Глава 7

Рваные свинцовые тучи стремительно наползали на город, создавая тревожное предчувствие близкой беды. Глядя в окно на утреннюю панораму делового центра Сочи, Алексей Маркович Парецкий не мог отделаться от смутного и непривычного ощущения надвигающейся катастрофы. И тут же поймал себя на мысли о том, что такое чувство в последний раз посещало его очень давно. Вернувшись к своему рабочему столу, он рассеянно поправил малахитовое пресс-папье – очередной бесполезный подарок от какого-то делового партнера. Тяжелый взгляд задержался на фотографии в черной рамке, которая так же находилась на его широком рабочем столе. – Эх, Нина, вот видишь, как оно поворачивается…, – рассеянно пробормотал Алексей Маркович и виновато моргнул, как будто бы извиняясь перед женщиной на фото. На минуту закрыв глаза, он откинулся назад в своем кожаном кресле и мысленно перенесся на три десятилетия назад. В то время, когда его жена, Нина Парецкая еще была жива. Как на кинопленке, перед его взором мелькали кадры разных лет. Нина улыбается. Сообщает ему новость о том, что у них будет ребенок. Сын. Внезапно картинка меняется и вот уже скорбная процессия идет за закрытым гробом, в котором лежит его Нина… Резко повернув голову, как будто отряхивая эти воспоминания, Парецкий снова посмотрел на фото. На этот раз во взгляде сквозила решимость и уверенность довести начатое до конца. – Обещаю тебе, – едва слышно, но очень твердо отчеканил Парецкий и положил фотографию в один из ящиков стола. Впервые за долгие годы он убрал с рабочего стола портрет своей покойной супруги. Внезапно один из его телефонов издал короткий писк. От такого утра – точно жди беды, сварливо отметил про себя Алексей Маркович и взял телефон в руки. Его пресс-секретарь прислал подборку из новостных городских пабликов и во всех ссылках главным фигурантом новостей был его сын. Чувствуя, как в нем закипает ярость, Парецкий набрал номер пресс-секретаря. – Олег, это что такое? По ту сторону трубки послышалось сбивчивое дыхание, как будто собеседник волновался. – Алексей Маркович, это информационная повестка дня, сейчас все пытаемся разрулить. Пока вот ведем переговоры, выходим на редакторов, – запинаясь, начал оправдываться Олег. – Какие к черту переговоры, почему это вообще попало в СМИ? – повысил тон Алексей Маркович, изо всех сил пытаясь сдерживать гнев. – Ну так, оно ж под утро все случилось, пока мы спали… – попытался объясниться Олег, но Парецкий перебил его. – К трем часам дня этот вопрос должен быть полностью закрыт. Или ты уволен. Оборвав разговор, Парецкий продолжил листать новостную подборку и внимательно вглядывался в те фотографии, которыми городские СМИ иллюстрировали очередные «подвиги» его сына. Вот Кирилл в каком-то ночном клубе, больше походящем на бордель, в обнимку с тремя полуголыми девицами. Господи, промелькнуло в голове у Парецкого, им-то хоть уже по восемнадцать есть? Иначе еще беды с малолетками не оберешься. А вот следующая подборка из этой же, ночной серии. Еще одна девушка, поразительно похожая на его невесту, Доминику Астахову, но конечно же не она. Просто похожая, почти копия. Красивая, напоминает какую-то итальянскую киноактрису, но ее имени Алексей Маркович сейчас не мог вспомнить. Все бы ничего, но на фото, эта девица поит его сына дорогим коньяком прямо из горла бутылки. И какой-то пронырливый журналюга это все, конечно же, фотографирует. Последние новостные ссылки привычно сообщали, что под утро за езду в нетрезвом виде был задержан фаворит предвыборной гонки, Кирилл Парецкий. Вот где сейчас срочно нужна была Доминика с ее связями и способностями моментально решать такие вопросы. А в эту минуту новости продолжают расходиться по новостным агрегаторам, расползаются как тараканы по мелким СМИ, которые даже не удосуживаются переписать своими словами – просто тупо копируют и тексты, и фото. При мысли о Доминике у Алексея Марковича неприятно заныло в области желудка. Вот ведь еще одна неожиданная проблема. Похоже, пришла-таки беда откуда не ждали. И дело даже не в том, что