Глава 11

Они подошли к таверне. Ингар откинула капюшон. При каждом покачивании головы в ушах вспыхивали бриллиантовым блеском серьги. Камни как будто пульсировали, словно слишком быстрый и неровный сердечный ритм.

На обеих было вызывающе много украшений.

Когда мертвячки вошли внутрь, разговоры стихли. Маги в красном тоже поглядывали на женщин с интересом.

Ничуть не смущаясь такого внимания, мертвячки заняли столик.

– Чего изволите, госпожи?

– Воды, – сказала Ингар.

– Вина, – приказала старшая мертвячка, ее глаза блеснули красным. – Собираюсь повеселиться сегодня.

Когда им принесли желаемое, ни та, ни другая не притронулась к кубкам, даже для того, чтобы для вида намочить губы.

Ингар искоса поглядывала на магов в красном.

– Ты до сих пор боишься их? – спросила мертвячка и осуждающе покачала головой.

– Нет, – хмуро откликнулась Ингар.

– Вот и правильно. Они всего лишь грязные свиньи. Просто любят наряжаться. – Она положила свою ладонь поверх руки Ингар. – Ну, как ты хочешь, скажи? Сделаем все тихо и чинно или…

Ее губы растянулись настолько, чтобы продемонстрировать кончики удлинившихся клыков.

– Мне все равно, – Ингар заметно нервничала.

– Ну же… взгляни на них… Нет, не отводи глаз! Разве каждый из них не заслуживает наказания? Каждый уверен, что имеет власть над жизнями тех, кто слабее. Ты всего лишь поможешь справедливости найти дорогу.

По лицу Ингар пробежала легкая тень.

– Они маги… – продолжила мертвячка, ее голос был мягок и тягуч, точно мед. – Знаешь, сколько деревень они пожгли ради забавы, сколько повешенных оставили болтаться на всех четырех ветрах? Сколько девушек оставили в слезах и отчаянии?

– Ты говоришь то, что я хочу услышать, – сказала Ингар с укором. – На самом деле ты просто хочешь попробовать их на вкус… Насытиться и напиться вина, которое уже смешалось с их кровью.

Она судорожно втянула воздух и жадно сглотнула.

– Если я говорю то, что ты хочешь услышать, это не значит, что я тебе лгу. – Мертвячка откинулась на спинку грубо сколоченного стула.

* * *

Давненько видения не заставали меня врасплох. Я пришла в себя, стоя перед кабинетом Йотуна, готовая взяться за ручку, чтобы войти после того, как постучалась и получила его разрешение войти.

Я тряхнула головой и несколько раз с силой зажмурилась в надежде таким незатейливым способом вернуть четкость окружающему миру, и в этот момент дверь отворилась.

Йотун стоял в проеме, взирая на меня с легким неодобрением.

– Нам нужно поговорить, – выдохнула я и добавила, вспомнив о приличиях: – Если ты не занят, конечно.

После возвращения из дворца мы оба были молчаливы, и мне понадобилось некоторое время, чтобы собраться с мыслями, вернуть подобие спокойствия. Йотун тоже что-то напряженно обдумывал.

– О, нет… я найду время. Не было нужды так долго стоять…

– Это все из-за видения. Оно пришло очень неожиданно.

Тролль посторонился, пропуская меня в кабинет.

– Итак, о чем же ты хочешь поговорить?

– Помнишь, я говорила о чародее Ио?

– Неожиданное начало, – он усмехнулся. – Я думал, ты захочешь поделиться подробностями своей беседы с Тенью короля. У вас было весьма живое… обсуждение… как я заметил. Учитывая, что я предостерегал тебя от разговоров с Люком на темы, отличные от светских, мне бы хотелось получить объяснения.

– На самом деле, с твоим королем беседа была еще более оживленной! Его величество поделился планами, а также сделал некоторые выводы о том, насколько хорошо я справляюсь с ролью наложницы. Я даже теряюсь, с чего начать…

Уголки губ колдуна дрогнули в усмешке.

– Король говорил с тобой?

– Представь! Пока вы с Люком пытались достать друг друга заточенными железками.

– Они не были заточены, – поправил Йотун. – Это так, к слову.

– Конечно. Иначе вы бы с удовольствием порубили друг друга на мелкие кусочки!

Я вздохнула, чувствуя, как холодок пробежал вдоль позвоночника.

