Глава 7

Из портала мы с Рином вышли посреди просторного зала, по стенам которого ровными рядами были развешаны картины в золоченых рамах. В основном портреты с изображениями женщин в длинных платьях, похожих на рясы. Все они чем-то напоминали святых или что-то вроде того. Не похоже на центральный зал замка. Наверное, мы в другом месте.

– Мы в лазарете его величества владыки Вилантеэлля мудрейшего, – словно прочитав мои мысли, пояснил Рин, – здесь ты будешь исполнять свою часть договора, но сначала я должен представить тебя владыке, чтобы он мог убедиться в твоей способности помочь.

Я сглотнула. Никак не думала, что когда-либо побываю в Великих лесах, и уж тем более не помышляла о знакомстве с владыкой эльфов.

Воображение тут же услужливо выдало образ древнего старца с бородой длиной в милю. После этого я почему-то сразу подумала о гномах. Неужели я и гномов видела? Если я действительно дракон и жила в Рассветной империи, то едва ли могла встретить там гнома. Народ этот весьма скрытный, да и живет он на отдаленных территориях… Мои мысли о гномах пришлось отложить до лучших времен, потому что Рин уже распахнул передо мной одну из тяжелых дубовых дверей, приглашая войти. Нерешительно сделала шаг вперед и сразу же машинально склонилась в неглубоком реверансе. Снова отметив, что «дворцовый» этикет я, похоже, знаю, и более того, раньше часто его использовала, потому что поклоны выходили у меня сами собой, и главное, я знала, кого и каким образом следует приветствовать.

Сейчас передо мной стоял мужчина. Еще раз окинула его взглядом и подумала, что едва ли он может оказаться владыкой, уж больно молодо выглядел. Бороды не наблюдалось, что вызвало у меня разочарованный вздох. Эльф, одетый в богато расшитый драгоценностями костюм цвета неба, слегка улыбнулся. Я с таким усердием рассматривала мужчину, что пропустила момент, когда Рин успел нас друг другу представить. Но все же услышала, что мои рассуждения неверны, и передо мной действительно самый настоящий владыка эльфов.

– Ну что ж, Лита, я хотел бы понаблюдать за вашей работой, – мягко сказал владыка.

Я кивнула, но меня не отпускала мысль, что владыка, который тянет максимум лет на тридцать, это как-то несолидно. Ну, негоже такому молодому быть правителем! Тем более что его мудрейшим называют…

Только когда Рин шепнул мне в ухо короткое «пойдем», я обратила внимание, что в этой комнате стояло около восьми постелей в два ряда, и на каждой из них лежал эльф крайне бледного вида.

– Вчера на нашу территорию было совершено вторжение, и некоторых воинов ранили, – заметив мой растерянный взгляд, пояснил моложавый владыка. – Рин говорил, что ваша магия способна бороться с ядом. – Мужчина немного помедлил. – Это все, кого удалось спасти вчера, и мы нуждаемся в вашей помощи.

После этих слов все мои страхи и раздумья пропали, и я быстро подошла к первой же постели. Эльф, лежащий на ней, был без сознания, как и Рин в тот день, когда мы встретились, а через всю его грудь проходил глубокий порез, открывающий вид на белую кость. Руки просто-таки зачесались и сами потянулись к ране. Я плавно провела ладонью вдоль пореза, наблюдая за игрой голубоватых искорок, слетающих с кончиков моих пальцев. Вслед за тем, как рана затягивалась, из нее, как и в прошлый раз, выступала темная жидкость.

– Невероятно, – протянул владыка. – Магия жизни в действии.

Рин поперхнулся неизвестно чем и закашлялся.

– К-как жизни? – хрипло переспросил он.

– Это невозможно, но факт, – как завороженный наблюдая за движением моей ладони вдоль второй рваной раны эльфа, сказал владыка. – Мы сами целители от рождения, но не можем сделать и десятой доли того, что может сделать один-единственный маг жизни. – Глаза эльфа алчно блеснули, и я всерьез задумалась о том, способен ли такой милый мужчина взять кого-то в рабство…

– Но у людей же нет магии жизни, – до сих пор не верил Рин.

– У людей нет, а вот у драконов… – с улыбкой ответил владыка.

Я была слишком сосредоточена на ранах и их заживлении. Обратила внимание, что когда занята лечением, то других мыслей в голове просто нет. И только когда переходила от одной постели к другой, осознала, что это действительно похоже на магию жизни. Самое удивительное, что я откуда-то знала про эту магию практически все.

– Но это же лошадиная магия! – снова отвлек меня своим комментарием Рин.

