Глава 13. Константин.

Бар «Нечистый котел». Утро.

Я не спал всю ночь.

Сидел на полу в подсобке, держал её за руку и смотрел, как она спит. Потом рассвело. Потом она заворочалась, засопела и наконец открыла глаза.

— Ты чего на полу? — спросила хрипло.

— Пол мягкий.

— Врёшь.

Она села, потянулась, поморщилась — спина затекла от неудобной позы. Я помог ей встать, подал куртку. Она натянула её прямо на майку, сунула ноги в ботинки и пошлёпала в зал.

— Есть хочу, — объявила на ходу. — И кофе. И вообще, чего это бар не работает? Клиенты придут, а мы спим.

— Клиенты придут через три часа.

— А если придут через два?

— Доми, сядь и не бухти.

Она плюхнулась за стойку, я включил кофемашину. В баре было тихо, утренний свет сочился сквозь грязные стёкла, Пес ещё не приехал, Кика не приползла. Только мы.

Я налил ей кофе. Она взяла кружку, отпила, зажмурилась.

— Жизнь налаживается, — сказала довольно.

Я смотрел на неё и считал дни.

Семнадцать осталось. Семнадцать дней до первого снега, если верить прогнозам синоптиков. Семнадцать дней, чтобы придумать, как её защитить.

Она тем временем достала из кармана какую-то цветную бумажку. Флаер. Развернула, уставилась, потом вскинулась:

— Кость! Кость, смотри!

Я подошёл. Она ткнула пальцем в яркую картинку — каток, огоньки, счастливые люди.

— Тут каток открывают. В центре. С завтрашнего дня. Пойдём?

Я замер.

Каток. Лёд. Холод. Снег. Первый снег выпадет — и тогда...

— Кика говорит, там снежные йети главные, — продолжала Доми, не замечая моего лица. — Представляешь? Йети на катке. Это же цирк. Они, наверное, в валенках катаются.

— Доми...

— А ещё можем снега подождать, — она задумалась. — Красивее будет. Когда первый снег выпадет, там скидки и бесплатный кофе. Кика видела в интернете. Представляешь? Первый снег, каток, мы... — она подняла на меня глаза. — Кость? Ты чего?

Я смотрел на неё и не мог сказать.

Не мог сказать, что первый снег — это срок. Что ведьма нагадала смерть. Что я боюсь даже думать о том, что случится через семнадцать дней.

— Ничего, — сказал я. — Просто задумался.

— О чём?

— О том, что ты самая странная демоница из всех, кого я знаю.

— Это комплимент?

— Это факт.

Она фыркнула и снова уткнулась во флаер.

— Так пойдём? На каток. Когда снег выпадет. Это же романтично, да? Снег, лёд, мы, все дела...

Романтично.

Кровь на снегу. Холодное тело. Разорванная шея.

— Пойдём, — сказал я. — Обязательно пойдём.

Она расплылась в улыбке. Счастливая. Доверчивая.

— Только уговор, — добавил я. — Никуда без меня. Ни на шаг. Даже если йети позовут кататься.

— Ревнуешь к йети?

— Ко всем.

— Дурак, — она чмокнула меня в щёку и спрыгнула со стула. — Пойду душ приму. А ты пока придумай, чем кормить зомби во вторник. Им мозги нужны, а поставщик молчит.

Она ушла в подсобку, где был маленький душ для персонала.

Я остался один.

Стоял, смотрел на флаер, который она оставила на стойке. Каток. Снег. Первый снег.

Я не знал, кто этот вампир. Не знал, откуда он придёт. Но я знал одно: я буду рядом. Каждую секунду. Каждую минуту.

И если кто-то посмеет тронуть её...

Я сжал флаер так, что он порвался пополам.

Семнадцать дней.