Глава 10

Существо, выскочившее из прибрежных зарослей, напоминало здоровенного волка. Его глаза горели, а по всему телу бугрились куски оголённой плоти, торчащие сквозь рваную кожу. Пасть была неестественно длинной с огромным ртом и крупными клыками.

Он стремительно рванул вперёд. Монстр был невероятно быстрым. На то, чтобы решить, какое применить заклинание, оставалось чертовски мало времени. Требовалось нечто быстрое и эффективное.

Но зубов твари я не боялся. Эти зубы сломаются о мою железную плоть. Опасался я другого. Если не удастся прикончить существо с первого удара, оно может удрать. И что потом? По всему ОПКТЭ за ним гоняться?

Решив снова применить уже испытанный град каменных осколков, я сконцентрировался, надеясь успеть создать заклинание раньше, чем тварь набросится на меня. Демон же внезапно исчез и появился левее. Потом телепортировался правее, потом — опять влево. Пытался сбить меня с толку.

Происходило это так быстро, что я, и правда, запутался. Но едва здоровенный зверь появился в нескольких шагах от меня, я машинально сделал движение рукой, выбросив разряд маны, и град острых камней обрушился на монстра.

В следующий момент сверкнула красная вспышка, я ощутил удар чего-то невидимого, чуть не сбивший меня с ног. Магическая атака. За ней последовал прыжок, и яоказался прижатым к земле тяжёлой тушей зверя. Красные глаза смотрели мне в душу. Зубы клацали, пытаясь дотянуться до моего горла.

Лишь сейчас я заметил, что у мутанта есть третий глаз — тот находился чуть выше правого, но не светился и напоминал бельмо, а на затылке выпирал мясистый нарост, словно мозг вылез из черепа. Без сомнения, зверь в таком виде должен испытывать невероятную боль от самого своего существования, но демоны вряд ли ощущали что-то подобное.

Только вот демон не понимал, что не он меня поймал, а я его. И теперь важно было не упустить эту тварь. Я вцепился пальцами правой руки в шею монстра, прямо в мясо, что лезло сквозь разорванную кожу, а левую запихнул в пасть. На моих ладонях стала нарастать каменная порода, переходя на демона. Монстр рвался вперёд, мотал головой, бил меня лапами, а я пытался сковать его, зафиксировать. И когда мне показалось, что тварь не вырвется, перешёл на эфирный слой, сосредоточился на бордовом пятне перед собой и стал вытягивать его силу.

Почувствовав неладное, монстр стал вырываться. Дёрнулся с силой, каменные путы раскололись, и он отскочил. Мутант прыгал и мотал головой, пытаясь выплюнуть куски камня, забившиеся в рот. Я же приподнялся, быстро собрал энергию земли, сформировав небольшой острый булыжиник, и метнул в мутанта. Тот повалился в траву и исчез, оказавшись в ту же секунду десятке метров от меня.

Я вскочил и бросился за ним. Частично мне удалось его опустошить, но силы у твари оставались, и она использовала их, чтобы сбежать. Рывок — зверь переместился метров на пять к реке, ещё рывок — ещё пять метров.

Разделяющее нас расстояние я преодолел быстро. Сверкнула вспышка, и меня опять чуть не сбило с ног. Зверь лупил какими-то энергетическими или эфирными волнами, и если бы не железная плоть, меня бы как минимум оглушило.

Здоровенный волк стоял, пошатываясь, таращился на меня бордовыми светящимися глазами и хрипел, оскалив клыки, грозя снова применить магию. Но этого не случилось. Существо было истощено. Удар ногой свалил его, моя сабля вошла мутанту в бок, а душа перетекла в мой источник, восполнив утраченную энергию и сделав меня немного сильнее.

Если существо это владело магией, значит, в голове его находится ядро — сгусток, который высоко ценился пятым отделением. За зверя можно выручить хорошие деньги. Наверное, волчара не первый месяц шатался по аномальной области. Он пришёл сюда, почуяв много новой добычи, а в итоге добычей стал он сам.

Осмотрев свои китель и штаны, я не обнаружил никаких повреждений, хотя тварь драла их когтями. Ткань действительно оказалась невероятно прочной.

Я стал звать своих, размахивая руками. Прибежали Сокол, Косолапый и ещё двое дружинников. Они думали, у меня какие-то проблемы, и сильно торопились, но нашли уже мёртвую тварь.