– Единорожья! – зло поправила я.

– Лита, вы что-то вспомнили? – взволнованно спросил владыка, а я с недоумением посмотрела на него.

– Я рассказал дяде твою историю, – пояснил Рин.

В этой фразе больше всего меня взволновало не то, что владыке рассказали о моей амнезии, а то, что вот это прекрасное стройное чудо – дядя! Они выглядят почти как ровесники!

– Вспомнила, что я действительно маг жизни. Даже поняла, почему вы – целители не можете лечить эти раны.

На меня уставились два вопросительных эльфийских взгляда, требующих пояснений.

– Вероятно, этот яд убивает ткани, – с умным видом сказала я, пребывая в полной уверенности, что так оно и есть. – Вы можете только срастить живую ткань, а здесь, – я указала на серый ореол вокруг раны на ноге очередного эльфа, – она явно мертвая. Более того, яд распространяется по всем внутренним органам и медленно убивает их, а когда я пускаю в тело поток магии жизни, она убирает его из тканей.

Эльфы с нескрываемым удивлением смотрели на меня, и это немного смущало.

– Если короче, то прямо сейчас я оживляю мертвое, – решила закругляться с рассказом я, пока они совсем челюсти не уронили.

– Феноменально, – произнес владыка. – Вы сказали чистую правду, значит, вспоминаете.

Мне эти слова придали уверенности. Ведь действительно вспоминаю! Мне просто нужно столкнуться с чем-то знакомым, и я смогу вспомнить! Я точно смогу вспомнить все! Пока позитивные мысли придавали мне силы, раны залечивались быстро и просто великолепно.

Но уже возле шестой постели я почувствовала себя нехорошо. Перед глазами появились желто-красные круги, а голова закружилась, вызывая приступ тошноты. Не в силах устоять на ногах, я присела на постель рядом с раненым.

– Что с вами? – взволновался владыка. – Вам нехорошо?

Рин же тем временем присел на корточки рядом со мной и приподнял мой подбородок, осматривая лицо.

– Похоже, магическое истощение, – участливо констатировал он. – Думаю, ей нужен отдых.

Я была согласна. Голова действительно и кружилась и болела одновременно, а еще вдруг очень захотелось спать и есть… Даже не знаю, чего больше. Рин поднялся и, сделав замысловатый жест рукой, отворил голубоватое окно портала и что-то крикнул. Я не расслышала. Вообще соображала плохо… Видела только, что из голубоватого свечения вышел Трой. Только вот не понимала, это снова мое подсознание, или все происходит на самом деле. А Трой, реальный или подсознательный – не важно, подошел ко мне и одним резким движением поднял на руки, унося с собой в портал. Я задумчиво посмотрела на эльфа и сочла нужным сообщить:

– Я не буду тебя целовать, даже не умоляй.

После этого сознание, похоже, решило меня покинуть.

Через сколько времени я пришла в себя, не знаю, но, когда открыла глаза, первое, что увидела, был сидящий на стуле рядом с диваном, на котором я лежала, Трой. Его глаза светились ярким зеленым светом. Я вздрогнула и поплотнее вжалась в диван, осознав, что прямо сейчас эльф колдует. Попытка слиться с предметом мебели никоим образом не помогла, и я плотно зажмурила глаза, а зря…

В следующее же мгновение я словно провалилась в пустоту. Чувство свободного полета в полной темноте заставляло сердце бешено биться, как удержалась, чтобы не закричать, не имею ни малейшего понятия. Ведь когда летишь, всегда приходится падать… И я упала. Действительно упала в ледяную, бурлящую воду. Когда всем телом почувствовала холод самой настоящей воды, пришло осознание, что этого не может быть. Просто не может быть! Я же лежу на мягком диване в холле особняка Рина, но, когда течение понесло меня вниз, я все же закричала. Кричала громко и протяжно, крупными глотками захлебывая речную воду.

– Да тише ты! – послышался недовольный голос Троя.

Я окончательно потеряла способность соображать. Быстро оглянулась по сторонам, но эльфа нигде не было. Зато почувствовала, как что-то больно царапнуло шею. Запрокинув голову назад, увидела суслика. А этот как здесь оказался? Да еще и царапается. Ощущения были малоприятные. Пальцы заледенели и отказывались двигаться, по всему телу расходились волны холода, а быстрое течение продолжало нести меня вниз.

– Что за бред, – наглотавшись воды, спросила я, совершенно не понимая, что же все-таки происходит.

– Это не бред, а последние минуты перед тем, как ты потеряла память, – ответил Трой.

