Глава 15 Принятие

Марина Ивановна надолго не задержалась: оставив визитку с адресом ее работы, заверила меня, что родителям ничего не будет говорить до получения результатов теста или до их возвращения с моря, смотря что произойдет раньше. И уговорив меня приехать в "Василек" — тот самый дом малютки, сегодня во второй половине дня, отбыла по своим делам. На вопрос, почему нужно приехать именно сегодня, она так ехидненько посмотрела на меня и заявила:

— Я, конечно, понимаю, начальник IT-отдела и знать не знает, когда лучше всего решать сомнительные вопросы, но ты-то, Антон, вроде не совсем дурак, и понимаешь — лучше всего все неофициальные встречи и запросы делать без лишних свидетелей.

Ну что я могу сказать — уела.

Согласившись с ее доводами, скрепя сердце пообещал приехать не позднее трех дня. Закрыв за гостьей дверь, посмотрел на часы — одиннадцать. Значит, у меня есть в запасе еще пара часов, чтобы побыть с Кнопкой. Ну и вообще решить, что ей говорить, как ей об этом сказать и стоит ли сейчас затрагивать эту тему.

Взяв ключи от ее квартиры, отправился к своему маленькому, но такому нужному счастью. Привычно вставив ключ в замочную скважину, неожиданно замер, вдруг поняв, что это, скорее всего, последние два часа вместе с Аленкой. Просто последние. Тянуть ее за собой в водоворот неожиданно рухнувших на меня новостей, влекущих за собой кучу проблем, я просто не имею права. Да и как можно ожидать от девчонки, пусть и двадцатипятилетней, с которой отношения только-только начались, того, что она, выслушав историю про ребенка, радостно улыбнется и скажет: "Эй, Антошка, дети — это круто, я тебе помогу". Бред! Такого даже в сказках не бывает!

Поэтому, отдернув руку с ключами от двери, я решительно нажал на звонок.

Дверь распахнулась уже через секунду, Кнопка будто ждала меня. Но у нее был такой удивленный взгляд, что тут же стало понятно — нет, просто была рядом.

— Антон, ты чего звонишь? Заходи давай, — распахнув дверь шире, Алена очень внимательно посмотрела на меня. — Что-то ты фигово выглядишь. Что случилось?

Искреннее беспокойство в голосе, да и во взгляде этой малышки, чуть не швырнули меня на колени. Только сейчас, глядя в такие родные глаза, я понял, как мне будет плохо без нее.

Не говоря ни слова, потянул ее за собой в комнату. К черту завтрак, чай, кофе и все, что мы планировали на день. Сейчас мне хотелось просто сидеть на диване, держа в руках гибкую девчонку, и молчать. Что я и сделал: сев на мягкое сиденье, сгреб Алену в охапку и, уткнувшись носом ей в шею, затих. Сил говорить во мне не было. Слишком сумбурные мысли, слишком сложно собраться с силами и честно сказать ей: "Знаешь, скорее всего, у меня есть сын. Правда, я не очень знаю, от кого, и как это получилось, но он в детском доме и …".

Да, черт возьми, я даже в мыслях не мог сказать фразу, что нам лучше прекратить все отношения. Я слишком эгоистичен, чтобы отказаться от Аленки, и слишком труслив, чтобы быть честным в этой ситуации.

Аленка, как всегда тонко чувствующая мое настроение, не стала задавать вопросы. Немного поерзав на моих коленях, она устроилась поудобнее и, обняв, как маленького ребенка, стала гладить по голове.

Наверное, она волшебница, потому что от таких простых действий мне стало чуточку легче дышать, а голова наконец-то начала работать более четко. Марина Ивановна сказала, что пацану два месяца. Значит, горе-мамаша забеременела в августе прошлого года. Поднапряг свою память и вспомнил несколько весьма горячих встреч с Вероникой — Никой. Все то же модельное агентство, все те же знакомые лица. Вечеринка в честь новой коллекции какого-то молодого, но очень перспективного дизайнера ювелирки, и мои леди в полном восторге от того, что именно их отобрали в число тех пяти девушек, которые будут рекламировать эти блестящие побрякушки. Вот там-то с Никой мы и познакомились. А потом познакомились чуточку ближе. А потом и совсем неприлично близко. Она тоже была в числе тех "избранных" счастливиц, и мы славно зажигали с ней в течение месяца.

Естественно, почти год спустя я не мог вспомнить, был ли у нас незащищённый секс, тем более с учетом того, что несколько встреч у нас проходили в откровенно неадекватно-пьяном состоянии. Но зато я точно мог сказать — если Ника не рожала два месяца назад, то Тимошка точно не мой сын. Все-таки была своя прелесть в моем постоянстве с партнершами для секса. По крайней мере, я точно знал: девчонки мне сюрпризов не подкидывали.

Вот так, под ласковыми руками Аленки, у меня в голове появились первые пункты безумного плана.

