четвертая, и я решительно потянула за ручку. Дверь оказалась заперта, и я с облегченным вздохом прошла к следующей, пребывая в полной уверенности, что именно за ней комната, выделенная мне для ночлега. Да и дверь оказалась открытой.

Чувство горечи и какой-то непонятной обиды просто переполняли, и я сразу поплелась к постели. Попутно отметила, что свеча, зажженная мной перед уходом, наверное, догорела, потому что света снова не было. Горестно вздохнув, я мешком рухнула на кровать и заплакала. Беззвучно. Просто от обиды и грусти. Да еще и этот чертов эльф со своими обвинениями. Полной неожиданностью для меня стало то, что в постели я была не одна… Мою талию внезапно обвила чья-то рука.

– Я так и думал, что ты придешь ко мне, малышка, – прозвучал мужской голос совсем рядом и тут же смешался с каким-то невероятно сильным грохотом за окном.

Я даже не успела пискнуть, как дверь в комнату резко распахнулась, и в нее влетел всклоченный Трой.

– Нападение на за́мок! – крикнул он.

Следом за мужчиной в комнату конечно же плавно вплыли несколько светлячков, а прямо перед ним открылось голубоватое окно портала, которое давало приличное освещение.

– Мы должны идти, – смущенно произнес Трой, глядя на меня.

Я только сейчас поняла, что все то, о чем я только что плакала, действительно самая настоящая ерунда. Потому что из постели, на которую я так «удачно» недавно легла, вынырнул Рин в одном исподнем и одним прыжком достиг портала. Перед тем как войти, наглый эльф повернулся ко мне и заговорщицки подмигнул.

– Никуда не уходи, вернусь – продолжим, – сказало это вислоухое чудовище и прыгнуло в портал.

Трой не сказал ни слова. Просто наградил меня леденящим душу взглядом и исчез вслед за Рином. А я села на постели и, обняв голову руками, громко завыла. Выла долго, пока не надоело. Местные волки, если они, конечно, водятся в Великом лесу, наверное, все разом повесились от зависти. Как? Как можно быть такой невезучей? И что теперь думают обо мне ушастые? Рин наверняка решил, что я пришла скрасить его ночь страстными любовными утехами, а Трой… Что подумал Трой? Об этом даже думать страшно было.

Уже потом, когда злость, смущение и негодование немного отступили, я решила, что в принципе хорошо, что Трой застал меня в постели с его другом. Пусть это выглядело неоднозначно, зато этот болван больше не будет думать, что я в него влюблена.

Я честно попыталась найти во всем свои плюсы и, еще немного погоревав, направилась все же искать свою комнату. Она оказалась седьмой…

Суслик мирно посапывал в кресле. А свеча продолжала гореть. Взглянув на часы, обнаружила, что уже четыре часа утра, и дальше спать можно не ложиться. Поэтому я наконец-то приняла ванну и переоделась в чистое. Затем немного пометалась по комнате в раздумьях о том, что за нападение произошло ночью на их эльфийский за́мок? Почему мужчины отбыли так быстро? Но так и не пришла ни к каким выводам, слишком мало я знаю об эльфах, чтобы предположить, кто и зачем может на них напасть.

Волосы после мытья уже почти высохли, и я заплела их в косу. В комнате обнаружилось не очень большое настенное зеркало без рамы, смотреться в которое не очень хотелось, но оценить прическу было необходимо, и я нехотя направилась взглянуть на результат.

Когда увидела свое отражение, то даже не знала, как реагировать. На меня смотрело очень худое лицо со впалыми щеками. Мне казалось, что я выгляжу гораздо крупнее… Огромные, вполлица, золотые глаза были широко распахнуты, пухлые розовые губы приоткрыты. Не разочаровала меня в отражении, пожалуй, только коса. Вот она была заплетена идеально. Не знаю, откуда я взяла это замысловатое плетение, но выглядело оно восхитительно.

