Глава 22

– Иди за мной, – скорее приказала, чем предложила Ведрана, и направилась за стойку внутрь помещения.

Следуя за ней, я оказалась на кухне. Здесь нельзя готовить! Пронеслась первая мысль. Посуда стояла где попало, и на полу, в том числе. Там же вёдра с отходами и рыбной требухой.

Повар, или как он здесь называется, толстый мужик с глубокими залысинами и красным лицом в грязной одежде. Так вот он руками вытаскивает из ведра рыбу, кидает на стол, где слоем лежат кишки, плавники и чешуя. И, разделав рыбу, смахивает её в другое ведро, а кишки в мусорку. Затем тянется за следующей.

– Томо. Новенькая у нас. – Хозяйка глянула на ведро с рыбой, кивнула и направилась обратно.

Следом за ней пересекла зал и оказалась в подсобных помещениях. Темнота, запах нечистот и узкий проход. Вдоль стен, прямо на полу нагромождение каких-то ящиков.

Ведрана открыла предпоследнюю дверь направо.

– Здесь будешь жить. Еда два раза в день, у Томо. Объедки с тарелок ешь сколько хочешь. – Фу, разве так можно? Я даже отвечать ничего не стала. Только брезгливо скривилась.

Крыша над головой есть, кормить будут. И даже какие-то монеты, возможно, достанутся. Поживу, осмотрюсь, подкоплю и буду решать, куда податься дальше.

– А выходные? Свободное время бывает? – Ведрана пару раз хлопнула глазами, глядя на меня.

– В середине зимы твой первый вы-ход-ной, – по слогам передразнила она меня, – свободное время? Вот работу всю переделаешь и отдыхай. И хватит болтать. Оставляй свои вещи и айда работать.

Сама же развернулась и ушла, предоставив мне возможность скорее ощупать, чем оглядеть мою комнату. Окно крохотное, еле пропускало свет.

Размер… метра полтора-два квадратных. Топчан, от стены до стены заправленный каким-то вонючим тряпьём, и проход сантиметров двадцать. Все!

С другой стороны, постельное можно постирать, вымыть здесь все. Да и в большинстве своём я буду находиться в зале, а сюда приходить только переночевать. Ничего страшного. Привыкну, обживусь.

Монеты я заблаговременно подвесила в мешочек на шею. Поэтому сейчас поставила два своих свёртка и, поправив платок – его я не снимала, по совету Любы, – пошла работать.

– Бери ведро и тряпку и мой пол. – Ведрана кивнула в сторону зала.

Ну это понятно. Перед приходом гостей надо прибраться. Я взяла на кухне деревянное, огромное ведро и чёрную от грязи тряпку. Ничего, прополоскаю и порядок.

Воду мне помогла набрать Радка. Она так же, как и я, работала на подхвате у всех.

– Сегодня я на кухне, а ты в зале. – Первое, что сообщила она мне. Хорошо, я работы не боюсь. Заодно буду слушать чужие разговоры, узнавать таким образом новости и знакомиться с бытом людей. Отличный план? Но всё оказалось иначе.

Воду набирали во дворе, из колодца. Грязную выливали прямо на улицу, под ноги прохожим. С этим тоже понятно и я, расправив плечи, пошла мыть пол.

В первую же минуту в руку воткнулась острая рыбья кость. Ну кто же их на пол-то бросает? Впрочем, я стала осторожнее.

Битые черепки, остатки еды, следы рвоты. И это не полный список грязи на полу. Через час мои розовые очки разбились стёклами внутрь.

Сколько ни мой, ни меняй воду, но чище не становилось. Правда, под ногами перестало хрустеть, и вонь немного уменьшилась.

– Хватит намывать здесь, столы помой и иди мусор вынеси, да воду натаскай! – Хозяйка с меня не сводила глаз. И стоило лишь на мгновение остановиться, она окликала и давала новые указания.

Столы были заметно чище пола. Поэтому с ними я справилась быстро. Оттирать дочиста не стала. Первый раз проходила сильно смоченной тряпкой, второй раз собирала грязную воду. Порядок! Чистота!

Мусор? Его прямо на улицу, туда же, под ноги прохожим.

Затем помыла полы на кухне, в перерывах принесла пять вёдер воды. Или шесть? А из зала уже слышен шум.

– Не стой, иди в зал. Или мне самой заказы принимать?!

А? Какие заказы? Я вроде как уборщица? Но спорить не стала и направилась на шум.

Столько унижений я не испытывала никогда! Каждый! Буквально каждый норовил шлёпнуть меня по попе, или ущипнуть, или дотянуться до груди, или хуже того, задрать подол. Это не люди, а какие-то пьяные животные!

Выпивка подавалась в огромных, почти литр объёмом, глиняных кружках. Ведрана разливала их лично, а вот разносить, зажав по две кружки в руку, приходилось мне. Именно в этот момент меня и лапал каждый, мимо кого проходила.

На обратном пути следовало собрать пустые кружки и тарелки с остатками еды и отнести на кухню. Вернее, кружки Ведране, она тут же ополаскивала их в ведре и вновь наполняла. Нет, не мыла, а именно ополаскивала. А ведро, кстати, за весь вечер я не сменила. Не до того было.

В один момент послышались громкие крики, ругать, и гости, опрокинув стол с посудой, принялись драться. Кого-то повалили на пол и пинали ногами. Другого, схватив за волосы, били лицом об стол соседей. Те лишь отодвинулись подальше от суеты и продолжили пить.

Ведрана рванула через весь зал, громко ругаясь. Растащила драку, выдворила за дверь зачинщиков, предварительно вывернув их карманы и отобрав монеты. После чего поставила стол на место, а меня послала прибираться. Дескать, ждём новых гостей.

Ближе к полуночи одуревшие от дешёвого пойла мужчины начали расходиться.

За вечер мне отвалили десять медяков. Пять я тут же отдала Ведране.

– Прибери здесь, и на сегодня все, – забирая у меня деньги, распорядилась хозяйка. А я еле держалась на ногах. В суете забыла поесть, и сейчас валилась от усталости.

Но поняв, что моя смена почти закончилась, собрала остатки сил и пошла за ведром с тряпкой. Поем в своей каморке. У меня остались сухари, сыр и окорок.

После мытья полов и столов, пришлось ещё выносить мусор и принести два ведра воды, но это уже мелочи. Впереди ждал отдых! Какое счастье!

– На, поешь. – Повар Томо, перед уходом окликнул меня и поставил тарелку с жареной рыбиной и куском лепёшки. А ещё огромную кружку травяного чая. На него я и набросилась. Оказывается, очень хотела пить.

Затем, урча от удовольствия, съела рыбу и лепёшку. Да, рыба остыла и немного заветрилась, но не стала от этого хуже.

Томо наблюдал за мной, потом оглянулся, поднял взгляд на открытую дверь и наконец тихонько прошептал:

– Просись ко мне в другой раз. Там тебе долго не протянуть.

После чего забрал пустую тарелку и кружку и, отвернувшись, занялся своими делами.

Я поблагодарила его за совет и волоча ноги отправилась к себе. Хотела же убраться здесь – мелькнула мысль, когда я ложилась на кровать. Сейчас это было совершенно не важно. Я валилась от усталости. Ещё и кожу стянуло на руках, а мелкие ранки саднили. Всё завтра!