Глава 1

Она вошла в мою жизнь практически с первыми туманами, которые и дали имя этой долине.

Звучит романтично, но, увы, никто не сомневался, что доброй сказкой с хэппи-эндом эта история закончиться не могла по определению.

На тот момент жизнь на станции вошла в мирное русло и текла неспешно, можно даже сказать — лениво. В какой-то степени скуку развеивал наш новый жилец. Уезжать домой Корней передумал. Он лишь вызвал радиограммой сынков и приемыша. У него попросту не хватило силы воли покинуть место священнодействия. А иначе то, что он творил, и не назовешь. Для начала повольник заказал в Купферштадте пять десятилитровых стеклянных бутылей. Туда со всем почтением и душевным трепетом был помещен драгоценный мед, разбавленный бабьим соком.

Кстати, нужно не забыть сделать втык нашим старикам. Пить сок баобаба, добытый с помощью полутораметровой трубы, — одно удовольствие. Правда, для варки кофе эта жидкость не годилась, а вот чай из него получался выше всяких похвал.

Но вернемся к медовухе. Насчет священнодействия я не шутил. Поначалу золотистого цвета жидкость ничем особым не выделялась, но, как только бутыли были размещены рядом с магопреобразователем, внутри зажглись сверкающие искорки и зажили своей особой хаотической жизнью.

Корней едва ли не по десять раз на дню спускался на нижний уровень станции, чтобы полюбоваться этой пляской волшебных светлячков.

На мой вопрос, когда можно будет попробовать столь распиаренный напиток, повольник ответил довольно невразумительно. Сначала он заявил, что процесс брожения, ускоренный магопреобразователем, идет трое суток, но по-настоящему медовуха формируется больше трех месяцев, а затем на полное дозревание ей требуется еще больше года, пусть и не рядом с концентрированной магией, но в особом температурном режиме. Причем двенадцатью месяцами все это не ограничивается. С каждым годом выдержки медовуха становится только лучше и дороже.

Лично я из всего этого восторженного лепета услышал только «трое суток», и от себя добавил еще пару дней на усадку, а потом все же сниму пробу. Я хоть и любитель вискаря, но так до сих пор и не понял, в чем разница между скотчем трехлетней и двенадцатилетней выдержки. Может, моим вкусовым рецепторам не хватает чувствительности или же производители просто морочат нам голову.

Заезд в тот знаменательный вечер вроде не отличался от всех предыдущих ничем особым, но только до момента, когда по лестнице второй фуры восточного каравана не начала спускаться очень примечательная особа.

Изрядно удивившись, я взялся за управление камерой и увеличил изображение. После этого мое удивление переросло в откровенный шок.

Когда Стальной Тедди завалил единорога, я вспоминал японское аниме. Так вот, то было лишь отдаленное подобие, а сейчас я наблюдал практически классическую анимешную сцену.

Здоровенный, буквально косая сажень в плечах, мужик в котелке и с изуродованным шрамами лицом подхватил на руки, а затем осторожно поставил на землю хрупкую девчушку в платьице чисто анимешного стиля. Рассмотреть подробно мордашку нашей гостьи я не сумел, но образ добивала прическа в виде двух кокетливых хвостиков по бокам и не менее кокетливой шляпки.

Стало очень интересно, и не потому, что я поклонник аниме и мимишных героинь, просто моя интуиция буквально вопила: здесь что-то не так!

Жаль, на этом этапе оторваться от зарядки в ближайшие полчаса не получится, но позже обстановку разведать все-таки не помешает.

Когда наконец-то сумел выбраться в столовую, то увидел довольно любопытную картину. Места за длинными столами у нас было достаточно, но не до такой степени, чтобы один из них занимали только два человека. Поначалу я подумал, что это звероподобный охранник отпугнул дальнобойщиков. В принципе, так оно и было, но реальность все же оказалась намного интереснее.

Хорошо хоть заметил странность в ментальном поле гостьи до того, как разглядел ее почти детское личико с огромными глазищами профессиональной няшки и открыл рот.