Первое: съездить в "Василек".

Второе: познакомиться с ребенком и сдать анализы.

Третье: найти номер Ники и спросить ее.

Хотя, возможно, стоит последние два пункта поменять местами. И появляется неплохой такой шанс, что и с Аленкой мне не придется расставаться, может, это все и вовсе какая-то нелепая ошибка. Совпадение, не более того. Естественно, так или иначе, но Кнопке я обо всем расскажу, но для начала нужно более точно знать, о чем именно говорить. Сейчас же… Сейчас все настолько непонятно, что просто нет смысла волновать малышку.

— Ален, ко мне сегодня приходила подруга мамы, ну, я тебе писал, — наконец-то я нашел в себе силы заговорить. — Нарисовались проблемы, которые пока еще непонятно, к чему приведут. Но решать надо…

Кнопка молчала. Молчала, когда я начал говорить, молчала же и когда я остановился, подбирая слова и не зная, как объяснить ей ситуацию, не рассказывая самого главного. Она молча поддерживала меня, ни на секунду не прекращая движения своих рук.

— Малыш, прости, но пару дней, может быть, чуть дольше, мы, наверное, не сможем видеться, я тебе потом все расскажу, но…

— Но сначала тебе самому нужно разобраться?

Вскинул голову и посмотрел на это чудо, что спокойно сидело у меня на руках и мягко улыбалось.

— Ты самая удивительная девушка. Веришь?

Аленка с тихим смехом взъерошила мои волосы и, обхватив ладонями щеки, нагло лизнула меня в нос. Видя мое возмущение, чертовка звонко рассмеялась и, уничтожив следы своего хулиганства, начала буквально зацеловывать мое лицо. И не остановилась до тех пор, пока я не начал смеяться. Только услышав мой смех, она успокоилась и, посмотрев мне в глаза, с абсолютно серьезным видом выдала:

— Если нужен будет помощник, чтобы закопать труп, только свистни!

— Алена!

— А что я? Я просто предлагаю тебе помощь, цени!

Опрокинув чертовку на диван, навис над ней, заглядывая в потрясающие глаза цвета растопленного шоколада.

— Ты самая лучшая…

— А ты прекрати прокручивать в голове свои проблемы по кругу, а то я так и слышу скрип ржавых шестеренок, — она скорчила забавную моську и, легко стукнув меня в плечо, уже совсем с другими интонациями продолжила: — Пошли, мужчина, я тебя накормлю. Какая бы жопочка ни происходила в этой жизни, тебе в любом случае понадобятся силы.

Не удержался и поцеловал ее. А кто бы смог удержаться?

А потом был поздний завтрак, и минуты тишины, наполненные молчаливым участием. Провожая меня, Аленка чуть было не спалила все мои предохранители, поцеловав так, что я едва не сгорел на месте. Ну я-то, конечно, остался цел, а вот за некоторые части своего белья я не так уверен. Но, как ни странно, после этой ее выходки я уходил с полной уверенностью — смогу справиться с любыми напастями.

Особенно после того, как Кнопка, перед тем как закрыть дверь, тихо прошептала:

— Звони, я всегда рядом.

Черт, вот теперь я точно был готов землю перевернуть, но сделать все, чтобы не потерять ее.

Дорога до дома малютки прошла словно в тумане, дикое волнение заставляло меня внутренне дрожать. Вот теперь я понимал многих девочек с их истериками от волнения. В первый раз в жизни я чувствовал, как у меня зад припекает от мыслей. Ну кто бы мог подумать. Чтобы хоть как-то отвлечься, написал Лоле с просьбой раздобыть мне номер Вероники и как можно скорее, вот буквально вчера. Девушка, как ни странно, не стала задавать никаких вопросов и даже язвить, хотя это было бы логично. Вместо этого буквально в течение пяти минут она прислала мне номер со странной припиской "Удачи". Это что, было благословение на секс с ее соперницей, или Лола что-то знает, о чем не знаю я?!

Но, как бы то ни было, в муниципальное здание я заходил уже вполне готовым к любому развитию событий.

Ну, почти к любому, как оказалось, я был совсем не готов к тому чувству щемящей нежности, затопившему меня, стоило только посмотреть в голубые глаза ребенка, который, лежа в кроватке с высокими бортами, сосредоточенно мусолил свои пальцы.

Крепкий малыш с ямочками на щечках, темным пушком на голове и с розовыми пятками был словно ожившей ксерокопией моих детских фотографий.

Я смотрел на Тимофея и не мог дышать. Просто забыл, как это делается. И с каждой секундой, что я рассматривал этого маленького человечка, во мне крепла уверенность — он мой. Вот просто мой. Весь, от крошечных пальчиков на ногах до темной макушки.

Марина Ивановна уверенными руками подхватила Тимку, и повернула ко мне спинкой, показывая то самое родимо пятно. Да, оно там было. И оно, пусть и немного не такое четкое, как у меня, определенно было похоже на бабочку.