Еще немного посмотрев на себя, я все же улыбнулась. Отражение улыбнулось в ответ. Теперь мне не хотелось отходить от зеркала. Казалось, что возле него я в прошлой жизни проводила много времени, уж очень интересно мне было наблюдать за отражением. Хотя, если это действительно так, совершенно непонятно, чем я там любовалась…

С мыслями о своей неказистой внешности я снова покинула комнату и решила, что раз не сплю, а дома все равно никого нет, значит, самое время порадовать свой бушующий желудок и предпринять вторую попытку найти кухню. На этот раз в коридоре было хоть немного, но светло. Свет шел со стороны лестницы, под которой в окна холла уже пробрались алые лучи рассвета.

Я отчаянно старалась забыть происшествия сегодняшней бурной ночи за приготовлением омлета с ветчиной. Продукты нашла в кладовой рядом со столовой. Тот факт, что я умела готовить, пусть даже и омлет, заставил меня усомниться в своем высокородном происхождении. Теперь я больше склонялась к мысли, что, скорее всего, я просто служила у богатых господ. Открывшееся обстоятельство почему-то не радовало. Омлет решила сделать побольше. Мало ли, вдруг эльфы скоро вернутся, голодные и злые… А если еще и начнут разбираться, в кого из них я влюблена… Представив эту картину, я совершенно точно решила, что в случае опасности буду отвлекать мужчин едой, и выбила на огромную чугунную сковороду еще одно яйцо.

Вскоре я, уже сытая и довольная, допивала вторую чашку деликатесного и взятого без всякого разрешения чая. А эльфов все не было. Мне уже даже спать захотелось, и я собралась было возвращаться в комнату, но явился выспавшийся суслик и посмотрел на меня невероятно голодными глазами. Пришлось снова лезть в кладовую и изучать запас круп. Но пока я разглядывала мешочки, выбирая, чем бы покормить грызуна, суслик где-то нашел булку черного хлеба и, по-хозяйски обхватив ее лапками, усиленно жевал. Эта картина умилила меня настолько, что я чуть не прослезилась. Особенно когда вспомнила, что он на самом деле человек, и представила на его месте Троя, вот так сидящим и грызущим хлеб. Красота-а-а. Вот умела бы колдовать, точно превратила бы его ночью в какую-нибудь пушистую живность!

Еще немного полюбовавшись на жующего суслика, я решила вернуться в комнату. По дороге в моей голове возник кое-какой план дальнейших действий, и я собиралась его записать, чтобы уж наверняка не забыть. Когда пришла, сразу же достала из сумки книгу и открыла чистую страницу. Как только поднесла к бумаге перо, показалось, что совсем рядом кто-то зашипел. Я отдернула руку, а по странице побежала надпись: «Не смей портить меня чернилами! Просто диктуй!» Ну ничего себе! Интересная мне книга попалась, вон как шипит протяжно!

– План действий во время пребывания на территории эльфов, – машинально продиктовала я.

Вверху страницы, как и положено, с красной строки появилась продиктованная надпись. Я изумленно подняла бровь. Хорошая книга! И писать ничего не нужно, сама все делает.

– Первое, – продолжила я, – вылечить манию величия у Тройлинна.

Книга послушно отобразила мои слова. То, что у ушастого завышенная самооценка, я даже не сомневалась. Это ж надо, пробраться в мой сон, а потом еще меня же и обвинить в том, что я влюбилась! Подумаешь, поцеловала! Это же просто в качестве эксперимента, исключительно ради тяги к познанию нового! Ну, интересно мне было! Я же не знала, что сон это вовсе не сон. Я молодая девушка, а ко мне в сон заявился один из красивейших мужчин, так почему я не должна была его целовать? Это же такой повод хотя бы примерно узнать, как целуются такие красавчики! Но он даже не подумал об этом, вместо того чтобы пораскинуть своими эльфячьими мозгами, решил, будто я в него влюбилась! Я была обижена такими выводами ушастого, а посему решила, что мифическую корону с его головы нужно сбивать непременно.

– Второе, – подумав, сказала я. – Отомстить Рину.

Этот и вовсе без моего согласия, да еще и с использованием магии непонятного происхождения притащил меня к черту на рога помогать неизвестно кому и с чем. Именно из-за него я оказалась здесь, вместо того чтобы отправиться в Рассветную империю и искать хоть кого-то знакомого. В общем, Рину отомстить было просто жизненно необходимо. Пусть неповадно будет впредь девушек в Великие леса заманивать.