Даже замер на мгновение, поразившись тому, что ощутил. Нет, никаких эмоций у этой странной девчушки мне прочесть не удалось. В том-то и дело. Это можно сравнить только с рассказом одного моего друга, служившего на подлодке. Он говорил, что, глядя изнутри на железный борт судна, можно легко представить, что за ним обычный воздух, но едва прикоснешься, как понимаешь, насколько чудовищное давление океанских глубин постоянно норовит прорваться в хрупкий мирок беззащитного суденышка.

Так и здесь я лишь скользнул своим щупом по ментальному блоку гостьи и ощутил, какая мощь за ним кроется. Истинных магов Беловодья мне еще не доводилось видеть, за исключением лечившего Златку доктора, но там масштабы не те. И все же у меня не было ни малейших сомнений, что вижу именно одно из таких существ. Мой первый учитель магии в этом мире называл их безумными инопланетянами, совершенно не похожими на нормальных людей.

Вот и состоялся мой первый контакт с чуждым разумом. Причем контакт этот довольно необычный, по крайней мере, внешне.

— Приветствую вас на станции, уважаемая дара, — изобразив легкий поклон, вежливо произнес я.

«Няшка» недовольно сморщила личико, поняв, что поиграть со мной не получится. И только после этого я смог прочитать в ее взгляде изрядный жизненный опыт. Вроде совершенно ничего не изменилось, но в наивных и чистых, как теплое море, глазах поселились злые и даже немного безумные искры.

Либо мастер-инструктор Захар действительно прав, либо у меня разыгралось воображение.

— Пустышка с ментальным конструктом, — все еще почти детским голосом, но подернутым холодком, как река в ноябре, сказала магиня, — как тебе удалось узнать меня? Ты же слабосилок, а мой блок ставили настоящие мастера.

— Потому и узнал, — не стал я реагировать на подначку. — Слишком уж глухая защита.

— Тоже вариант, — пожав плечиками, равнодушно ответила эта странная «няшка».

Ее звероподобный охранник продолжал изображать из себя голема.

— Простите за беспокойство, — чуть поклонившись, сказал я, решив, что хватит дергать тифа за усы. — Просто хотелось поприветствовать столь важную гостью и узнать, не могу ли я чем-либо помочь в плане обеспечения максимального комфорта.

— Можешь, — тут же откликнулась магиня, заставив меня мысленно обругать себя за излишнее любопытство и длинный язык. — Мне нужно остаться здесь на несколько дней.

Ох и не нравится мне все это…

— Не будет ли бестактностью спросить, с какой целью вы решили посетить наше захолустье?

— Будет, — кривовато улыбнулась магиня, полностью растеряв свой мимишный шарм, — но я все же отвечу. Я должна встретить здесь кое-кого, но не знаю, когда состоится эта встреча. Вот до тех пор и воспользуюсь твоим гостеприимством. Ты же не будешь возражать?

На вопрос это заявление походило мало — скорее завуалированный приказ.

Поселившийся во мне с недавних пор гонор мага подталкивал к резкому ответу, а вот интуиция, вкупе со здравым смыслом, вопили о пагубности столь опрометчивого порыва.

— Мы всегда рады адекватным гостям. Если будут какие-либо дополнительные пожелания, я постараюсь помочь, чем смогу.

— Пожелания будут, — кокетливо улыбнулась гостья, и почему-то мне от ее улыбки стало неуютно.

Она что, флиртует со мной? Свят-свят!..

— Вам не кажется, что нам пора познакомиться? — перешла на более вежливое обращение чародейка, умильно захлопав длинными ресницами.

Ее первоначальная грубость явно была продиктована тем, что я не повелся на искусный маскарад.

— Простите за бестактность, — с легкой клоунадой расшаркался я. — Позвольте представиться, Зимин Никита Олегович, станционный смотритель, к вашим услугам.

— Это хорошо, что к моим услугам, — опять с каким-то хищным намеком произнесла она. — Вы уже успели обзавестись прозвищем? У нас это многое значит.

