Часть 25

Маша открывает дверь и растерянно на меня смотрит, она сонная, в пижаме с единорогами. Я быстро захожу, тихонько снимаю с себя плащ, вешаю на крючок под непонимающим взглядом подруги.

— Родители спят? — тихо спрашиваю её.

— Папа в командировке, а мама на смене, — говорит Маша.

Это хорошо. Не хочу сейчас попадаться родителям Маши в таком виде. Они дружат с моими родителями, всяко бы сразу доложили, что я заявилась к ним в восьмом часу утра заплаканная, растрепанная, в мужской футболке….

— Можно в душ? — спрашиваю у подруги.

— Конечно, — она хлопает глазами, окидывая меня взволнованным взглядом. — Что случилось, Лиз?

— Потом расскажу, — подавлено говорю и сразу же закрываюсь в ванной комнате. Стягиваю с себя белую футболку этого монстра, кидая на неё ненавистный взгляд. Какая же сволочь, подонок….

Моя кофточка и нижнее бельё осталось в его квартире. Вздыхаю.

Осматриваю своё тело, на котором остались отметины после бурной ночи. Вот же скотина, оставил на мне свои следы. Гад. Трогаю багровый отпечаток на шее и хочется разодрать это место ногтями, только чтобы стереть с себя его прикосновения. Долго стою под горячими струями воды, в груди разрастается гнев и разочарование в самой себе.

Ведь я подозревала…. Моё собственное сознание предупреждало меня об опасности, пульсировала тревожная мысль, но я её запихнула куда подальше, полностью растворившись в этом подонке. Растворилась в своих чувствах к нему….

А он…. Мудак. Знал, кто я. Знал всё это время. Обманывал, заставил меня влюбиться в него, отдать ему свою душу и тело.

Интересно, на что он рассчитывал, когда начал со мной встречаться? Признавался в симпатии…. Врал.

Ненавижу.

Заворачиваюсь в полотенце, смотря на свое отражение в зеркале.

Что мне делать дальше? Как жить…. Как вести себя, зная, кто он?..

Мне придётся ходить в универ и видеть его каждый день.

А если он всё-таки обманул меня? Надо поговорить с папой…. А если обманул и решил, таким образом, просто мной воспользоваться, поиграть?..

Глупо думать о том, что я реально ему понравилась. Всё равно, после того, что он сделал, я не смогу чувствовать к нему что-то кроме страха и ненависти. Он и его дружки испортили жизнь не только моим родителям и мне, но и моей любимой сестрёнке. До сих пор перед глазами то, как ублюдок в маске Кейси Джонса водил битой по волосам и голове Карины, и её испуганные глаза. Если я узнаю, кто он, то не знаю, что сделаю с ним…. А я ведь обязательно узнаю.

Захожу в комнату Маши, она лежит на кровати с телефон в руках. Завидев меня, сразу подрывается.

— Ну, ты как? — подходит ко мне.

— Одолжишь пижаму?.. — придерживаю рукой полотенце.

Она кивает, открывает комод, доставая из него пижамные штаны и футболку. Протягивает мне. Скидываю полотенце, одеваюсь под её расширяющимися глазами.

— Ты…. Тебя что… изнасиловали, Лиза?..

Она застывает с распахнутыми глазами и ртом. Увидела засосы…. Качаю отрицательно головой.

— Нет. Меня не насиловали.

Падаю на кровать, поджимаю под себя ноги. Маша садится рядом, не сводит с меня глаз.

— Что произошло? Откуда ты?.. Явно не из дома.

— Нет, не из дома. Не переживай, меня никто не насиловал и не бил. Я расскажу всё, но потом. Сейчас просто не могу…. — на глаза опять наворачиваются слёзы, всхлипываю, пряча лицо в подушку.

— Хорошо…. — Машка ложиться рядом, гладя меня по плечу.

От её действий начинаю рыдать ещё сильнее, прижимаясь к ней. Мне сейчас нужна была поддержка, и я вцепилась в Машку, ревя в её грудь, а она просто гладила меня, успокаивая.

Так и уснула, проспав до вечера. Открыла тяжелые веки, только когда услышала шепот Машки в комнате:

— Пришла вся зарёванная, в мужской футболке….

— Жесть. Что он с ней сделал? Козёл. Я сейчас найду его и просто придушу, — узнаю злой голос Фаи.

— Говорит, что не насиловал…. Но явно что-то случилось.

— Мразота. У тебя есть его номер?

— Нет, но есть в друзьях Вадим, ну, тот самый.

Слышу, как они начинают копошиться. Всё-таки разлепляю тяжёлые веки, фокусируя глаза. Голова ужасно болит, пульсирующая боль в виске сильнее отдаёт, когда я хочу приподняться.

— Ой, Лиза проснулась, — Машка дотрагивается до меня легонько.

— Голова болит, — измученно говорю, даже подташнивает. Похоже, мигрень началась…. — Там… в сумке лекарство….

Машка срывается кровати, роется в моей сумке.

— Сейчас воду принесу, — говорит Фая, выходя из комнаты.

Машка протягивает мне таблетку от мигрени, а Фая воду. Выпиваю, откидываюсь на подушку, положив тыльную сторону ладони на лоб. Ужасная боль. В глаза, будто песок насыпали, тошнит.

