Эпилог

Три недели спустя Легкий рокот мотора все настойчивей проникает в сознание и отгоняет остатки сна, но небольшая качка цепко удерживает меня в сонном плену. После небольшого усилия, все же открываю глаза, гляжу на часы, висящие на стене каюты и понимаю, что проспала несколько часов. Надо бы выбраться на палубу. Набрасываю на себя рубашку Стаса и встаю с кровати. Пушистым и игривым комочком к моим ногам подкатывается смешной и смышленый щенок-овчаренок Рон – мой подарок Стасу. Я не забыла его историю про Кэрри и решила, что самое время в нашем новом доме снова появиться собаке. В новый дом мы переедем только через три дня, сразу после свадьбы, а пока Рон путешествует с нами и его спальное место кочует между квартирой Стаса и небольшой яхтой. Рон смешно тычется мокрым носом мне в щиколотку, явно призывая меня обратить на него внимание. Я знаю, что стоит только поддаться на эти щенячьи нежности, Рона уже будет не остановить, но я не могу удержаться от того, чтоб не схватить его и не начать играться с нашим питомцем. Бросаю игрушку Рону и он с удовольствием подхватывает мою игру, пока я пытаюсь чуть освежить свой макияж. За тот месяц, который кардинально поменял мою жизнь, я приобрела еще одну привычку – теперь непременным атрибутом моего любимого скульптурного макияжа является ярко-красная помада. Хотя, по большому счету, за этот месяц в моей жизни изменилось очень многое – вернее все наконец-таки стало на свои места. Наигравшись с резиновой пищалкой, Рон тащит ее на свою подстилку и в ближайшее время будет спать безмятежным щенячьим сном. Мотор рокочет чуть сильнее и если я не хочу пропустить что-то интересное, то надо бы поскорее выбраться на палубу. Еще пара штрихов тушью для ресниц и немного бронзера, чтоб добавить бодрости в мой немного невыспавшийся вид. Обжигающим вихрем в моей голове проносятся воспоминания о прошедшей ночи и о ее продолжении этим утром. Совершенно не помню, как заснула. Но в голове вертится мысль о том, что надо бы намекнуть Стасу на то, что я очень хочу все это повторить. Неожиданный опыт снова и снова будоражит мое воображение и у меня сладко перехватывает дыхание от мысли о том, сколько же еще таких вот горячих фантазий в голове у Стаса. Все тело ненасытно изнывает от воспоминаний об этой первой ночи на яхте – полной неожиданных и темпераментных сюрпризов, откровенных признаний и непреодолимого соблазна все это повторить еще раз. А потом еще, и еще… Звук мотора становится все громче и я заканчиваю с макияжем. Выбираюсь на палубу и чувствую себя самой счастливой девушкой на планете. Совершенно потрясающее зрелище – видеть, как Стас уверенно рулит штурвалом нашей яхточки на фоне дымчатых черноморских сумерек. Мой взгляд скользит по его фигуре и я с облегчением улыбаюсь мысли о том, что к его джинсам не пристегнута, уже ставшая привычной, кобура с «Береттой». Ни капельки не сомневаюсь в том, что пистолет – где-то в недрах яхточки, и наверняка это не единственное оружие. Но сейчас меня приятно расслабляет уже сам факт того, что Стасу не надо носить все время оружие. Может быть хоть какое-то время мы поживем без приключений. Стас глушит мотор, бросает якорь и включает ходовые огни, исчезая в каюте. Вдали вижу сияющие огни ночного Сочи и где-то там сейчас царит разноголосый шум, суета и отовсюду слышится самая разная музыка. Тем разительней контраст с тихим плеском морской воды, которая окружает нас и полнейшей безмятежностью, которая царит на нашей белоснежной «Виоле». Легкий ветерок приятной прохладой обдувает кожу и я сильнее запахиваюсь в рубашку Стаса. – Рон там, похоже – наигрался, и сейчас дрыхнет без задних лап, – с усмешкой сообщает Стас, вытаскивая из каюты запотевшую бутылочку шампанского и пару бокалов. Чуть подкруживается голова, но я списываю это не на качку, а на состояние полнейшей эйфории, которое и должно быть у меня после всех пережитых событий. Интересно, Стас чувствует то же самое? – Да, – улыбаюсь я, представляя как умильно сейчас может выглядеть этот спящий овчаренок. С громким хлопком открывается мое любимое розовое шампанское и именно резкий звук вылетающей пробки, мгновенно заставляет меня вспомнить тот вопрос, который все это время беспокойно вертелся в моих мыслях. Стас моментально улавливает мою тревогу и пристально смотрит прямо мне в глаза. – Что-то не так? – Нет, но меня кое-что волнует. Стас, скажи, ты ведь больше никак не связан с