Глава 2

Через несколько секунд на улицу вышел и папа. С его появлением мое странное и холодное, как сталь, чувство дискомфорта немного ослабло.

— Девочки, обед уже почти готов! — позвал он нас с Ладой и заглянул в свой смарт.

Я помогла сестре, забрав плед и подхватив свои кеды. Мы направились к крыльцу, и чем ближе я становилась к высокому незнакомцу, тем отчётливей ощущала странную металлическую энергетику, исходившую от него. Этот человек мне совершенно не понравился. Не внешне. Внешне мужчина выглядел вполне привлекательно для своих лет. А на вид ему было лет сорок, не больше. Высокий и широкоплечий. Светло-русые волосы с немного длинноватой челкой были небрежно зачесаны пальцами назад. Обычная белая рубашка с собранными на локтях рукавами. Обычные тёмные хорошо выглаженные брюки, подчеркивающие вполне стройные длинные ноги. Такие ноги вполне могли принадлежать или пловцу или танцору.

Но несмотря на всё это, что-то в нашем госте меня отталкивало. Какой-то холодный металл во взгляде. Или причина крылась в том, что этот самый взгляд был направлен на меня? Обычно, хоть какую-нибудь крупицу информации можно считать с выражения лица человека, но не в этом случае. Он просто стоял рядом с отцом и лениво наблюдал за тем, как мы шли с Ладой.

— Мать уже на стол накрывает, — произнес отец и спрятал телефон в кармане брюк. — Чем вы там занимались?

— Бабочек фотографировали! — охотно ответила Лада. — Но у меня ничего не получилось. Только у Агуси. А еще я вот венок сплела. В прошлый раз он распался, но сегодня, кажется, всё получилось, как надо, — тараторила сестра. — Смотри.

— Молодец, — кивнул папа, посмотрев на результат кропотливой работы Лады.

— Достойно, — сдержанно прокомментировал наш гость и едва заметно кивнул, будто одобряя.

— Дарю, — не растерялась сестра, и протянула венок мужчине.

— Лада, не приставай, — нахмурился отец.

Но гость отнесся к предложению с неожиданным энтузиазмом. Он охотно взял венок и тут же надел себе на голову, немного сместив набок.

— Благодарю. Надеюсь, мне идет?

— Очень, — улыбнулась Лада со всей присущей ей детской непосредственностью.

— Идемте скорее в дом, — поторопил нас всех папа.

Гость вежливо пропустил нас с Ладой вперед. Теперь он с этим пышным венком на голове выглядел немного чудаковато.

Мама на кухне уже во всю хлопотала. Без преувеличения именно кухню можно было смело назвать маминым царством. Здесь всё было расставлено и разложено по схеме, известной лишь ей одной. Помощников мама во время готовки просто терпеть не могла. Эту аксиому я уже ни раз успела усвоить на собственном опыте. А раз уж на ужин у нас сегодня оставался еще и гость, то без приглашения на кухне вообще делать посторонним было нечего.

Мы с Ладой быстро вымыли руки и сели за стол. Мама заканчивала последние приготовления.

— Агния, как дела в центре? — спросила она, накладывая всем по очереди ароматное рагу с курицей.

— Отлично, — ответила я и не стала развивать эту тему, потому что на кухню вошли папа и его друг.

Он уже снял венок, и стальная неприветливая энергетика снова стала острой и неприятной. Мой взгляд на секунду задержался на шее, с правой стороны, кажется, выглядывал уродливый шрам от ожога. Я поежилась и опустила взгляд в свою тарелку. Как бы там ни было, а присутствие гостя спасало меня от очередной папиной тирады, посвященной моим отношениям с Максом.

— Агния у меня работает в детском учебно-творческом центре, — заявил папа, обращаясь к нашему гостю, чьего имени я всё еще не знала.

— Который у тебя под протекцией? — уточнил мужчина.

— Он самый. Сама изъявила желание помогать, представляешь? А младшая на скрипке играет.

— Повезло тебе, Дима, с детьми, — гость глянул сначала на Ладу, затем на меня.

Мне его взгляд совершенно не понравился. Помимо необъяснимой металлической холодности в нем отчетливо улавливалось тихое, непоколебимое высокомерие. Он будто смотрел на всё свысока. Намерено или нет, я не знала.

— Конечно, повезло, — папа улыбнулся и сел за стол.

— Пётр, присаживайтесь, — дружелюбно предложила мама, указав жестом на свободное место, расположенное прямо напротив меня.

— Благодарю, — мужчина сел и разложил у себя на коленях салфетку. — Агния, верно? А чем конкретно вы занимаетесь в отцовском центре? — его голос был спокойным и негромким. Он мне вдруг напомнил тихий шум прибоя.

— Преподаю английский малышам, — тут же ответила я.

— Учились?

