Глава 12. Февраль

Искушение... Раньше Таисия считала, что это просто красивое название, придуманное для того, чтобы привнести толику запредельного во вполне естественные и понятные процессы, заставить играть обычное возбуждение яркими красками, придавая ему лёгкий флёр. Но сейчас она понимала, что оно означает  на самом деле, чувствуя это на своём собственном теле, охотно подчиняющемся малейшей повелительной нотке, исходящей от Алексея. Ис-кус. Сладкое, короткое слово, вырывающееся изо рта продолжительным "ссссссс" вместе с выдохом стона и вновь наполняющее лёгкие мягкими гласными, нивелирующими разницу между пряностью и горечью, пребывающими в нём рука об руку. Оно пританцовывало на её теле кончиком его языка или нетерпеливыми подушечками пальцев, зарождало миниатюрные извержения вулканов под кожей, ласкало слух и вводило в исступленное состояние так, что даже разлука казалась не столь невыносимой, стоило ему лишь парой сказанных или написанных фраз напомнить о себе. Алексей забрался глубоко внутрь вместе с воздухом, вдыхаемым ею, и дёргал за ниточки, видимые только ему одному, умело перемещая их между пальцев. Даже мнимое его присутствие наполняло её восторгом ожидания грядущей встречи, ввергая в истому предвкушения. Это было самое настоящее сумасшествие. Словно всплеск гормонов, происходящий у большинства в подростковом возрасте довольно бурно, в подходящее время обошёл её стороной, познакомив лишь с азами плотских утех, а сейчас, сделав крюк по объездной, внезапно нагрянул в гости вместе со своими обещанными искорками, полыхающими внутри, головокружением и щемящим ощущением в груди. Между ними было сказано многое, но ни слова о любви. Периодически оно подкрадывалось к краешкам её губ, опасаясь сорваться с них  в самые горячие моменты их близости, но так и застывало на губах, не решаясь вырваться вместе с громким вскриком наслаждения, лишь взрывалось огоньками фейерверка в её голове. Она не хотела первой говорить о чувстве, всколыхнувшем всё её существо, перевернувшим жизнь с ног на голову, упорно дожидаясь этих слов от Алексея, который шептал их ей постоянно, но только не в том контексте.

Я люблю твои сладкие губы...

Я люблю, когда ты обхватываешь меня изнутри и сжимаешь...

Я люблю смотреть, как ты двигаешься...

Я люблю чувствовать языком, как ты кончаешь мне прямо в рот...

Так много люблю, но всё немного не то. Всё на грани, остро и пряно, ударяет бешеным кровотоком прямо в мозг, наполняя его эйфорией. Но ни одного "Я люблю тебя..."

Надо было признаться себе самой, что если поначалу она думала о нём как только о желанном сексуальном мужчине, то теперь она воспринимала его немного иначе, подмечая мелкие привычки и черты характера, делающие его привлекательным в её глазах. За него говорило многое: непоколебимая уверенность в себе и напористость во всём, как в их отношениях, так и в бескомпромиссном ведении бизнеса. Собственническая натура, жадная до всего, что становилась объектом его желания. Белое и чёрное в нём тесно переплетались между собой, рисуя его завершённый образ в её воображении. А ещё её трогала его привычка курить: быстро прикуривать, делать пару глубоких затяжек и оставлять тлеть сигарету зажатой между пальцев или класть её на край пепельницы. Он словно отгораживался от неё тонкой завесой сигаретного дыма и смотрел через него пристально, чуть прищуриваясь. Наверняка, не будь этой привычки, она с таким же успехом нашла взамен другую, которая казалась бы ей не менее интимной, но... В очередной раз ловила себя на мысли, что начинает постоянно витать в облаках, даже будучи на работе, оставаясь наедине. Его имя чудилось ей везде: в заглавных названиях фирм, с которыми ей приходилось иметь дело, оно выискивалось среди страниц договоров, шаловливо прячась между слов, даже краем уха иногда улавливала его имя в прочих разговорах...

- Олег Константинович, у вас назначена встреча с Симоновым, просили напомнить Вам...

Таисия вынырнула из забытья, спустившись на землю. Нет, на этот раз не послышалось. Секретарь генерального директора, Елена, по телефону напоминала директору о предстоящей встрече.

- Хорошо, как скажете. Отменить или перенести на другой, более подходящий для Вас день?

Елена безмятежно выстукивала длинными красными ногтями по клавиатуре, даже не глядя на неё, устремив взгляд на монитор, зажав трубку телефона между ухом и плечом.

