Глава 10

Этот день настал.

«Король хочет тебя видеть. Завтра мы отправимся во дворец, вместе», – сказал Йотун.

В ушах как будто ударил колокол. До этого мгновения во мне жила надежда, что его величество забыл о моем существовании.

А возможно, король действительно забыл, но ему напомнили. У меня не было доказательств, что Люк освежил память монарху, хотя такие подозрения и возникли.

Несмотря на то, что Тень никак себя не проявлял и не делал попыток передать мне послание, а Йотун в наших с ним разговорах никогда не упоминал о полукровке, занявшем его место, я знала, что рано или поздно эти двое должны будут обсудить общую тайну.

Люк попытается договориться с Йотуном о моих «видениях», попутно склоняя меня принять его предложение.

Возможно, с моей стороны это было весьма самонадеянно, и я преувеличивала собственную значимость, но для меня было загадкой, почему Тень ждал столько времени.

Королевский дворец был великолепен, и я испытала невольный трепет. Мое присутствие здесь было чем-то невозможным, почти таким же, как магия, которую я наблюдала в своих видениях. И тем не менее я готовилась предстать перед тролльим королем.

– Не беспокойся, – шепнул Йотун. – Ты прекрасно выглядишь.

Я улыбнулась ему уголками губ. Стараниями Атали на мне было нежно-голубое платье с неглубоким вырезом, открывающим ключицы – подходящий наряд для утра и в тоже время перекликающийся с любимым цветом Йотуна. Наставница помогла мне сделать прическу, которая закрывала уши. Половина лица также была скрыта легкой вуалью.

– Ты почти не отличаешься от придворной дамы.

Я улыбнулась шире.

– Меня выдают алые ногти. Так их красят только наложницы.

Йотун коротко фыркнул.

Я думала, мы отправимся в зал для аудиенций, но мы прошли совсем другим путем.

– В это время король обычно уделяет время тренировкам, – пояснил Йотун.

– Каким?

Вскоре я получила ответ на свой вопрос. Во дворце оказался внутренний двор с прямоугольной площадкой, засыпанной песком.

Фигуру короля в красном легко было заметить сразу. Он довольно ловко отбивал атаки сразу двух стражей.

– Ну же! – запальчиво крикнул он, приказывая своим противникам не жалеть его.

Площадку окружала крытая галерея, в которой собиралась придворные и гвардейцы.

Я была так поражена зрелищем сражающегося короля, что не сразу заметила Люка. Хотя, возможно, виной была вуаль, которая сильно ограничивала обзор с боков.

– Советник Йотун. Яло эманта, Мальта, – поздоровался полукровка. – Как приятно видеть вас обоих во дворце.

Йотун кивнул:

– Приветствую Тень.

А я поклонилась.

Люк и Йотун стояли рядом, один в черном, другой в очень темно-синем. Если бы не кольцо со светящейся руной, было бы трудно понять, кто из них настоящая тень.

– В добром ли вы здравии, яло эманта? – спросил Люк.

– Благодарю. Все благополучно.

– Отрадно слышать.

Вежливый, ничего не значащий обмен любезностями.

Я заметила группку троллей-придворных. Они поглядывали на короля, скрывая свое нетерпение. В руках у некоторых были папки с бумагами.

Но его величество не торопился возвращаться к государственным делам.

Еще невозможно было не отметить, что я была единственной женщиной в галерее.

Король провел серию быстрых атак, а затем с некоторым сожалением отдал меч одному из солдат.

Один из обладателей папок дернулся навстречу королю. Но его величество пресек эту попытку резким раздраженным жестом.

– Позже, – сказал он. – Что бы там ни было, я займусь этим позже.

Он снова махнул рукой. И тролли нехотя удалились.

– Удалось ненадолго отделаться от этих кровососов. Будь их воля, они бы обложили меня бумагами и не давали вставать из-за стола. Я бы и спал сидя. Хотя нет, такой роскоши мне бы не позволили.

