Глава 13. У меня зазвонил телефон
— А-а-а-а! Саша! Он нашел Виолетту! — Тося голосила в трубку, испытывая на прочность барабанные перепонки абонента.
— Боже! Ты чего так кричишь? Ну нашел, и дальше что? — Саша, сбросив кошку с колен, торопливо подошла к телевизору и сделала звук тише. Ей одной Антонины хватало. Только возвращаясь к дивану, заметила, что пульт лежал рядом. «И чего бегала? Чертова Тоська! В могилу меня сведет».
— Он собрался ее к деду везти. В баньке париться. Саша, у них все далеко зашло, раз он с родственниками начал знакомить!
— Ничего не понимаю, — скорее себе, чем подруге сказала Александра.
— А я о чем? Ты говорила, если молчать будем, Ленька ее не найдет, а она — вот она! Сама, видать, объявилась.
— Так, кончай истерить. Я сейчас все разузнаю и тебе перезвоню. А ты пойди рюмку корвалола тяпни.
— Ты же говорила не больше двадцати четырех капель? — насторожилась Тося.
— Ну слава Гиппократу, вернулась в адекватное состояние. Все. Жди.
Прежде чем позвонить, Саша несколько раз вдохнула-выдохнула, успокаивая сердце. «Пульс не меньше ста. Разве можно так пугать? Идиотка».
Напрасно она дышала — Виолетта трубку так и не подняла, что добавило сердечных сокращений и гибели двух тысяч нервных клеток. Минут через десять Александра догадалась позвонить в клуб, где администратор ее уверил: тренер Романова на занятиях и освободиться только в восемь часов.
Звонцова еле дождалась. Пришлось перезвонить Тосе и успокоить, иначе бы та оборвала провод.
— Вета, привет!
— Здравствуйте, Александра Михайловна.
— Почему так официально? Или случилось чего?
В последнее время Виолетта явно избегала старшую подругу: не звонила просто поболтать, поделиться о своем, о девичьем, не звала на соревнования по пол-спорту. Это наталкивало на определенные мысли: «Неужели Тося права?»
— Нет, тетя Саша, вроде все в порядке. — А голос настороженный, тихий, хотя совсем рядом слышен громкий разговор и смех.
— Ты сейчас где, в раздевалке? А Лора рядом?
— Нет, она дома.
— Вот и хорошо. Мне хотелось без нее с тобой поговорить.
— Подождите, я сейчас на улицу выйду. Тут шумно.
Виолетта быстро надела куртку, вытащила из своего ящика сигареты и зажигалку. Она курила очень редко, но в такие моменты, как сейчас, ей страшно хотелось затянуться.
«О боже, боже, боже!» — от предстоящего разговора лихорадило. Вета усилием воли взяла себя в руки и таким же спокойным и ровным голосом произнесла:
— Да, я слушаю.
— Признавайся, душа моя, спала ты со Скворцовым или нет? — по своей привычке Александра не стала церемониться. — И что у тебя с ним сейчас происходит?
На той стороне надолго замолчали.
«Вот зараза! — выругалась про себя Звонцова, подозревая, что ее взбалмошная подруга на этот раз оказалась прозорливой. — Но как же так?»
— Тетя Саша, — наконец начала говорить Виолетта, — мне ужасно стыдно, но на свидание со Скворцовым я не ходила. А потому с ним у меня ничего происходить не может.
— А кто ходил? — тоже не сразу спросила тетя Саша. Ей пришлось глотнуть остывший чай.
— Я не могу назвать ее имя. Слово дала. Но вы не переживайте, ничего страшного не случилось. Она просто от него сбежала, отсюда и интерес. Вы же понимаете: охотник-добыча. Кто-то убегает, а кто-то догоняет.
— Кто она? — Александра прибавила строгости в голосе.
— А если я скажу, что она прекрасно знала Скворцова и ничего плохого ему сделать не могла, вас это успокоит?
— Виолетта, я разочарована, — Звонцова устало вздохнула.
— Извините, я подвела вас. Но ведь ему помогло?
— Ты права, помогло. Но чем все закончится?
— Все будет хорошо. И успокойте маму Леонида. Я же видела, что в снохи ей не гожусь.
— А та годится?
— Годится. Дайте всему идти своим чередом.
— Хорошо. Я подумаю.
Виолетта щелкнула зажигалкой, и ее лицо осветилось.