- Хорошо, я предупрежу Алексея Владимировича, что подходящее время встречи будет оговорено несколько позднее.

Аккуратно положила трубку телефона и вопросительно взглянула на Таисию.

- Вы что-то хотели, Таисия Станиславовна? - подчёркнуто холодно обратилась она к ней, давая понять, что ей не нравится присутствие праздно любопытствующих.

- Разумеется, Елена. Вы около часа назад должны были принести мне входящие коммерческие предложения. Или вы ещё не успели их зарегистрировать?

На холёном лице брюнетки отобразилось недовольство собственной оплошностью, она потянулась к бумажному накопителю, стоявшему перед ней в поисках нужной папки.

- Как только найдёте, сразу принесите мне в кабинет.

Папка уже была в руке Елены, когда Таисия развернулась и пошла к себе, с улыбкой слушая стук каблуков секретарши, идущей вслед за ней. Нужно было всего лишь протянуть руку и взять папку, но время от времени она позволяла себе некую долю злорадного удовольствия от того, что ставила на место стервозную секретаршу, иногда слишком высоко задиравшую свой нос. Елене, полыхающей ледяным негодованием, пришлось ждать, пока Таисия откроет дверь кабинета ключом, удобнее усядется в кресле, уберёт со стола лишние бумаги,  и только после этого соизволит взять из рук секретарши папку.

- Спасибо, Елена, - ласково улыбнулась Таисия и углубилась в изучение бумаг, стараясь сосредоточится на содержимом, но отчего-то имя Алексея, случайно услышанное ею в разговоре, не давало ей покоя. Интересно, что ему могло понадобиться от их фирмы, никак не связанной со страхованием? Напрямую спросить Олега Константиновича она бы не решилась, несмотря на то, что он был одним из друзей её отца. А спрашивать Алексея ей не хотелось, она чётко решила для себя, что её не касаются его деловые отношения с партнёрами, какими бы они ни были. Но всё же крючок был закинут и не давал ей покоя, даже несмотря на то, что день был загружен донельзя и пришлось задержаться, заставив Алексея, вернувшегося накануне ждать её у офиса.

- Ты выглядишь усталой, - мужчина прижал её к себе, испытующе заглядывая к ней в глаза.

- Выдался тяжёлый день, - честно призналась Таисия.

- Позволь мне показать тебе кое-что, - Алексей завёл автомобиль и понёсся по вечерним улицам, - хочется, чтобы ты увидела всё своими глазами, а не с моих слов.

Что бы это могло быть? Он отшучивался, но не желал раскрывать своего секрета. Таисию с одной стороны накрыло любопытство, вытеснившее из головы сомнения, с другой стороны она чувствовала себя измотанной и ей хотелось как можно скорее добраться до дома и, отбросив сапоги на высоком каблуке далеко в сторону, дать себе расслабиться. Здесь недалеко, пообещал Алексей, но перед ними далеко впереди простиралась пробка из автомобилей. Пришлось поспешно выруливать и ехать другим путём, но и тут их ждал подобный сюрприз, заставивший их томиться ожиданием. Когда, наконец, Алексей приехал к месту назначения, время уже перевалило за отметку в двадцать один нуль-нуль. Перед глазами Таисии возвышался один из престижных бизнес-центров.

- Я хочу показать тебе свой будущий офис, - Алексей распахнул перед ней двери, вводя её внутрь. Охранник лишь проводил их фигуры взглядом, явно узнавая мужчину, -  он ещё пустует. Но помещения уже арендованы. Совсем скоро я смогу, наконец, осесть здесь и не мотаться между двумя городами.

Таисия согласно шла под руку с Алексеем, встречая редких, спешащих убраться восвояси сотрудников скопища всевозможных контор, соседствовавших друг с другом под крышей огромного бизнес-центра. Алексей  охотно демонстрировал ей помещения, по большей части пустующие, рассказывая о том, что где будет находиться и как функционировать. Она слушала его, особо не вдаваясь в подробности, просто наслаждаясь тембром его голоса и чувствуя волны энергии, исходящие от него. Сегодня он был взбудоражен и полон сил, тогда как она с точность до наоборот.

- А здесь будет мой кабинет, -  он приглашающим жестом распахнул перед ней дверь молочного цвета, открывая пространство огромного кабинета, уже частично обставленного. В одном углу стоял кожаный диван светло-бежевого цвета, в тон ему соответствовало кресло, расположенное у массивного стола.