После этой тирады король весьма дружественно поприветствовал Йотуна.

– А вот и твоя наложница, которую ты так долго от меня скрывал…

Я торопливо поклонилась.

– Сними вуаль, – приказал король.

Он бросил краткий взгляд на мое лицо.

– Вот она, виновница… из-за которой мой советник так полюбил посещать приемы. Мы наслышаны.

А потом обернулся к Йотуну и Люку.

– Площадка пустует. А ты, Йотун, наверняка пренебрегал тренировками в последнее время.

Думаю, Тень с удовольствием побудет твоим соперником… по поединку. А мы понаблюдаем.

* * *

Клинки сошлись с ужасающим треском. Оружие Люка скользнуло по мечу Йотуна. Противники оказались очень близко друг к другу.

Король одобрительно хмыкнул, а я вздрогнула.

– Тебе не доставляет удовольствие смотреть на бой? – с интересом спросил его величество.

Я повернулась, чтобы удостовериться: король обращается ко мне. Поймав его взгляд, поспешила ответить:

– Нет, ваше величество.

Он удивленно изогнул бровь.

– Почему? – голос его прозвучал требовательно.

– Они могут ранить друг друга.

– И что?

– Крови надлежит течь в жилах, а не литься на землю.

Он рассмеялся и покачал головой.

– А мне все кругом только и толкуют о том, что самое естественное состояние для мужчины – это битва… с перерывами на еду и блуд. Ты знаешь, зачем я приказал Йотуну назвать тебя «благородной наложницей»?

Этот вопрос застал меня врасплох. Сколько раз я его задавала себе и не находила ответа.

– Я не знаю, ваше величество, – тихо ответила я.

– Сказать тебе? Или оставить в неведении?

Я чувствовала, что пожалею об этом, но ничего не могла с собой поделать.

– Мне бы хотелось знать, ваше…

Король сделал знак рукой замолчать и отвлекся от разговора, сосредоточив все свое внимание на сражающихся Йотуне и Люке. В глазах монарха зажегся азарт и предвкушение развязки. Оба противника начали уставать. Но Йотун, на мой неискушенный взгляд, держался лучше Люка: его дыхание было более спокойным. Тролль нападал с холодной расчетливостью, а полукровка в какой-то миг вышел из себя и начал допускать ошибки. Его движения стали медленнее, и он теперь занимал защитную позицию, не имея возможности атаковать.

– Хорошая тень, – король прищелкнул языком, и его взгляд вновь обратился на меня.

В этот момент я поняла, что меня пугало в нем. В тролльем короле и верховном маге Миравингии была одна общая черта: они были подобны хищникам. Звери не испытывают сомнений или сожалений, когда охотятся. И король и верховный маг испытывали одинаковое презрение к жизням других.

Я думала, он уже передумал отвечать на им же самим заданный вопрос, но вдруг он сказал:

– По сути, монарху не так и важно, кем править. Какая разница – тролли, люди, карлинги, если все они повинуются и признают мою власть?

Это был вопрос, не требующий ответа, поэтому я промолчала, терпеливо ожидая, когда он дойдет до сути.

– Вот мой дед был одержим чистотой крови и внушил то же моему отцу. Из-за чего королевство едва не треснуло и не рассыпалось на множество осколков… Мне удалось остановить распад, собрать то, что есть, и удерживать крепкой рукой, что подчас бывает утомительно. Ты понимаешь?

– Не уверена, ваше величество.

Он помолчал немного и продолжил:

– Было время, когда я думал, что нужно оставить все как есть: сохранять и оберегать. Но к благу ли, к беде ли… изменения неизбежны. Только глупец будет отворачиваться от того, что мир уже не тот, что прежде.

– О каких изменениях вы говорите, ваше величество? – осторожно спросила я.

Но он как будто не слышал.

