Глава 12

Бог колдовства клятвенно пообещал, что через полчаса будет на месте:

— Присматривай за племянником, Эри. Если это то, о чём я подумал, то надо во что бы то ни стало найти того мага, который наслал эту гадость! Одно могу сказать точно: смертной ведьме, даже очень талантливой, такой подвиг не под силу! — змеиное шипение, проскальзывающее в глубоком сочном голосе, сразу подсказали ламии, что горе тем, кто посмел переступить незримую грань дозволенного.

Гекат что-то прошептал над раной, сочившейся зелёной слизью, в которую проклятье превратила кровь племянника главы рода Пурпурный Прилив. С каждым улетевшим мгновением бедолаге становилось хуже и хуже. Сероватая кожа принимала всё более нездоровый для ламия оттенок.

— Когда тот, кто посмел пустить в ход стигийское проклятие «Великая Сушь», попадёт мне в руки, он проклянёт тот день, когда впервые увидел свет солнца! — зубовный скрежет Геката сразу настроил всех на нужный рабочий лад. — Найдите мне виновных! Клянусь Юпитером и Юноной, они получат по заслугам! — глаза цвета полуночи полыхнули алым. — Теперь с Лаором всё будет в порядке. К сожалению, стигийские магия и колдовство не хранят информации о том, кто их выпустил на волю. У меня есть амулеты, которые уберегут от напастей подобного рода, — и мужчина торопливо отправился в собственные владения.

Вернулся он через полчаса, деловито раздал всем золотые амулеты с явно египетскими символами и, не проронив ни звука, ушёл. Никто из присутствующих лезть с расспросами не рискнул. Слишком уж много ярости было во взгляде небожителя. Видимо, странные дела, творящиеся в городе, допекли его так сильно, что бог колдовства с трудом сдерживался.

Входная дверь жалобно заскрипела и едва не слетела с петель, когда Гекат с размаху захлопнул её за собой. Настроение у Повелителя Чудовищ было настолько отвратительным, что он предпочёл держаться ото всех подальше. Бог колдовства справедливо опасался, что сорвётся и наломает дров. Естественно, прекрасно себе отдавал себе отчёт в том, что высокое начальство за подобное поведение по голове не погладит.

Естественно, ему требовался перекрёсток в месте, где никто не увидит странного поведения обманчиво совсем молодого брюнета. Тяжело вздохнув, Гекат торопливо направился в сторону городского парка, пустив вперёд себя волну такой жути, что там гарантированно не будет ни одной живой души.

Свидетелей ритуала пришлось бы отправить в Тартар до срока, к огромному неудовольствию сестёр-Парок. Убедившись, что никто не помешает, разжёг на прелой земле небольшой костерок из смолистых сосновых веточек и с помощью колдовства запалил странное тёмно-синее пламя, призывая на помощь своих самых жутких слуг.

— Что прикажешь, о, Хранитель Тайн Перекрёстков Миров?! — склонившаяся до земли тварь клубилась точно болотный туман и не имела постоянной формы.

— Мне нужно знать всё, что тебе удастся вынюхать. Тот, кто пустил в ход «Стигийскую Сушь», должен понести справедливую кару, — в голосе явственно звенела сталь и слышались отголоски нешуточной бури.

— Сделаю, что смогу, повелитель. Мрачных дорог и скорых ответов на ваши вопросы, господин мой, — и Царог медленно истаял под светом полной луны, оставив Геката во власти совсем невесёлых размышлений.

Грозный как чёрная грозовая туча перед самым началом бури Гекат развеял свои же чары и торопливо вернулся в собственный замок в Тартаре. На душе у него скребли кошки. Подобное состояние у него бывало так редко, что сразу обращало на себя внимание. Рухнув в кресло у камина, бог колдовства принялся размышлять, пытаясь сопоставить те немногие факты, которые у него были, любуясь страстной пляской языков пламени. Цельная картинка никак не желала складываться воедино. Они слишком многого сейчас не знали, чтобы получить хоть какие-то положительные сдвиги в расследовании.

Царог нырнул в потоке времени, предварительно испросив дозволения Хроноса на подобную вылазку. Бог времени мрачно посмотрел на бесформенное создание и проворчал:

— Только чтобы сделать приятное Гекате. Не стоит лишний раз тревожить то, что давно кануло в Лету и погребено под песками ушедших мгновений, — небрежным взмахом руки он отпустил нежданного посетителя и снова погрузился в мрачные думы о том, куда катится этот мир, и что теперь со всем этим делать.

Честно говоря, полученные результаты настроили его ещё на более минорный лад. Современный мир был слишком прагматичен и таил много подводных камней. Даже небожителям и прочим бессмертным приходилось совсем несладко. Один плохо продуманный шаг мог привести к таким неприятностям, все последствия которых предугадать было практически невозможно.

Мужчина тяжело вздохнул и решил, что следует отложить, хотя бы на время, все склоки, интриги и претензии. Дело смердело фатальными неприятностями. В такие времена приходилось действовать, задвинув куда подальше личные амбиции и обиды.

Царог переместился в то время в совсем недалёком прошлом, когда произошло первое преступление в некогда тихом городе. Втянув воздух, ищейка Геката сразу взяла след и помчалась выполнять поручение Повелителя Чудовищ. Только несчастный угодил в ловко расставленные сети. Древние стигийские чары «Кольца Сета» в один краткий миг превратили его в горстку зеленоватого пепла, а порыв ветра развеял её по ветру.