Причем отвечал он из ниоткуда! Его нигде не было! Голос будто звучал только в моей голове.

– Мне обязательно барахтаться в воде?! – уже не в силах оставаться на плаву из-за сильного течения, спросила я.

– Уже нет, – монотонно сказал Трой, и я снова окунулась в беспросветную темноту.

На этот раз я не летела, а просто вдруг стало светло. Свет был приглушенный, и чем-то жутко воняло. Я лежала на холодном полу в бревенчатом сарае. Сквозь зияющие между бревен дыры внутрь падал тусклый свет, а рядом со мной лежали еще две девушки. Я попыталась пошевелиться и не смогла.

– Что со мной?! – уже на грани истерики, смешанной с паникой, спросила я. – Вы меня слышите?

Девушки промолчали.

– Вы слышите меня?! – срываясь на крик, повторила вопрос.

Но ответа не последовало ни от лежащих неподалеку девушек, ни от Троя. От необъяснимого страха, паники и чувства нереальности происходящего дыхание перехватило, а горло защипало. Глаза в один миг стали влажными от выступивших слез.

– Что происходит? Что здесь, черт возьми, происходит? – уже откровенно рыдая, спросила я.

И это мерзкое чувство, когда ты совершенно обездвижен и не можешь пошевелить даже пальцем. И только суслик копошился под широким серым и изрядно грязным плащом.

– Еще немножко, Лита, совсем чуть-чуть, – словно манна небесная пролился на меня из пустоты голос Троя.

– Забери меня отсюда, – взмолилась я, буквально захлебываясь рыданиями.

Было страшно. Очень-очень страшно. Страшно от того, что я не знала, где я. Что это вообще такое? Я только что плавала в холодной реке, а сейчас моя одежда совершенно сухая, но я не могу шевелиться… Хотелось выть, орать, вопить, что угодно, только бы вновь оказаться на диване в холле эльфийского дома. Я снова зажмурила глаза, пытаясь избавиться от сильного пощипывания, вызванного слезами, и снова провалилась. О боги! Как я была рада этому провалу! Да я была готова обнять весь мир! Особенно когда открыла глаза и поняла, что я в доме и рядом сидит эльф.

– Ч-что ты со мной сделал? – дрожащим голосом спросила я, испуганно глядя на Троя.

– Я менталист, который помогает вернуть ваши воспоминания, – лекторским тоном начал было объяснять мужчина, но мне было слишком плохо, чтобы выслушивать его лекции.

– Да мне плевать, кто ты! – вскакивая с дивана, воскликнула я, даже не заметив, как перешла на «ты». – Никогда! Слышишь, ни-ког-да не смей больше так делать!

От пережитого стресса ноги подкашивались, руки тряслись, а злые слезы не хотели останавливаться и лились непрерывным потоком. Эльф, как ни странно, не стал указывать мне на невежливость или читать мораль. Он просто встал со своего стула, взял с дивана одеяло, которым я была укрыта, и, подойдя совсем близко, набросил его мне на плечи.

– Я не хотел тебя напугать. – Трой и сам решил перейти на «ты». – Просто ты как раз была расслаблена, а я свободен… Мне не нужно было делать этого, не предупредив, прости. – Он виновато отвел взгляд.

Я выдохнула. Стало спокойнее и как-то легче.

– Лита, ты проснулась? – крикнул из кухни Рин. – Я приготовил обед.

От слова «обед» я сразу же сглотнула и, сняв с плеч одеяло, торжественно вручила его оторопевшему Трою. После чего с невозмутимым видом, словно ничего не было и все прекрасно, направилась в кухню.

А на столе уже были расставлены блюда. Большая дымящаяся кастрюля с супом, какой-то салат, изобилующий зеленью, большая тарелка с жареным мясом. Всегда думала, что эльфы не особые ценители мясных продуктов, точнее – ярые противники животной пищи. Но еще утром, когда готовила омлет, обнаружила в кладовой мясо, причем в разных видах. Значит, все же едят! Не сдержавшись, озвучила свои мысли вслух.

– Нет! – в точности повторив писклявые интонации своей невесты, воскликнул Рин. – Светлые эльфы не едят мясо! Как ты вообще могла такое подумать?!

Я немного смутилась. А как не подумать-то? Вон у него этим мясом половина кладовой забита! Не для меня же его тут припасли! Или для меня? Вспомнив алчный взгляд их владыки, почему-то поежилась, вдруг меня специально сюда заманили, чтобы эксплуатировать? Покачала головой, отгоняя непонятно откуда взявшуюся паранойю.