- Неплохо, - прокомментировала Таисия, осторожно ступая внутрь пространства, подсвеченного лишь одним бра на стене.

- Мне не нравятся светильники, пришлось заказывать другие, - заметил Алексей, - уже не терпится покончить со всей этой канителью и приступить к набору персонала. Первые лица, разумеются, останутся прежними, а вот всех остальных придётся подыскивать. Ты не слушаешь меня?

Он легонько сжал её пальцы.

- Слушаю, просто в голове крутится всё подряд, и работа никак не выходит...

- Тяжёлый день?

- Верно, Лёша. Хотя проще будет сказать, тяжёлые деньки на фирме.

- Может, пора подумать о чём-то другом, Тася? В непростые времена приходится принимать трудные ответственные решения, в то время как некоторые стремятся обвинить в собственных ошибках своих подчинённых...

Она не понимала, к чему он клонит и на что намекает, а Алексей тем временем продолжил:

- Скажи, как в действительности идут дела на фирме твоего шефа? Всё же ты не простой офисный планктон, а занимаешь высокую позицию, с которой картина представляется более ясной, чем извне, - Алексей уселся в глубокое кресло, не отнимая своей руки, поглаживая её ладонь своими пальцами. Она мгновенно напряглась от его вопроса, неприятно резанувшего вслух, а в голове разом вспыхнули слова её отца о способах ведения бизнеса Алексеем и всё то, что довелось услышать ей самой. Она попыталась освободить кисть из захвата его пальцев, но он лишь крепче сжал её ладонь, обхватив и второй рукой, заключив в замок из переплетённых пальцев.

- Мой отец говорил, что невозможно отделить себя от бизнеса, и рано или поздно ты срастаешься со всеми приёмчиками, что приходится применять на практике. Но мне хотелось бы верить, что я смогу не смешивать эти два понятия так долго, как только смогу, - голос немного дрожал, но всё же высказаться решимости у неё хватило. Алексей молча смерил её взглядом, выражения которого было не разобрать из-за густых сумерек в комнате. Был виден лишь потемневший овал лица с тенями, ложившимися на него. Потом он внезапно рассмеялся, дёргая девушку на себя так сильно, что она, не удержавшись на высоких каблуках, приземлилась на его колени.

- Так вот значит, что на самом деле ты думаешь обо мне? Наслушалась сплетней обо мне или твой отец, осторожно вынюхивающий информацию обо мне некоторое время назад, принёс тебе её на блюдечке?

- Мне не нравится тон, которым ты говоришь о моём отце, - упёрлась ладонью в его грудь, с гулко бьющимся сердцем, чтобы предотвратить сближение.

- Я думал, что ты находишься с ним не в самых тёплых отношениях, - мягко усмехнулся Алексей.

- Да, но это касается только меня и его, больше никого.

- Веришь слухам, Тааася? - руки мужчины крепко обхватили талию, согревая жаром ладоней через тонкую ткань блузки.

- Не только слухам, Лёша, - возразила она, намекая на слышанные ей разговоры, исходящие от него.

- Да, но какое это имеет для тебя значение? - иронично воздел бровь и испытующе смотрел прямо в глаза, не давая возможности отвести взгляд.

- Никакого, пока это не касается меня и дорогих мне людей.

Алексей резко подался вперёд, прижавшись губами к нежной коже шеи, спускаясь к выступающей ключице в распахнутом вороте блузки, провёл языком по ней и запечатлел быстрый поцелуй на пухлых губах, находящихся в соблазнительной близости.

- На самом деле, Тася, я спрашивал об этом с совершенно другой целью. Я слышал, что Олег Константинович закрывает парочку филиалов, способных приносить стабильный доход. От подобного лакомого куска не отказываются просто так. Я решил, что фирма его превращается в тонущий корабль, с которого лучше сойти сейчас, пока ещё гордо развевается флаг и репутация не испортилась настолько, чтобы отбросить тень на всех причастных к управлению организацией.

- Решил спасти? - усмехнулась Таисия.

- Или просто перетянуть тебя к себе поближе. Я практически не сижу на одном месте, большую часть времени находясь в разъездах. Но если бы знал, что по офису разгуливает моя горячая девочка, бывал бы здесь гораздо чаще. Меня возбуждает только одна мысль о тебе, затянутой в эту неимоверно тугую юбку с тонким шёлком кружева между стройных ножек, - он прижался к шее, втягивая носом аромат её кожи, - даааа, Тася, я определённо появлялся бы в офисе только для того, чтобы приласкать тебя прямо здесь, на моём столе, запустив глубоко в тебя пару пальцев.