— Английская филология, — снова быстро и чётко ответила я и почувствовала себя будто на экзамене.

— Это бесплатная деятельность, я прав? — Пётр посмотрел на моего папу.

— Да.

— Не уверен, что это хорошая идея, Дим. Она должна учиться финансовой самостоятельности, — Пётр с непринужденной аккуратностью поднес вилку с ароматным и горячим рагу ко рту.

— Я зарабатываю тем, что занимаюсь переводами, — заявила я, чуть нахмурившись. — А работа в центре помогает мне в практике.

Мне категорически не нравилось, что какой-то посторонний человек сидел в нашем доме, за нашим столом и делился мнением по поводу меня, хотя его об этом никто не просил.

— К тому же папе, — продолжила я, игнорируя взгляды родителей, — требовался преподаватель английского. Я решила попробовать свои силы. Всем нужен опыт работы, а где его взять, если никто на работу брать не хочет без него?

— Ваш отец мог бы в два счета решить эту распространённую проблему, — в голосе нашего гостя проскользнули скучающие нотки, словно он уже наперед знал всё, что я скажу, поэтому и потерял интерес.

— Я не хочу до старости решать все проблемы с помощью папы, — мой ответ прозвучал резковато.

— Агния, — шикнула на меня мама.

— Дим, ты хорошо воспитал своих детей, — сделал заключение Пётр и едва заметно улыбнулся.

— Агния вся в меня, — с гордостью заявил папа. — Во время первой беременности Виолы нам все говорили, что стопроцентно родится мальчик. Гадали по форме живота и прочей чепухе. Но родилась здоровая и боевая девочка.

— Боевая — это хорошо. Такая не пропадет, — сделал еще одно заключение Пётр.

После нескольких минут молчаливого ужина, папа с нашим гостем переключились на рабочие разговоры.

Мама обедала рядом со мной и Ладой. Сначала она расспросила сестру о том, как прошел урок скрипки, затем глянула на меня.

— Как у вас дела с Максом?

Мама совсем не была против наших отношений и пыталась переубедить отца, чтобы он перестал относиться к Максу так категорично. К сожалению, папа оставался непоколебим.

— Всё отлично, — улыбнулась я. — Он мне сегодня цветы подарил. Такие красивые. Даже Стеша позавидовала. Потом тебе обязательно их покажу.

— Хорошо, но я бы на твоем месте меньше Стеше рассказывала про Макса и его подарки. У нее с мальчиками отношения не складываются. Завидовать тебе еще начнет. А если так, то и о дружбе можешь смело забыть.

— Мам, это же Стеша, — я закатила глаза. — Мы с первого класса дружим. Ей всегда другие парни нравились. Например, на мотоциклах или с татуировками на всю спину. А Максим совсем другой.

Мне было дико даже представить, чтобы Стеша в один прекрасный день решила увести у меня парня. Наши вкусы в этом плане всегда разительно отличались.

— И всё же, запомни мои слова, солнышко. Счастье любит тишину.

— О чем это вы там шепчетесь? — спросил папа, отпив из своего стакана.

— Максима обсуждаем, — ответила Лада.

Она это сделала не со зла. Я хорошо знала свою сестру. Лада не привыкла врать, особенно папе. Но в эту секунду мне отчаянно захотелось ее отругать. Я едва сдержалась, чтобы не бросить в ее сторону гневный взгляд.

— Опять он. Агния, когда ты уже наконец поймешь, что он тебе не пара?

Мои надежды насчет того, что папа не станет поднимать тему моей личной жизни при постороннем человеке, с оглушительным треском разрушились. Я ненавидела то чувство, что возникало во мне всякий раз, когда папа начинал рассуждать о моих отношениях с Максом. Я чувствовала себя в такие моменты какой-то школьницей, которая либо принесла домой двойку, либо без разрешения пошла допоздна гулять с мальчиком. Но я уже давно окончила школу. Давно перестала быть ребенком.

— Дим, — с упреком произнесла мама.

— Виола, я буду об этом говорить до тех пор, пока наша дочь не поймет свою ошибку. Тебе нужен другой парень, Агния. А этот просто разобьет твое сердце. Ты у меня девочка красивая, умная. Из состоятельной семьи. А он кто? Правильно, никто.

— Хватит! — не выдержала я. Слушать одно и то же по сотому кругу уже просто не было сил. — Он мне нравится, понятно? И я сама буду решать, с кем мне встречаться. Это только мое дело. Ничье больше!

Бросив вилку, я резко встала из-за стола. Наш гость лишь молча наблюдал за семейной сценой, что разворачивалась прямо у него на глазах. Он откинулся на спинку стула и прижал указательный палец к верхней мягко очерченной губе. Его взгляд преимущественно останавливался на мне, будто я была главной героиней спектакля, который, кажется, до чёртиков ему нравился. Меня это лишь сильней взбесило.