Затянулась, выпустила в небо струю дыма и с досадой швырнула сигарету в урну.
Только развернулась, чтобы войти в клуб, как кто-то, напавший сзади, взял ее шею в локтевой захват.
Ноги у девушки подкосились, она даже забыла, что благодаря хорошей физической форме, может легко вывернуться или на худой конец ударить пяткой по голени напавшего.
— Что вам нужно? — просипела она, перебирая все возможные варианты сопротивления и могущие ее настичь несчастья, если у бандюги с собой нож. — У меня только телефон и неполная пачка сигарет.
— Жизнь или кошелек? — говоривший шепотом вдруг рассмеялся, словно только что сморозил знатную шутку, и немного ослабил хватку, но не настолько, чтобы Виолетта могла повернуть голову.
— Жизнь в обмен на восемь сигарет и телефон старой модели — там кнопочка звука западает! — ответила девушка, немного расслабившись. Шепот не продирал по коже холодом, а потому нападение скорее походило на инсценировку, после которой из кустов могут выскочить операторы с криком «Вас снимают на камеру!»
— Жизнь в обмен на скороговорку, — поправил ее участник телевизионного розыгрыша. — Произнеси громко и четко «Шла Саша по шоссе и сосала сушку». Ну!
Небольшого давления руки хватило, чтобы Виолетта, широко улыбаясь (ну как же, ее же снимает камера), произнесла:
— Шла Шаша по шоше и шошала шушку. Ой, а можно еще раз?
— Нет. Ты упустила свой шанс, — сказал таинственный мужчина и легко толкнул пленницу в спину, отчего Виолетте пришлось сделать шаг вперед и только потом обернуться. Ни камеры, ни актера рядом не оказалось. Лишь тускло светил фонарь в ряду таких же скупо дарящих ночное освещение на опустевшей улице Петипа. Рабочий день и здесь давно закончился.
— Что это было? — пожала плечами Виолетта. Потом взглянула на смятую от напряжения пачку, где наверняка не осталось ни одной целой сигареты и, швырнув ее в урну, пробормотала: — А если бы он польстился на восемь сигарет и старый мобильник? Нет, все-таки жизнь — копейка.
— Галя! — войдя в клуб, она окликнула администратора. — Без меня не уходи, вместе до дороги пойдем, — и вспомнив, что во время нападения уловила совсем легкий запах спиртного, добавила: — Алкашня всякая поблизости ошивается.
В такси набрала знакомый номер.
— Привет, красавица. Что? Уже спишь?
Дождалась ответа и, приправив речь сарказмом, продолжила:
— А я вот нет. Звонила Александра Михайловна и спустила на меня собачью свору. Как из-за чего? Из-за тебя. Ты что там учудила со Скворцовым?
Вета сощурила глаза.
— Ничего? А кто как паинька-девочка ладошки складывал: «Ах, Виолетта, можно я? Давно его люблю, но он близко не подпускает»? Дорвалась до командирского тела? Сразу к сексу перешла? Такое, значит, у вас танго, мадам? Ах, простите, мадемуазель…
Слушая, как с той стороны бурно возражают и в то же время стыдливо оправдываются, Вета пожалела, что выбросила сломанные сигареты. «Сейчас бы затянуться хоть пару раз».
— Ну, милая, если куни и минет не секс, то балет не наша гордость, — заметив в зеркале заднего вида ухмылку водителя, Виолетта наклонилась и зашептала. — Короче, я долго не продержусь. Если меня начнут пытать мужчинами, быстро расколюсь. Все. Я предупредила. Кстати, сегодня что-то похожее уже случилось. И если бы тот, кто на меня напал, потребовал твое имя, а не попросил произнести дурацкую скороговорку, я сразу бы сдалась.
В телефоне что-то пикнуло. Взглянув на экран, Виолетта вновь прижала мобильник к уху.
— Что? Да я и сейчас ее не произнесу. Шла Шаша по сошше… Тьфу! Все. Батарейка садится. Пока.
* * *
— Алло! Петр Иванович! Извините за поздний звонок. Мне срочно нужны сведения о Виолетте из клуба «Пол дэнс». Нет, фамилию не знаю. Имя нераспространенное, найдете. Записывайте адрес — Петипа, 13. Мне нужно знать кто она, чем занимается, с кем общается. Возьмите свою дочь, пусть пофотографирует, клуб наверняка женский. Как только будут результаты, доложите. Работа сверхурочная, строго секретная, оплачивается из моих личных средств.
