35 За тридевять земель

Андрей

На следующий день шли гораздо медленнее.

Возможно, так только казалось Андрею, который всей душой рвался вперёд. Но, увы, обстоятельства были против них.

Дан заметно отставал – хоть его и подлечили, рана на ноге давала о себе знать.

Да и сам Беркут, с таким энтузиазмом сорвавшийся в путь, всё сильнее ощущал, что рановато отправился в поход. Он ещё не выздоровел толком, а тут ещё нагрузка от долгих блужданий по лесу, бессонная ночь, напряжённый бой. Впрочем, его товарищи выглядели немногим лучше, ведь вместо сна и отдыха им пришлось ввязаться в такую драку, из которой лишь чудом вышли живыми.

Однако за день никаких особых происшествий, к счастью, не случилось. Столкновений с врагом пока удавалось избегать, да и жуткие ракши больше не беспокоили. Оставалось надеяться, что больше и не побеспокоят. Может быть, лесной живности удалось перебить всех прихвостней Серых.

Андрей шёл впереди, держался уверенно. Невидимая, но вполне осязаемая путеводная нить вела его к цели. И теперь уже точно никто не сомневался, что он знает, что делает.

Порой они находили едва заметные следы Серых, и это только подтверждало, что их маленькая дружина идёт верной дорогой.

К вечеру лесные тропы поползли резко вверх, всё чаще прямо среди деревьев стали попадаться причудливые каменистые выступы. У подножья одной такой скалки обнаружился тёмный проём.

Гордей рискнул забраться в эту нишу и обнаружил довольно просторную пещерку. Вполне пригодную для ночлега. Небольшой грот имел лишь один вход, а значит, можно было не опасаться, что ночью к ним из недр земных снова явятся какие-нибудь незваные гости, вроде ракши. Кроме того, довольно высокий потолок позволял развести внутри костёр. Так что расположились в этот раз со всеми удобствами.

Хотелось верить, что этой ночью их никто не побеспокоит.

И, видимо, боги услышали молитвы усталых путников. Ночь прошла тихо, без происшествий.

Конечно, каждому пришлось на несколько часов прервать свой сон, дабы поочередно заступить в дозор. Но, по крайней мере, в остальное время спокойно спали, и наутро все поднялись отдохнувшими и бодрыми.

В этот день, как показалось Андрею, удалось пройти гораздо больше, даже несмотря на то, что местность становилась всё более гористой. Лес редел, густой подлесок исчез, менялись растения. Теперь вокруг были совсем другие травы и кустарники.

На вопрос Беркута, Гордей согласно кивнул:

– Ага, оно самое. Начинается то плоскогорье, которое нам Радослав показывал.

К вечеру Беркуту удалось оценить красоту этих мест во всём их великолепии. Поднялись они, правда, пока лишь на половину высоты, но даже отсюда вид на окрестности поражал своей необычной красотой и причудливостью.

Ветер, словно талантливый скульптор, обточил и изрезал тысячелетние столбы скал. И теперь это каменное кружево заставляло восхищённо охать даже бывалых суровых воинов. Особенно ярко смотрелась вся эта застывшая красота на фоне сочных изумрудно-зелёных ложков, где протекали ручьи или даже серебрились небольшие озёра.

Кроме того, всё плоскогорье было утыкано пещерами, издали эти тёмные отверстия казались крошечными и напоминали гнёзда стрижей на крутом берегу реки.

Природные красоты действительно впечатляли, а вот признаков Серых поблизости пока обнаружить не удалось. Если хитрые твари и соорудили где-то здесь своё логово, то, очевидно, спрятали его так, что попробуй найти.

Однако солнце быстро катилось к горизонту, и сейчас пора было в первую очередь искать место для ночлега. Поразмыслив, решили не тратить время и силы на бессмысленные поиски – устроиться прямо здесь на плато, избрав своим единственным прикрытием кустистые заросли да пару громадных валунов.

Посоветовавшись, договорились сегодня обойтись без костра, несмотря на то, что ночами в горах холоднее, чем в лесу. Конечно, всем хотелось поесть по-человечески и согреться, но слишком уж велика была вероятность оказаться замеченными Серыми на этих полуголых склонах. Тем более логово врага, скорее всего, где-то уже совсем близко.

Сегодня у Андрея на душе было особенно тревожно. Он чувствовал, что подобрался к своей цели. Где-то здесь они, где-то здесь засели серые чудовища, где-то здесь они держат Делию.

Страхи и сомнения, которые он гнал от себя столько времени, вдруг навалились все скопом.

А если он опоздал? Если не сможет найти, где Серые прячут Делию? Или найдёт, но не сможет вытащить её оттуда? Если…

От этих мыслей сердце начинало ухать где-то в затылке, а не там, где ему полагалось быть. Андрей отчётливо понимал, что просто не переживёт, если ему не удастся спасти любимую. Он должен, должен, должен оградить от беды свою царевну и… своего ребёнка.

Андрей невольно улыбнулся. Никакая тьма отчаяния не могла погасить эту тихую радость предвкушения. И он, отмахнувшись от собственных страхов, попытался думать о хорошем и представить, каким будет это дитя… Интересно, всё же мальчик или девочка?

По большому счёту, это не имело значения. Андрей не относился к тем мужчинам, которые бредят сыновьями и не желают даже слышать про дочек. Он знал, что будет одинаково любить и пацана – отцовского помощника, и маленькую царевнушку – папину радость. Лишь бы только… увидеть, как это маленькое чудо появилось на свет.

«Помогите, светлые боги! Сберегите от зла! Помогите найти, вызволить, увести отсюда прочь! А там уж я сам… беречь буду пуще прежнего! Никогда больше не позволю беде к Делюшке моей подкрасться, к детям нашим! Обещаю – никогда!»