этой системой? Мой мужчина чуть заметно напрягается и я вижу, как на его скулах начинают играть желваки – верный признак того, что он снова хочет от меня что-то скрыть. Но так мы больше не играем, так что придется ему сказать правду, а мне – полностью принять то, что он скажет. Отныне у нас только такая договоренность. – Ника, не все так однозначно, – издалека начинает Стас, но я и сама понимаю, что так просто он не сможет разорвать отношения с теми, кто в определенной мере помогал ему разобраться в этой дурной историей с Парецкими. – То есть, ты продолжишь сотрудничество с этой твоей… «структурой»? – предполагаю я, внимательно следя за теми эмоциями, которые одна за другой мелькают на лице Стаса. Явное желание подобрать успокаивающие меня слова, что-то недоговорить и слиться с этой темы. Но нет, сейчас так не получится. – Да, после того замеса, который вышел в доме Парецких, мне пришлось заключить определенное соглашение. – Это опасно? – едва слышно говорю я, одновременно поражаясь тому, как сипло из-за сильного волнения звучит мой голос. – Нет, – смеется Стас, – по сравнению с тем дурдомом, в котором я жил больше десяти лет, – это просто легкая и совершенно безопасная прогулка. – А если серьезно? – Если серьезно и немного упростить, то моя компания получила несколько заказов на помощь в расследовании дел, связанных с киберпреступлениями. Ничего прямо такого, чтоб ты волновалась. Что-то вроде цифровой экспертизы и подготовки заключений по ее результатам. – Значит, решил с головой уйти в цифровую криминалистику? – улыбаюсь я, понимая, с чем именно связан бизнес Стаса. – Ага, – кивает он, – решил легализовать то, чем занимался все эти годы. Тем более, что спрос на мои услуги – более, чем достаточный. Так что, надо бы подумать о расширении. Не буду переманивать к себе Славу. Ты только не обижайся, но я уже успел хорошенько его изучить. Ему ближе оперативная работа и у него это отлично получается. Но время от времени привлекать его в качестве эксперта – думаю, он будет не против. – То есть, я правильно понимаю, что с этой самой «структурой» ты не планируешь в ближайшее время разрывать отношения? – Не получится. Но можно вполне сотрудничать на взаимовыгодных условиях. Собственно, что и было, пока я подбирался к Парецким. Я был нужен им, а они – мне. Вот только теперь, в отличие от той ситуации – все абсолютно легально. Так, что из системы я уйти пока не смогу, а вот выйти из тени – самое время. Обдумываю услышанное и свой возможный ответ, но я и сама понимаю, что вот так просто у Стаса не получилось бы полностью уйти с радаров тех, кто в какой-то мере его прикрывал и помогал. Пусть даже и на взаимовыгодных условиях. Тот факт, что теперь все свои дела Стас будет вести абсолютно легально, меня успокаивает. Главное – он будет заниматься любимым и интересным делом. – А ты, – неожиданно выводит меня из задумчивости Стас, – что ты в итоге решила? Возвращаешься к работе политтехнолога или есть другие планы? На этот вопрос я могу ответить совершенно не раздумывая. – Конечно, я совершенно не хочу уходить из этой темы. Да, с моей последней кампанией вышла полнейшая неразбериха, но это не повод бросать то, что мне нравится. Стас не выдерживает и усмехается, словно внезапно что-то вспомнил. – Что? – с интересом спрашиваю я. – Да, вспомнил ту твою пресс-конференцию в джинсах и майке. Все такие напыщенные и расфуфыренные и тут ты влетаешь в студию посреди прямого эфира. – Ох, – вырывается у меня, – не дай бог опять так импровизировать. Вообще вся та кампания мне едва карьеры не стоила. Но знаешь, я тебе очень благодарна за то, что ты помог мне попасть на эту конференцию и прикрывал меня. Иначе, потом бы пришлось еще долго доказывать свой профессионализм и вообще уехать в другой регион. Тут и в соседних областях для меня точно не нашлось бы работы. Стас на секунду задумывается и погружается в какие-то воспоминания. Усмехается и я четко вижу, как по его лицу пробегает тень удивления. – Вот кто меня удивил, так это Слава. Не ожидал, что твой правильный братец умеет так шикарно блефовать. Догадываюсь, чего ему стоило уговорить своих коллег из следкома приехать на ведомственных машинах. – Да ладно, ему это было тоже полезно. Обновил старые связи, заодно получил в очередной сто первый раз предложение перейти к ним, ушел на повышение. Так что все, что делается – точно к лучшему. – Погоди, – внезапно тормозит меня Стас, – ты