Ну и что мне ответить? Не думаю, что стоит врать.

— Раньше меня назвали Домовой, — попробовал я увильнуть от ответа.

— Раньше? — с поддевкой улыбнулась магиня. — А сейчас?

— Демон, — вздохнув, сдался я.

— Демон?.. — протяжно повторила она, словно пробуя прозвище на вкус. — И откуда такая мрачная слава?

— Это долгая история, — проворчал я.

— Вы правы, — не стала настаивать гостья, — у нас еще будет время для страшилок. Меня можете называть Эльзой. Красоткой Эльзой.

Магиня представилась в стиле Джеймса Бонда и явно сделала это намеренно.

Ей бы скорее подошло прозвище Няшка, но кто я такой, чтобы оспаривать народную мудрость? Впрочем, учитывая мое собственное прозвище, может, мудростью в процессе раздачи прозвищ и не пахнет.

— Прошу меня простить, но мне нужно вернуться к работе, — воспользовался я одним из скачков напряжения в магопреобразователе как поводом, чувствуя, что ситуация становится еще более странной.

В принципе, можно обойтись и удаленной коррекцией, но лучше все же добраться до контактных сфер. Откровенно врать магу не стоит, особенно истинному. Уж кому как не мне знать, что беспардонные вруны в ментальном плане светятся, как уличные фонари…

— Не буду вас задерживать, — мило улыбнулась Эльза, — но мы еще поговорим, и очень скоро.

Япона икебана! Ну вот почему ее намеки отзываются во мне дурными предчувствиями?

Когда развернулся, то увидел замершего у двери Баламута в полном боевом облачении.

— Все нормально? — спросил он, косясь на спутника Красотки.

— Да, — проворчал я, пытаясь хоть как-то прокачать в голове сложившуюся ситуацию.

— Что она сказала? Этот орангутанг, случаем, не похитил ребенка?

Осознав, о чем спросил мой друг, я замер посреди коридора:

— Гена, ты все перепутал. «Ребенок», с которым я сейчас говорил, если и моложе нас с тобой, то ненамного. Это истинная магиня, и она куда опаснее своего ручного орангутанга. Уверен, что того же Головоруба на пару со Стальным Тедди эта няшка порвет, как Тузик грелку. Впрочем, старики, может, и побрыкались бы, а нам с тобой точно ничего не светит, — задумчиво добавил я, но, увидев недоверчивый взгляд Баламута, жестко закончил: — Не вздумай даже дышать в ее сторону. Наша главная проблема в том, что эта симпатичная обезьянка с гранатой решила пожить у нас несколько дней.

— А мы не можем ей отказать? — Похоже, Баламут все никак не хотел до конца принять странные реалии этого мира.

— Гена, блин, не тупи! Как два пусть и круторогих барана могут отказать медведю, если тот решит заночевать в кошаре? Этим баранам остается лишь надеяться, что медведь уже нажрался в лесу малины с медом и пребывает в благодушном настроении.

— И вот толку с того, что ты маг?.. — недовольно проворчал мой друг, но это абсолютно меня не задело.

— Сам в печали.

Наш эмоциональный разговор и раздрай в душе заставили меня отвлечься от контакта с обручем удаленного доступа, и магопреобразователь пошел вразнос. Наладить все удалось только через десять минут.

А затем я сидел и думал. В голову даже пришла неожиданная мысль, что мощь истинных магов может оказаться выдумкой — фейком, призванным напугать народ, чтобы не рыпались. Но подобные измышления сразу показались мне крайне опасными. Нет ничего хуже, чем недооценка своего потенциального оппонента.

Я уже надеялся, что сюрпризов в этот день больше не будет, и как всегда ошибся в своих прогнозах. Что уж тут поделать: стезя пророка — точно не мое призвание.