– А все это тогда для кого? – Я жестом указала в сторону кладовой.

– Для Троя, конечно, – ответил Рин.

Кстати, еще один интересный вопрос… Два эльфа в самом расцвете сил и живут вдвоем в одном доме… В воздухе повеяло сомнениями. В частности, по поводу эльфийской ориентации.

– Ты говорил, что это твой дом, тогда почему здесь живет Трой? – подозрительно прищурившись, спросила я.

– Я нахожусь в Великих лесах, как гарант поддержки темных, – прислонившись плечом к дверному косяку, лениво ответил Трой.

– Как это? – все равно не понимала я.

– Тема весьма щепетильная, не находишь? – серьезно спросил Рин, и этот вопрос был адресован не мне.

– Она все равно здесь и рано или поздно узнает, – все с той же ленью в голосе ответил тот. – На светлых эльфов нападают. Первым делом подозрение пало на темных, и я, как и несколько моих собратьев, нахожусь здесь для оказания помощи и как гарант того, что наш народ в этом не замешан.

– То есть ты темный? – удивилась я.

Хотя определенные подозрения у меня уже были. Неспроста у него и кожа смуглая и пряди черные в волосах. Да и мясо, как выяснилось, для него.

– Полукровка, но темной крови больше.

Так и думала. Я знала, что так бывает. Откуда не знаю, но определенно этой информацией я владела.

Когда в стране появляется скрытая угроза и правитель кого-то подозревает, он имеет право предъявить подозреваемому претензии. Претензия выражается в изъятии у подозреваемой стороны так называемого «гарантийного» отряда. Фактически это легальный захват заложников. Как правило, в таком отряде обычно бывают представители самой верхушки общества (наследники или главы родов высшей знати). Ведь какой нормальный правитель станет нападать, когда на руках у противника козыри в виде «гарантов»? Поэтому чаще всего этими самыми «гарантами» и становятся наследники.

И пока не снимут подозрения либо не найдется настоящий виновник происходящего, заложников никто не отпустит.

Значит, Трой должен быть больше остальных заинтересован в том, чтобы найти виновных в нападениях. Ведь пока подозревают его народ, он будет вынужден находиться здесь. У темных и светлых эльфов всегда были весьма напряженные отношения, но даже я почему-то не могла поверить в то, что одни стали бы втихую нападать на других. Официально «гарантийный» отряд – это только звучит красиво, а если без официоза, то они самые обычные заложники, к которым относятся немного более уважительно. Но если в итоге выяснится, что темные были хоть каким-то образом причастны к нападениям на светлых, их убьют, уже без официозов и красивых слов, убьют, как самых обычных заложников, которые выполнили свою миссию.

Но раз темные пошли на соглашение такого рода, то, вероятно, они действительно не причастны к истреблению светлых. От раздумий отвлек протяжный свист, доносящийся из холла, и я вспомнила о суслике. Его же должны были сделать человеком! Я вопросительно уставилась на Троя.

– Не вышло, – понял мой вопрос мужчина. – Заклинание нестабильно и наложено со странными эмоциями. – Он слегка поморщился. – По моим подсчетам, оно имеет временную формулу и разрушится самостоятельно, как только у того, кто его наложил, пройдут соответствующие эмоции.

– В смысле? – совершенно ничего не поняла я.

– Допустим, что маг, который наложил заклятие трансформации, в тот момент был сильно зол на этого парня. – Он жестом указал на суслика. – Но эмоции были смешанными и довольно сильными. То есть присутствовала не только злость, а что-то еще, поэтому заклятие немного изменило свою формулу. В общем, оно спадет само, как только тот маг перестанет чувствовать сильные негативные эмоции к этому человеку.

Я задумалась. Создала логическую цепочку и ужаснулась:

– А вдруг он будет злиться всю жизнь?!

Трой хмыкнул.

– Все эмоции, даже самые сильные, имеют свойство угасать. Так что рано или поздно он снова станет человеком.

Здорово! Великолепно просто! То есть он может быть сусликом долгие годы, пока кто-то таинственный не прекратит злиться. Красота! Суслик запрыгнул ко мне на колени, а я погладила его по гладкой шерстке.

– Ничего, хороший, вот найдем этого мага и мигом отобьем у него желание злиться! – бодро пообещала суслику.

– Кстати, вам удалось восстановить хоть что-то из памяти? – заинтересовался Рин.

– Пока немного, – ответил Трой. – Когда Лита будет готова, мы продолжим.

От мысли, что мне снова предстоит падать в темноту, я поежилась, и вдруг разом как-то холодно стало и противно.

