Глава 49

Я замерла, чувствуя, как сердце забилось быстрее. Слова Анталя застали меня врасплох, как будто он застал меня врасплох за чем-то постыдным.

— Я? — переспросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно. — С чего вы взяли?

— Ну кто же ещё? — он пожал плечами, и его взгляд скользнул по мне с лёгкой насмешкой. — Вы же были здесь одна.

— Я не пела! — воскликнула я, чувствуя, как возмущение поднимается во мне. — Я не пела! Я сидела, слушала ваше… э-э… музыкальное выражение чувств и думала…

— Мое что? — переспросил он, приподняв бровь. В его голосе слышалась ирония, но я не могла понять, был ли это вызов или просто шутка.

— Мне сложно назвать это пением! — я попыталась объяснить, стараясь не потерять самообладание. — Как будто кто-то пытается вытащить душу через горло... А она не пролезает. Вот такая у вас большая душа!

— Вы о моём? — с удивлением спросил генерал.

— Нет! О моём! — я тут же осеклась, понимая, что сказала глупость. — То есть... нет! О вашем!

— Могу вас заверить, — Анталь произнёс это с такой спокойной уверенностью, что я почувствовала, как раздражение внутри меня начинает утихать, — я не пел.

— А кто же? — я нахмурилась, не веря его словам.

— Предполагаю, что вы, — он ответил так, будто это было очевидно.

— Я не пела! — повторила я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна отрицания.

— Вы пели, — он произнёс это снова, но на этот раз в его голосе появилась насмешка. — И, если честно, звучало это так, будто котёнка пытают, а его мама-кошка рядом орёт: «Помогите!».

— Да чтобы я пела? — я вскинула бровь, стараясь скрыть своё смущение. — Я вообще петь не люблю. Я знаю, что у меня это дело не сильно получается. И стесняюсь даже самой себя!Он усмехнулся, но ничего не ответил. Вместо этого он просто смотрел на меня, его глаза были полны какого-то скрытого смысла, который я не могла понять. В этот момент я почувствовала, что между нами что-то изменилось. Мы оба знали, что это был не просто спор о пении, но что-то большее. Мы шутили, смеялись.

— Тогда кто же это пел? — заметил Анталь. — Сомневаюсь, что служанка или дворецкий. Я знаю слуг уже не первое десятилетие. И среди них нет таких злодеев.

Он рассмеялся.Глубоко.Тихо.Как будто смеялся впервые за двадцать лет.

— Может, ветер? — спросила я. — Или…