Когда улеглись спать и мои домочадцы и дальнобойщики, вдруг возбудились сторожевые менгиры. Обеспокоившись, я начал проверять наружные камеры, но затем быстро переключился на внутренние. Догадка оказалась верной — перед бронированной дверью, перекрывавшей доступ в отсек персонала, стояла девочка с легкомысленными косичками и, заложив руки за спину, совершенно по-детски раскачивалась из стороны в сторону так, что ее плиссированная юбочка ходила волнами туда-сюда. Именно она, наплевав на наличие домофона, использовала сторожевые менгиры в качестве дверного звонка.

А это, скажу я вам, непростая задача.

Япона икебана! Да сколько еще я буду вздрагивать, глядя на эту куклу?

С другой стороны, как еще реагировать на такую картинку? Это вам уже не аниме, а чистой воды хорор. Постоит такая милая няшка перед дверью, а затем начнет резать всех подряд.

Была даже мысль сделать вид, что ничего не заметил. Очень уж страшно пускать ее туда, где живут близкие мне люди. И все же здравый смысл подсказал, что глупостей делать не стоит.

Даже не сомневаюсь, что «постучалась» она из чистой вежливости и вскрыть замок, а то и выломать бронированную дверь сможет без особого труда.

Тяжело вздохнув, я встал и пошел встречать не совсем званую гостью.

— Ну вот зачем так долго держать девушку на пороге? — капризно надула губки Эльза с таким умильным видом, что у меня заныл отбитый копчик.

— Пересмотрел в детстве ужастиков, — сказал я совершеннейшую правду, чем вызвал звонкий смех «няшки».

Внезапно она подошла ко мне вплотную и положила ладошку на мою грудь:

— Мне скучно. Может, развлечемся?

По моему телу пробежалась волна тепла, отозвавшись нешуточным желанием. Но вместо того, чтобы подхватить эту игру, я активировал обруч, максимально закрываясь от внешнего ментального влияния.

Не помогло. Либо моя защита против такой мощи не стоит и ломаного гроша, либо она давила совсем не на мозг.

— А чего это мы такие колючие? — нахмурив бровки, спросила девушка.

И действительно, чего это я? В принципе вопрос риторический. Просто одно наложилось на другое. Сама мысль о сексе с той, кто выглядит как нимфетка, натыкалась на определенный внутренний блок. И не так уж важно, сколько ей лет на самом деле. А еще и паранойя орала благим матом, не переставая.

— Строгое воспитание и отсутствие сексуальных отклонений, — опять честно ответил я.

— Некоторым эти отклонения доставляют удовольствие, — насмешливо промурлыкала Эльза.

— Некоторым нравится, когда их бьют плеткой и обзывают по-всякому. Я таким чудакам точно не судья и тем более не товарищ.

— Не люблю я этого делать, — рассерженно топнула ножкой магиня, но отступать не стала. — А если так?

Она сдернула с косичек бантики, глубоко вздохнула и провела ладонями по своему лицу. В коридоре ощутимо похолодало.

Такое впечатление, что Эльза стерла руками грим, молодивший ее лет эдак на десять. Но могу поклясться, что на ее лице если и имелась косметика, то в мизерных долях.

— Так уже лучше, — сказал я только для того, чтобы стряхнуть с себя шок. — Но все равно не пойму, на кой черт тебе понадобился помятый жизнью станционный смотритель.

— Ох, как с тобой трудно… — вздохнула претендентка на место в моей постели, принявшая вид хоть и молодой, но все же женщины. — Хорошо, поясню, но только потому, что я не поклонница садомазо. Я три дня в пути, да и до этого мужика не было почти неделю. Хочу развеяться, а делать это с простым недаром — не веселее, чем вообще в одиночку. Мы так и будем стоять в коридоре?

— Не будем, — приняв решение, я подхватил очень легкую магиню на руки и с самым серьезным видом на лице понес ее в спальню.

После того как понял, что ментально она на меня не воздействует, а прилив возбуждения — это чистая химия тела, пусть и с магической основой, тупить дальше не собирался. Тем более давно хотел понять, что же такого феерического дает секс с магически одаренной женщиной.