- Боюсь, тогда я была бы не особо ценным работником, - усмехнулась Таисия, втайне радуясь тому, что юбка на самом деле настолько узкая, что едва позволяет поднять ногу на высоту ступеньки, не более того, иначе бы Алексей уже собственнически расположил её ноги по обе стороны своих бёдер, бесстыже лаская отзывчивую плоть прямо через ткань трусиков. И несомненно, едва прикоснувшись бы к ней, сразу бы понял степень её возбуждения, отзывающегося пульсацией клитора. Нет, это было самое настоящее безумие - зависеть вот так от кого-то, изнывать от желания и по малейшему зову превращаться в ласковую, податливую куклу. И несмотря на явственный голод плоти, зовущий откликнуться на его слова, она лишь приложила палец к его губам, призывая замолчать, и встала, пройдя к двери кабинета.

- Сегодня был непростой день, может, отвезёшь меня домой?

Алексей выглядел несколько разочарованным, весь его вид говорил о том, что  он был готов взять её здесь, в своём роскошном кабинете, возможно прижав оголённой грудью к холодной столешнице или, задрав юбку до талии, заставляя её взвиваться вверх и опускаться вниз на его возбуждённый член. Это были бы потрясающие минуты горячего секса, доводящего их обоих до изнеможения, удовлетворяющего так, что после очередного столкновения они долго плавали бы в блаженной неге, но сегодня ей хотелось большего, чем просто вспышки оргазма, слепящие глаза, ей хотелось ясно видеть и чувствовать, наслаждаться увиденным, а не брести вслепую, следуя лишь инстинктам.

- Как скажешь, сладкая моя, -  он широко улыбнулся и пошёл вслед за ней, не преминув сжать упругую круглую попку, обтянутую тканью, - кстати, это тебе. Хотел подарить немного позднее, но почему бы не сделать это сейчас?

Он достал из кармана пиджака коробочку, обтянутую белым бархатом, открывая её ловким движением: на мягкой ткани подушечки лежали миниатюрные золотые часики, поблёскивающие от света ламп в коридоре. Алексей застегнул защёлку браслета на тонкой кисти, поцеловав кончики пальцев. Стильная, дорогая безделушка прекрасно смотрелась на руке, призывно подмигивая игрой света на дорогом металле.

- Спасибо, они чудесные.

- Нет ничего чудеснее тебя, - заверил её мужчина, взяв под руку, - наверное, ты права, уже довольно поздно, и я совсем замотал тебя. Я отвезу тебя домой, тебе нужно отдохнуть.

Ей не верилось, что он не предпримет ещё одну попытку соблазнения, но Алексей сдержал своё слово, выдавая своё желание только голодным взглядом. Ей захотелось проверить его на прочность и хотя бы раз повести игру так, как того хотелось бы ей. И сегодня она выбрала "нет", просто для того, чтобы почувствовать, что она не идёт у него на поводу всё время их знакомства. Она не знала, что тому было виной: то ли вопросы Алексея о фирме друга её отца, то ли просто сиюминутный каприз и маленькая толика стервозности. Конечно, он долго целовал её на прощание, не желая отпускать из крепких объятий, заставляя изнывать её от возбуждения, но внезапно в ней проснулось упрямство, спящее до сих пор. "А посмотрим-ка", - дерзко шепнуло оно ей в ухо и придало сил настоять на своём, оставив желанного мужчину неудовлетворённым впервые. Более того, ей вдруг взбрело в голову сделать парочку провокационных фото перед сном, которые она  не преминула послать ему. Ничего сверхъестественного, просто снимки в отражении зеркала: на одном фото рука оттягивает вниз резинку миниатюрных трусиков, а на втором обхватывает грудь, сжимая её, и ниже подпись "Разрешаю тебе пошалить, сладких снов". Отключила звук на телефоне, увидев на экране входящий вызов от него сразу после того, как он прочёл её СМС. Не сегодня, Лёша, пропела она мысленно, снимая с руки часики. Пришлось убрать их подальше. В оглушающей тишине спальни их мерное тиканье слышалось особенно отчётливо, мешая ей заснуть. Тик-так, тик-так, словно что-то скребётся изнутри, отмечая ещё один рубеж выделенного ей срока.