Издевательский смех прозвучал во тьме точно выстрел из пушки на пристани:

— Я не играю в игры со Временем, но кто сказал, что не знаю, как это делать?! Восхитительно! Мне удалось снять с шахматной доски сразу две перспективные пешки! О, мой господин, даруй победу мне и моим союзникам! Тогда кровавые жертвы в твою честь переполнят могуществом душу Великого Змея! Этот город склонится перед мощью знаний Древней Стигии!

Бог колдовства сразу понял, с Царогом случилось несчастье. Ему удалось не только вернуть к жизни потерпевшего полное фиаско слугу. Даже снять информацию о том, что произошло после безвременной кончины бедолаги, не составило труда. За окном уже царил знойный полдень.

— Дело принимает совсем мерзкий оборот. Мы поклялись не вмешивать властителей Верхнего и Нижнего Египта в наши дела. Даже если кто-то из них нарушит древние договорённости. Сет никогда не умел играть по правилам, как и рабы этого чешуйчатого гада. Я сейчас же отправляюсь с докладом к Юпитеру. Колдовство и магия Атлантиды и Древней Стигии давно находятся под строжайшим запретом практически в любом уголке современного мира.

Смотреть на отца богов было страшно: прекрасное лицо перекосилось от гнева. Точно ему приходилось угощаться, как минимум, незрелым диким лаймом.

— Да пусть этот поганый Сет и все, кто польстился на его лживые посулы, сами удавятся от собственной спеси! Рыбью кость ему в глотку! Положение, как любит говорить Меркурий, «полная опа»! — серые глаза Отца Богов веяли январской стужей из-под копны чёрных волос.

Вдали раздался оглушительный рокот недовольно ворчащего в небе грома. Это при том, что на улице ярко светило знойное июльское солнце.

— Женщина, повергшая Царога в прах земной, точно была смертной и жрицей Сета. Кто она такая, узнать, пока что, не удалось. Хитрый змей старательно прячет все козыри в рукаве и ускользает от следящих заклятий и ищеек с завидным постоянством, — Гекат поигрывал ритуальным кинжалом для жертвоприношений, на котором ещё остались следы его собственной засохшей крови.

Ею пришлось пожертвовать, чтобы его слуги смогли пересечь Грань Миров, воспользовавшись Магией Перекрёстков.

— Ну, этот, как Тартарус и Эребус, совсем не признаёт никаких правил. В семье, как говорят люди, не без урода… — Зевс сделал какие-то пометки в ежедневнике и поблагодарил Геката за бдительность. — Хвалю! Сразу предупредил! Не стал кота за хвост тянуть и умничать, как все остальные! Любые, даже самые незначительные, новости по этому делу должны сразу же доводиться до моего сведения! Морс и Мегер так и продолжают топтаться на месте. С Лаором, надеюсь, всё в порядке? Не хотелось бы потерять ценного сотрудника из-за происков безголовой ведьмы и её господина с ядовитыми клыками и чешуйчатым телом.

— Я успел вовремя развеять проклятье. Леди Даэри, в кои веки, вспомнила, что она отнюдь не всесильна и не бессмертна. Один телефонный звонок позволил предупредить несчастье. Жаль, что для Мадэри Пурпурный Прилив шанса уцелеть не оставили.

— Может, призвать её тень из Тартара и допросить с пристрастием?

— «Стигийская Сушь» особым образом действует именно на ламий и оборотней, — Гекат тяжело вздохнул и взъерошил гриву непослушных антрацитовых волос, признавая собственное бессилие. — Те из них, кто умер под его воздействием, просто пропадают из ткани бытия. Не знаю, по силам ли трём Паркам вернуть эту безголовую девицу в строй, хотя бы, в виде ларвы. Мне это не ведомо.

— Этим вопросом мы займёмся в первую очередь. Она могла видеть жрицу Сета. Ту самую смертную ведьму.

Даэри не скрывала своего беспокойства по поводу того, что вокруг её рода закрутилась слишком уж тугая петля интриги. Само будущее Пурпурного Прилива сейчас было под большим вопросом. Ламия была раздражена сверх всякой меры. Им так и не удалось ничего толком вызнать. Они продолжали бессильно топтаться на месте в рамках этого весьма дурно воняющего дельца.

— По этому вопросу лучше обратиться к ним напрямую. Тут я ничего не могу сказать, — Повелитель Чудовищ тяжело вздохнул и принялся нашёптывать одно заклятье за другим, сплетая тугую охранную сеть вокруг всех, кого могли задеть последствия интриг Ядовитой Розы.

Мегер и Танатос решили не откладывать в долгий ящик этот вопрос. Всем было известно, что чем больше времени прошло после события, тем сложнее нейтрализовать его последствия. Поэтому переместились в Тартар, даже не обременяя себя использованием подручных средств наподобие зеркал.

Старшая Парка не скрывала своего беспокойства. Рыжие волосы женщины стояли практически дыбом от возмущения, а обычно зелёные глаза почернели от гнева:

— Надо как можно скорее узнать, кто стоит за всем этим непотребством! — её младшие сёстры в это самое время принялись выяснять, какой из ритуалов поможет вернуть, хотя бы, призрак или тень Мадэри Пурпурный Прилив. — Если она расскажет, кто та жрица Сета, которая посмела использовать запретные стигийские и заклятья и магические плетения атлантов, то мы сплетём для неё новую Нить Судьбы. Только за собственные преступления ей придётся ответить сполна!