— Твое? — папа нахмурился. — Сама будешь решать? Тогда почему всё еще с родителями под одной крышей живешь?

И снова я слышала одни и те же претензии!

— Уже серьёзно задумываюсь над тем, чтобы поскорее съехать.

— Агния, Дима, ну что вы устроили за столом? — возмутилась мама. — У нас же гость. Прекратите.

— Плевать я хотела на вашего гостя, — не сдержалась я. — Если так сильно мешаю вам, то ладно. Я съеду. Только, надеюсь, после этого ты от меня наконец отстанешь? — я посмотрела на отца.

— Нет. Не отстану. Потому что ты моя дочь.

— Дочь, а не собака, которую нужно бесконечно дрессировать. Ты, видимо, что-то перепутал.

Больше находиться здесь я не могла. Каждый раз, когда папа цеплялся за тему, связанную с Максимом, мы никогда нормально не разговаривали. Начинались взаимные претензии, затем всё перерастало в настоящий скандал. И так на протяжении всех последних двух месяцев. Обычно, я просто уходила к себе и полностью погружалась в работу. Но не сегодня.

Зайдя в спальню, я сгребла с туалетного столика ключи, кошелек, зарядное и закинула всё это в сумку. Достала из ящика письменного стола некоторые конспекты, забрала ноут с переводом, который нужно будет завтра отправить заказчику и напоследок схватила букет. Не хотела, чтобы отец его выбросил.

— Агния, что ты как с цепи сорвалась. Ты же знаешь нашего папу, — быстро проговорила мама, когда я вышла в коридор.

— Мне это уже надоело. Макс не сделал ничего плохого. Ни мне, ни ему. Если у папы есть какие-то проблемы, пусть сходит к психологу. Унижать себя при посторонних я не позволю. Извини, мамочка. Но это предел. Мое терпение лопнуло.

Я спустилась на парковку и закинула все вещи на заднее сиденье. Эмоции, казалось, пульсировали в каждой моей вене. Сев за руль, я еще несколько долгих минут тупо смотрела перед собой, пытаясь хотя бы немного успокоиться.

Мне было и обидно, и больно из-за всей этой ситуации. Папа оставался верен своему мнению, я — своему. Компромисс отсутствовал.

Вытерев ладонями дурацкие слезы, я выбралась из машины. Ее же мне подарил папа, поэтому было бы несколько странно уехать на ней. Воспользовавшись приложением такси, я дождалась, когда примут мой заказ и достала вещи. Моя сумка явно не выдержала таких жестких колебаний в пространстве и «выплюнула» всё содержимое на холодный бетонный пол парковки. Кажется, я просто забыла ее застегнуть.

Прикусив до боли нижнюю губу, я присела на корточки и начала быстро собирать содержимое обратно. Дурацкие слезы всё вокруг размывали акварелью. А день так хорошо начинался!

— Уверен, отец не желает вам зла, — услышала я за своей спиной спокойный голос.

Резко выпрямившись, я обернулась и увидела нашего гостя. Петра. Только его для финального штриха в этой картине безумия не хватало!

— Я вашего мнения не спрашивала.

Пусть мой ответ был грубым, сейчас меня это заботило в самую последнюю очередь.

— И всё же я его озвучил, — мужчина совсем чуть-чуть склонил голову набок, продолжая беззастенчиво рассматривать меня. — Думаю, вам просто нужно сесть и спокойно всё обсудить.

— Серьезно? — я шмыгнула носом и в очередной раз вытерла пальцами слёзы. — Как это я сама до этого не додумалась? Спасибо за подсказку. Обязательно ею воспользуюсь.

— Можете меня сделать мишенью для выброса негативных эмоций. Меня это всё равно не ранит, а вам определённо станет легче, — Петр достал из кармана брюк аккуратно сложный платок и протянул мне.

— Спасибо, не нужно, — чуть более спокойным голосом произнесла я и еще раз шмыгнула носом.

Петр спрятал платок обратно в карман.

— Всё это пустое, — произнес он и снял сигнализацию со своего стального внедорожника. — В жизни порой случаются куда более страшные и тяжелые вещи. Поэтому, — Петер пожал плечами, подошел к своему автомобилю и открыл дверцу. — Не стоит так сильно расстраиваться. Но то, что вы стараетесь отстоять свое, достойно похвалы.

— Я не нуждаюсь ни в чьей похвале. Просто поступаю так, как считаю нужным.

Он ничего не ответил. Только едва заметно улыбнулся каким-то своим мыслям и сел за руль. Пропустив вперед внедорожник, я всё-таки собрала все свои вещи и вышла на крыльцо, где меня уже ждала машина такси. Находясь в пути, я написала Максу, что еду к нему. Пусть мы и не договаривались о встрече, он не стал задавать сотню лишних вопросов. Просто написал: «Жду». На душе стало чуточку легче.