26

Что произошло дальше, я так и не поняла. Но Райс будто о невидимую стену ударился и отлетел на добрых два метра назад. Защитила ли меня моя кровь, магия или какие-то другие силы — не знаю. Но рыжего качественно приложило. А потом на него набросился Дориас, осыпая ударами меча, которые он с трудом успевал отражать.

Мне было страшно. И за Дориаса, и за себя. Оторвать взгляд от сражения двух братьев стоило немалых усилий. Но я заставила себя собраться, нужно действовать, пока лунный свет не ушёл.

Чтобы быть подальше от распарывающих со свистом воздух мечей, я обошла алтарный камень и чуть не упала, споткнувшись об жреца. Харнис шарахнулся от меня и пополз вокруг алтаря на четвереньках.

— Куда? — наступила я на полу его хламиды. — Поднимайся и помоги мне.

Жрец сильно удивился, но мгновенно сориентировался, подскочил и подобострастно уставился на меня, готовый внимать. Быстро переобулся, козлина бородатый. Что такое преданность он явно не знает.

— Леди желает провести какой-то обряд? — спросил он заискивающе.

— До, родовую клятву, — кивнула я.

И вздрогнула от лязга мечей. Не удержалась, бросила короткий взгляд на братьев Корос. Дориас наступал, но и Райс не желал сдавать позиции.

Зажмурилась на пару секунд и заставила себя отвернуться.

— Родовую клятву… кому? — немного растерянно спросил Харнис.

— Всем, — ответила я.

Жрец явно не понял.

— Всем жителям империи, всем домам и родам сразу. И это должна быть обоюдная клятва. И не говори мне, что это невозможно. Я знаю, что алтарь содержит в себе частичку магии каждого дома. Они уже поклялись, я хочу войти в этот круг и принести свою клятву в качестве платы. На равных.

— Но они поклялись в верности императору, — пробурчал жрец, покосившись на братьев, которые как раз в этот момент и решали, кто из них будет императором.

— Врёшь, — припечатала я. — Они поклялись империи.

— И откуда вы только всё знаете? — ехидно спросил Харнис.

— Книжки читать люблю, — в тон ему ответила я. — Что нужно делать?

— Вы осознаёте, что сделаете всех равными? Империю захлестнут междоусобные войны за власть, — злобно прошипел старик.

— Сомневаюсь, что у них будет время на это, — усмехнулась я. — Ну, что делать? Не заставляй меня применять магию.

— Нужна ваша кровь… — начал жрец и осёкся, взглянув на пятно крови от моей израненной камнем ладони.

— Дальше, — поторопила я его.

— Клятва, с вливанием магии в алтарь, — неохотно проговорил Харнис.

И вздрогнул, как и я, от короткого вскрика. Дориас всё же достал Райса. У рыжего на боку начало расплываться кровавое пятно, но драться он стал только ещё более ожесточённо.

— Клятва с магией, значит, — кивнула я.

Слова оказались просты и незатейливы. Я лишь слегка изменила формулировку, чтобы подстроить её под мои нужды. Все маги, принадлежащие к домам, некогда поклявшимся на этом камне, почувствуют и мою клятву. И поймут, что теперь всё изменится.

Возможно, кто-то посчитает мой поступок безумием и высочайшей дерзостью, но со временем они осознают и примут очевидный факт — так было нужно. Да, я поклялась не только от своего имени, рода или дома, я принесла клятву как маг жизни, одна из многих. Обязав тем самым все металлические дома принимать магов жизни, как равных…

Для того, чтобы эта клятва вошла в силу, полностью изменив структуру правления и политический уклад Металлической империи, не хватало всего лишь одного — отказа монарха от собственно монархии и монополии металлической магии. Теперь всё зависит от Дориаса…

Он будто почувствовал, что я жду его. Невероятным образом извернулся и выбил меч из руки Райса. Рыжий разъярённо выругался и… рванул к выходу из ритуального зала. Дориас бросился за ним.

— Стой! — крикнула я жениху.

— Сбежит же! — в запале воскликнул Дориас.

— Пусть бежит, это уже неважно, — улыбнулась я. — Подойди, пожалуйста.

Дориас ещё раз взглянул на лишённый дверей проём, через который сбежал его брат, глубоко вдохнул, медленно выдохнул, успокаивая разгорячённые в бою нервы, и подошёл ко мне.

— Ты мне веришь? — спросила я, взяв его за руку.

— Разумеется верю, — улыбнулся он.

— Тогда не спрашивай ни о чём, просто доверься, — попросила я, с надеждой заглянув ему в глаза.

И да, улыбнулась, потому что улыбка спасает.

* * *

Он ворвался в замок Медной лисицы, оставляя за собой грязь и кровавый след. Нет, Райс не был смертельно ранен. Скорее он был смертоносно зол. Но ему нужно было время, чтобы привести себя в порядок, подлечиться и обдумать план дальнейших действий. Сдаваться Райс Корос и не думал. Он вернёт прежние позиции, обязательно! А брата давно следовало убить… Не единожды подворачивался шанс, а он сомневался. Зря!

— Где вы все⁈ Ванну мне, свежую одежду! Позаботьтесь о хозяине, бесполезные твари! — крикнул низвергнутый узурпатор.

Ему навстречу тут же выбежали три девушки. Сонные, испуганные, но готовые повиноваться и служить.

— Новенькая где? Хочу, чтобы она меня помыла, — рявкнул Райс, оттолкнув с дороги одну из своих пленниц.

Девушка отлетела в сторону и сильно ударилась плечом о лестничные перила, но даже вздохом не выдала, как ей больно.

— Позову новенькую, — отведя взгляд в сторону, проговорила вторая.

Третья просто молча последовала за хозяином.

Когда ванна была готова и Райс Корос, раздевшись, опустился в воду, окрасившуюся от крови в розовый цвет, в ванную тихо вошла миниатюрная, ещё совсем молоденькая девушка. Последнее приобретение, как мысленно называл её Райс. Она принадлежала дому Стального Ветра, ненавистному Райсом и всеми Лисами за родство с Дориасом.

— Помой мне волосы, живо, — раздражённо приказал он пленнице.

И откинулся на бортик ванны, прикрыв глаза. Приказывать пусть и дальней, но родственнице брата было приятно. Когда по горлу принца полоснул острый стальной клинок, его глаза расширились от удивления и неверия. Закрыться им было уже не суждено.

— Ветер не удержать в плену и не заставить покориться, — бледными губами прошептала девушка, бросила нож на пол и вышла из ванной.

Спустя какое-то время, когда верные дому Лисицы слуги обнаружили убитого принца Райса Короса, замок был пуст. Пропали все ценности, наложницы и малейшие следы их присутствия. А несколько песчинок на полу у ванной комнаты никто и не заметил. Обвинять в убийстве принца было некого…