20. Не будешь

Когда Серкан появляется в дверях квартиры, она вмиг становится настолько маленькой, что даже неудобно…

Да, он большой мужчина, но я бы не сказала, что дом его матери тоже был гигантским… Так в чем же дело?

Может быть, в этом взгляде, который прожигает насквозь? Критически осматривает все вокруг, недовольно поджимает губы.

Он проходит внутрь. Осматривает теперь меня с ног до головы.

Его лицо становится расслабленней и спокойнее.

– Умница, одобрительно кивает. Тебе очень идет… Настоящая принцесса.

Я нервно закашливаюсь, переступая с ноги на ногу.

– Серкан, прости, но… Я не принцесса… В этом-то и дело… Чтобы быть принцессой, надо родиться в королевской семье, а моя семья сама простая, рабочая… И я сама привыкла все зарабатывать честно… Как видишь, все свое… Не хоромы, но…

Он опять словно бы пропускает мои слова мимо ушей. Концентрируется на своих мыслях, оглядываясь по сторонам.

– Как отец?– слышу в спину, когда веду его на кухню. Как-то неудобно стоять и мяться в прихожей…

– Спасибо, он быстро идет на поправку. Ты… очень помог…– когда говорю это, громко хлопая шкафами, голос дрожит. Пачка кофе совсем некстати выпадает из рук.

А потом я и вовсе вздрагиваю, когда чувствую его сзади.

– Не нервничай так, Татлым. Все плохое уже позади…– нежно трогает за плечо.

Как же… Позади. Хотя да… Все плохое уже позади. У меня позади сейчас. Упирается в меня пахом…

Неужели он все время возбужденный?

Все эти легенды про неистовость турок- правдивы?!

Сглатываю нервный ком и отгоняю ненужные мысли.

Ужас. О чем я только сейчас думаю.

Серкан же не отступает.

Мы делаем кофе вместе. Вернее, его делает он, продолжая вжимать меня в столешницу. То и дело зарывая свой нос в мои волосы и вдыхая мой запах.

Когда две чашки с ароматным напитком дымятся на столе, в дверь звонят.

Он встает и идет открыть сам, а спустя минуту возвращается с красивой коробкой.

– Идеальный к кофе рахат-лукум.

– Я… на диете…– мямлю себе под нос, а он неодобрительно цыкает и поддевает мой подбородок, заставляя посмотреть на него.

– Это не вопрос, Оля. И не предложение. Ты немного похудела после нашей встречи. Мне это не нравится… Ты красивая в своем весе и я хочу, чтобы он остался при тебе. И твои шикарные формы.

Опускает глаза на грудь, обтянутую тканью, а я вдруг ловлю себя на мысли, что вот в этом платье струяющегося кроя, женственном до безумия, я чувствую себя еще больше уязвимой под его взглядом.

А как только подумаю о том, что на мне одни из тех трусиков, что он подарил…

Сегодня, правда, самые пуританские. Да и колготки я напялила, а не чулки. Хватит с него и этого. Все равно спать с ним я не собираюсь…

Он словно подслушивает мои мысли. Кладет руку сначала на талию, а потом ведет по ноге вниз.

Ничего не говорит. Слава Богу, не задирает подол.

И на том спасибо.

– Ты готов ехать?– первой прерываю наше молчаливое кофепитие, увидев, что его чашка пуста. Не нравится мне, как он рассматривает фотографии на стене. Там маленькая я, родители, студенческие фото и… черт возьми, фото бывшего мужа. Вернее наше с ним, свадебное. Когда взгляд Серкана зависает на нем, а я это прекрасно вижу, его скулы становятся словно бы каменными, а челюсть- зажатой, как у Щелкунчика.

– Проведи мне экскурсию по этой квартире, раз уж я купил в ней долю,– приказывает он.

Я молча слушаюсь, хоть все мое нутро и противится этому. Гостиная, санузлы, гардероб и… спальня…

Когда мы проходим внутрь, его взгляд нависает на кровати… С тем самым ортопедическим матрасом…

– Ты здесь с ним спала?– сиплый вопрос режет, как ножом.

Я даже теряюсь. Начинаю нервно хватать ртом воздух.

Задыхаюсь, проваливаюсь в пустоту бессилия и растерянности.

Он не дожидается моего ответа.

Резко разворачивается и выходит ко входной двери.

Уже в лифте он, наконец, переводит на меня глаза.

– Ты не будешь здесь жить, Ольга,– вдруг выдает, заставляя мою челюсть отвиснуть.

– Как это… понимать?

– Сегодня позвонишь риэлтеру. Завтра у меня серия конференц-звонков. Поэтому отпускаю тебя до четырех вечера. Подберешь себе квартиру. Просторную, красивую. Такую, какую заслуживает такая женщина, как ты,– потом тянет руку к моей щеке и гладит,– будешь хорошей девочкой, я выкуплю для тебя эту квартиру по завершении срока нашего договора…

Ярость внутри нарастает дикими, агонизирующими спазмами.

Да… Да что он себе позволяет!!!

– Я не твоя шавка, Серкан, если ты не понял?!– ору на него, не церемонясь и ударяя ладонями в грудь,– классно придумал… Пришел- заценил, распорядился, где я должна жить, а где- нет! Даже не подумаю! У нас не было такой договоренности! Ты меняешь условия на ходу, а я это не принимаю!

Следующее, что я успеваю сделать,– это лишь всхлипнуть, когда он резко нажимает на стоп в лифте, а потом так же резко придавливает меня к одной из стенок лифта.

Проворные пальцы быстро поддевают подол платья, снова вскрикиваю, когда тонкая ткань капрона колготок жалобно рвется от его яростного натиска. Он буквально сдергивает его с меня, оставляя ягодицы голыми, а остатки лайкры телепаться тряпкой между ног.

Увесистый шлепок снова заставляет меня вскрикнуть, горячее дыхание опаляет кожу шеи.

– Это не предмет для наших споров, Ольга!– злобно шипит он. И правда, просто в ярости. Мне кажется, таким Серкана я еще не видела,– ты не будешь жить и спать в квартире, где тебя имел бывший муж! И да, колготки не подходят! Только чулки! Снимешь их, как только мы доедем до работы.

Когда он отступает, сам аккуратно поправляя подол моего платья, я невольно всхлипываю от резко накативших эмоций.

Лифт возобновляет движение.

На первом этаже на нас с удивлением смотрят несколько столпившихся в его ожидании соседей.

– У тебя два часа, чтобы подготовить мне устную презентацию с твоими личными оценками работы отделов и сотрудников в нем. Расскажешь…

– Почему я?– тускло произношу, поправляя юбку машинально.

– Потому что… я доверяю твоему мнению. А после обеда поедем с тобой в одно интересное место.

– Какое место?– нервно облизываю губы, не предвкушая ничего хорошего…

– Сюрприз, Ольга,– усмехается он и откидывается на кресле.