– Взгляни на наши приграничные гарнизоны. Во что они превратились? Тролли берут себе наложниц-человечек, или, как они называют их, «других жен»… Полукровки наполняют как наши, так и людские земли. Некоторые, кстати, становятся весьма неплохими солдатами, не говоря о способностях к магии. Чванливые ордена могут сколько угодно утверждать, что чистая троллья магия сильнее человеческой. Но если взглянуть правде в глаза…

В этот момент он отвлекся на поединок.

Люк собрался с силами и очень удачно контратаковал. Его прием стал для Йотуна неожиданностью. Тролль чуть не выронил меч.

– Отличия в воспитании, тренировках, окружении… – сказал король, – именно это определяет суть.

Йотуну сильно не понравился маневр Люка. Поединок все меньше походил на учебный. Оба соперника вкладывали много чувств… Сталь оглушительно звенела о сталь. Еще немного, и их мечи начнут высекать искры.

– А еще каждый должен понимать свое место. А иначе под носом мы получим полутроллей, мнящих себя людьми, или, что еще хуже, решающих, что король им не указ. Людей, которые полагают, что должны рассеять туманы. Все от того, что многие не понимают своего места. Вот взять тебя…

Он внезапно потерял интерес к сражающимся и повернулся ко мне. Холодные темные глаза короля смотрели на меня надменно, но с проблеском легкого интереса.

От пристального внимания хотелось убежать, но я продолжала стоять на месте.

– Мне всегда было интересно, насколько вы, люди, сможете существовать в нашем государстве? Сможете ли перенять наш образ жизни? И я вижу, что это не невозможно. Некоторые захотят сами, других можно купить, третьих запугать… Но если хотя бы часть из вас ляжет под троллей, то это будет означать, что можно пролить меньше крови.

Я вздрогнула. Неужели он все-таки решил захватить Миравингию? Только этого не хватало.

– Миравингия потеряла своего короля. Я мог бы занять трон по праву монарха, возвращающего свои земли, предложив вашим дворянам ясность и устойчивость их положения, освободив от распрей и грызни между собой.

От его холодных слов у меня по спине побежали мурашки. Король улыбнулся. Если что-то и можно было прочесть в чертах его лица, так только то, что ему было совершенно безразличны распри между людьми.

Нет. Все-таки я ошиблась, когда сравнивала его с Бальтазаром Тоссой. Его величество обладал честолюбием куда большим. Он не просто хотел быть королем троллей, он хотел быть властителем всех…

– Смотри-ка, а Йотун все-таки выиграл… – радостно сказал король.

Люк и Йотун отдали мечи оруженосцам и подошли к нам.

– Прекрасный бой, советник. А победа еще лучше. Пойдемте вперед, я хочу сказать вам пару слов. А вашу яло эманта доверим Тени.

Люк тяжело дышал после поединка, волосы липли ко лбу, Йотун, который выглядел примерно так же, бросил на меня настороженный взгляд и чуть нахмурился, но не стал спорить с королем.

Мы с Люком остались стоять, наблюдая, как его величество с Йотуном неторопливо пересекли тренировочную площадку, тогда мы двинулись по галерее.

Я почувствовала, что должна что-то сказать полукровке, как-то его подбодрить, но слова не шли. Один неосторожный намек мог ранить его не хуже меча.

– Можем говорить свободно, – Люк первым нарушил молчание.

– Хорошо, – прозвучало довольно скованно.

– Ты подумала над моим предложением?

Он решил не терять времени попусту.

Я чуть склонила голову набок и уже была готова ответить резким отказом, но потом…

– Да, – ответила я. – Подумала.

– И… каков же будет твой ответ.

– Я сомневаюсь.

Люк усмехнулся.

– Сомневаешься? То есть ты хочешь остаться игрушкой Йотуна? Что ж, это тоже вариант.

