Глава 36

Йотун вернулся, стремительный и воинственный. Он уже успел встретиться с Гельдом и расспросить его обо всем.

Я бросилась к нему навстречу и порывисто обняла. Вздохнула с облегчением, когда сильные руки сомкнулись на моей спине. Впервые за эти несколько наполненных тревогами дней я ощутила спокойствие.

Йотун коснулся моего лба.

– Ты горишь, – сказал он, обеспокоено.

Я и правда чувствовала себя разбитой, меня бросало то в жар, то в холод, я не могла выносить запах мяса. Стоило закрыть глаза, как тьма окрашивалась красным, и из этой кровавой пелены выступало искаженное судорогой лицо мертвеца.

– Ты правда убила тролля кинжалом, что я тебе дал? – в голосе Йотуна сквозила гордость.

Против моей воли глаза наполнились слезами.

– Это не сравнится ни с одним видением, – сказала я, и последнее слово закончилось всхлипом.

Я была свидетельницей ужасных событий, и смерть частенько собирала свою жатву рядом, но еще никто не гиб от моей руки.

– Моя драгоценность… – Йотун снова привлек меня к себе.

А потом аккуратно взял за плечи и принялся внимательно рассматривать мое лицо. Из-за встречи с ладонью похитителя часть моей щеки окрасилась в причудливые оттенки желтого и зеленого. Мне даже казалось, что я могу различить следы его пальцев. Благодаря остро пахнущему бальзаму Гитте синяки чуть померкли, но все равно были хорошо различимы.

Также прыжок из кареты не прошел совершенно бесследно. Мои ребра и спина начали болеть на следующий день, расцвечиваясь пятнами от насыщенно-бордового до фиолетового. Но это было скрыто от взгляда тролля.

Гитте подала нам еду, теплого вина и сказала:

– Стоит ли так корить себя из-за этого ублюдка, тайрис? От судьбы не уйдешь. Он бы в любом случае лишился головы.

Йотун живо с ней согласился. У меня не осталось сомнений в том, что он бы лично исполнил это предсказание.

Гитте важно кивнула и удалилась, неся себя с достоинством, а не просто исчезла по своему обыкновению.

– Скажи, Мальта, – голос Йотуна звучал мягко, – о том, что тебя хочет похитить Люк, проговорился один из похитителей?

Лицо тролля было суровым, но взгляд синих глаз открытым.

– Нет.

– Тогда почему ты так решила?

– А кто еще это мог быть?

Йотун сплел длинные пальцы.

– И все же? Чтобы обвинить Тень короля, нужно что-то большее, чем просто догадка. Ты что-то видела?

– Он сам сказал мне об этом, – со вздохом сказала я. – После встречи с королевой Люк предложил мне сбежать… от тебя.

Взгляд Йотуна потемнел, но он обуздал себя.

– Продолжай.

– Люк сказал, что это хорошее время, чтобы исчезнуть, так как у тебя не будет времени и возможности меня искать. Он упомянул, что его люди… то есть тролли смогут забрать меня на улице и отвезти в безопасное место. Я отказалась. Сказала, что не хочу ничего знать и отправлюсь с тобой в Миравингию.

– Если ты была уверена, что за похищением стоит Тень, зачем ударила его помощника ножом?

Я с удивлением взглянула на Йотуна. Разве он не расслышал то, что я только что сказала?

– Испугалась…

Он чуть наклонил голову набок и скрестил руки на груди, ожидая, когда я продолжу.

– Испугалась, что у тебя действительно не будет времени меня искать.

– О, я нашел бы время, – уголки его губ тронула недобрая улыбка. – Твое опасение было напрасным.

– А еще я разозлилась. Я ведь ясно дала понять, что не желаю участвовать в этом деле. Мне показалось, что он принял мой отказ. А он посчитал, что может решать…

– Принял отказ, – перебил меня Йотун, обжигая ледяным взглядом. – Принял отказ? – повторил он, вкладывая в эти слова хорошую порцию яда. – Кого в здравом уме волнует, чего хочет женщина?!

– Тебя, например!