Когда мы раздевали друг друга, внезапно мелькнула мысль — может, стоит оставить хотя бы сапоги с ножом?.. — но я отмахнулся от нее, в очередной раз нарываясь на перспективу быть битым в неглиже. Двери за собой я закрыл, и если от кого и отхвачу, то только от этой милашки. А тут уж раздевайся не раздевайся — все едино.

На удивление, Эльза оказалась нежной и чуткой любовницей, так что наш секс действительно был далек не только от садомазо, но и от камасутры. Зато в энергетическом плане творилось нечто невообразимое. Опять в голову лезло только сравнение с катушками Теслы. Энергия вливалась в меня широким потоком и выплескивалась наружу, превращаясь в тончайшие волоски разрядов. То же самое творилось с Эльзой. Когда исходящие из нее молнии ударяли в мое тело, вместо боли ожогов я ощущал настолько острые уколы удовольствия на грани оргазма, что хотелось выть.

Теперь понятно, почему обычные женщины так хотят попасть в постель мага, и кристально ясно, почему мне в будущем стоит держаться от магинь подальше. Боюсь, что это уже не секс, а наркотик и сильнейшая привязка. Вроде бы чего кочевряжиться, когда так хорошо? Но беда как раз в том, что слишком хорошо. Как бы в будущем секс с обычной женщиной не показался мне пресным. Тут уже проблемами с потенцией попахивает. А оно мне надо? Для эксперимента и на пробу разок очень даже неплохо, но привыкать не стоит.

Подобные мысли конечно же посетили меня, когда все уже закончилось, а до этого в голове вообще было пусто. Что неудивительно, ведь центр принятия решений в тот момент находился совсем в другом месте.

Потянувшись, как кошка, Эльза, не стесняясь своей наготы, прошла в ванную комнату и, задержавшись перед дверью, призывно оглянулась. Меня буквально раздирало желание пойти следом, но пресловутый ЦПР уже вернулся на положенное место.

— Ты странный, — заявила магиня, когда через пять минут завалилась в кровать и положила голову с мокрыми волосами мне на грудь. — И слишком осторожный.

— В последнее время часто били, — не стал я вестись на ее подначку и отстаивать свое уязвленное мужское эго. — Помогает прочищать сознание и познавать дзен.

— Тебе нравится в Беловодье? — немного невпопад спросила она.

— Да, — ответил я, глядя в потолок. — Особенно когда рядом нет людей.

— Но только люди способны раскрыть то, что является истинным сокровищем этого мира. — Перевернувшись на живот, Эльза положила подбородок мне на грудь.

— Здесь любой сильный зверь на это способен.

— Это лишь брызги настоящего водопада, — фыркнула она, как кошка, — простые инстинкты животных магического мира. Вы, пустышки, хоть и отличаетесь от зверей и простых хомо, но все равно даже понятия не имеете, что такое настоящая магия.

Не скажу, что меня покоробил ее снисходительный тон, скорее поразило, с какой привычной уверенностью она отделяла себя и подобных ей от остального мира, если не вселенной вообще.

Это действительно попахивает очень запущенной манией величия. Я, конечно, не психиатр, но тут все видно и невооруженным взглядом.

Внезапно ее улыбка стала хищной, и я отчасти осознал ее правоту. Мои возможности без артефактов даже слабее, чем у единорога и тем более у терроризировавшего станцию болотного бегуна. Но разница между нами не делает меня животным, а ее — богиней.

И все равно от мысли, что Эльза сейчас может читать мои мысли, словно статью в газете, становилось не по себе.

С другой стороны, у меня пока нет никаких тайн, которые могли бы разозлить истинных магов Беловодья, так что можно расслабиться.

Ага, легко сказать…

— Не дергайся, — опять перевернувшись на спину, блаженно потянулась Эльза. — Ты доставил мне сегодня удовольствие, так что я дам тебе кусочек знаний.

— Как рыбку тюленю? — все же выскочил из меня ворчливый комментарий.

— Отказываешься?

— Ни в коем случае! — с преувеличенным энтузиазмом воскликнул я. — Тюлень старался, его нужно поощрить.