— Здоровый-то какой! — оценил Ерофей. — Откуда он только выскочил?

— Со стороны реки пришёл, — сказал я. — Магический.

— Ну если так и если ядро не повреждено, за такого тысяч тридцать точно дадут, а то и все сорок. Только вот что скажу, ваша светлость, вы, пожалуйста, с нами держитесь, а то сами видите, как бывает. Ни с того, ни с сего выскочит какая-нибудь тварь и… по-всякому может выйти. Повезло вам, что демон не шибко сильный оказался.

— У меня четвёртый разряд, поэтому не беспокойся за меня.

— Четвёртый⁈ — у Сокола аж брови приподнялись.

— Да, в пятом отделении вчера намерили.

— Кто бы мог подумать! Я-то и сам понял, что у вас никак не меньше третьего, когда вы вездеход шибанули. Но четвёртый… А, впрочем, всё равно далеко не отходите.

Я усмехнулся:

— Ничего со мной не случится. Ну так что, съездим за реку? Здесь-то, кажется, закончили.

— Как прикажете, ваша светлость. Я тоже больше демонов не вижу. Видать, всех перебили. Тогда давайте сейчас всех, кого настреляли, забираем, и — домой. Там разгружаемся, обедаем и едем за реку. Как вам план?

Я не ответил, поскольку до моих ушей донёсся рёв мотора. В стороне Ковалёво через речку промчался гусеничный вездеход и скрылся за деревьями.

— Это ещё кто? — появление незнакомой техники вызвало вопросы.

— Вот же сволочи, — процедил Сокол. — Опять дружина Кулебякина разъезжает, будь он неладен!

— То есть, ты хочешь сказать, они по моей территории ездят?

— Да там брод очень уж удобный, вот они и повадились. Павел Борисович с Кулебякиным судился даже, но всё без толку. Как ездили, так и ездят. А нам, ваша светлость, некогда следить за переправой. Не можем мы людей отвлекать на такую ерунду.

— А постановление суда есть?

— Да есть… — махнул рукой Сокол. — Говорю же, без толку. Кулебякин этот… туговат немного и упёртый как баран. Сложно с ним.

— Ну, значит, я с ним ещё раз побеседую. Меня послушается. А если нет, примем меры. Всё, поехали. Как ты сказал, так и сделаем: отвезём добычу, пообедаем, а потом — за реку.

Когда мы вернулись на базу, оставшиеся здесь дружинники помогли разгрузить добычу и перетащить завёрнутые в чёрный полиэтилен трупы в морозильные комнаты в подвале. Анжелика так и вертелась вокруг, фотографируя всё подряд, и даже упросила развернуть несколько свёртков, чтобы заснять дохлых тварей.

Наша команда поела в общей столовой для дружины, а после обеда мы взяли с собой ещё двух парней и отправились за реку.

Путь наш пролегал через переправу в Ковалёво. Вокруг стояли почерневшие от времени, покосившиеся избы, стыдливо прикрытые зеленью деревьев, кустарником и бурьяном. Дорога вела между развалинами и выходила к водонапорной башне. Неподалёку желтели пустые каменные постройки. Крыши обвалились, в трещинах стен росла трава, а из окон на первых этажах торчали кусты. За домами возвышалась колокольня церкви.

У водонапорной башни мы повернули, миновали каменные постройки, за ними дорога круто спускалась к реке, где действительно имелся хороший брод. Воды здесь было едва ли по колено, и автомобили легко переправились на другой берег. Рядом пролегали старый кирпичный мост и железнодорожный мост. Пешком по ним ещё можно было пройти, но на машинах ездить считалось рискованно из-за ветхости данных сооружений.

Мы сразу заметили свежие следы гусениц. Они пересекали реку и уходили в заросли. А вскоре впереди показался вездеход. Он двигался нам навстречу — большая машина с широкой угловатой кабиной и кузовом.

— А вот и наши соседи, — злорадно усмехнулся Сокол. — Чешут как к себе домой.

— Направлю их по другому маршруту, — я заранее открыл окно.

На тесной дороге было трудно разъехаться. Деревья подступали почти к самой колее. Вездеходу пришлось забрать в сторону, примяв кусты. Когда мы поравнялись, я приказал своему шофёру тормозить и высунулся в окно:

— Доброго дня! — крикнул я людям в вездеходе.