– Это хорошо, – пробормотал Рин.

Я от этого заявления слегка остолбенела. Что ж хорошего-то? Хотя для эльфов, может, и хорошо, ведь пока я ничего не помню, у них есть свой маг жизни в личном пользовании. Следующие полчаса мы обедали молча. А после начались расспросы.

– Ты сегодня переутомилась? Что ты почувствовала? – спрашивал Рин.

Я рассказывала про пятна перед глазами и тошноту.

– Магическое истощение налицо, – заключил Трой.

– Мы решили, что дальше тебе лучше работать в паре с целителем, – серьезно сказал Рин. – Ты будешь оживлять ткани, а целитель заживлять раны, так меньше уйдет твоих сил.

Я была не против. Черпать из себя магию до звезд в глазах больше не хотелось.

– Сегодня нужно долечить тех, кто остался, – решительно сказала я.

– Если ты в должном состоянии, то это сделать необходимо, – согласился Рин.

– Ты говорил ей про бал? – спокойно спросил Трой.

Вот же эльфы! У них тут нападения, а они бал устраивают!

– Вчера у нашего владыки родился первенец, и через неделю в замке состоится бал в его честь, – решил рассказать Рин. – А торжество – отличная возможность для диверсии, так что я бы хотел попросить тебя присутствовать там, чтобы, в случае чего, оказать помощь. И, вероятнее всего, после этого события мы больше не станем тебя задерживать, потому что вычислить злоумышленников легко именно во время торжества.

Я в принципе против бала ничего не имела. Только вот перспектива снова встретиться с невестой Рина немного пугала, чем я и поделилась с мужчинами.

– И это она еще не знает о том, что вы спите в одной постели, – ехидно подметил Трой.

Я покраснела до кончиков ушей. Он что, мне теперь каждый день это вспоминать будет?! А вот на лице Рина появилась странная ухмылка.

– Было бы лучше, если бы узнала, – протянул он.

– Чтобы меня закопали заживо? – возмутилась я.

– Я так надеялся, что, увидев тебя, она расторгнет помолвку, – мечтательно произнес Рин.

Я задыхалась от возмущения.

– Ты подставил меня! – крикнула я.

За мой счет хотел избавиться от нежелательной невесты! А все шишки достались бы мне!

– Ты сама подставилась, когда прыгнула к нему в постель, – вставил свое язвительное замечание Трой.

– Да при чем тут это?! – гаркнули мы с Рином в один голос.

Трой замолчал. Не то обиделся, не то проникся, но ехидных замечаний больше вставлять не стал.

– Лил навязали мне родители, а встретив тебя, я решил, что смогу избавиться от нее, – виновато сказал Рин.

– Ну уж дудки! – заявила я. – Со своими невестами разбирайтесь сами! Я больше никому так представляться не буду!

– А в договоре прописано, что будешь, – монотонно подсказал Трой.

Я вспомнила про договор и разозлилась. Но быстро успокоилась и нашла выход.

– Если кто-то спросит, то я, само собой, буду соблюдать условия договора, но если не спросят, буду молчать.

С этими словами я встала из-за стола и быстрым шагом отправилась в свою комнату.

– В лазарет идем через десять минут, – уже на ходу предупредила Рина и продолжила путь.

Поднявшись наверх, зашла в ванную и быстро ополоснула раскрасневшееся лицо холодной водой. После достала книгу и попросила ее записать, что я маг жизни. Нет, я была уверена, что такого точно не забуду, но раз решила записывать все, значит, так и сделаю. Книга послушно внесла пометку о моей магии в главу номер четыре, которая называлась «воспоминания», и, написав мне на прощанье «удачи!», захлопнулась. А я поспешила вниз, чтобы поскорее отправиться в лазарет.

Еще спускаясь по лестнице, услышала, что мужчины что-то бурно обсуждают и не погнушалась подслушать. Для этого остановилась за углом перед входом в кухню.

– Я же вижу, что она тебе нравится, – говорил, судя по ироничным ноткам в голосе, Рин.

– Не говори ерунды, просто она влюблена в меня, а я учтив, – отвечал точно Трой.

Я запыхтела подобно кипящему чайнику. Вот наглый самовлюбленный тип! С какого перепуга он так решил?! Мое возмущение по этому поводу не знало границ.

– Или наоборот… – задумчиво распалял друга Рин.

Хотя на чем держится их дружба, я теперь не понимала вовсе. Может, потому, что Трой полукровка, они и смогли найти общий язык? Трудно дружить, если один у другого в заложниках. Но за время моего пребывания в особняке я не могла не заметить, что между мужчинами вполне нормальные, дружеские отношения…

– Тем более на твоем месте я бы не говорил таких громких слов, ведь этой ночью она пришла в мою постель, а не в твою, – продолжал откровенно глумиться Рин.

