Глава 31

Он порывисто ткнулся губами в мои и, отвернувшись, зашагал прочь, через несколько невыносимых мгновений моя команда сорвалась на бег, только Атакующий остался рядом.

— От тебя веет смертью, — прошелестел он.

— От нас двоих, мой друг, — согласилась я, — но тебе я приказываю выжить. Не смей подыхать здесь, подумай о матери.

Парень молча смотрел мне в ноги и, неуверенно кивнув, протянул мне упаковку шприцев. Воткнув в бедро сразу две иглы, я выдавила содержимое и, подняв голову, поняла, что пропустила момент, когда осталась совершенно одна.

Небо стало светлей. Воздух наполнился влагой и отчётливым запахом полевых цветов, принесённым ветром с пустоши. Я добралась до знакомого перекрёстка и облокотилась на ржавый остов автомобиля, вросший в землю. Бетонная крошка под ногами создавала хруст, отражающийся от стен полуразрушенных домов. Несколько птиц выпорхнуло из высокой травы неподалёку, и я развернулась в ту сторону. В мрачных тенях огромного здания метнулся силуэт. Забросив руку за спину, я вынула из ножен клинок и расчертила им пространство. Ладонь не дрожала, и рукоять в ней сидела крепко, даже, когда в предрассветных сумерках я смогла рассмотреть пришедшего за мной.

— Ты…

* * * * *

— Девочка моя, какой горячий приём. Я польщён, — если бы не ярость, полыхающая в золотистых глазах, могло показаться, что мужчина искренен. — Ты заставила меня поволноваться. Твои щенки увели команду в другую сторону, но меня обмануть не удалось. Мне подсказали, где можно тебя найти.4f7b7c

Ни на секунду не забывая, кто передо мной, я не расслаблялась и лишь склонила голову к плечу, пытаясь восстановить чувствительность мышц шеи.

— Мне пришлось нарушить много правил, купить многих, чтобы прийти за тобой. Карррра, брось ножичек, и пойдём со мной, — я поворачивалась за ним, не выпуская из вида ни на мгновение. — Я дам тебе всё, что нужно: дом, фамилию, стабильность. Ты уже моя. К чему эти игры? Зачем тянуть? Ты не можешь мне помешать…

— Я могу, — холодно парировала я, не веря самой себе. Моё тело отказывало, и я совершенно точно не успевала добраться до пограничья, чтобы ввести сыворотку. Именно сейчас, на грани, на самом краю, я осознала, что бояться Знатного уже не могу. Искренне улыбнувшись, я взглянула в потемневшие от азарта глаза Алана. — Я могу почти всё. Проверь.

— В моих глазах ты видишь зло, — он сорвался с места и, встретив его прямым ударом, я смогла лишь срезать прядь его волос.

— В них видишь крах, — моим преимуществом было то, что беречь его тело мне было без надобности.

— Но что с того? — мужчина перекатился очень близко, ударив меня под коленями, разорвав лодыжку.

— Ты забываешь даже страх, — падая, я успела впечатать ему рукоятью в затылок.

— Чтобы добиться своего, — полиморф отпрыгнул в сторону.

- Ты знаешь горечь на губах, — мужчина сорвал с себя рубашку, и его тело частично трансформировалось. В эти несколько секунд я воткнула себе в живот пару шприцев и поднялась.

- Моих, похожую на яд, — Алан, прыгнув, сбил меня с ног. И, сорвав повязку с укушенного плеча, откатился, прежде чем я успела ударить.

- И ты — единственный мой враг, — подскочив, я отвела клинок в сторону, ощущая, как кровь из вскрытой раны пропитывает одежду.

- Судьбе моей ты ставишь шах, — Алан яростно зарычал, почти теряя человеческий облик, и ударил меня волной своей воли. Клинок выпал из моих онемевших пальцев.

— Но ты опять забыл про страх, — дрогнув, я ответила ему со всей отчаянной страстью, что плескалась на дне моей сущности.

— Кидаешь душу под залог, — мы не сводили друг с друга глаз, взаимно ощущая эмоции, и плавясь от них.

— Ты встал в аду у самых врат, — меня окатило его желание владеть мною.

- Но вот тебе я ставлю мат, — Алан пьяно шагнул ко мне.

- Почти не скрыв улыбку, — раскинув руки, я приняла его в объятья.

- Один во всём лишь ты виновен, — крупная дрожь сотрясала огромное тело. Я глотала собственную кровь, толчками поступающую из носоглотки в горло.

- Ты совершил ошибку, — полиморф рухнул на колени, не выпуская меня из дрожащих рук, увлёк за собой. Я зачарованно зарылась пальцами в гриву его волос, не в силах разделить наши ощущения.

— Луна… — стонала я.

— Ненавижу… — хрипел Алан.

Он кусал тонкую кожу моей шеи, оставляя горящие следы, подозрительно распространяющие запах меди. Выпущенные когти вспороли ткань на боках и разрывали мышцы, задевая нервы и заставляя почти потерявшее чувствительность тело содрогаться. Мы поглощали друг друга, смешав потребность, неприятие, зависимость, ненависть. Время застыло вязкой смолой, оставляя нас наедине вдали от реальности. В безумии рвущихся силовых линий я вспомнила… как он… я убила его… тогда…