– Ты выглядишь несколько взволнованной.

– Неужели? Даже и не знаю, отчего… То ли оттого, что твой король хочет залить мою родину кровью. Или из-за его намека, что своим поведением я способствовала его решению.

– О, тут я могу тебя успокоить, Мальта, – живо откликнулся Йотун. – Поверь, твое поведение никак не влияет на его желание захватить Миравингию.

Он подошел ко мне и костяшками пальцев коснулся щеки и провел по шее.

– Ну, хорошо. Оставим ненадолго короля… и его аппетиты. Начни сначала. Чародей.

Я несколько раз судорожно вздохнула.

– Ио как раз напрямую связан с тем, что ты хотел узнать, – наконец сказала я. – Когда мы гостили в его башне, он очень хотел знать про Бездну. Хотел, чтобы я осталась, но когда мы отказались, он заставил принять «подарок», сказав, что я смогу с ним связаться, «послать весточку», если снова увижу ее.

Я достала камень и положила его на стол.

– Это тот самый артефакт. Он опять ко мне вернулся… с помощью Люка.

Йотун принялся разглядывать камень, не торопясь прикасаться к нему.

По его лицу можно было прочесть немного.

– Да, я понимаю, выглядит как обычная галька, – сказала я, готовясь встретиться с его недоверием.

– И как же… – Йотун запнулся, подбирая слово, – этот предмет попал к Тени короля?

Я могла бы соврать. Но во лжи слишком легко запутаться, поэтому выбрала правду, умолчав, что все это узнала из видений, а не из разговора с Люком.

– Какое-то время камень хранился у предводителя карлингов – Исмара. Люк посещал их лагерь по приказу короля, там Исмар и вручил ему камень.

Я с отвращением взглянула на артефакт, как будто это была ядовитая гадина.

– То есть ты хочешь сказать, если я брошу этот камень в окно, то он вернется на это самое место? – колдун постучал костяшками пальцев по столешнице.

– Не обязательно. Он попадет туда, где я смогу его взять. Или будет попадаться мне на пути до тех пор, пока я не подберу его.

– А ты не пробовала… его использовать по прямому назначению? – в голосе звучал неподдельный интерес.

– Нет.

– Почему?

– Я боюсь.

Тролль удивленно поднял бровь.

– И не доверяю Ио. Не хочу иметь с ним ничего общего, – пояснила я.

Йотун провел над камнем раскрытой ладонью.

– Магии не чувствуется.

– Может ли он нас слышать? – с сомнением спросила я.

– Вряд ли. Если бы существовали подслушивающие артефакты, Мальта, мир был бы совсем другим.

– Тогда что означают его слова о «связи с ним»?

– Не знаю, – Йотун взял камень и легко подбросил на ладони. – Определенно никакой магии. Даже близко не похоже на артефакт. Попробуй ты?

Я заколебалась.

– Давай. Я рядом, – голос Йотуна прозвучал тепло и убедительно.

Чего я опасаюсь? Я уже держала этот проклятый камень в руках, и ничего не случилось.

– Я же сказала, что понятия не имею, как им пользоваться.

Кончики пальцев коснулись шероховатой поверхности артефакта.

Йотун молча наблюдал за каждым моим движением.

– Будет забавно, если Ио дал мне эту штуку, чтобы я могла сообщить ему о бездне, но из-за особенности магии я так и не смогу…

В пальцы как будто кольнули десяток иголок.

– Ай! – Я поспешила отдернуть руку.

Ни слова ни говоря, Йотун обошел меня и встал позади.

– Еще раз, – тихо приказал он и накрыл своей ладонью мою.

Ничего не происходило. Камень не нагревался. Он как будто поглощал тепло, и пальцы слегка холодило.

Мы так и стояли. Близость Йотуна была мне приятна.

– Так что ты должна была сообщить этому магу? – его голос отозвался во мне легкой дрожью.

– Чародею, – зачем-то поправила я. – Он хотел знать все, что я увижу о Бездне.

Я снова почувствовала «иглы», но на этот раз тролль не дал убрать руку.

Более того, тыльную сторону ладони тоже закололо.

– Не сопротивляйся, – сказал Йотун.

Покалывание прошло, сменившись другим странным ощущением, как будто я погрузила руку в теплую воду, а потом пальцы онемели, как бывает, если спать в неудобном положении.

