25

Райс сидел за накрытым, как по мне, человек на десять столом. И вскочил, как взволнованный мальчишка, стоило мне только шагнуть на широкий открытый балкон.

— Вы пришли! — восторженно воскликнул он, подбегая ко мне и подавая руку.

Можно подумать, у меня был выбор. Но руку я приняла, и даже улыбнулась, стараясь соответствовать. Определить бы ещё, чему именно соответствовать!

Как оказалось, он не двадцатилетний неопытный парень, каким усиленно старается казаться. И вся эта его наигранная навязчивость просто маска! Рыжий определённо хочет, чтобы я думала, что он из кожи вон лезет, чтобы мне понравиться. Это я поняла, а вот что осталось за кадром, так это то — зачем он это делает? Ему от меня нужно только одно — получить силу рода. Но стратегию он для этого выбрал, прямо скажем, странную. Мог бы попробовать реально соблазнить, внешние данные вполне позволяют. Но нет, Райс притворяется притворщиком. Интересно, а кем же тогда притворяется Дориас? Так, я совсем запуталась.

Галантность рыжего принца зашкаливала. Отодвинуть и придвинуть стул, налить воды (не вина, а именно воды, значит, запомнил, что я не сторонница обильных возлияний), предложить того, другого, третьего. И всё сам, никаких официантов, мы на террасе были одни. И при этом не прекращая улыбаться. Белизна и идеальность его зубов уже прямо подбешивать начинала. Я ради такого эффекта потратила немало денег и нервов, два раза в год посещая самое страшное место на свете — стоматологическую клинику. А ему наверняка или от природы повезло, или магия помогла. Даже обидно как-то.

И разговоры. Непрестанные вопросы в стиле «как вам вид?», «вы хорошо спали?», «ещё воды?», «этот паштет такой нежный, вы со мной согласны?».

Попытки разговорить меня на какие-то нелепые темы не прекращались и не иссякали. Но я отвечала коротко, нет, не грубо, но и беседа у нас никак не клеилась. А всё потому, что на языке так и вертелось «покажи мне уже артефакт, в котором хранится сила моего рода». Озвучивать я это, конечно же, не стану. Но как же нервирует вся эта игра в салочки с завязанными глазами.

Ни за что не поверю, что он позвал меня на этот завтрак только для того, чтобы попритворяться назойливым поклонником. Ему вон вообще миленькие миниатюрные блондинки нравятся, я по всем параметрам мимо. И высокая, и черноволосая, и не миленькая!

Может попробовать как-то подтолкнуть разговор в нужное русло? Надо бы, но страшно. Нельзя, чтобы он понял, что я всё знаю! Значит, остаётся одно из двух — или изображать замороженную рыбу дальше, или тоже попробовать притвориться дурочкой. Хотя с последним я уже опоздала, он явно понял, что я не такая. Но терпеть этот спектакль для одного зрителя и ждать, когда уже Райс соизволит хоть как-то обозначить цель этой встречи становилось всё сложнее.

Спасение пришло, откуда не ждала, как говорится. Дверь на террасу распахнулась, и Райс тут же перестал раздражающе скалиться в улыбке. Я сидела спиной к двери, но почему-то сразу поняла, кто к нам пожаловал.

— Доброго утра, брат, — сухо произнёс рыжий, поднявшись из-за стола.

Я даже не обернулась. Только схватила утончённый фужер из металла и залпом допила всю воду. У них тут вся посуда металлическая, и это тоже уже начинает раздражать…

— Меня на завтрак забыли пригласить? — язвительно поинтересовался Дориас.

— До меня дошли слухи, что ты покидал дворец и вернулся только под утро. Не хотел тревожить твой отдых после увеселений, — в тон ему ответил Райс.

— Либо твои шпионы работают из рук вон плохо, братец, либо ты считаешь увеселительной прогулкой посещение родового склепа, — отчеканил Дориас. — Как тебе известно, я не смог попрощаться с отцом, пока он был жив.

— И в этом виноват только ты сам, — сквозь зубы проговорил Райс.

— Разве? Я не мог ослушаться его и вернуться, пока он жив, — с горечью в голосе произнёс Дориас.

— Его смерть тебя порадовала, не так ли? — сложил руки на груди Райс… и покосился на меня.

А я что? Я пью воду! Вода уже, правда, давно закончилась, но металлический фужер не прозрачный, так что можно сколько угодно притворяться. И попутно подмечать интересные нюансы. Например то, как меняется голос Дориаса, когда он говорит об отце. Или то, как Райс старается задеть его посильнее, вывести из себя. И при этом наблюдает за моей реакцией. Да, рыжий принц намного коварнее, но это не отменяет того факта, что ему по-прежнему незачем было бы устраивать мою помолвку с братом. Он скорее сам в женихи вызвался бы, чтобы присвоить силу моего рода. А это может означать только одно — вытащил меня сюда и силой выбил согласие Дориас. Из чего следует — его искренняя грубость ещё большая игра, чем притворная навязчивость Райса.

— Завтрак был великолепным, но я, кажется, немного устала. Так что, пожалуй, пойду, — отставив бокал, проговорила я, поднимаясь из-за стола.

Ух, как сдержанно и вежливо получилось! Хотя на самом деле я тут только воду пила, а поесть нормально не срослось. Ну да ничего, на кухню схожу, или Валья вспомнит обо мне и принесёт что-то перекусить.

Встала, повернулась к выходу и, соответственно, Дориасу и… покраснела. Я честно старалась сдержаться, даже взгляд не отвела. Но ночные кувыркания топлес в спальне как-то сами собой в памяти всплыли.

Дориас поймал мой мечущийся взгляд, усмехнулся и выдал то, чего я точно не ожидала!

— Не спеши уходить, Роза. Мне кажется, пришло время передать тебе силу твоего рода.