Глава 9

Ева

Майя резко останавливается. Её глаза широко открыты, щеки стали еще бледнее, тонкие ладошки стиснуты в кулаки.

— Ты правда обо мне так можешь думать? — голос она не повышает, но тем не менее, мы все её хорошо слышим.

Лицо Глеба мгновенно меняется.

— Бля… — ругается тихо-тихо, но всё равно слышно, — Май…

Лицо дочери замерзает прямо на глазах. А я борюсь с желанием ударить его носком туфли по колену или наступить каблуком на стопу.

Глеб делает рывок к дочери. Она от него отшатывается.

— Ну, прости ты меня, дурака старого… Это… Короче, настроение у меня плохое. Вот я на тебе и сорвался, — с этими словами Глеб сгребает Майку в охапку.

Она отбивается. Я наступаю себе на горло. И не вмешиваюсь. Ведь и сама сначала подумала, что дочь могла поддаться чужому влиянию и совершить глупость.

Хорошо, что оказалась неправа. Но такой вариант тоже был возможен. Взяли "на слабо", хотела стать своей, да мало ли других причин для подобных поступков, которые подросткам кажутся важными, а на самом деле являются шелухой. Даже имея твердый внутренний стержень, есть риск свернуть не туда. В таких ситуациях главное, уметь исправлять собственные ошибки.

Глеб прижимает дочь к себе, целует в макушку, гладит по волосам. Майка в конце концов всхлипывает.

— Пап, я думала, он — мой друг… А он… Он видел, что мне его знакомый в карман шоколадку положил… И ничего не сказал.

— Он — это кто? — уточняет Глеб.

— Кирилл… Кабирин… — признается Майка.

— А этот чёрт откуда? — реагирует Дёмин весьма предсказуемо. Да еще и на меня смотрит.

— Может, мы достаточно всех повеселили? И пойдем уже отсюда? — спрашиваю я, переглядываясь с Дианой.

— Видео того, что случилось… — начинает Глеб.

— У меня в облаке. Мне скинули, — отбиваю я. За кого он меня принимает? Я, что, просто так тут задержалась?

— Ладно. Поехали домой, — говорит Дёмин.

И идёт на выход из гипермаркета, обнимая дочь рукой за плечи. Мы с Дианой шагаем следом. Ну и группа в черных костюмах рядом… Куда же мы без них.

Я раздумываю, что делать дальше. Надо обстоятельно поговорить с Майей.

— Я такси сейчас вызову, — говорит Диана, когда мы оказываемся на улице, — Машина у ресторана осталась.

— Я с тобой поеду, — нужно снять где-то номер. И найти господина Балланди.

— Куда собралась? — рядом со мной раздается голос Дёмина, — В машину садись. Нужно поговорить…

Открываю рот, чтобы напомнить, что мы с ним уже разговаривали сегодня. И я, как бы, наговорилась.

— Мам, поехали, пожалуйста, с нами… Я тебя очень прошу, — Майя так смотрит умоляюще.

Но это нечестно.

— Ева! Хватит! Ты же взрослый человек… — ага, кругом взрослые люди, но вести себя лучше всех должна почему-то опять я.

— Ладно. Только ты невесту предупреди. Не хочу, чтобы она мне в волосы вцепилась.

Мне достается укоризненный взгляд Глеба Игнатовича.

— Не поедешь со мной? — уточняет Диана.

— Нет. Это ты с нами поедешь. В конце концов, это ты своим красноречием убедила этого дяденьку скинуть мне видео, — решаю, что до ресторана Дёмин может и подбросить человека.

Не рассыпятся его железные кони.

— Да, разумеется, — вмешивается он в разговор, обращаясь к Диане, — Вас отвезут туда, где вы оставили машину.

— Спасибо, — сдержанно благодарит она.

Её определяют в транспортное средство. Я предупреждаю, что позвоню ей в ближайшее время. Мы втроем садимся в другую машину. Дочка жмется к папе.

— Что там в интернет выложили? — спрашиваю я у него.

— Сейчас перекину, — посматривает на меня уже спокойней.

Я тоже остыла. Идеальных людей нет. Это я поняла давно. Имеем то, что имеем. За исключением некоторых заскоков Глеб весьма неплохой отец. Он даже с Денисом наладил отношения.

— Если надо, то я дам денег, — говорит вдруг Глеб.

А я замираю на сидении, как будто увидела опасного хищника в двух метрах от себя. Льва там. Или тигра.

Как заманчиво… Искушение возится внутри и шепчет: "Бери! Бери, пока дают". Но наш сегодняшний разговор очень хорошо врезался мне в память.

— Нет уж. Спасибо. Теперь мне не надо.

Ничего не говорит, отворачивается. Я либо решу проблему своими силами. Либо начну создавать что-то новое. Любое падение нас чему-то да учит.

Утыкаюсь в телефон и смотрю ролик, который гуляет по интернету. И набирает просмотры. Как я и предполагала, там лишь часть всего видеосеанса, когда Майя и Кирилл проходят через кассу. Потом к ним подходят сотрудники охраны и начинается скандал.

— Я тебе тоже сейчас кое-что скину. Посмотри, пожалуйста, — обращаюсь к Дёмину.

И перекидываю ему то видео, которое есть у меня.

Сама в толк не возьму, зачем это понадобилось этому мальчишке. Неужели он как был засранцем, так им и остался? Зачем тогда ему нужны были эти пять лет общения с Майкой? Ждал своего звездного часа? Глупость какая… Хотя я давно уже поняла, что жизнью движет вовсе не логика.

В доме у Глеба я бывала несколько раз. До появления в его жизни невесты. После — исключила свои приезды к нему. Ни к чему это. Но сегодня мне не очень-то оставили право выбора.

Когда мы оказываемся в гостиной девушка спускается по лестнице.

— Глеб… Ты в курсе, что случилось? — начинает она, но обрывает себя, увидев, что Дёмин не один.

Напрягается. Переводит взгляд с меня на Глеба, и обратно. Я тоже напрягаюсь. Но тут блонди я помочь не в силах. Нужно думать, когда заводишь отношения с мужиком, у которого куча детей, матерей этих детей, бывших. Так-то я девушке не завидую. Это какой силы должно быть чувство с обеих сторон, чтобы всё, что было до, перестало иметь значение? Наверное, бывает итак. Но их ли это случай, я судить не берусь.

Просто, если она думает, что Дёмин откинет от себя детей и будет лишь вокруг неё танцевать, то ошибается. Этого не будет. Маша живет до сих пор с ним. Виктория объявлялась пару лет назад, хотела вернуть дочь, но он ей ребенка не отдал. И я считаю, что был прав. Что это за мать такая, которая ребенка бросила? Нормальные люди ни котенка, ни щенка не бросят. А тут…

Поэтому девушке придется учиться привыкать к существованию в компании трех отпрысков своего благоверного. Надеюсь, у нее получится.

— Ну, что сходила погулять с этим уродом? — раздается голос Дениса. Они с Машей появляются с другой стороны гостиной. Наверное, возвращаются из сада.

Майя, понимая, что он у нее спрашивает, съёживается.

— Я же тебе говорил, чтобы ты не ходила… — продолжает нотацию Денис.

Характер у моего сына не сахар. Зато внутри есть стержень. Не согнуть.

Майка шмыгает носом.

— Не смей реветь из-за этого козла! — останавливает её Денис, — Что там случилось?

— Пойдемте в кабинет, что ли… Поговорим уже… — предлагаю я.