– Все. Можешь отпустить.

Оказалось, что я сжимаю камень в кулаке. Было непросто его выпустить, но когда он со стуком упал на стол, то прожилки на его поверхности зашевелились и начали сплетаться в руну или колдовской символ.

– Ты это видишь? Видишь? – почти закричала я.

– Да.

Йотун быстро сотворил магический пасс… и артефакт замер, вновь «притворившись» простым камнем.

– Что это такое?

Я повернулась к троллю. По его лицу скользнула тень улыбки.

– Весьма нестандартные… м-м-м… «чары», – в голосе Йотуна я различила некоторый оттенок восхищения.

– Теперь ты убедился, что это не просто камень? – с нажимом спросила я.

«И в том, что я говорю правду».

– Ио не говорил, откуда у него этот артефакт?

– Нет.

– Жаль. Как бы там ни было, попробуй сама. Сможешь использовать свою силу?

– Ты хочешь, чтобы я поговорила с чародеем?

Меня поразило предложение Йотуна.

– А почему бы и нет. Тем более, мне интересно, как он действует.

Все повторилось. С тем же успехом я могла бы перебирать гальку на речном берегу.

– Скажи, что хочешь рассказать о бездне, – подсказал Йотун.

Но одного моего намерения было недостаточно, как и слов. Троллю снова пришлось положить руку на мою и… не знаю, что он делал, но камень вновь «ожил». Знак сложился до конца.

Йотун торопливо зарисовал его.

Тишина сделалась жадной, ждущей.

Я бросила взгляд на Йотуна. Он сложил руки на груди и чуть наклонил голову.

– И что мне делать? Я должна что-то сказать? Ио… Бездна… превращает людей и троллей в чудовищ. Мертвецы оживают. Не знаю, эту ли весточку ты ждешь? Слышишь ли меня?

Я снова посмотрела на Йотуна. Он внимательно следил за артефактом.

– Миру придет конец, – я вздрогнула от неожиданности.

Голос был приглушенным, но сильным.

– Возвращайся в мою башню, Мальта. Тогда есть шанс.

– Я не могу, – я была так поражена. – Как такое возможно? Почему я тебя слышу?

Йотун сделал шаг ко мне.

А невидимый нам Ио продолжил:

– Бездна, Мальта, это…

Что хотел сказать чародей осталось загадкой, руна на артефакте распалась, а Йотун не стал пробовать оживить ее.

С гораздо большей осторожностью чем до этого, тролль забрал камень и поместил его в шкатулку, которая больше напоминала маленькую клетку, с магическими кристаллами, прикрепленными к крышке.

Клетка для артефакта была спрятана в шкаф, который Йотун запер на замок.

– Думаешь, ему не удастся сбежать? – спросила я, чувствуя некоторое превосходство.

– Нет.

– Что? И все? Ничего не скажешь о человеческой магии? Ни словечка? – ехидно заметила я.

Йотун подал мне руку.

– Скажу, что тем, что мы называем магией, ты не владеешь совершенно.

* * *

Я наблюдала за Йотуном. Мне хотелось поговорить, и я не слишком спокойно сидела на месте, о чем свидетельствовал шорох платья.

Тролль же как будто не замечал моих терзаний. Я принялась водить по кромке бокала с вином, получался мелодичный, но довольно раздражающий звук.

– Знаешь, Мальта, – задумчиво сказал Йотун, словно очнувшись от видения, – пожалуй, следует дать тебе свободу.

– Что?

– Можешь нанять служанку. – он коротко улыбнулся, – как и подобает твоему положению.

– А… – только и могла сказать я.

– И я хочу, чтобы ты взялась за ведение этого дома.

– Хорошо. То есть… я могу нанять, кого захочу?

Йотун описал кистью руки широкий круг, захватывая пространство, давая понять, что выбор за мной.

– Можешь попросить Атали о помощи, наверняка она кого-то знает.

– Да, пожалуй, я так и сделаю…

Это что же? Извинение?

Выглядел тролль совершенно бесстрастно, как будто ничего необычного не происходило.

– Могу я спросить… Почему тогда ты спас Люка? Почему откликнулся на его просьбу о помощи, которую я передала?

Йотун пригубил вина и внимательно взглянул на меня:

– Мы дружили, если это можно так назвать. До того, как я стал Тенью.