Я не сомневался, что сарказм скрыть не удастся, поэтому даже не старался.

Посмеявшись над немудреной шуткой, Эльза все же поделилась информацией, и ради такой «рыбки» стоило хлопать ластами и носить мяч на носу.

— Никто не сможет прочитать твои мысли. Распознать эмоции, расшифровать реакции тела — это легко, но не заглянуть в душу.

— Ты уверена? — с тайным облегчением, но без особого доверия уточнил я, чем вызвал у нее презрительную ухмылку:

— Я была близка с истинным магом, способным заставить толпу в сотню человек вскрыть друг другу глотки, но и его удавалось обмануть, контролируя эмоции и тело. Сам понимаешь, в этом деле мне дано многое.

Словно в подтверждение своим словам, она провела ладошкой по лицу, и на меня опять уставились огромные глаза няшной нимфоманки. В обнаженном виде этот образ напрягал еще больше.

— Прекрати!.. — прорычал я, стараясь прикрыться простыней.

— Неужели я тебе не нравлюсь? — На четвереньках, как кошка, она попыталась залезть на меня верхом, но натолкнулась на холодный взгляд. — Ты скучный.

— Зато не стыдно смотреть в зеркало.

— Не обольщайся, тем, кому я нравлюсь в таком образе, в зеркало смотреть тоже не стыдно. А еще говорят, что столь яростное отрицание означает подавляемую тягу.

— Ага, и чтобы доказать обратное, мне нужно наброситься на тебя прямо сейчас, — хмыкнул я, не ведясь на подначку. — У каждого из нас во внутренних темницах подсознания сидит такое зверье, что волосы дыбом встают. Но это не повод выпускать его из клетки.

— Да ты у нас прямо философствующий психиатр, — скорчила она умильную рожицу и, соскользнув кровати, начала одеваться.

Либо игры со мной ей наскучили, либо манипуляции с лицом давались не так легко, как она старалась показать.

Я тоже быстро оделся, дабы проводить даму, имея подобающий вид.

И хорошо, что не пошел за ней в одних трусах, потому что в операторской нас встретил сидящий в моем кресле Баламут.

— Доброй ночи, дяденька, — присев в книксене и потупив глаза, поздоровалась Эльза.

Генка покраснел как рак и закашлялся.

Плутовка шаркнула ножкой и с видом святой невинности выскользнула в коридор.

От такой подставы у меня пропало малейшее желание изображать из себя джентльмена, так что я просто проводил Эльзу до конца коридора и запер дверь за ее спиной.

Надеюсь, она сейчас не выломает бронированную преграду, дабы показать залетному нахалу, кто есть кто в пищевой цепочке Беловодья.

Когда я вернулся на пост управления, Баламут уж немного пришел в себя, но далеко не до конца.

— И кто там говорил мне насчет беса в ребро?.. — сузив глаза, зло сказал мой друг. — Ей же всего…

— Она, — не дал я ему закончить гневную речь, — если захочет, сможет слепить себе лицо старушки. Вот это точно было бы извращение. К тому же, когда мы кувыркались, на вид ей было лет тридцать. — Под конец я немного соврал, сам не знаю зачем. — Лучше скажи, на кой черт ты сюда приперся?

— Ну так ты же уединился со страшным магом, вот и решил подстраховать, — заявил мой друг и как-то растерянно посмотрел на свой автомат, прислоненный к ножке стола.

— Увы, ни ты с этой пукалкой, ни я со всеми своими цапками тут ничего сделать не сможем. Пошли лучше спать, — устало вздохнул я.

— Не пойду я с тобой спать! — в притворном ужасе отшатнулся от меня друг. — Мало ли что тебе, извращенцу, в голову взбредет!..

— Не смешно.

— Да, — неожиданно согласился со мной посерьезневший Баламут. — Смешного тут мало. Как бы дальше не стало совсем грустно.

Конечно, не имея всей информации, он не мог полностью оценить ситуацию, но все равно оказался совершенно прав.