– Меня тревожит зелье. Я боюсь, что… все это подействует не так, как должно. Проще говоря… – я почувствовала, как сердце бьется где-то в горле. – Меня бы успокоила демонстрация…

– О чем ты, Мальта? – он даже остановился, такой неожиданностью стали для него мои слова.

Я понимала, насколько дерзко это прозвучало. Уже одно то, что я решилась ставить какие-то условия, повергло его в шок.

– Ты понимаешь, что предлагаешь? Дать кому-то зелье, чтобы он был на грани смерти, а потом ожил?

Но я решила идти до конца, и, сжав ладони, я сказала:

– «Ожить» – это только одна половина дела. А вот насколько хороша будет сама смерть?

Глаза Люка блеснули.

– Что ты имеешь в виду?

– Среди троллей есть сильные маги. Удастся ли… м-м-м… одурачить их?

Тень молчал, а я продолжала:

– Будет обидно испытать мертвенный холод, почувствовать дыхание смерти, а потом открыть глаза и обнаружить… что мое положение просто ухудшилось.

Люк думал.

– Это невозможно.

– Ты когда-нибудь делал это раньше? – строго спросила я.

– Нет… Но я уверен.

– Репетиция. Вот о чем я говорю.

Я дышала через раз, ожидая его ответ.

– Но тогда надо найти кого-то, кто согласится.

– Того, кто готов на все, чтобы исчезнуть, – сказала я, очень пристально глядя на Люка.

Он провел рукой по лбу.

– Даже если бы такой человек был…

– Тролль, – поправила я. – А точнее, тролльчанка.

На его лице отразилась вспышка понимания.

– А. – коротко сказал он. – Могу я спросить, почему тебя так заботит ее судьба?

Я не ответила.

Тень помолчал.

– Возможно… имеет смысл провести испытания. Но я не уверен, что Тисса согласится. Ее жизнь не так уж и плоха.

– Да, не слишком, если не называть это жизнью, – ядовито заметила я. – Думаю, что она самый что ни на есть подходящий кандидат. Ее положение совершенно невыносимо. Она просто не может исчезнуть, а смерть, как ты сам понимаешь, весьма уважительная причина, чтобы сбросить «покровительство» мага.

Я очень старалась, чтобы мое лицо оставалось бесстрастным. Опускать вуаль было поздно, поэтому я надеялась, что не выдам свои истинные мысли неосторожным взглядом.

Но, кажется, Люк пришел к неожиданному выводу.

– А тебе нельзя отказать в коварстве, Мальта.

Последнее, что входило в мои намерения, так это коварство.

– Я просто не хочу слишком рисковать, – мои губы произнесли эти слова как будто помимо меня.

– Не думай, что я не справлялся о судьбе этой наложницы.

– Уверена, так и было.

Люк коснулся переносицы.

– В твоем предложении есть здравое зерно. Я подумаю об этом.

– Ее положение безнадежно. Нам лучше поторопиться… она может не дожить до… смерти.

Люк чуть качнул головой в знак согласия.

Конечно, он был прав. Тиссу мог испугать столь радикальный путь к свободе. Пока я размышляла о превратностях судьбы и сложности выбора из нескольких опасностей и зол, Тень как ни в чем не бывало развлекал меня светскими новостями и слухами о том, что люди готовятся напасть друг на друга.

Вдруг он резко замолчал.

– Чуть не забыл! Я бы хотел отдать тебе это.

Он вложил мне в ладонь… камень. Тот самый артефакт Ио.

– Зачем? – мой голос прозвучал слишком громко и отразился от стен дворца.

– Не знаю, я получил этот «дар» от карлингов. Для них это что-то значит, и мне просто захотелось тебе отдать.

– Забери! Мне это не нужно, – резко сказала я и попыталась вернуть артефакт.

В этот момент появился Йотун.

Он заметил нашу перепалку. Люк отступил, а проклятый артефакт так и остался у меня в руке.