Сидевший за рулём гусеничной машины бородатый мужик в защитного цвета одежде опустил стекло и проговорил неожиданно вежливо:

— Добрый день, сударь! Чем могу помочь?

— Я — светлейший князь Святослав Прозоровский, владелец поместья за рекой, — представился я. — А вы кто?

— А мы, ваша светлость, дружина его благородия Вячеслава Степановича Кулебякина.

На двери вездехода был герб: воющий волк на задних лапах на зелёном фоне. Теперь я знал, как узнать дружинников моих соседей.

— Соседи, значит, — сказал я. — Как охота?

— Много демонов прёт, ваша светлость. Хороший улов. Мы, если что, возле болот у Камешково, километрах в десяти отсюда, вам не помешаем.

— Очень хорошо. А ты реку через брод в Ковалёво ехал?

— Верно, через брод.

— Ты знаешь, что Ковалёво в моём имении находится?

— Не могу знать, ваша светлость, — наивно проговорил бородатый дружинник. — Где его благородие приказали ездить, там и ездим.

— Так вот, я тебя ставлю в известность, что Ковалёво — моя земля. Хотите ездить — платите. Так и передай господину Кулебякину. А сейчас дорога закрыта. Ищи другой маршрут.

— Как другой, ваша светлость?

— А так. Других дорог нет?

— Так ведь придётся крюк во много километров.

— Меня это не волнует. Переправа закрыта. Разворачивайся, я сказал. И передай господину Кулебякину: если ещё раз увижу его людей на своей земле, будут серьёзные последствия. Уяснил?

— Уяснил, ваша светлость. Так и скажу его благородие. Только, может, вы это… пропустите? Последний раз, а? Дюже далеко ведь ехать будет.

— Плати — пропущу. Добычи много в кузове?

— Не так чтобы сильно много… Да и боюсь я, его благородие гневаться будет.

— Значит, вопрос закрыт. Не хочешь платить, поезжай другой дорогой.

Дружинник тяжело вздохнул и почесал патлатую голову под кепи:

— Ладно, другой дорогой поедем, ваша светлость. Сейчас разворачиваться будем. Вы не могли бы немного назад сдать?

Наша колонна отъехала задним ходом, вездеход развернулся на месте и пополз обратно. Мы двинулись следом за ним и метров через пятьсот свернули на развилке.

Среди деревьев замелькало какое-то существо. Оно преследовало нас. С другой стороны появились ещё два. А вскоре стало понятно, что в лесу их много. Раздались выстрелы. Дружинник на ходу палили из кузовов пикапов. Я вошёл в режим эфирного зрения и обнаружил в радиусе сто с небольшим метров более десятка существ. Помимо них, вокруг нас кружили сотни бесплотных тварей, но мои бойцы были надёжно защищены амулетами с чёрным камнем. Похожие артефакты имелись и в машинах. Они создавали особое поле, непроницаемое для бестелесных демонов.

— Здесь их много, — сказал я Сколу. — Останавливаемся. Тормози!

Последнее было обращено к шофёру. Тот моментально дал по тормозам, и микроавтобус, взвизгнув, замер на месте, а следом за ним — оба пикапа. Редкие одиночные выстрелы разносились по лесу. Среди деревьев метались морфы, но дружинники не подпускали их близко.

Когда я второй раз проверил эфирное поле, живых существ поблизости уже не было. Шесть слабых демонов копошились в траве, привязанных к раненым или мёртвым телам, и их следовало поскорее поглотить. Разумеется, всех не получится, но хотя бы нескольких, чтобы и самому стать чуть-чуть сильнее, и мир избавить от паразитов.

Поэтому, проигнорировав предостережения Сокола, я вылез из машины и пошёл заниматься своим делом.

Вокруг по-прежнему витало в воздухе множество тёмно-эфирных сущностей. Они искали жертву, в которую можно вселиться, ну или пытались сформировать достаточно плазмы для физической оболочки. Сейчас вреда от этих тварей никакого не было, однако даже мне становилось не по себе при виде такого множества демонов.

