Глава 19

Олег собирался было показать зубы, но увидев, как над ним потешается даже Влад, предпочёл сделать хорошую мину при плохой игре явно не в его пользу. Он молча потащился контролировать, как лепреконы будут монтировать и расставлять изготовленные эльфами и феями декорации для фестиваля.

Второй оборотень в офисе не удержался от вопроса, с удивлением заметив, что все зеркала и детали были дымчатыми и точно подёрнуты лёгкой пульсирующей туманной завесой.

— Простите, а почему они такие странные и напичканы колдовством по самую завязку? — младший наследник впервые сталкивался с феей.

Поэтому решил вести себя предельно вежливо и осторожно. Заданная брату взбучка сильно его впечатлила.

— Всё просто. Заклятья сплели Маат и Исида. В виду того, что во главе заговора стоит дочь, а не сын Сета, это было правильным решением. Любая змеища, которая посмотрит вглубь этих охранных амулетов, тут же застынет точно каменная статуя. Потом их перенесут в специальный склеп в тайном месте и замуруют там. Пусть спят тихо и не суют, куда не просят, свои ядовитые клыки.

Тёмно-зелёное платье из невесомого шёлка шелестело при каждом жесте или движении своей капризной и непредсказуемой хозяйки. Светло-рыжие кудри, в которые обратились змейки на голове скандалистки, сами собой уложились в модную в этом сезоне в Тартаре причёску «Башня мёртвого некроманта».

— А чем я могу быть полезен? — правильно поняв предостерегающие взгляды ламии и небожителей, Влад вовсю демонстрировал желание влиться в общую предпраздничную канитель.

— Передайте Фаору Алый Закат и Максу письмо от меня. Дело вот в чём, — тут фея потёрла пальчиком самый кончик курносого носика, как бывало всегда, когда она не могла сразу подобрать верные слова. — В тексты песен и музыку нужно вплести древние кельтские заклятья. Они доказали свою эффективность, как противовес любому стигийскому или атлантскому чёрному колдовству. Будет лучше, если они придут сюда полным составом. На подпевку возьмут Алёну Алый Закат и Ланнан лей Таваэль. Чары банши и Яблоневой Девы будут неожиданным хуком этим засранцам! Это наш город! Им тут делать нечего! Я совсем не хочу, чтобы Ветка тоже пострадала от их бессовестных происков!

— Займусь вашим поручением прямо сейчас, сударыня, — оборотень отвесил интриганке полный достоинства поклон, перекинулся в матёрого волчару, и уже собрался выскользнуть вон, но его просто так никто отпускать явно не собирался.

Лукаво улыбнувшись, Лира повесила могучему зверю на толстую шею амулет из светло-зелёного как её глаза изумруда и протянула конверт с письмом. Прочесть его могли только те, кому оно было адресовано. Все остальные мгновенно бы получили сильные ожоги пальцев и ладоней. Супруга главы рода Алый Закат хотя и не была ламией, но тайны своего суженого хранила так же ревностно, как свои собственные.

— Поторопись. У нас много дел. Чем скорее мы выведем лазутчиков на чистую воду, тем быстрее Дама Пик и остальные вредители окажутся у Танатоса под замком. Парки обещали придумать достойную кару преступникам и их бессовестному папаше! — презрительно фыркнув, интриганка принялась летать вокруг стола Мегера, что-то негромко мурлыкая себе под нос от удовольствия.

Царог соткался в тёмном углу, передавая предсказание от Геката. Бог колдовства и чудовищ никогда не любил напускать тумана, поэтому выражался предельно ясно:

— Леди Лира Алый Закат, Сет перетянул на свою сторону несколько ламий из вашего рода. Потрудитесь призвать их к порядку до того, как они сделают самую большую глупость в своей жизни, — после чего посыльный поспешно удалился.

— Ах, вот они как?! Ну, я им покажу, где горгоны зимуют! — от возмущения рыжие кудряшки вновь обернулись разъярёнными кобрами, с клыков которых то и дело срывались мутные капельки яда. Они прожигали в деревянном полу аккуратные идеально ровные дырочки. — Я немедленно займусь этим вопросом! Мегер, не надо думать, что, если я цветочная фея, то полная дура! — и она вызвала три отряда отборной стражи из охраны Тартарийской Академии Колдовства и Ритуалов.

Как супруга ректора она имела полное право на подобного рода помощь, чем без зазрения совести и пользовалась. При каждом удобном случае. Пропев что-то неразборчивое на кельтском, открыла портал и бесстрашно ринулась вперёд. Клыкастая охрана не отступала ни на шаг. Они слишком хорошо знали, что с ними сделает магистр Ардор, если его обожаемая феегоргона пострадает даже морально.

Рыжеволосая женщина не забыла попутно проинспектировать и как идёт подготовка к фестивалю.

— Молодцы! — важно похвалила она лепреконов и выпустила поисковое заклятие. Честь её рода никоим образом не должна была пострадать от происков беспардонного змеиного бога и его бессовестных детей.

Жаор Алый Закат был внучатым племянником ректора Ардора, но проблем и хлопот приносил столько, что родные отчаялись дождаться положительных перемен. Они могли только мечтать о том светлом дне, когда молодой кровосос возьмётся, наконец-то, за ум. Отчаянно строя серые глазки, он пытался привлечь к себе внимание незнакомой фее девицы.

Что Лиру насторожило в волоокой красавице, она так и не поняла, но заставила ту посмотреть вглубь дымчатого зеркала. Отражение сразу подтвердило, что древние методы обнаружения детей бога пустыни всё ещё не утратили своей актуальности. Кожа у девушки оказалась зелёной и украшенной кокетливыми чешуйками. Вместо волос голову венчал капюшон как у королевской кобры. В углу рта кокетливо поблескивали роняющие желтоватые капли яда клычки. Колдовство сделало своё дело, погрузив опасного врага в состояние стасиса.