На мгновение его губы сжались в узкую полоску.

– И, очевидно, мой разум несколько помутился.

Йотун резко поднялся со своего места.

– Иди к себе, Мальта, – приказал он совершенно ровным тоном.

Я взбунтовалась от такой несправедливости.

– Я ни в чем не виновата перед тобой!

– Неужели?

– Да! Виновен тот, кто совершил преступление! Почему ты наказываешь меня за чужие дурные намерения?

Бушующий шторм в его взгляде вдруг успокоился, но сжатые челюсти и напряженные руки выдали, что это лишь временный штиль. И даже если волны улеглись, то под обманчиво спокойной гладью прячутся чудовища.

– Я не думал наказывать тебя, Мальта. Но каждый получит то, что заслужил. Ты ослушалась меня, из-за чего подверглась опасности.

– Я подверглась опасности, потому что Люк хотел получить ручную очевидицу. Единственная ошибка, которую я совершила, так это…

– Осторожнее со словами, – предостерег он, а затем вышел из комнаты.

– … То, что доверилась тебе сейчас, – сказала я ему вслед, ощущая, как это признание греет и терзает меня одновременно.

* * *

Гитте принесла ворох свежих сплетен. Все обсуждали, что кто-то попытался похитить яло эманта советника Йотуна. Говорилось, что моя редкая красота свела с ума несчастного мужчину, и он решился на такой отчаянный шаг. Превозносилась отвага Гельда, который заколол похитителя и отстоял честь своего командира. Но со временем дело все больше и больше обрастало подробностями и дикими догадками, и уже не выглядело таким безобидным. Злые языки винили меня в произошедшем: дескать, я соблазнила нескромными взглядами и лживыми обещаниями какого-то беднягу, а затем довела до смерти. А что еще можно ожидать от яло эманта, когда все, как одна, – бесстыжие колдуньи.

Дагней, верная себе, прислала мне корзину со сладостями и милое послание, чтобы подбодрить. Гитте советовала оставаться дома, пока все не уляжется, что я и делала. В тишине своей спальни я изо всех сил старалась побороть душившую меня злость на Йотуна. Не раз и не два я задумывалась о том, что, возможно, стоило бы принять предложение Люка и избежать всего этого унижения.

Сомнений бы не осталось, если бы я не любила Йотуна и не была бы уверена в том, что он также любит меня. Тишина сказала мне об этом лучше слов.

После нашего объяснения Йотун ушел во дворец, а после с другими магами отправился в орден играть в кости и обсуждать дела. Вернулся он уже под утро.

Когда он вошел в мою спальню, то я притворилась, что крепко сплю. Нисколько не смутившись, Йотун подошел и потянул одеяло вниз. Я вцепилась в ткань изо всех сил, уже не заботясь о том, что мое притворство будет раскрыто. Он не стал тратить усилия на то, чтобы вырвать одеяло из моих рук, а просто перекинул его вперед, сам же сел на кровать. Матрас прогнулся под его весом.

Ни слова не говоря, он задрал подол ночной рубашки, открывая мне спину. Я зашипела и попробовала отстраниться, но он не позволил, наоборот, привлек меня к себе.

Я чувствовала его запах, смешанный с дымом и вином, горячие дыхание щекотало ухо.

Удостоверившись, что я лежу спокойно, Йотун чуть отстранился и несколько долгих мгновений рассматривал меня. Его рука плавно скользила по коже, и я уже начала думать, как бы извернуться и лягнуть его как следует, но тут неожиданно громко звякнуло железо о стекло – открылась крышка. Мой нос уловил терпкий лекарственный запах.

Несколько капель маслянистого эликсира упали на кожу, после чего Йотун принялся бережно втирать состав в особенно болезненный ушиб. Средство холодило и одновременно согревало. То же самое тролль проделал с синяком на ребрах, а затем и с остальными. И все это в полном молчании.

Затем он накрыл меня одеялом, поднялся, постоял немного, словно раздумывая, стоит ли что-то сказать, но в итоге просто ушел в свою спальню. Я услышала, как стукнула его дверь.