Глава 29 · Билеты

Когда Артур проснулся, часы показывали восемь.

Ретт уже не спал. Он лежал на боку рядом с юношей, опершись локтем о подушку и почему-то улыбался. Другая рука его лежала поперёк туловища Артура, и, когда тот открыл глаза, Дуглас потянулся к нему за поцелуем.

Артур ответил и невольно тоже улыбнулся, когда Ретт его чуть отпустил.

— Ты звал меня во сне, — сообщил Дуглас.

Артур попытался спрятать взгляд, но Ретт поймал его подбородок, повернул к себе и ещё раз легко поцеловал.

— Даже не думай.

Артур не выдержал и снова улыбнулся.

— Сандберг заказал билеты?

Артур снова помрачнел, и Ретт чуть приподнял брови, несколько удивлённый такой реакцией.

— Ты не хочешь на Фобос?

Артур некоторое время смотрел на него, пытаясь понять суть вопроса.

— Ретт… Для кого билеты?

— Для нас, какой ещё дурак потратит три дня на поездку на поезде?

Артур прокашлялся и попытался закопаться носом в плечо Дугласа.

— Прости.

— За что?

— Просто так.

Ретт хмыкнул и прижал его к себе.

— Я хотел съездить куда-то с тобой ещё на праздники, — сказал он, становясь серьёзным. — Жаль, что мы потратили это время на ерунду…

Артур подозрительно затих, и Ретт оторвал его от себя, заглядывая в лицо.

— Ты ещё не простил меня.

— Дело не в этом. Я вспомнил про контракт.

Ретт кивнул.

— Он ещё в силе?

Ретт кивнул ещё раз, и Артур закусил губу.

— Ты думаешь, я справлюсь?

— Я думаю, это поможет тебе справиться. Ты слишком долго сидел взаперти, занимаясь самокопаниями.

— Значит, это из жалости?

Ретт тихонько рыкнул.

— Артур, уймись. Я, кажется, ни разу не пытался тебя обмануть или умышленно тебе навредить.

— И это довольно… странно.

— Артур, честно, ещё чуть-чуть — и я не выдержу.

— Не выдержишь и что?

Ретт схватил волосы Артура, оттягивая его голову назад, заставляя открыть лицо, и встретил взгляд, полный смеющихся искорок.

Не говоря ни слова, он повалил Артура на спину и дёрнул его колени в стороны, заставляя развести ноги. Когда Ретт поместился между его бёдер, грудь Артура мерно вздымалась, а глаза стали совсем пьяными.

Ретт просунул руку между его разведённых бёдер и резко вставил два пальца, проверяя ещё наполненный его семенем проход.

Анус Артура запульсировал, судорожно сжимая пальцы Ретта. Юноша закусил губу, заставляя себя справиться с болью.

Ретт наклонился над его грудью и, легко прикусив один сосок, потянул на себя. Артур выдохнул, выпуская воздух всем телом.

— Тебе нравится так? — спросил Ретт, глядя ему в глаза такими же пьяными глазами.

— Да… — выдохнул Артур.

Ретт чуть вынул пальцы и толкнулся снова, заставляя Артура выгнуться дугой, подставляясь ему.

— Тебе всегда это нравилось, да?

На секунду взгляд Артура протрезвел, и сам он будто бы сжался.

— С тобой — да, — сказал он каким-то чужим, незнакомым голосом, и Ретт наклонился к его губам, почти поглощая их поцелуем.

— Теперь будет только со мной, — прошептал он в самые эти губы, почти не отстраняясь.

— Да… — выдохнул Артур и дёрнулся навстречу, когда пальцы снова ворвались в него.

Ретт убрал руку, чтобы опереться о неё, а свободной потянулся к губам Артура. Прошёлся по ним пальцами и чуть проник внутрь. Артур покорно раздвинул губы и приласкал языком шершавые пальцы, всё так же не отрывая взгляда от бешеных глаз Дугласа.

Ретт подождал чуть-чуть, а затем прошёлся смазанными пальцами по собственному члену и резко, не давая Артуру опомниться, ворвался в его тело.