Вот в том, что он понял, что я просто перепутала дверь, у меня не было ни капли сомнений! Казалось, ему просто нравится издеваться над Троем. Словно пытается хоть немного усмирить его непомерную гордость.

– Брось, – сквозь зубы процедил тот. – Она пришла к тебе, только чтобы позлить меня.

Да, конечно! Делать мне больше нечего, как его злить! Да мне бы и в голову не пришло лезть в постель к одному с целью позлить другого!

– Это было бы очень логичное предположение, только если бы она знала о том, что ты явишься в мою комнату среди ночи, – язвительно произнес Рин.

«Вот-вот», – мысленно поддержала его я. Правду же говорит! Не знала я, что он туда заявится!

– Или скажешь, что это она организовала нападение, чтобы обыграть такую интересную ситуацию? – снова заговорил Рин, явно не собираясь прекращать свое издевательство.

– У тебя есть невеста, – прошипел Трой.

– Это напоминание лишнее, – со смехом в голосе заметил Рин. – Просто признай, что она тебе нравится.

– Нет, – зло ответил Трой.

– Да-а-а, – протянул Рин.

– Нет!

– Да-да-да.

– Да, – выдохнул Трой.

Я чуть не села прямо на месте, но это не помешало мне раскрыть свое присутствие за углом, потому что после услышанного я совершенно непроизвольно и довольно громко охнула. Еще даже не знала, как относиться к услышанному, верить или же решить, что Рин просто довел друга, и тот согласился лишь для того, чтобы его больше не допекали издевками, но шок определенно был.

В кухне что-то звякнуло, было похоже на разбившуюся чашку или бокал.

– Лита, выходи, мы уже поняли, что охает там не суслик, – смеясь, произнес Рин.

– Почему? – робко спросила я, сдавая себя со всеми потрохами, а ведь можно было действительно на суслика свалить!

– Потому что он здесь, – ледяным тоном ответил Трой.

И я, понурив голову, вышла из-за угла.

– Извините, я не хотела подслушать, – невнятно промямлила я.

– Когда не хотят – не слушают, – отрезал Трой и, поднявшись из-за стола, быстро покинул кухню.

Обратила внимание, что рядом со стулом, на котором только что сидел эльф, валялись осколки хрустального бокала, из него мужчина, видимо, пил вино. А Рин продолжал хохотать.

– Хватит, – зло сказала я. – Нам пора.

Эльф еще немного посмеялся, но, заметив мой серьезный вид, все же поднялся и открыл для нас портал в лазарет.

Вышли мы все в том же зале с картинами.

– Кто все эти женщины? – не удержалась от вопроса я, скорее, чтобы просто отвлечься от мыслей о подслушанном разговоре.

– Это наши владычицы, в основном они работали в лазаретах, помогали больным.

Я еще немного полюбовалась картинами и решительно направилась к двери, в которую мы входили утром. В «палате» нас, как оказалось, уже ждали.

Я снова склонилась в реверансе перед молодым владыкой и приветственно кивнула стоящему рядом с ним эльфу с длинными, выбеленными сединой волосами, в широкой зеленой мантии.

– Леди Лита, рад, что вам стало лучше, – елейным голоском произнес владыка, не снимая с лица приторной улыбки.

Что-то он перестал мне нравиться… На интуитивном уровне.

– Это, – он указал на седого эльфа, – целитель Далиалэль, он будет работать с вами.

Я еще раз приветственно кивнула и непроизвольно улыбнулась мужчине. Добрые глаза, обрамленные мелкими морщинками, мне импонировали, и я почему-то сразу сделала вывод, что этот эльф мне не враг, а скорее, даже друг.

– Вы будете оживлять ткани, а я затягивать раны, – сообщил мужчина.

Я понятливо кивнула:

– Рин объяснил мне принцип работы.

– Тогда приступим, – торжественно разрешил владыка.

Я подошла к очередной жертве ядовитой атаки и сразу же заметила небольшую, но очень глубокую рану на боку. Уже привычно провела рукой, но на этот раз пыталась влить меньше магии, чем раньше. Как оказалось, я вполне сносно могла контролировать свой магический поток. В итоге рана оставалась, но на коже проступал темный яд, а серость вокруг пореза сходила. Попутно отметила, что остальные постели, кроме оставшихся двух, уже пустовали, значит, вылеченные пришли в себя. Мысль о том, что я спасла шесть жизней, заставила широко улыбнуться.