— Немедленно унесите отсюда эту гадость! — чуть курносый носик, щедро изукрашенный россыпью рыжих веснушек, недовольно сморщился. — Жаор, безмозглый тюфяк! Обещаю, что в самое ближайшее время подыщу для тебя самую капризную и стервозную ламию из всех, кого бедные родители так и не смогли спихнуть замуж! Ты у меня быстро забудешь о любых глупостях! Уведите его! Заточите в подземелье Академии. Сейчас у меня нет свободного времени на этого засранца! — и она обидно щёлкнула проштрафившегося кровососа по белоснежным клычкам. — Вон отсюда! Нужно выловить всех стигийских лазутчиков до единого! Мы не можем допустить, чтобы пострадали смертные! Никому не позволено нарушать данное слово! Даже спустя тысячи лет!

После пятичасового рейда все ламии-отступники были схвачены и отправлены в кутузку. Попутно удалось обнаружить и дюжину дочерей Сета. Только все прекрасно понимали, что это далеко не предел. Как и то, что сама Дама Пик на мероприятие не сунется. Как и её доверенные сообщники.

— Кто вам позволил порочить доброе имя аристократического ламийского рода Алый Закат? — ректор Ардор не скрывал своего гнева. — Все вы будете отправлены на серебряные рудники Плутона до того счастливого мига, пока в ваших головах не прибавится хоть маленькая толика ума! Уведите их! С глаз моих долой! Немедленно! — мужчина смог немного успокоиться только тогда, когда Лира ласково обняла его за шею.

Потом кокетка принялась тихонечко нашёптывать, как славно они могут передохнуть от повседневной рутины в их уютном домике среди цветущих деревьев и бабочек. Перед таким искушением ректор никогда не мог устоять. Поэтому супруги тихонько улизнули к себе, предприняв все меры, чтобы никто не потревожил их до самого рассвета.

Устранить всех прочих ламий и ларв оказалось совсем просто. Танатос запустил Зов. Противостоять ему никто из них был не в состоянии. Отправив всех преступников на серебряные рудники Плутона вплоть до полного исправления, вновь нацелил своих людей на отлов ядовитых детей Сета. В интриге были замешаны не только любимые дочери бога пустыни, но и сыновья.

Предварительная подготовка к «Фестивалю Отражений» шла полным ходом. Попасть впросак люди полковника Морса не имели ни малейшего права. Устоявшееся за века Равновесие между смертными и бессмертными, которое позволяло всем народам идти своим путём развития, было хрупким. Сложившееся положение устраивало многих, но, как выяснилось, увы, далеко не всех.

Мегер проследил, чтобы дымчатые зеркала были видны буквально отовсюду. Слишком уж опасна была сложившаяся ситуация для общественного правопорядка не только в их родном городе. Дело попахивало катаклизмом мирового масштаба.

Алёна Алый Закат, лукаво улыбнувшись, поделилась сногсшибательными новостями:

— На фестиваль приедут и совсем неизвестные коллективы. Группы «Ламийский рок» и «Арфа Феи» у нас пойдут в качестве десерта! Даже из Египта прибывают какие-то «Дочери Нила». Первый раз о таких слышу, но при жеребьёвке они были поставлены перед «Арфой Феи». Чувствую, наше маленькое мероприятие наделает громкого шума, — банши облизала пухлые губки в предвкушении оглушительных разоблачений и сенсаций. Смертной она больше не была, но так и продолжала трудиться на ниве журналистики.

— Главное, чтобы прекратились нелепые смерти современных людей по милости детей Сета. Сам же он убрался в свою пустыню и носа не смел оттуда показывать! — фурий был зол, он никогда не понимал, как можно нарушить собственные клятвы.

— Мы щёлкнем его по ядовитым клыкам, обещаю! Наших недругов ждёт много сюрпризов, но рассказывать о них не буду я, прости, обещала, — жена Фаора Алый Закат веселилась от души, но свои и чужие тайны хранила надёжнее печати молчания на мертвеце.

Увидеть на сцене Ланнан лей Таваэль Танатос и Мегер были совершенно не готовы. Как и яркую стайку девушек с грацией восточных танцовщиц в откровенных египетских нарядах. Что-то в них сразу дало понять, что перед ними жрицы. Только служили они разным богам. В ответ на вопросительный взгляд Морса, та из них, которая была за старшую, сделав незнакомый знак, и просто ответила:

— Группа составлена из жриц египетских богинь. Мы приманим всех, кто будет тут поближе к сцене, а зеркала довершат начатое. Только Пта и Исида просили предупредить, что надо будет ещё и обезвредить всех, на ком будет Печать Сета. Мы не знаем, кто стоит во главе заговора. Кроме того, что это одна из старших дочерей Великого Змея. Осирис и Ра сами накажут отступников. Кара будет строго адекватна тяжести проступка! Чтобы усыпить бдительность, надо сделать так, чтобы колдовство, заключённое в зеркалах, заработало в полную силу с первыми аккордами нашего выступления. Это очень важно, господин, — обманчиво юная жрица взглянула в глаза фурия, и тот сразу понял, что «прима» совсем не та, за кого себя выдаёт. Поняв, что её раскусили, она отчаянно покраснела и смутилась. — Надеюсь, вы сбережёте мою тайну, как свою собственную?

— Не беспокойтесь, сиятельная. К тому же, мне не ведомо, кем вы являетесь на самом деле. Да и выяснять я не считаю необходимым.

— Обещаю, что сама признаюсь, как только вся эта заварушка канет в воды Нила навеки.