Артур протяжно застонал, прогибаясь сильнее.

Ретт толкнулся ещё глубже, и Артур подался навстречу, плотно вжимаясь в него бёдрами и почти не давая отстраниться.

— Маленький мой, — прошептал Дуглас, целуя всё, что попадалось ему на пути — белые плечи, щёки, приоткрытые губы, — как я тебя люблю…

Артур потянулся к нему руками, прижимая к себе, и попытался поймать его губы своими. Несколько секунд они целовались, почти не двигаясь, а потом Ретт, не отстраняясь, взял бешеный темп.

— Покажи мне, — прошептал он, чуть отодвигаясь и заглядывая между их телами.

Артур чуть покраснел, но потянулся рукой к своему члену и, не отрывая взгляда от лица Дугласа, принялся быстро ласкать его в такт движениям Ретта, заставляя тонкую кожицу освобождать нежно-розовую головку и снова прятать её.

Ретт внимательно смотрел на эти движения, преодолевая нестерпимое желание поцеловать эту нежную молодую плоть, почти не знавшую ласк.

— Ретт… — предупредительно пробормотал Артур.

— Не останавливайся, — Ретт толкнулся ещё сильнее, попадая в самую сладкую точку, и Артур выгнулся, изливая семя себе на живот.

Ретт закрыл глаза, наслаждаясь прощальной пульсацией мягкого тела, и рванулся последний раз, заполняя Артура собой.

— Чёрт… — выдохнул он и рухнул рядом, опять прижимая юношу к себе и покрывая поцелуями.

Артур чуть подтолкнул его, переворачивая на спину, и сам улёгся ему на грудь. Затем привстал, разглядывая узкую полоску шрама под левым соском. Лицо его снова было серьёзным, и Ретт не мог не заметить этого.

— Хватит, — он резко встряхнул Артура за плечи. — Это не первый и не последний.

Артур сглотнул и кивнул.

— Нужно собираться. Поезд через два часа.

Они приняли душ — по отдельности, потому что вместе это делать было бесполезно — и наспех позавтракали.

Артур приготовил яичницу, а Ретт предложил ему нанять кухарку. Недожаренной еды он не любил.

— Ты начинал говорить про контракт, — сказал Ретт, заваривая кофе.

Артур кивнул.

— Я бы хотел… Если ещё можно. Не хочу всю жизнь быть твоим секретарём.

Ретт кивнул.

— Верное решение. Ты мне доверяешь или хочешь, чтобы детали посмотрели юристы?

— Я посмотрел. Он… никакой. По контракту выходит, что я не должен ничего.

— Примерно так.

— Тогда какой в нём смысл?

— А ты хочешь получать деньги напрямую с моего счёта? Я могу просто сделать тебе кредитку, но не думаю, что тебя это устроит.

— Собственно, именно это меня и беспокоит. Это ведь не будет то… что ты предлагал мне в первую встречу? Я в самом деле буду работать и делать что-то нужное?

— Артур, — Ретт поставил кофейник на стол и мрачно посмотрел на него. — Встречный вопрос. Мне нужно платить тебе, чтобы ты со мной спал?

Артур качнул головой и неловко улыбнулся.

— Тогда давай закроем эту тему раз и навсегда. Мне нужен человек, которому я могу доверять. Да, у нас с тобой есть личные отношения. У меня есть личные отношения и с Танакой… надеюсь, ты сейчас не представил то, что нарисовалось на твоём лице. И с половиной моей охраны у меня что-то вроде личных отношений.

— Шелман рассказывал.

— Тогда не дури. Мне удобнее работать с теми, кого я хорошо знаю, но это никому и никогда не давало поблажек в работе.

— Когда мне подписать бумаги?

— Я думаю, это не срочно. Подпишешь, когда вернёмся. Как ты верно заметил, там скорее мои обязательства перед тобой, чем наоборот. Будет хорошо, если ты сразу начнёшь разбираться в ситуации, но я не настаиваю. Думаю, последние две недели были достаточно напряжёнными… Для нас обоих.