же собиралась переходить в Центризбирком? – Ага, как же, – победно улыбаюсь я, – никуда я и не собиралась. Блефовала, как и все в тот день. Только в отличие от тебя и Славы, я блефовала в прямом эфире. Главное – убедительность. Теперь уже очередь Стаса смотреть на меня с изумлением и пытаться осмыслить услышанное. Наблюдать за его обескураженным лицом – это очень весело и я не скрываю своего торжества. – Значит – снова будешь заниматься своими избирательными кампаниями? – Ну не совсем. Кампании – это ж только в предвыборную пору. А так – проведение социологических исследований, руководство опросами. Работы – валом, если разобраться. Думаю, что с месяц буду отдыхать и осматриваться, а потом возьму несколько заказов и займусь подбором внештатников. Народу явно потребуется немало. Только пока со скандальными кандидатами работать не хочу. – Что так? – усмехается Стас. – Да ну их, надоело. Мало того, что носишься с ними, контролируя каждый шаг, так еще и выясняется, что тебя хотят убить только за то, что ты случайно берешь чей-то ноутбук. Нет, знаешь, хотя бы на время с нестандартными избирательными кампаниями – завязано. Замолкаю и чувствую, как сердце окончательно сбивается с ритма. Слишком многое мне, а вернее – нам, пришлось пережить за последнее время. И я очень рада, что в истории с Парецким поставлена точка. Даже думать не хочу, что бы случилось, если бы я вышла замуж за Кира. – Ника, я бы никогда не дал тебя в обиду, – словно угадывает мои мысли Стас, – и для любого скандального кандидата всегда есть свой стальной аргумент. Ледяные пузырьки розового шампанского приятно пощипывают язык. И в это минуту мне настолько хорошо, что я чувствую, как от волнительного ощущения счастья перехватывает дыхание. Трудно сказать, от чего я сейчас быстрее хмелею – от легкой и приятной качки на ночном море, от второго бокала розового шампанского или от откровенно-провокационного взгляда Стаса. Он забирает у меня бокал, приподнимает меня легко, словно пушинку, и пересаживает к себе на колени. От волнения у меня пересыхают губы, облизываю их и чувствую, как меня с головой накрывает новая волна непреодолимо-сладкого соблазна повторить то, что было этой ночью и утром. По возбужденному взгляду Стаса, чуть потемневшему от желания, я догадываюсь о том, какие мысли сейчас у него в голове. Осторожно, словно боится меня чересчур сильно ошеломить, он шепчет мне на ухо то, как он хотел бы заняться со мной любовью прямо сейчас. Вздрагиваю от сладкой волны удовольствия, которая накрывает мое тело только от того, что я представляю себе услышанное. – Ты это сходу импровизируешь или давно задумал? – не выдерживаю я. – Ника, я пять лет не мог выбросить тебя из своей головы. И все эти годы я тысячи раз мысленно проделывал с тобой еще и не такое. Так что, жажда тебя до предела обострила мое воображение. Смущенно молчу и чувствую, как краснею, пытаясь подобрать слова и сказать ему о том, что мне так понравилось этой ночью. И о том, что я бы очень хотела все это повторить – и совершенно точно, что не один раз. Он медленно проводит языком по моим губам, чуть вторгается в мой рот и у меня перехватывает дыхание от невероятного ощущения счастья. Этот мужчина мне необходим, как воздух и в эту минуту я уверена, что запросто могу дышать одними поцелуями. Неожиданно отрывается от моих губ и, не ослабляя своего стального захвата, смотрит прямо мне в глаза. – Ника, я больше никогда не отпущу тебя из своей жизни. Просто знай это. Все эти пять лет без тебя были настоящим адом и больше я не хочу расставаться с тобой. – Нет, – улыбаюсь я, – больше я точно никуда не убегу, даже и не надейся. Я влюбилась в тебя с первого взгляда и все эти годы не могла забыть. Во взгляде Стаса мелькает трудно скрываемая искорка удовольствия от услышанного. Его поцелуи становятся все настойчивей, а руки неудержимо и уверенно скользят по моему тему. Но я тоже хочу кое-что услышать от него. И именно сейчас. – Знаешь, я все это время хотела задать тебе один вопрос. – Спрашивай, – чуть хриплый шепот сейчас насквозь пропитан нетерпением и откровенным желанием. – Значит, я для тебя – тоже любовь с первого взгляда? Стас завороженно скользит туманящимся взором по моим, чуть приоткрытым губам и я чувствую, как с каждой секундой нас обоих все сильнее снова затягивает в безудержно-сладкий ураган удовольствий. – Ника, ты – моя одержимость. С первого взгляда – и навсегда.