4. Звезда моя

Даже не раздумывая над своим решением, я сбегаю из универа.

И пусть мне не нравится, что я пропускаю свой первый учебный день, оставаться здесь сегодня больше не могу. Я до сих пор до конца не осознаю, что со мной произошло.

Если бы я знала, что ко мне будет такое предвзятое, откровенно издевательское отношение, возможно, настояла бы остаться в своем старом универе. В своем городе. Там с таким неуважением мне сталкиваться не приходилось. А тут… Что это вообще было? За что? Что я сделала? Не понравилось нерусское имя? Внешность?

А больше всего меня разочаровывает собственное трусливое поведение.

Я не привыкла пасовать перед трудностями, но то, что случилось, произошло со мной впервые. Я просто растерялась, поддалась панике, а приступ удушья все усложнил…

Даже думать не хочу, какой жалкой я выглядела.

До квартиры брата я добираюсь как в бреду, действуя на автомате: на ходу накидываю куртку, вызываю такси, всю дорогу трясу коленом и кусаю щеку изнутри, пытаясь не прокручивать в голове отвратительные кадры сегодняшнего утра.

Я в таком шоке, что только чудом мне удается проделать весь путь домой без слез, но стоит открыть дверь и переступить порог тихой квартиры, внутри что-то надламывается, и я прямо в коридоре сползаю по стеночке, подтягиваю колени к груди и утыкаюсь в них лбом, содрогаясь от беззвучных слез.

Как же унизительно… Все эти перешептывания, смешки и презрительные взгляды в мою сторону… а потом эта подножка и задранная юбка.

Мне остается только молиться, чтобы об этом оскорбительном случае все просто забыли, а тот, кто снимал мой позор на камеру, провалился сквозь землю.

Если мой брат узнает об этом… не представляю, что будет и что он обо мне подумает, но последствия не понравятся никому. И в первую очередь мне.

Я заставляю себя подняться и пойти в ванную умыться, чтобы Ратмир не застал меня в таком состоянии.

Я понятия не имею, когда брат вернется, а главное… что мне ему сказать при встрече? Он ведь собирался забрать меня из универа после пар…

Но в порыве эмоций я даже не подумала об этом, а теперь не представляю, как ему рассказать о причине своего бегства.

От одной только мысли, — сказать правду, — кровь приливает к лицу и становится трудно дышать.

Я не сомневаюсь: брат не задумываясь отстоит мою честь, но, скорее всего, на этом мое обучение закончится, и все, что я буду видеть, — только бездушные серые стены этой квартиры. А я и без того слишком долго жила в ограничениях.

Выключив воду, вцепляюсь в края раковины и смотрю на свое отражение в зеркале.

Капли стекают по лицу, усыпанному яркими веснушками, которые я усердно сегодня утром маскировала тональником.

И напрасно, ведь обезьяна с фамилией Трофимов докопался до меня и без них. Таким, как он, найти над чем поиздеваться — плевое дело.

Но в следующий раз, обещаю, я найду, что ответить этому имбецилу. Надеюсь, в этом вузе есть более достойные люди.

Тяжело сглатываю и прикрываю глаза, мысленно возвращаясь к жгучим глазам незнакомца.

Он не показался плохим.

По крайней мере, ему не пришло в голову унизить меня. Разве что позволил себе вольность коснуться.

Это напугало и одновременно потрясло до глубины души. Грубые пальцы на моей коже… Так странно… и незнакомо. Чуждо.

Он стер полоску тональника с моего лица. Почему? Узнал меня?

В тот вечер я была не накрашена, но вряд ли в полутьме внутреннего двора он смог разглядеть россыпь веснушек. Хотя, возможно, когда я подошла к нему…

Встряхнув головой, выхожу из ванной, не желая больше думать о сегодняшнем дне.

Скорее всего, я просто себе надумала и этот парень не имеет ничего общего с парнем из арки.

Да и с чего я так зациклились на нем? Даже если это один и тот же человек, какая разница?

А потом ловлю себя на мысли, что тогда я могла бы спросить у него, что он имел в виду, сказав, что хороший друг никогда не привез бы туда девушку. И почему Мансур так нервничал и требовал, чтобы я молчала? Что это было за место?

Входная дверь открывается, и я вытягиваюсь как по струнке.

— Сата? Ты дома?

Ратмир. Уф-ф…

Не зная, чем себя занять, хватаю пульт со стола, быстро включаю телевизор и, прыгнув на диван, поджимаю под себя ноги.

Не думала, что он так рано вернется. Я совершенно не успела прийти в себя.

Нервно поправляю косичку, и в памяти вспыхивает момент, как парень в туалете дернул меня за одну.

Это вызвало такие острые ощущения, что я не понимала как реагировать. Он так легко и непринужденно касался меня, будто имел на это право, но оттого его прикосновения и придавали остроты. Даже сейчас живот согревает что-то непонятное мне…

— Эу, звезда моя, почему ты дома? — строгий, зычный голос вырывает меня из мыслей, я поворачиваю голову и вижу приближающуюся большую фигуру брата. — Разве ты не должна быть на учебе?

Натянуто улыбаюсь.

— Мне стало плохо, и я отправилась домой, — на удивление произношу ровным голосом, но сердце заходится в груди.

Я снова вру, но отчасти это правда. Просто более короткая версия. Этим и утешаю себя.

Ратмир хмыкает, заваливаясь рядом со мной на диван.

— Как первый учебный день?

Он словно смотрит прямо в душу, и мне становится не по себе.

— Нормально.

Горло дергается, и я перевожу взгляд на экран телевизора, будто меня интересует передача о машинах.

Долгая пауза повисает между нами, я чувствую, как все это время брат пристально смотрит на меня, а потом слышу его строгий голос:

— Сатаней. Я повторю первый и единственный раз. Никогда мне не ври.