Глава 6

Обед накрыли в большой столовой — парадной, куда я обычно не заходила годами. Марта расстаралась: скатерть из тяжелого льна, серебро, которое чистили всем домом с утра, свечи в высоких подсвечниках, хотя за окнами было еще совсем светло. Стол ломился от закусок — моя скромная идея про суп из спаржи и форель разрослась до масштабов стихийного бедствия, потому что Марта решила, что "столичным надо показать товар лицом".

Я сидела во главе стола, чувствуя себя ряженой куклой в этом парадном платье и с этой дурацкой прической. Справа от меня — Ирма, слева — лорд Корвин, напротив, через стол — лорд Рейнар. Дракон. Который смотрел на меня ровно столько, сколько требовали приличия, но я все равно ловила на себе его взгляд каждый раз, когда подносила бокал к губам или поправляла салфетку.

Детей увели сразу — Амелия бросила на меня быстрый оценивающий взгляд, маленький Теодор радостно увязался за гувернанткой, явно предвкушая прогулку по саду. Я мысленно попросила у сада прощения и понадеялась, что он переживет нашествие столичного ребенка.

— Великолепно, дорогая, — Ирма отправила в рот кусочек форели и закатила глаза, изображая гастрономический экстаз. — Такой свежей рыбы я не ела с прошлого лета, когда мы гостили у герцога Айварского. Помнишь, Корвин? У них там пруды, конечно, не чета вашим, но рыбу подавали прямо из воды.

— Помню, — лорд Корвин ковырялся в своей тарелке с видом человека, которого кормят объедками. — Хотя повар у герцога, скажу я вам, последнее время сдал. Не тот уровень.

Я молчала и улыбалась, чувствуя, как от этой улыбы сводит скулы.

— А вы, лорд Рейнар, — Ирма повернулась к дракону, — как находите нашу провинциальную кухню?

Рейнар поднял глаза от тарелки. Ел он с идеальной аккуратностью, но я заметила, что порция у него исчезает быстрее, чем у остальных.

— Изумительно, — сказал он просто. — Леди Заранская, ваша кухарка — настоящий мастер. Такой соус к рыбе я пробовал только раз, в восточных провинциях, лет десять назад.

Я моргнула. Комплимент от дракона? Неожиданно.

— Передам Марте, — ответила я осторожно. — Она будет польщена.

— Марта? — Ирма приподняла бровь. — Ах да, ваша экономка. Вы, провинциалы, так трогательно близки с прислугой. В столице, знаете ли, это не принято. Держать дистанцию — основа воспитания.

Я сглотнула колкость и снова улыбнулась.

— Мы здесь проще.

— Это заметно, — вставил лорд Корвин с таким выражением, будто сделал комплимент.

Разговор покатился дальше, как телега по накатанной колее — гладко, монотонно и совершенно бессодержательно. Ирма сыпала именами, титулами и сплетнями с такой скоростью, что у меня начала кружиться голова.

— ...и представляешь, дорогая, эта выскочка Литта Стоун явилась на бал к герцогине в платье, которое было сшито у того же портного, что и платье самой герцогини! Представляешь? Две недели только об этом и судачили. Герцогиня, говорят, была в ярости, а Литта делала вид, что это случайность, но кто ж поверит...

— ...конечно, министр финансов в ссоре с канцлером, это же очевидно. На последнем заседании Совета они даже не смотрели друг на друга. Корвин говорит, до дуэли дойдет, если их вовремя не разнять...

— ...а вы слышали про леди Миранду? Та, что вышла замуж за старого графа Северного? Говорят, он в первую брачную ночь уснул за столом, и она просидела до утра одна. Бедняжка, конечно, она рассчитывала на титул, но не на то, что муж развалина...

Я кивала, подливала вино, подзывала слуг убрать тарелки и подать новые. Форель сменила утка с яблоками, утку сменил пирог с ревенем, который Марта все-таки испекла, и, судя по тому, как быстро исчезали куски, столичные гости остались довольны.