– Но как? – выдохнула я. – Ты же воспитывался в ордене… м-м-м… с самого раннего детства.

– Люк попал в орден после смерти своего отца, – ответил Йотун.

Отец… брат короля.

– Но почему?

– Что «почему»? – не понял тролль. – Трагический случай на охоте. Такое случается даже в правящей семье.

– Нет, почему он оказался в ордене? Разве его мать тоже умерла?

– Насчет матери ничего не знаю. Возможно, и умерла.

– Возможно? – пришла моя очередь удивляться.

– Когда его высочество скончался, Гусиную принцессу немедленно выслали из дворца. Сомневаюсь, что дали время на сборы, учитывая ее изъян.

Меня ужаснула незавидная судьба женщины, имя которой теперь даже не называлось. «Гусиная принцесса» – какое-то издевательское прозвище, намекающее на простое происхождение.

– Итак, мать выслали, королевские родственники не пожелали приютить ребенка, виновного лишь в том, что он появился на свет, и его забрали Аму Вайо, – начала рассуждать я. – Подожди… Ничего не понимаю, маги Аму Вайо же… не знают, кто их родители!

Йотун усмехнулся:

– Это касается не всех воспитанников ордена. В приют попадают разные дети. Но на будущее влияет многое: у кого-то дар оказывается недостаточно сильным, кто-то… не выдерживает занятий и тренировок. Не все потом становятся Аму Вайо, кто-то возвращается в мир обычным троллем. Но ты права, в том-то и проблема, о происхождении Люка было слишком хорошо известно слишком многим. Прибавь еще слабость крови…

– «Слабость крови» – как странно это звучит, – я покачала головой.

Йотун взглянул на меня очень прямо.

– Только не надо делать вид, что у людей по-другому.

– Да, – легко согласилась я, – не буду спорить, троллья кровь прячется, точно болезнь. Когда у меня проявилась магия, все сразу же стали подозревать нашу семью в том, что у нас в роду были тролли. Но Захария и другие маги объяснили, что магия возникает в крови независимо от того… – я осеклась, не было нужно повторять банальности, о которых Йотун и так прекрасно знал, поэтому я спросила: – Так кем была его мать? Это же ее кровь оказалась недостаточно… сильной.

Несколько мгновений Йотун решал, можно ли мне рассказать. На мгновение в его глазах вспыхнул озорной огонек. Разгадать причину его веселья я не могла.

– Она была дочерью из не слишком знатного и не слишком богатого рода. Брат короля увидел ее, когда отправился в путешествие по стране. Они не должны были встретиться, но непогода распорядилась по-своему, приведя королевский кортеж в Гусиный замок. Переночевав, наутро его высочество уехал с младшей дочерью хозяина. Она стала его…

Возникла несколько неловкая пауза.

– Его наложницей? – предположила я.

– Нет, – сказал Йотун. – Его сердечной подругой. Так это называлось.

Гусиный замок, вот значит, почему ее прозвали «гусиной принцессой».

– Ты могла заметить, что Люка нельзя принять за чистокровного. И, несмотря на этот досадный факт, первые годы он провел с матерью, около своего отца.

– Ты говоришь так, как будто в этом есть что-то необычное.

– Есть, – ответил колдун. – Не всем бастардам везет. Люк же был признан… И судя по всему, к нему относились, как к принцу.

Мне стало ясно, что брат короля любил свою «сердечную подругу» и своего сына. Как грустно, что все оборвалось из-за нелепой случайности.

– Но как так получилось, что орден…

Я хотела спросить: «как так получилось, что орден принял к себе бастарда?», но прочла предостережение в глазах Йотуна.

Тут было о чем поразмыслить. Зачем Аму Вайо понадобился маг королевской крови, если они пристально следят, чтобы монарх ни в коем случае не обладал искрой? Нужен ли им был Люк в качестве заложника для торга или же… они были заинтересованы в сохранении «породы»? Но нет, эта идея была совершенно безумной. Невероятной. Невозможной.

Но раз о таком нельзя было спрашивать, то я сказала:

– Из твоего ордена Люк угодил прямиком к людям.

Строго говоря, вопросом это не было, но он подразумевался.

– Его похитили, – небрежно сказал Йотун, как будто речь шла о самом скучном деле, которое только можно было вообразить.

– Кто?

Я была потрясена. И, признаться, меня охватило самое низменное любопытство. Я подалась вперед, забыв о еде.