– Это просто потрясающе, – наблюдая за мной, воскликнул Далиалэль. – Я больше двадцати лет не видел магию жизни в действии и уже забыл, как это потрясающе!

Я немного опешила. Что значит – больше двадцати лет? Получается, он знаком с другими магами жизни.

– Вы знали мага жизни? – любопытно спросила я.

– О да, – воскликнул эльф. – Больше двадцати лет назад меня пригласили в Рассветную империю для лечения…

Договорить мужчине не позволили.

– Далиалэль, любезный, вам не кажется, что отвлекать мага во время работы немного невежливо? – все тем же елейным тоном поинтересовался владыка, нагло перебив целителя.

– Извините, – пробормотал мужчина и принялся лечить рану, оставленную после моего вмешательства.

Из этого странного разговора у меня появились две мысли: первая – владыка хочет что-то от меня скрыть или, еще хуже, прибрать меня вместе с даром к рукам, и вторая – Далиалэль что-то знает. Даже если он просто знаком хотя бы с одним магом жизни, это уже что-то, ведь я точно знаю, что моя магия очень редкая и есть только у меня и у одного из моих родственников, только вот у кого… Было ощущение, что этот родственник женского пола, только кто, вспомнить я не могла. Это чувство пришло вместе с воспоминанием о магии, и так же неожиданно, как и появилось, исчезло. Плюс ко всему целитель говорил про Рассветную империю… Вывод был один – нам с Далиалэлем нужно было поговорить наедине.

Но как я поняла позже, один на один нас не оставят… Владыка постоянно восхищался моей магией и лепетал, что для него истинное счастье наблюдать саму «жизнь», а потому во время лечения он всегда будет присутствовать.

– Кстати, Лита, – завел праздную беседу владыка. – Вас уже пригласили на бал в честь моего первенца?

– Да, – коротко ответила я, сосредоточенная на очередной ране.

– Вам понравится на торжестве, там будут посольства из союзных империй, человеческие маги, – воодушевленно вещал владыка.

– И драконы? – с надеждой спросила я.

Вот! Вот эта ниточка, которая сможет мне помочь. Только бы были драконы!

– К сожалению, драконы отказались посетить торжество, – с разочарованной улыбкой ответил мужчина.

– Как отказались? – с искренним недоумением взглянул на него Рин. – Мы же еще не отправили приглашение!

Мне показалось, что владыку перекосило, а его левый глаз предательски дернулся.

– Уже отправили, ты что-то перепутал, – бескомпромиссно заявил он. – И они прислали отказ.

Мне одной показалось, что этот эльф что-то скрывает?

– Как вам в Великих лесах, Лита? – продолжал расспрашивать он.

– Хорошо. – Когда отвечала, почему-то посмотрела на Рина.

Владыка истолковал мой взгляд по-своему. И хищно улыбнулся.

– Вы с Рином нашли общий язык? – заинтересованно спросил он.

А я в этот момент думала о том, что раз на балу и так будут посторонние, то, может, мне не придется представляться невестой Рина, вдруг я с посольством приехала? Занятая своими мыслями, я полностью проигнорировала вопрос владыки и, более того, задала ему встречный:

– Скажите, а на балу мне обязательно притворяться невестой Рина? Все же у него есть официальная невеста, ей может это не понравиться.

Точнее, я была полностью уверена, что этой эльфийской мегере такое не понравится!

– Если вы только попросите, в моей власти расторгнуть помолвку племянника, – непонятно с чего предложил эльф.

Я удивленно посмотрела на него, а Рин за его спиной сложил руки в умоляющем жесте и что-то беззвучно шептал мне. Выглядело все так, словно он приговорен к смерти, и только я одна в состоянии его помиловать…

Вот и что мне теперь со всем этим делать? С одной стороны, я не обязана помогать эльфу избавиться от нежелательной невесты. В конце концов это совершенно меня не касается, ведь и своих проблем более чем достаточно. Но с другой стороны, когда я вспомнила истеричную леди Лил, меня немного передернуло. Да и Рин не казался таким уж плохим… Вот чем он заслужил такое «счастье», как невеста с подобным характером? А владыка продолжал выжидательно смотреть на меня.

– Для этого достаточно только моего слова? – с подозрением спросила я.

Что-то слишком уж сомнительное предложение, в любом случае придется жертвовать чем-то взамен. По крайней мере, мне так казалось. Зачем владыке потакать моим желаниям?