Хотелось расчистить от них местность, но я понятия не имел, каким образом можно это сделать. Если люди в этом мире научились защищать города и контролировать аномальные области, значит, способы имелись. Но и полностью уничтожать ОПКТЭ никто не торопился. Почему? Из-за денег? Аномальные области уже сто лет являлись основой власти и богатства великих родов. Полное очищение земли от демонов вряд ли было в их интересах.

Недалеко от меня пронеслась тёмно-эфирная сущность. Послабее, чем волк-мутант, но посильнее, чем большинство убитых нами демонов.

Я находился среди деревьев, поглощал очередное существо и не видел, что творится возле машин. В той стороне несколько раз прогремел мощный электрический разряд. Подумав, что дружине нужна помощь, я побежал к ним, а когда выскочил на дорогу, понял, что случилось.

Метрах в тридцати от машин валялся крупный плазмоморф. Его обожжённая кожа дымилась, а рядом горели ветки кустарника и трава. Существо хрипело и изгибалось. Возле моего микроавтобуса стояла Надя, держа в одной руке карабин. Вокруг свободной ладони у девушки искрили электрические разряды. Вот кто, оказывается, зверюгу приложил. Молодец, девчонка.

— Помощь нужна? — крикнул я.

— Спасибо, ваша светлость, но у меня всё под контролем, — серьёзно сказала девушка. — Парни, добейте его.

За пикапом пристроились два дружинника с карабином. Они открыли огонь по извивающейся твари. Получив несколько пуль, та затихла.

— Теперь его нужно уничтожить, — сказала Надя. — Полностью.

— Это уже моя работа, — я подошёл к монстру и воткнул эфирные щупальца в душу, сидящую внутри мёртвого тела. Спустя несколько секунд очередной сильный демон был ликвидирован.

Надя оказалась довольно способной для его возраста, и было странно видеть, что она до сих пор сидит в этой глуши, хоть её первый двухлетний контракт, обязательный для выпускника пансиона, давно истёк. Здесь для молодой девушки никаких перспектив ни в карьере, ни в личной жизни. На государственной службе хотя бы дворянство сможет получить, что гораздо лучше, чем статус дружинника.

Остаток дня шла рутинная работа. Мы шагали по дороге вдоль реки, истребляя демонов, пытающихся нас атаковать. В основном это были обычные слабые морфы, которых дружинники легко били из своих специальных карабинов. Изредка попались изменённые животные.

Наконец, выбрались в поле. Здесь бродил кабан со светящимися глазами. Услышав шум моторов, он побежал к нам, но был быстро нашпигован пулями. В следующий час дружинники подстрелили в окрестностях четырёх морфов. Пока тащили одного из них к машинам, обнаружили бесноватую лисицу. У неё из тела росли ледяные кристаллы. Она носилась по полю, замораживая всё вокруг себя. Опасная тварь, хоть слабая.

Сам я не видел, как её убивали, но когда вечером мы ехали обратно, Сокол рассказал, что лисицу заметил один из дружинников и прицельным выстрелом уложил её, прежде чем та успела заморозить кого-либо. Сокол поведал историю, как на его памяти одному дружиннику похожая тварь обе ноги заморозила, да так, что пришлось отрезать.

По словам воеводы, такого скопления существ редко когда можно увидеть, разве что после выбросов. Мы за вторую половину дня убили двух мутантов и наколотили более двадцати морфов. Обычно требовалось два-три дня лазить по заражённой области, чтобы столько тварей наловить, а сейчас за порог выйди — и добыча сама тебе в кузов лезет.

— Да вон они ходят, вон они, — Сокол указывал в окно машины. — Полно их. А ночью станет ещё больше. И как попрут к нашей границе…

Мы только что пересекли реку и выехали из Ковалёво. Сумерки ложились на поле, и в них маячили силуэты, издающие слабое красноватое сияние. Демонов стало гораздо больше, чем утром, но останавливаться ради них мы не собирались. Слишком много, слишком опасно. Все думали лишь об одном: быстрее бы проскочить открытый участок и оказаться под защитой ловушек.

— Если б всех их перебили, неплохо заработали бы, — я вглядывался в полумрак за окном.

— Ещё заработаем, ваша светлость. Мы за сегодня тысяч двести подняли поди, и это только начало. Да сколько же их тут, чёрт возьми!