она могла быть отличной партией для его непутевого сынка-шалопая. Но в том, что совершенно непостижимым образом Ника оказалась в самом эпицентре событий, из-за которых на глазах рушилось привычное благополучие его бизнес-империи. И черт бы побрал этого жадного Янкелевича, неожиданно почуявшего вкус огромных денег. Блестящий интеллект – это далеко не все. Нужна житейская смекалка, хватка и понимание того, как себя вести с власть имущими. А этот ботан совсем берега попутал и все осложнил на ровном месте, с раздражением подумал Парецкий. Алексей Маркович сам не заметил, как снова погрузился в невеселые раздумья, на которые его натолкнуло перелистывание ссылок новостной картины дня с участием Кирилла. Совершенно очевидно, что дело требовало безотлагательного решения и жестких мер. Но вот именно здесь, впервые за последние тридцать лет и наблюдалась та самая неувязка, которую Парецкий никак не мог ни предвидеть, ни объяснить. Оставалось лишь дождаться того, кто может дать ответы на эти вопросы. В дверь личного кабинета Алексея Марковича постучали и вскоре в кабинет вошел немолодой, но поджарый мужчина с офицерской выправкой и чуть настороженным, внимательным взглядом. – Входи, Сережа, присаживайся… – рассеянно поприветствовал Парецкий своего посетителя и показательно взял телефон со своего рабочего стола. – Вот, – продолжил Алексей Маркович, – прислал мой пресс-секретарь, как будто мне нужны его оправдания. Сейчас ночные подвиги Кирилла только ленивый не обсуждает. О каких выборах теперь вообще речь может идти. Не понимаю. – Леша, тут не о выборах пока надо беспокоиться, – вкрадчиво начал Сергей, попутно подбирая наиболее подходящие слова, чтоб не вызвать еще большую волну ярости. – Так значит наш ноутбук еще – в бегах? Сергей лишь натужно вздохнул, всем видом показывая, как ему самому тягостна эта ситуация. – Ты мне, Сережа, вот объясни. Только понятно и доходчиво. Как так вышло, что сначала начал бузить Янкелевич и с ним не удалось решить вопрос. А потом и вовсе этот проклятый ноутбук увели у нас из-под носа. Но главное даже не это. Алексей Маркович выдержал паузу и пристально посмотрел на своего собеседника, который лишь молча глядел перед собой невидящим взором. – Главное то, что по какой-то совершенно непонятной причине, все неприятности, которые свалились на нас ровно за одни сутки, устроил твой человек. Сергей уже собрался что-то ответить, но Парецкий не мог остановиться. – Ладно, я бы понял и мы на это рассчитывали – если бы конкуренты промышляли или кто-то со стороны. Все понятно было бы, так? Понимая, что с шефом лучше не спорить, Сергей лишь молча кивнул. – Но твой человек, Сережа. Твой. Как ты это объяснишь? Ситуация и вправду складывалась совершенно дурная в своей непредсказуемости. И привыкший все контролировать в своей работе, Сергей Санаев действительно не мог припомнить такого грандиозного провала. И одновременно – такого необъяснимо позорного. – Леша, я понимаю, мы тут все на нервах, – осторожно сказал Санаев, – и сейчас нам лучше успокоиться и подумать вместе. Алексей Маркович и сам пожалел о том, что сорвался. В личной преданности Санаева он не сомневался и криками проблему точно не решить. Он налил себе стакан воды и залпом осушил его. – С заказчиками я сам буду разбираться, сейчас вот думаю, что им сказать. Надеюсь, они еще не в курсе случившегося. Но отсрочку надо бы попросить и мотивировать так, чтоб не вызвать у них излишнего интереса и беспокойства. С этим я разберусь сам. Твоя задача – перехватить ноутбук и выяснить, что там за балаган устроил твой человек. Если он не один действует, то кто за ним стоит, кто еще знает об этом проекте, кроме наших. Как они узнали и их цели – мне нужная полная информация. На последней фразе, Алексей Маркович неожиданно для себя горько сплюнул. Похоже, сегодня ни у кого нет полной информационной картины происходящего. – Я все сделаю. И да, уже сегодня попытаемся решить вопрос с Доминикой и с моим человеком. – Сделай, Сережа, все что можешь сделай, – в голосе Парецкого послышались просительные