– Конечно! – воскликнул мудрейший. – Если между вами вспыхнули чувства, я не смею противиться выбору ваших сердец!

О боги! Он подумал, что у нас с Рином роман?! Он решил, что я просто хочу занять место той эльфийки и выйти замуж за ушастого?!

– Нет! – испуганно выкрикнула я.

Владыка изменился в лице, так же как и Рин.

– Простите, – спокойно произнес он. – Видимо, я все понял неверно.

Я густо покраснела. Между прочим, не каждый день орешь на владыку эльфов. Сердце колотилось испуганной птицей, а губы пересохли.

– Это вы простите, – еле слышно промямлила я и нервно продолжила заниматься своим делом уже молча.

Рин смотрел на меня с каким-то едва уловимым осуждением, целитель с интересом и восхищением, а вот взгляд владыки был странным: пугающим и алчным. Словно хищник, который размышляет, с какой стороны удобнее подобраться к потерявшей бдительность добыче.

Пока восстанавливала ткань вокруг последней раны, прокручивала в голове весь разговор. Почему драконы отказались от поездки к эльфам? Думала-думала, судорожно пыталась вспомнить, какие отношения царят между этими народами, но ничего не припомнила. А жаль. Всякую сущую ерунду я помню, а когда действительно нужно, ничего не вспоминается.

Вскоре с лечением последнего из эльфов было покончено, и я радостно потерла руки. Все же чувство странного удовлетворения приходило после того, как я осознавала, что в буквальном смысле спасла чью-то жизнь.

– У вас невероятная, чудесная и очень редкая магия, – сказал целитель. – Берегите ее, это уникальный дар.

Похвала легла приятным бальзамом на растревожившееся сердце, и я искренне поблагодарила эльфа за теплые слова.

– Мы можем быть свободны? – тем временем спросил Рин у владыки.

– Конечно, – покладисто согласился мужчина. – Я благодарю вас, леди Лита. – Он даже слегка склонился в едва заметном поклоне. – И если вы позволите, то я хотел бы пригласить вас завтра на ужин в замок.

Как реагировать на приглашение подобного характера, я не знала, но на интуитивном уровне чувствовала, что от приглашения светлейшего владыки отказываться не стоит.

– Я познакомлю вас со своими братьями и племянниками, – воодушевленно продолжил мудрейший, но мне думается, ему больше подошло бы определение хитрейший или изворотливейший…

И вообще все эти рассказы о братьях и племянниках немного настораживали. Создавалось впечатление, будто меня зовут на смотрины… Но я вежливо согласилась, потому что иначе было нельзя.

После прощаний Рин одним движением руки отворил окно портала, и вышли мы уже посреди просторного холла его городского дома. Я же рассудила, что теперь у меня появилась возможность встретиться с целителем, который знал мага жизни, наедине. Если меня пригласили на ужин, то можно прибыть немного раньше и как-нибудь попытаться его найти. Хотя призрачная, но надежда.

– Мы упустили такой шанс! – горестно воскликнул Рин, опускаясь на диван.

Я недоуменно посмотрела на него.

– Избавить меня от Лил! – эмоционально пояснил эльф.

– Ну, извини, – ответила я. – Мне совсем не хочется принимать статус твоей настоящей невесты.

– Да ладно тебе! – взвился мужчина. – Ты что, не видишь! Владыка в любом случае найдет способ оставить тебя здесь! Или ты думаешь, что знакомство с его родней мужского пола просто так? Официоза ради?

Действительно, я так не думала. Вот только еще не успела сопоставить все так, как преподнес сейчас Рин. Выходит, что владыка хочет выдать меня замуж за какого-нибудь эльфа и оставить в Великих лесах?! Ну уж дудки! У меня свои планы на жизнь, и в них нет места для посторонних эльфов!

– Я не дура, Рин, – тихо ответила я. – И на провокации поддаваться не намерена. Я здесь только потому, что ты обещал помочь мне. Как только мы с этим закончим, я отправлюсь на поиски родных.

Лицо эльфа немного изменилось. Стало спокойнее, что ли.

– Я рад, что ты понимаешь, во что тебя хотят втянуть. И поверь, если бы ты не спасла мне жизнь, я бы сам поддержал намерения дяди.

Жестоко. Но с другой стороны, это его народ, народ, на который нападают. А моя магия действенна и приносит реальную пользу. Как правитель, владыка пытается заполучить себе нужного мага, и за это даже я не могу его осудить. Но менять свои планы ради блага и процветания эльфийского народа я не собиралась.

– Я бы хотела немного побыть одна, если ты не возражаешь, – холодно сказала я и быстро покинула особняк.