Глава 18

Николь смотрела вслед удаляющемуся мужчине и понимала, что это… он! Тот самый, загадочный друг Аманды.

Арнольд Фишер, значит…

— У тебя с этим человеком был конфликт? — как можно безразличнее спросила, кивнув в ту сторону, где скрылся мужчина.

— Был, — ответил Павел скучающим голосом. — Я забрал у него власть, а он чуть не забрал мою жизнь. Мы квиты. Война закончилась. Каждый остался при своём.

Девушка нервно сглотнула, понимая, чем чревата помощь Фишера. Если он, конечно, решится ей помогать.

Что будет, если она сбежит с врагом Яхонтова? А вдруг их поймают?

Страх медленно расползался по телу, оседая где-то в районе затылка и поднимая волосы дыбом.

— Я не понял, — недовольно произнёс мужчина, заглядывая ей в лицо. — Этот урод успел тебя напугать? Что он тебе сказал?

— Ничего, — помотала головой, натягивая улыбку. — Просто тут столько людей… Я ещё ни разу не присутствовала на таких мероприятиях и мне здесь некомфортно.

— Я тоже ненавижу эти сборища, — произнёс, проводя ладонью по её талии и заставляя почувствовать сквозь тонкую ткань обжигающее тепло, — но с тобой здесь гораздо веселее.

Вскинув голову, посмотрела в синие глаза и увидела в них откровенное желание.

Яхонтов хоть и был одет в смокинг, как того требовал местный дресс-код, но всё равно в мужчине чувствовалась какая-то первобытность. Дикость. Опасность.

Он резко выделялся на фоне остальных представителей сильного пола. Был в нем загадочный магнетизм, неподдающийся объяснению.

— Я хочу пригласить тебя на танец, — произнёс хрипло.

— Это плохая идея, — запротестовала, округляя глаза. — Я отдавлю тебе все ноги.

— Ничего страшного, — потянул её вниз по лестнице. — Переживу.

Они очутились в самом центре зала, где уже танцевали несколько пар.

— Павел, пожалуйста, — взмолилась девушка. — Я не хочу позориться…

Но он уже стиснул её талию своей ладонью и прижал к себе так тесно, что у Николь загорелись щёки.

Сейчас они явно нарушали все нормы этикета. Но, похоже, Павлу было наплевать, что могут подумать другие. Он закружил её в медленном танце, взяв ведущую роль на себя.

Танцующие вокруг люди начали обращать на них внимание, тихо перешёптываясь.

— На нас все смотрят, — сообщила, озираясь. — Не нужно прижиматься так близко…

Осеклась, чувствуя, как рука Яхонтова заскользила вверх по её телу и остановилась на участке обнаженной кожи спины.

— Почему ты пришла? — спросил, опаляя ухо девушки тёплым дыханием. — Так просто согласилась провести со мной вечер… Почему?

Сильные пальцы гладили кожу, отвлекая от мысли.

— Цветы были очень красивыми, — честно призналась. — Мне показалось это милым.

— Ты считаешь меня милым? — спросил, усмехнувшись.

— Тебя — нет, только цветы…

В этот момент поняла, что они уже находятся не на середине зала, а в тени одной из колонн, где их было практически не видно другим гостям.

Когда они успели здесь оказаться?

— Мне надоело танцевать, — промолвила, паникуя. — Отпусти меня.

— Не могу, — тяжело вздохнул. — Когда же ты уже сдашься, Воробушек? Мне кажется, я схожу с ума от всего этого…

Он прижал девушку спиной к колонне и упёрся ладонями с обеих сторон от её головы.

— Ты упрямишься, потому что у тебя был неудачный опыт? — спросил, глядя в глаза. — Какой-то рукожопый мудак топорно трахнул тебя? Сделал больно?

Она потеряла дар речи от таких откровенных вопросов и, казалось, покраснела вся от макушки до пяток.

В горле пересохло. Хотела что-то сказать, но Павел положил палец на её губы.

— Лучше не рассказывай, — его глаза потемнели. — Я не хочу представлять, как тебя кто-то…

Его желваки гневно заиграли, а взгляд стал страшным. Убийственным.

— Павел, я…

Захотелось оправдаться. Ведь она же не…

— Ты теперь только моя, девочка, — провел носом по её щеке в сторону уха, — я сотру все плохие воспоминания, — прошептал, прикусывая мочку и посылая сотню тысяч разрядов по телу. — У нас будет всё по-другому… — погладил щёку костяшками пальцев.

Он так красиво говорил… Был нежным… Чутким…

Николь нравился такой Яхонтов. В голове вдруг мелькнула мысль: «А что, если…»

Чувствуя, как мужчина прикасается губами к её шее, прикрыла глаза от удовольствия, а когда открыла, то еле сдержала испуганный возглас…

Арнольд Фишер, крадучись, приближался к Павлу со спины, держа в руках пистолет.

Увидев, что девушка заметила его, он поднёс палец к губам, приказывая молчать.

Боже! Зачем ему оружие? Он что, хочет убить Яхонтова?

Нет, нет, нет! Этого не должно произойти!

Вытаращив глаза, беззвучно произнесла: — Не надо! Но Фишер продолжал наступать, игнорируя её.

— Павел! — воскликнула, вцепившись в лацканы его смокинга.

— Что такое? — вскинул голову, нахмурившись.

Краем глаза видела, что Арнольд замер в тени, выжидая.

Господи! Что же ей делать?

— Я…

— Николь?

Внезапно в голову пришла сумасшедшая мысль.

Не оставляя себе времени на раздумья, обхватила ладонями лицо Павла и, привстав на цыпочки, прижалась своими губами к его. Затем обвила руками могучую шею и приложила немало усилий, чтобы развернуть мужчину лицом к Фишеру.

Теперь тот вряд ли рискнёт пойти в открытую. По крайней мере, она очень на это надеялась…

Через доли секунды уловила сзади звук хлопнувшей двери и, наконец, расслабилась.

Ушёл! Слава Богам!

В этот момент Яхонтов резко развернул её обратно к колонне и, прервав поцелуй, схватил девушку за волосы, далеко не нежно натягивая их.

— Кто. Это. Был? — бешено прорычал прямо в лицо, сверкая диким взглядом.