Подруге таращатся на меня. Фая вздыхает.

— Напиши-ка этому Вадиму сейчас, — обращается Маше. — Я этого урода на куски разорву просто.

Шипит злобно.

— Не надо, — говорю, глаза закрыты мои. — Никому не пишите, пожалуйста, и не звоните.

Я очень рада, что у меня такие боевые подруги, готовые на всё, но не в этот раз. С Машей я познакомилась ещё в детстве. Её родители дружили с моими. Мы сразу же подружились, потому что характерами были схожи. С Фаей начали общаться ещё в старших классах. Машка подралась с ней в новогоднюю ночь в клубе из-за парня, который, как, оказалось, водил их за нос одновременно. А я их разнимала. Вот так и образовалось наше трио.

— Что он сделал? Лиза, мы не отстанем. Если не скажешь, то мы прямо сейчас пойдем и откопаем этого мудака, где бы он ни был.

— Да, Лиза. Мы ведь сделаем это. Ты знаешь нас лучше всех, — Машка трогает меня за ладонь.

— Я не могу вам рассказать, — говорю тихо.

Боюсь за них. Что будет, если я расскажу?.. И отец ведь просил не рассказывать….

— Можешь. И расскажешь.

Терзаюсь в сомнениях. Выдыхаю громко, но всё-таки решаюсь рассказать часть правды. О той ужасной ночи умалчиваю.

— В общем.… Мой папа посадил дядю Стаса….

Слышу, как Фая громко фыркает.

— И что? Он решил типа так отомстить?

— А за что посадил-то? — спрашивает Машка.

— Сказал, что дядя невиновен и мой отец нашёл козла отпущения…. — с моей стороны это не совсем ложь, ведь я не знаю деталей всего этого дела. — Посадил за изнасилование и убийство девушки…. Год назад на реке нашли, помните?

— Ой… это же Маринка, — восклицает Фая. — Жила в соседнем доме. Хорошая была девушка.

— Постойте, это получается, что тренера, которого посадили и есть дядя Стаса? Он же был мастером спорта по дзюдо…. Говорили, что он оказывал знаки внимания Марине на тренировках, иногда типа щупал невзначай…. Ну, это слухи, конечно. А потом её нашли на берегу…. Вернее, он сам же и нашёл её там.

— Дядя Стаса? — спрашиваю, потому что толком не вникала во все эти слухи. Тогда мне было не до этого, у меня с учёбой были большие проблемы.

— Да. В новостях говорили, что тренер вызвал полицию и скорую. Типа нашёл её. В итоге, в этот же вечер ему предъявили обвинения. Он отрицал свою вину, до сих пор вроде как не признался. Суд должен состояться как раз скоро по этому делу. Все улики указывают на него.

— Какие улики? И откуда ты столько знаешь? — спрашивает Фая, смотря на Машку.

Та лишь пожимает плечами.

— Вы же знаете, что я люблю такие истории. То есть, смотреть всякие ролики о неразгаданных убийствах, детективы, ну, вы поняли. Сейчас в инете найду статью, сами прочитаете.

Делаю ещё несколько глотков воды, ставлю стакан и ложусь поудобнее. Легче пока не становится. Неожиданно вспоминаю, что маму я так и не предупредила. Резко вскакиваю с кровати и с болезненным стоном хватаюсь за голову.

— Ты чего? — Фая оказывается рядом.

— Мой телефон…. Я же маме не позвонила….

— За это не переживай, — говорит Маша, — Утром она звонила тебе, я взяла трубку, сказала, что ты у меня и спишь. Даже кружочек ей записала и отправила. Она ещё спросила, почему ты не пошла на учёбу и должна была остаться не у меня, а у Фаи. Я сказала, что мы всю ночь смотрели сериал…. И типа проспали. В общем, вот.

Она даёт мне телефон в руки. Я пролистываю. Она и правда записала кружочек, где я сплю на боку, лицо закрывают волосы. Это хорошо. Быстро набираю сообщение маме, что я только что проснулась и скоро приеду домой. Придётся соврать про сериал…. Боже. Худшей отмазки и не придумаешь.

— Спасибо, — говорю Маше и закрываю глаза.

Маша находит статью, показывает фотку мужчины, которому на вид около сорока лет, он на берегу той самой реки, его ведут в наручниках на место преступления.

— Тренера местной спортшколы, сорокалетнего Михаила Верского обвиняют в особо жестоком убийстве и изнасиловании двадцатилетней студентки Марины Шиловой, — начинает читать Маша статью, где говорится, каким пыткам он её подверг и о том, что было найдено ДНК преступника на одежде жертвы. — Он мучил её всю ночь….

ДНК? Стас говорил, что никаких улик не было найдено. Странно….

— Жесть, — Фая залпом выпивает воду из бутылки. — Я так понимаю, Стас в это не верит и решил так отомстить твоему папе? Специально начал с тобой встречаться?

— Наверное…. — вздыхаю, прячу взгляд от подруг.

— И что он сделал-то? Как сказал тебе об этом? Почему ты пришла зареванная вся? Обидел?

— Всё было хорошо…. Просто… всё сложно.

Отворачиваюсь к стене. Не могу я им всё рассказать! Не могу.