– И третье – расколдовать суслика, – закончила я.

Три пункта. Вполне реальных и выполнимых. Вместо того чтобы сидеть тут без дела, лучше буду их выполнять. И эльфов хоть немного перевоспитаю, и суслику помогу. Насчет последнего я, конечно, уверена не была, а вот первые два пункта собиралась исполнить по полной программе. А потом, когда договор выполним, отправлюсь на дальнейшие поиски себя.

Но как бы я ни планировала свои дальнейшие действия, затаенная надежда на помощь Троя присутствовала и постоянно напоминала о себе. Вот бы он мне действительно помог… Тогда я, пожалуй, даже отказалась бы от выполнения пункта по лишению его пусть вымышленной, но короны. Внезапно я услышала резкий хлопок, который заставил меня вздрогнуть от неожиданности, и, отложив книгу, я выбежала из комнаты. Как и предполагала, это был звук захлопнувшейся двери. Если дверь захлопнулась, то, вероятнее всего, кто-то вошел. Решив, что вернулись эльфы, я быстро побежала вперед по коридору и уже выскочила на лестницу, когда услышала приятный женский голосок.

– Ринчик, милый, ты дома? – спросила леди, двигающаяся от входа в сторону холла.

Я почему-то испугалась и, немного попятившись, собралась тихонько скрыться, вернувшись назад, но меня заметили.

– Стоять! – взвизгнула мне леди, остановив своим криком.

Я медленно повернулась и сделала неуклюжий от волнения книксен, попутно рассматривая ее. Типичная эльфийка, явно благородных кровей. Высокая, светловолосая, зеленоглазая, как и большинство эльфов. И конечно же красивая. Только вот красота у эльфиек какая-то «мертвая». Словно это ожившая картина… Пока я рассматривала леди, вслед за ней появились еще две эльфийки. Остановились дамы за спиной светловолосой, что говорило об их принадлежности не к высшему сословию. Значит, скорее всего, фрейлины.

– Ты кто? – невежливо перешла на панибратство блондинка, зло сверкнув глазами.

Так, они эльфийки, а эта еще и высокородная, значит, обязаны сдать меня владыке как злостного нарушителя закона. А этих вислоухих, как назло, нет дома! Где их только суслики носят?! А вдруг меня казнят, пока они там развлекаются? Благо я вовремя вспомнила, на каких правах я тут нахожусь, и решила попробовать представиться так, как говорил Рин.

– Я невеста лорда Рина, – тут же отрапортовала я.

Блондинка позеленела, потом пошла частыми пунцовыми пятнами. Одна из стоящих за ее спиной фрейлин оказалась крайне впечатлительной, а потому упала в глубокий обморок, а вторая, как мне показалось, еле сдерживала смех.

Эльфийка продолжала хватать ртом воздух, так ничего и не сказав. Я решила, что леди плохо, и быстро сбежав по лестнице, бросилась в кухню за водой.

– Но я невеста Рина! – услышала я пронзительный визг, когда уже была в кухне и наполняла водой стакан.

Стакан выпал из моих рук, а вода неровной лужицей растеклась по паркетному полу. В голове билась одна-единственная мысль: «Что делать?» Думала я недолго, потому что уже услышала приближающийся цокот каблучков, и во избежание разборок беззвучно юркнула в кладовую. Суслик, догрызающий корочку хлеба, недоуменно посмотрел на меня. Я быстро приложила указательный палец к губам, призывая к молчанию, и затаила дыхание. Ну не знала я, что делать в таких случаях! Вот и спряталась. Отомстить эльфу, конечно, хотелось, и невеста как орудие мести подходила идеально, но, судя по воплям и визгам, дамочка была явно неуравновешенной, поэтому для сохранения своего физического здоровья я предпочла отсидеться в укрытии. С такими лучше не связываться, даже в целях эксперимента.

– Куда она подевалась? – визжала леди, добравшаяся до кухни. – Пожалуйста, скажите, что мне все это показалось!