* * *

Спустя полчаса они стояли на перроне. У Дугласа был только маленький чемоданчик с документами и спортивная сумка с минимумом вещей через плечо. Артур не взял ничего — как он понял из сборов Дугласа, костюмы там было носить негде, а ничего более неформального у него не оказалось. Ретт попросил его взять ноутбук, обещав остальное купить на месте.

Артур был не против. Полгода назад на Андромеду он прилетел вовсе без вещей, и со всем, что приобрёл за последние полгода, готов был расстаться без сожалений.

Артур с любопытством наблюдал за тем, как останавливается поезд, а затем, когда они уже сидели в купе, друг напротив друга, забрался с ногами на свою полку и, повернувшись к окну, негромко сказал:

— Я первый раз вижу его изнутри.

Дуглас поднял брови.

— Я думал, ты потому стоишь тут каждый день, что поезда напоминают тебе о доме.

— Ну… да… Там был вокзал. Но я никогда не ездил на поездах. Я вообще мало ездил.

Он помолчал.

— Была ещё одна причина. Но я не уверен, что тебе понравится её знать.

Ретт продолжал смотреть на него, ожидая продолжения.

— Ну, собственно… Это чем-то похоже на то, почему я покупаю пистолеты.

— Говори, — потребовал Ретт, чувствуя, что Артур опять начинает сомневаться.

— Я… не знаю. С чего начать. Мне впервые пришло это в голову, когда ты… набросился на меня. Там, на яхте. Нет, ещё раньше. В лифте. Будто поезд несётся прямо на тебя…

Артур сделал руками жест, пытаясь изобразить приближение поезда.

— Я напугал тебя. Но ты…

— Подожди. Ты сделал что угодно, но не напугал меня тогда. Я хотел этого. Я доводил тебя весь остаток дня. Я надеялся, что ты снова взорвешься, и я опять испытаю это чувство…

Артур снова замолк, опасаясь поднимать взгляд на Ретта.

— Я же почти ничего не чувствовал. С самого… С тех пор, как ушёл из колледжа. А ты меня будто бы насквозь… с размаху…

— Это называется адреналин, — сказал Дуглас мрачно.

— Наверное… Не знаю. Ты испытывал когда-нибудь такое?

Ретт усмехнулся, и, бросив на него короткий взгляд, Артур увидел в глазах Дугласа бешеный огонёк.

— Да. Когда крейсер Эрхана пошёл на наш дредноут в лобовую атаку.

Один уголок его губ опустился, а другой остался приподнят.

— Только мне не надо было для этого бросаться под поезд.

— Я не бросался, — Артур снова отвёл взгляд.

— Я надеюсь, — Ретт поймал его руку и крепко сжал пальцы, вынуждая снова посмотреть на себя. — Ты же понимаешь, что если ты выкинешь что-нибудь подобное, то я этого не переживу?

Артур сглотнул.

— Ты преувеличиваешь.

— Это не в моих правилах. Я не так часто влюбляюсь, как ты думаешь. И далеко не так быстро отхожу.

Ретт убрал руку и кивнул за окно.

— Смотри.

Поезд тронулся с места — куда медленнее, чем представлял себе Артур, когда смотрел на его движение со стороны — и стал потихоньку набирать скорость.

Постепенно земля стала уходить не только назад, но и вниз, и юноша ощутил, как начинает закладывать уши. Говорить стало неудобно, и он на какое-то время замолк. Потом за окнами сверкнуло, пронеслись мимо облака — так быстро, что Артур едва успел заметить белую вспышку — и небо потемнело. В купе загорелись приглушённые огни, но Ретт тут же протянул руку, выключая лампы, и Артур увидел звёзды. Казалось, они висят так близко, что можно дотянуться рукой. С борта яхты они выглядели искусственными лампочками где-то вдали, а здесь Артур почему-то необыкновенно отчётливо ощутил, что вокруг только звёздное небо — и больше ничего.

Ретт пересел поближе к нему и, заставив Артура убрать ноги, развернул его спиной к себе и прислонил к груди.

— Ну как? — спросил он. — Всё ещё боишься вечности?

Артур чуть улыбнулся.

— С тобой — нет.