Два прямоходящих монстра, вынырнув из сумрака, бросились нам наперерез. Из пикапов начали стрелять. Послышался глухой удар — микроавтобус вздрогнул. Второе существо прыгнуло прямо на машину, попыталось вцепиться в решётку на окне, но не смогло, упало и покатилось по траве.

— Сейчас я их распугаю, — Надя полезла в люк на крыше, встав ногами на сиденье.

Сумерки озарились яркими электрическими вспышками. Искры летели во все стороны с жутким треском, заглушая выстрелы. Минуты не прошло, как Надя забралась обратно в салон и устало повалилась на сиденье:

— Всё не могу больше. Силы заканчиваются.

— Ты молодец, — похвалил я дружинницу. — Отлично работаешь.

— Это точно, — согласился Сокол и сам полез в люк с карабином в руках. А машина летела по ухабам, и меня до потолка подбрасывало на каждой кочке. Прицельно стрелять в таких условиях было просто невозможно.

Тем временем силуэты морфов красноватыми призраками стягивались к нам. Ещё один бросился под колёса, несколько пустились в погоню, но быстро отстали. Мы резко свернули, и вскоре позади раздались мощные хлопки, напоминающие взрывы.

— Ловушки заработали! — Сокол плюхнулся на сиденье, на котором он только что стоял. — Границу пересекли.

Миновав лес с огромными лужами, мы выехали к особняку. Здесь нас уже ждали. Оставшиеся на базе дружинники сразу же стали разгружать автомобили, дивясь тому, сколько тварей мы наколотили за полдня. Тараканова вертелась возле них и непрерывно щёлкала фотоаппаратом.

Но когда мы с Соколом отправились в здание, Анжелика увязалась с нами. А за ней плелась Настя, которую совсем не радовала необходимость таскаться за вверенной ей подопечной.

— Вы всегда столько добываете? Сколько обычно демонов можно убить за день? — тараторила Анжелика, пока мы поднимались по лестнице. — Крупные существа часто попадаются?

— Все вопросы к нему, — усмехнулся я, кивнув на Сокола. — Это он здесь специалист, а я только учусь.

— О боже мой, — буркнул под нос воевода. — Ну за что мне такое наказание.

Я его понимал. Сокол ужасно устал, как и все остальные, кто участвовал в вылазке. Все, кроме меня. Я же, наоборот, чувствовал прилив сил. Поглощённые души сделали своё дело, и мой немного выросший источник переполняла энергия. Один сегодняшний день заменил месяцы тренировок. И хоть заклинания всё равно требовалось отрабатывать, но моя сила увеличивалась практически сама собой.

Но расслабляться было рано. Демонов в аномальной области становилось всё больше и больше, и спустя полчаса, они пошли к границе. Камеры имели ночной режим, поэтому мы отчётливо видели, как несколько существ двинулись в нашу сторону. Сверкнули вспышки, и твари попадали. Сработали электрические ловушки. А вскоре на другом участке границы объявились новые нарушители. Они брели через защитную полосу и погибали. Кого-то замораживало, кого-то било ударной волной.

Хорошо, что ловушки были не одноразовыми. Они работали, пока не закончится заряд ФНМ-батареи. Только вот батареи были не бесконечными, а демоны к границе всё пёрли и пёрли.

Я, Анжелика, Настя, Ерофей и дежурный, как завороженные, смотрели на многочисленные экраны, где чуть ли не каждую минуту что-то сверкало и вспыхивало. Время от времени Анжелика указывала на один из них:

— Смотрите, попался! О, ещё одного убило. А этого поджарило.

— Что-то их многовато, — проговорила Настя, и голос её дрогнул. — И как долго они будут идти?

— Посмотрим, — буркнул Сокол. — Обычно такое творится несколько часов.

А на эфирографе загорелась красная лампочка. Это значит, что демонические сущности уже кружат где-то в радиусе километр от базы.

— Казак, — вызвал Ерофей по рации десятника. — Отправь кого-нибудь на крышу к прожектору. У нас тут демоны летают поблизости.

Камеры фиксировали всё больше и больше существ, идущих к границе, ловушки работали всё чаще и чаще. В трёх-четырёх километрах от нас творился настоящий ад. Воевода был напряжён и мрачен, как никогда прежде.

— Да сколько же их там… — пробубнил он, когда вспышки сверкнули одновременно на трёх экранах. — Хотя бы до рассвета продержаться, часов до пяти…