6. Авантюра

База оказалась ангаром на заброшенном аэродроме на отшибе города. Куча машин, народ, толпящийся вокруг, и, хоть Аня припарковалась в стороне, мне несложно догадаться: это явно не моя… тусовка.

— Ты не останешься? — бросает парень, который представился как Пика, выбираясь с заднего сиденья. — Сегодня можно баблишка срубить.

Аня пожимает плечами, вытягивая шею, будто высматривает кого-то.

— Не знаю, — бормочет она, закусывая нижнюю губу, — настроение не то.

— Не гони. Оставайся, сделай шоу. Ты, кстати, в курсах, что Литвин новую тачку взял?

Я вижу, как настроение Ани моментально меняется, лоб хмурится. Пика хлопает дверцей и стучит по водительскому стеклу, ожидая, когда Аня его опустит.

— И какую взял?

Пика заглядывает в салон и играет бровями.

— Ниссан Джи ти эр. Пятьсот шестьдесят пять лошадок. Передача двойного сцепления.

— Мудак, — ворчит Аня, стискивая руль до скрипа.

— Три и восемь против твоей трехлитрушки, — будто подначивает ее этот Пика.

— Отвали!

Она выталкивает его лицо из салона машины и закрывает стекло, но тот успевает крикнуть:

— Я передам ему, что ты струсила!

— Пошел ты, — бросает Аня и показывает ему средний палец, а потом порывисто откидывается на спинку сиденья. Тарабанит пальцами по рулю.

— Что-то не так? — решаю уточнить, потому что смена ее настроения меня настораживает.

— Да все норм, просто бесит!

Она бьет ладонями по рулю.

Я непонимающе моргаю.

— Кто?

— Кто-кто… Мой бывший, — Аня откидывает козырек и быстро подкрашивает губы, поправляет волосы. — Козел редкостный. Таких кастрировать нужно, как только хрен первый раз встанет, чтоб не плодились.

Хлопает козырьком и, сложив на груди руки, снова откидывается на спинку.

— Блин, не могу. Так хочется урыть его! — цедит сквозь зубы, а затем поворачивается ко мне, и я вижу, как блестят от азарта ее глаза.

— Ты не против, если мы задержимся на пару часиков? Я быстро надеру зад этому козлу, и мы вернемся в город, обещаю! — она вскидывает ладони, как бы уверяя меня. А я не знаю, что ответить.

Точнее, знаю, но почему-то не хочу сразу отказываться. Извращенное любопытство во мне опять поднимает голову, но в душе я понимаю, что потом меня могут ждать проблемы.

— Я не думаю, что это хорошая идея.

Аня строит жалостливую мордашку, и моя решимость отказаться дает первую трещину.

— Просто не думаю, что моему брату понравится, если он узнает, где я.

— Так он не узнает! — она оживляется. — Напиши ему, что мы пошли в библиотеку, там разговоры по телефону запрещены, а по сообщению он наверняка поверит в ту версию, которую ты ему скормишь. Скоро сессия, напиши, что мы занимаемся. И все! — она потирает ладони. — А через пару часов я довезу тебя прямо до дома.

Внутри все трепещет, захватывает каким-то новым для меня предвкушением от одной только мысли согласиться на эту авантюру. Потому что сидеть в четырех стенах квартиры брата звучит не так захватывающе. Вообще-то, откровенно скучно.

«Впереди сессия, какое тебе веселье⁈» — вопит внутренний голос, и я снова сомневаюсь в своем решении.

— Соглашайся, это весело! — подмигивает Аня с милой улыбочкой, а потом наигранно хмурится: — В конце концов, где твоя женская солидарность?

Я вбираю побольше воздуха в легкие и неуверенно киваю.

— Ладно. Только если пару часиков.

Она бросается ко мне через консоль и крепко стискивает в объятиях.

— Ты не пожалеешь!

Ага. Очень на это надеюсь.

Аня отстраняется и, переключив передачу, едет вперед.

Затаив дыхание, смотрю по сторонам, слыша, как в отдалении играет музыка.

Повсюду яркие навороченные тачки, вокруг которых носятся, видимо, их владельцы, кто-то ковыряется под капотом, кто-то натирает машину до блеска, кто-то фотографируется с компанией разодетых девиц, не совсем по погоде, кстати. А каблуки у них такой высоты, что даже страшно представить, что будет, если кто-то из них упадет… Жуть.

И чем дольше я разглядываю обстановку, тем больше понимаю, что чувствую себя не в своей тарелке. Но помимо неуверенности и бешено колотящегося сердца в груди, есть что-то еще. Я пока еще не могу понять — что, но, думаю, мною движет именно это чувство.

Наконец Аня паркуется и глушит машину, а потом смотрит на меня вопросительно.

— Ну, ты собираешься писать брату?

Ах, брату, точно.

Достаю из сумки телефон, пару секунд просто сжимаю его в руках, а потом, вздохнув полной грудью, открываю переписку с Ратмиром и набираю версию Ани.

«Я сегодня задержусь в универе. Пошли с одногруппницей заниматься в библиотеку».

У меня перехватывает дыхание, когда большой палец замирает над кнопкой «Отправить», а потом я просто делаю это.

Вру своему брату третий раз.