Рейнар почти не участвовал в разговоре. Изредка вставлял короткие фразы, когда к нему обращались, и снова погружался в молчание, наблюдая. За всеми. За мной. Особенно за мной.

— ...а вы знаете, кузина, — Ирма понизила голос до заговорщического шепота, хотя в столовой были только мы, — что при дворе ходят слухи о помолвке принца Эдварда? Да-да, той самой, о которой шепчутся уже год. Выбор пал на дочь герцога Вестмарского. Представляете, какой союз?

— Представляю, — кивнула я, хотя понятия не имела, кто такой принц Эдвард и почему его женитьба должна меня волновать.

— Девочке всего шестнадцать, — добавил лорд Корвин с таким видом, будто это было его личной заслугой. — Самое время.

Я промолчала, но внутри что-то неприятно кольнуло. Шестнадцать. В моем мире в шестнадцать еще в школу ходят.

Рейнар, кажется, заметил мое напряжение — его глаза на мгновение остановились на моем лице дольше, чем позволяли приличия. Я отвела взгляд.

— А что у вас в столице слышно о магах? — спросила я, чтобы сменить тему. — Я здесь редко получаю вести.

Ирма оживилась:

— О, маги! Это отдельная история. Глава Гильдии, старый хрыч, никак не хочет уходить на покой, хотя ему уже за сто. Молодые маги ропщут, говорят, он тянет все на себя и не дает дороги талантам. А недавно скандал был — один из его учеников, представьте, занимался запретными практиками. Вызывал духов умерших! Его едва не сожгли на костре, но за него вступился кто-то из высших, и дело замяли...

— Замяли? — переспросила я. — Разве такое можно замять?

— Дорогая, в столице можно замять все, если у тебя есть нужные знакомства, — Ирма многозначительно поджала губы. — Это вам не здесь, с вашими простыми нравами. Там, знаете ли, каждый второй в родстве с каждым первым, и если тронешь одного, отзовется на десятерых.

— Как в болото камень бросить, — неожиданно подал голос Рейнар. — Круги пойдут далеко.

Ирма рассмеялась — слишком громко, слишком наигранно:

— О, лорд Рейнар изволит шутить! А мы и не знали, что драконы бывают остроумны.

— Мы бываем разными, — спокойно ответил он, и в его голосе мне почудилась угроза, спрятанная глубоко, как коготь в мягкой лапе.

Ирма, кажется, ничего не заметила — или сделала вид, что не заметила. Она повернулась ко мне и продолжила сыпать сплетнями:

— Ах да, совсем забыла! Вы слышали про баронессу фон Грай? Ту, что развелась с мужем после десяти лет брака? Так вот, говорят, она ушла к его младшему брату! Представляете? В семье скандал, мать барона слегла, отец грозит лишить наследства обоих, а она, представьте, ходит счастливая и всем улыбается...

Я слушала вполуха, кивая в нужных местах. Утка остыла на моей тарелке, пирог остался нетронутым. Вино я допила, и Марта, проходя мимо, вопросительно подняла брови — не подлить ли? Я чуть качнула головой.

— ...а лорд Даррен, вы знаете, проиграл в карты родовое поместье! Да-да, не смотрите так, чистая правда. Теперь он живет у сестры и молит о прощении, но ему никто не верит, потому что он уже три раза так делал...

— Простите, — я не выдержала, — неужели в столице только и делают, что судачат?

Повисла тишина. Ирма замерла с открытым ртом. Корвин поперхнулся вином. Даже Рейнар, кажется, чуть приподнял бровь.

Я поняла, что сказала что-то не то. Этикет, проклятый этикет, которому меня учили три года, но который я так и не освоила до конца.

— Я хотела сказать... — начала я, но Ирма уже рассмеялась — на этот раз чуть более натурально.

— О, дорогая, ты такая милая провинциалка! Ну конечно, судачат — это же столица. Чем еще заниматься при дворе, если не судачить? Дела решают мужчины, а мы, женщины, должны хоть как-то развлекаться.