интонации, – но только поставь в этой истории точку. И поставь ее, как обычно, тихо. Санаев кивнул, раздумывая в этот момент, как лучше поступить. Ясное дело, что одним днем все не решить, потребуется минимум пара-тройка дней, чтоб поставить точку и еще два-три дня на улаживание оставшихся проблем. – А с выборами что? – Какие тут выборы, – горестно оживился Парецкий, – в штабе неразбериха с самого утра. Послал сейчас туда человека из пресс-службы. Но дело не вытянуть. Хороших политологов, сам знаешь, разобрали еще за полгода до старта кампании, а остался такой неликвид, что может только напортить. Кириллу – урок, конечно, да боюсь, что все впустую. Вырастил идиота на свою голову, но вот что тут уже сделаешь? – Да и рискованно брать сейчас вот так, непроверенного человека в руководство штабом, – согласился было Санаев, но тут же осекся. – А как понять, что перед тобой – проверенный человек. Вот ты у себя под носом не заметил, а тоже небось думал, что достаточно проверил. Вот то-то, – сварливо покачал головой Парецкий. Санаеву ничего не оставалось как согласиться и признать ошибку, а заодно завершить разговор. – Я могу действовать так, как посчитаю нужным в данной ситуации? – Да, Сережа, у тебя полная свобода действий. Мне нужен лишь четкий и быстрый результат. Без осечек. Санаев коротко кивнул и напряженной походкой вышел из кабинета Парецкого. Оставшись один, Алексей Маркович притянул к себе папку с документами на подпись, но внезапно зазвонил личный телефон, номер которого знали только члены семьи. Увидев, что звонил Кирилл, Парецкий-старший лишь раздраженно заглушил рингтон, а спустя пару секунд вообще сбросил звонок. *** С территории парковки перед бизнес-центром, где располагалась штаб-квартира группы компаний Парецкого, медленно вырулил серебристый новенький Гранд-Чероки. За рулем внедорожника сидел Сергей Санаев и нервно выстукивал пальцами по рулю. От разговора с Алексеем у него остался неприятный осадок, хотя упреки его шефа и одновременно – друга – были абсолютно справедливыми. Исполнителей для себя Санаев подбирал с той особой тщательностью, которая была свойственна всем бывшим разведчикам. Впрочем, он же сам всегда подчеркивал, что разведчики бывшими не бывают. Мысли бессильно вились вокруг этой ситуации и в сотый раз Санаев пытался воссоздать всю ту информацию, которая ему была известна о главных действующих лицах в этой дурной истории. Биографию Доминики Астаховой проверял он лично и нигде не было никаких упоминаний о ее возможных связях с криминалитетом. Прилежная студентка, получившая магистерский диплом с отличием, политтехнолог, начала свой профессиональный путь с должности стажера. Пишет книги и научные статьи по политологии, время от времени была в разных отношениях – но в целом ничего интересного или подозрительного. Восстанавливая по памяти все то, что ему было известно о своем человеке, Санаев удивлялся еще больше. Ни один факт в досье на Станислава Летникова не указывал на то, что тот мог быть даже отдаленно знаком с Никой Астаховой. Но как же тогда объяснить, что Летников так показательно-дерзко выкрал Доминику из-под носа целой группы его людей? Как, где и когда пересеклись их пути в прошлом и почему этот факт никак себя не проявлял в их биографиях? Выходит, они не просто были знакомы, а Ника ему настолько дорога, что он готов рисковать ради нее своей жизнью. Которой он обязательно за это поплатится, – пронеслась мстительная мысль в голове Санаева. Прекрасно осознавая, что Летников – профессионал в своем деле, Санаев сморщился словно от боли, представив возможные масштабы беды. До того момента, как вся эта неразбериха превратится в неуправляемую катастрофу, оставался лишь шаг и его надо было предотвратить любой ценой. Тем более, что Парецкий только что дал ему добро на любые действия. Почувствовав дикую усталость от бесплодной работы мысли, Санаев взял смартфон, набрал нужный ему номер и отослал короткое сообщение. «Приступай к работе» В ту же секунду ему вернулось уведомление о том, что сообщение доставлено.