– В любом случае, ее план не удался. Люка должны были увезти в тайную крепость, но… как ты понимаешь, Аму Вайо были не в восторге от того, что у них что-то забрали. На злоумышленников напали члены ордена, но, по какой-то невероятной случайности, Люк смог сбежать и выйти из туманов к людям. В Миравингии ему снова сопутствовала удача, когда его обнаружили, то просто крепко поколотили и передали вашим магам.

Насчет везения – весьма спорное утверждение. Но я обратила внимание на две детали. Первая из них – слишком уж необычная осведомленность о том, что случилось, когда Люка нашли люди. Конечно, он мог всего лишь приукрасить свой рассказ, добавив ему живости, или узнать об этом от самого Люка. Но почему-то складывалось впечатление, что Йотун был свидетелем тех событий.

Вторая деталь, тролль сказал: «ее план». Кого он имел в виду? Уж не мать ли Люка? Бедную женщину лишили всякого влияния, она была незначительной фигурой… Хотя… Если подумать… такой ли уж незначительной?

– Отец Люка не был женат? – спросила я.

Йотун усмехнулся и кивнул.

– Хороший вопрос. Поговаривали, что он тайно женился на Гусиной принцессе. Это произошло уже после рождения Люка, но тем не менее. Я лично склонен считать, что брак все-таки был заключен. А это, поверь, весьма серьезный аргумент.

За столом повисло многозначительное молчание.

– То есть ты хочешь сказать, если бы с вашим королем… м-м-м… что-то случилось, то Люк мог бы… Серьезно? Даже при наличии магии?

Ответом мне было весьма многозначительное пожатие плеч и хитрый взгляд:

– Скажем так, он мог бы способствовать сохранению династии. Мог бы занять весьма высокое положение при дворе. Однако бастард не перестанет быть бастардом. У них всех есть весьма неприятная черта.

– Какая же?

– Вечно пытаются присвоить себе то, что им не принадлежит.

Я почувствовала, как к щекам приливает краска.

– Ты говоришь о положении Тени? – спросила я.

– Не только. – Йотун выпил еще вина.

Намек был весьма откровенный.

Сердце вздрогнуло. Я расправила несуществующий залом на скатерти.

– И что же тебя беспокоит больше – его возможное желание забрать твою собственность или же… тебя заботит, что собственность может…

У меня не получилось сохранить равнодушный тон, в горле как будто встал ком.

В тот момент я почувствовала себя оскорбленной, хотя, по большому счету, подозрения Йотуна были небезосновательны. Люк действительно предложил мне побег. И более того, я попыталась убедить Тень короля в том, что могу решиться на такой шаг. Правда, мои намерения были благими, но все же.

– Мальта… – Йотун тяжело вздохнул.

– Для чего тогда ты мне рассказал все это, раз не доверяешь? Хочешь посмотреть, возникнет ли у меня искушение пересказать наш разговор Люку? Или, наоборот, на это рассчитываешь? Забавно будет позлить его? Пусть знает, что мог бы получить место у трона с гораздо меньшей жертвой. Так?

– А оно возникнет? Искушение? – живо поинтересовался колдун.

Он был невыносим.

Я вздохнула, подавив желание ответить колко.

– Нет.

И тут я была честна с ним, не собираясь откровенничать с Люком.

– Приятно это знать, – Йотун усмехнулся, но потом стал серьезен. – Я рад, что ты пришла ко мне с тем артефактом. Ты правильно поступила.

Он довольно долго собирался с мыслями.

– Возможно, я был несколько скор в своих суждениях.

Закончили мы обед на довольно приятной ноте.

– Мне нужно отправиться в орден сегодня, – сказал Йотун, вставая. – Отдыхай, не жди меня.

Проходя, он ласково коснулся моей щеки.

– И, Мальта, – в дверях он обернулся, – дерзость – это оружие от монотонности жизни.

Он похвалил меня, но одновременно указал, что мое поведение было нахальным? Или мои вопросы?

Как всегда, тролль дал мне пищу для размышлений.

Позднее я поняла, что Йотун так и не ответил на первоначальный вопрос: зачем помог Люку, почему не проигнорировал его просьбу о помощи? А также умолчал о подробностях их дружбы. Он предпочел раскрыть мне несколько чужих секретов, но сохранить свой.

Что ж…