— Я не только судачу, — обиделась я, но обида прозвучала как-то по-детски.

Корвин хмыкнул и уткнулся в тарелку. Рейнар смотрел на меня с выражением, которое я не могла расшифровать — то ли насмешка, то ли одобрение, то ли что-то третье, чему я не знала названия.

— Расскажи лучше о себе, дорогая, — Ирма подалась вперед, меняя тему с ловкостью фокусника. — Как ты тут живешь одна? Не скучно? Не страшно? Такая молоденькая женщина, одна в поместье, без мужа, без защитника...

— У меня есть слуги, — ответила я суховато. — И магия. Я не беззащитна.

— О, магия! — Ирма махнула рукой. — Ну да, вы же тут все с корнями да с травками. А от настоящей опасности это поможет?

Я открыла рот, чтобы ответить, но Рейнар опередил меня:

— Самая сильная магия часто самая тихая, леди Тарайская. Корни держат деревья, а деревья держат землю. Без этой тихой магии не было бы никакой столицы.

Ирма посмотрела на него с удивлением — кажется, дракон сказал больше, чем за весь обед. Я тоже удивилась.

— Вы защищаете мою кузину? — спросила Ирма с любопытством. — Как мило.

— Я констатирую факт, — ровно ответил Рейнар. — Я много путешествовал и видел, как гибнут города, когда умирают деревни вокруг. Тихая магия — это фундамент.

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается странное тепло. Он понял. Он, в отличие от этих столичных пустышек, понял, о чем я говорю.

— Благодарю, лорд Рейнар, — сказала я тихо.

Он кивнул — чуть заметно, только для меня.

Ирма переводила взгляд с меня на него и обратно, и в ее глазах загорелся тот самый огонек, который бывает у сплетниц, когда они чуют интересную историю.

— Ну надо же, — протянула она задумчиво. — Какие у нас в провинции страсти.

— Ирма, — осадил ее Корвин, который, кажется, наконец заметил, что жена переходит границы. — Оставь кузину в покое. Дай людям поесть спокойно.

Ирма фыркнула, но отступила. Разговор свернул на погоду, на урожай, на дороги, которые в этом году совсем развезло. Я отвечала односложно, думая о своем.

Рейнар больше не вмешивался. Но я ловила на себе его взгляд еще несколько раз — и каждый раз он заставлял мое сердце биться чуточку быстрее.

Когда обед наконец закончился, я чувствовала себя так, будто разгрузила вагон угля. Ирма поднялась, оправляя платье, и объявила:

— Мы, пожалуй, отдохнем с дороги. А вечером, кузина, ты должна показать нам свой знаменитый сад. Лорд Рейнар, вы с нами?

— Если леди Анна не против, — он посмотрел на меня.

— Конечно, — ответила я автоматически. — Я буду рада.

Гости потянулись к лестнице. Марта возникла из-за двери и принялась отдавать распоряжения слугам. Я стояла посреди опустевшей столовой и чувствовала, как от напряжения начинает болеть голова.

— Госпожа, — Марта подошла ко мне, — вы молодцом. Все прошло гладко.

— Гладко, — эхом отозвалась я. — Марта, их двенадцать. А мы готовились на шестерых.

— Ничего, — Марта махнула рукой. — Разместим. Уплотнимся. Не впервой.

— А дракон, — добавила я тихо, — он... ему отдельная комната нужна?

Марта усмехнулась:

— Драконы, говорят, в любом сарае устроятся, если захотят. Но этому я постелила в синей гостевой. С видом на сад. Пусть любуется.

Я кивнула и пошла к себе, мечтая только об одном — снять это дурацкое платье, распустить волосы и хотя бы час побыть одной.

Впереди был вечер. Вечер с садом, с гостями и с драконом, который смотрит на меня так, будто видит насквозь.

И от этой мысли почему-то не хотелось убегать. Совсем.