С ума сойти можно, у меня всё-таки есть сын.

Но я собрался с силами и, вытеснив все сопливые мысли из головы, решительно потянулся за телефоном.

— Марин Иванна, мне нужно сделать один очень важный звонок. Потом мы с вами все обсудим.

Дождавшись в ответ молчаливого кивка, вышел в коридор и дрожащими пальцами набрал номер Ники.

— Да.

Звонкий, счастливый женский голос раздался в трубке буквально пару гудков спустя.

— Ника, привет, это Антон Гаан…

— Ой, Антошка, — голос сразу изменился, из довольного и уверенного став каким-то заискивающим. — Давно не слышались. Как дела?

Девушка явно пыталась свернуть разговор в русло дружелюбной "встречи" старых знакомых. Вот только настроение у меня было совсем не то.

— Ника, скажи, это правда? Он мой?

В трубке повисла тишина, я слышал лишь напряженное дыхание девушки. Она молчала, а я сейчас был весьма нетерпелив, поэтому, досчитав до десяти и не дождавшись ответа, не выдержал и тихо рыкнул:

— Ника!

— Уже сообщили, значит. Не думала, что все так быстро получится.

Больше не было веселья в голосе. Собранная, серьезная, совсем другая Вероника. Такой я не знал ее.

— Слушай, Антон, я понимаю, должна была тебе сообщить и как-то решить этот вопрос вместе. Возможно, вообще не стоило оставлять его, но… В общем, да, он твой и я сделала, как посчитала нужным. В конце концов, это был твой, можно сказать, прощальный подарок. Так что давай без выяснения отношений.

Слушать дальше я не стал. Молча скинул вызов и, убрав телефон в карман, со всей злостью, клокотавшей сейчас во мне, впечатал кулак в нарисованную радугу на стене. Дрянь! Бесчувственная, расчетливая дрянь!

Выпустив пар и кое как взяв себя в руки, вернулся в комнату, где меня ждала Марина Ивановна с Тимошей.

— Когда можно сдать анализы?

Я стоял и смотрел на взрослую серьезную женщину с беспокойными морщинками вокруг губ, и ждал ответа. Не стал объяснять ни своего состояния, ни разбитых костяшек, не ускользнувших от цепкого взгляда Марины Ивановны. Она всегда была такой, сколько я себя помню, всегда замечала даже незначительные мелочи, но с вопросами не лезла. А я не считал нужным говорить о том раздрае, который был у меня на душе. Сейчас у меня была одна цель. Забрать своего ребенка из этого места. К черту. Анализы я, конечно, сдам, родителям нужно будет все объяснить и лучше, чтобы у меня были аргументы более весомые, чем "ну, у меня, кажется, был незащищённый секс с одной дурой. И потом, он очень на меня похож". Но оставить пацана тут я не могу. Не могу и все тут!

— Анализы только в понедельник. Антон, что…

— Марин Иванна, давайте четко и по делу. Девяносто процентов на то, что это мой ребенок. Да вы и сами так думаете, иначе не пришли бы ко мне. Есть возможность забрать парня отсюда до получения результатов?

Женщина, окинув меня серьезным взглядом, кивнула каким-то своим мыслям и, положив Тимоху в кроватку, кивком головы позвала за собой. Через пару минут мы оказались в ее кабинете. Где она, не размусоливая и опустив лишние "реверансы" про нарушение закона, озвучила возможные варианты. Обсудив с ней каждый из них, мы сошлись на временной опеке.

Да, процедуру придётся сильно ускорить, в чем-то идя на откровенные…кхм… скажем так, взятки, но, тем не менее, если все получится, то уже на этой неделе я смогу забрать сына к себе. Чем это грозит Марине Ивановне, если все вскроется, я даже боялся представить. Но она сказала не волноваться по пустякам, и я решил ей довериться. От меня требовалось только одно — перевести ей энную сумму денег на счет и подготовить свою квартиру к приему сына. В этом она тоже обещала помочь, выслав список необходимых вещей на первое время.

Распрощались мы с ней до понедельника. В конце, буквально в спину, мне прилетел совет, который заставил меня споткнуться:

— Почитай в интернете о детях и как за ними ухаживать…

Очень нужный совет. Я ведь ни черта не знал, что делать с ребенком!

Замерев на крыльце дома малютки, посмотрел в голубое безмятежное небо.

Поверить не могу — сын. У меня есть сын и скоро он будет жить со мной!

Как же я справлюсь?!

Вспомнив сосредоточенное личико ребенка, понял — справлюсь. Не знаю как, хоть через епана мать, но справлюсь! Ради мелкого научусь.

Антон — отец, ну с ума же сойти можно!

Спустившись с крыльца, отправился домой, навстречу своей новой, неожиданно взрослой жизни…