– Нет, миледи, – защебетал очередной женский голосок. – Я тоже совершенно отчетливо видела невесту лорда Рина.

Показалось, что кто-то зарычал. Мысли о том, что это была блондинистая эльфийская невеста ушастого, я почему-то не допустила, а зря. Потому что рычание продолжилось. И судя по всему, исходило оно совсем не от фрейлины.

– Я его единственная невеста! – топнула ножкой эльфийская невеста ушастого пройдохи.

– Видимо, нет, миледи Лилитэль, – продолжила подливать масла в огонь фрейлина.

По тому, как эта девушка подчеркнула слово «невеста» в первой реплике и с каким наигранным сочувствием произнесла вторую, сложилось впечатление, что это именно та девушка, которая не упала в обморок. Подумалось, что эта Лилитэль уже успела ей насолить, раз она ведет себя так, и, похоже, получает удовольствие от сложившейся ситуации.

– Где она? – пронзительно крикнула истеричка.

Внутри все сжалось, поскольку на миг мне показалось, будто звук каблучков приближается, но спас меня очередной хлопок входной двери.

– Что здесь происходит? – послышался недоуменный мужской голос со стороны холла.

Судя по тембру, говорил Трой. Я звучно выдохнула. Наконец-то вернулись мои эльфы! Мои? Да не важно, главное, что вернулись! Сейчас я была им несказанно рада. А уж когда писклявая нервная леди закатила бурную истерику Рину, я и вовсе расслабилась. Даже посмеялась беззвучно безопасности ради. Потом время начало тянуться. Я слышала вопли, рыдания, бой посуды, охи и ахи Рина, которого, скорее всего, избивали… Следом прозвучала гневная тирада блондинки о том, что она не будет разрывать помолвку, а в любом случае выйдет замуж за Рина, чтобы мстить ему всю оставшуюся жизнь, за «эту драконистую пигалицу», то есть меня. Такой расклад пришелся мне по душе, и я серьезно задумалась о том, чтобы вычеркнуть второй пункт из своего плана, ведь, похоже, ему и так по жизни достанется…

Даже не знаю, в какой момент все стихло.

– Лита, вы где? – где-то совсем рядом взволнованно спросил Трой.

Я неуверенно приоткрыла дверь и выглянула в щелочку. Никого не было. Кухня правда выглядела ужасно. Разбросанный по паркету омлет, осколки посуды и валяющиеся повсюду цветы…

Когда вышла, обнаружила еще и лежащего на полу Рина с царапиной во всю щеку и стоящего рядом с ним Троя. Я виновато опустила глаза.

– И зачем ты сказала ей, что ты моя невеста? – продолжая лежать на полу, спросил Рин.

– Так ты же сам сказал, что для всех я твоя невеста, – попятившись немного назад к кладовой на случай второй волны эльфийской атаки, ответила я.

Трой хмыкнул.

– Но не для моей же настоящей невесты! – почему-то разозлился Рин, хватаясь за голову.

Нет, ну нормально? А я откуда знаю, кто она? У нее-то на лбу не написано! Мыслей было много, в основном мало поддающихся цензуре, но высказывать их я не стала, а просто потупила глаза, виновато устремив взгляд вниз.

– Ладно, – успокоился Рин, поднимаясь с пола. – Как-нибудь разберусь. Лил отходчивая.

Ага, отходчивая, ну-ну… Застала в доме жениха постороннюю женщину, которая, ко всему прочему, еще и невестой его представилась. Как-то слабо мне верилось, что она отойдет. Во всяком случае, в ближайшее время.

– У нас мало времени, – заговорил Трой, – Лита, вы с Рином отправитесь в лазарет, сегодня там много раненых. А я займусь сусликом.

Голос эльфа был ледяным, таким, которому невозможно было сопротивляться. Поэтому я коротко кивнула. Суслик же радостно присвистнул и запрыгал на месте в предвкушении перевоплощения. И уже через полчаса, когда Рин привел себя в порядок и мужчины немного перекусили, прямо в кухне открылось уже знакомое голубое окно портала.