Скворцов сунул телефон в карман пальто и уставился в окно такси.
То, что Виолетта не Рыжая, он понял сразу. Рост гораздо ниже, да и комплекция щуплая. Пока держал в захвате ее голову, успел пройтись рукой по стратегически важным местам, отвлекая девушку скороговоркой. Подтвердились и первые догадки — и эта тоже шипеть не умеет.
«Но ничего, Рыжая, я тебя найду».
В этом месте можно было бы добавить избитую фразу из какого-нибудь старого боевика, звучащую примерно так: «Скоро мышеловка захлопнется, и ты за все ответишь», но вот что он будет делать с Рыжей, когда та попадется в ловушку, Леонид представлял слабо.
По-хорошему, потрясти бы ее за шкирку как следует, чтобы всякая дурь вылетела из головы, а по-плохому…
«По-плохому? М-м-м…»
Тут на лице Скворцова расцветала такая широкая улыбка, что будь книга Камасутра где-то поблизости — непременно захлопнулась бы… от смущения.
«Все решу на месте», — договорился Леонид сам с собой и закрыл глаза. Сон навалился тяжелой стеной.
Как добрался до квартиры, Скворцов не помнил. Утром, найдя оба телефона, выдохнул с облегчением. В этот раз никому не звонил.
* * *
— Глаша, ты сейчас где?
— Не могу говорить, — прошептала Глафира. — Нахожусь в позе мертвеца.
— Так устала что ли? — Марк вспомнил, что Глазунова мечтала отоспаться и, скорее всего, поэтому называет себя трупом. — Кончай валяться. Приглашаю тебя за город.
— Опять на пиратский корабль?
— Нет, в тихую гавань. Там и отоспишься, и в сауне попаришься, и свежим воздухом подышишь.
— А кто еще поедет? Только ты и я? — подозрения в голосе было так много, что Марк понял, ответь он неправильно и последует немедленный отказ.
— Мы не будем там одни, если ты об этом. И еще: обещаю вести себя хорошо. Даю полчаса на сборы и выходи. Я буду внизу.
— Мне нужен час.
Глаша положила трубку, а на лице Марка расцвела довольная улыбка.
* * *
— Леонид Сергеевич, есть первые результаты, — Скворцов сидел в офисе и просматривал бумаги, пытаясь занять себя в минуты напряженного ожидания. Когда зазвонил телефон, не сразу смог ответить, палец по сенсорному экрану упорно чиркал не в том месте, где нужно. Услышав голос Петра Ивановича, напрягся и сумел выдавить лишь одно:
— Да?
— Виолетта Романова психолог и преподаватель танцев на шесте, возраст тридцать два года. Живет с подругой Ларисой Кац — она менеджер в компании, занимающейся текстилем. Познакомились в «Городке» на занятиях йогой, куда Виолетта ходит более пяти лет. Сегодня суббота, занятий в клубе «Пол дэнс» нет, только вечером показательные выступления. Утром в девять тридцать девушки ходили на йогу. Дочь прислала первые снимки. Переправил их вам на личную почту. Слежку продолжаем.
— Спасибо. А почему у меня высветился незнакомый номер?
— Так вы сами сказали — дело секретное. Купил новую симку.
— Хм… Молодец.
«Ответственные люди вон как серьезно к делу относятся», — еще больше зауважал начальника отдела охраны Скворцов. Открыл присланное письмо и загрузил фотографии.
Виолетту он узнал по коротким белым волосам. Большие глаза, узкий нос и почти такой же рот. «Инопланетянка». Рядом с ней шла черноволосая девушка в очках, укутанная по самый нос в длинный шарф. «Подруга».
На следующей фотографии, сделанной откуда-то от двери — большой зеркальный зал, на полу которого на ковриках лежали женщины. Тела вытянуты, ладони раскрыты, глаза закрыты. Единственный мужчина в белой одежде, сидящий в позе лотоса, был, скорее всего, наставником. «Гуру или как их там в Индии называют».
Скворцов увеличил фотографию, повертел так и эдак, вглядываясь в лица, но никого знакомого не заметил. Новая фотография запечатлела другую позу: все женщины задрали ноги свечой, поддерживая себя под поясницей, а гуру с укором смотрел в камеру. Не найдя ни одной знакомой задницы, Скворцов перешел к следующей фотографии.
С нее улыбалась во весь рот девушка в голубой куртке.