Глава 51

— Да, — прошептала я, чувствуя, как сердце разрывается от счастья. Старый мистер Портланд приехал ко мне. — Отец… Так зови его сюда!

Я почувствовала, как заволновалась, слыша в коридоре знакомые шаги.

Только отец вошел, я бросилась ему на шею, обвила руками и прижалась щекой к его щеке.

— Доченька, — выдохнул он.

— Как ты? Папа? — прошептала я, вдыхая его запах.

Щетина — седая, жёсткая.

Плащ старый, ношенный, но чистый.

Шляпа — слегка помята.

Глаза — светлые, как утром после дождя.

И в них — счастье.

Чистое.

Неловкое.

Как у человека, который вдруг понял: я сделал что-то хорошее. И это — для неё.

Он улыбнулся.Широко.По-детски.С морщинками у глаз, как у старого солдата, который впервые за долгое время вспомнил, каково это — быть нужным.

— Джолин, — прошептал он. — Моя девочка.

Мы обнялись.Не как аристократы, не как родственники на балу.Как те, кто знает: объятия — это не ритуал.Это подтверждение, что ты всё ещё жив.Что тебя всё ещё любят.

— Здравствуйте, мистер Портланд, — произнес Анталь. — Добро пожаловать.

Отец посмотрел на генерала.Не с вызовом.Не с подозрением.Просто — посмотрел.Оценил.Понял.И кивнул.

— Генерал Моравиа, — сказал папа, — я многое слышал о вас.— И я — о вас, — ответил Анталь. — Ваша дочь — удивительная женщина.— Это правда, — улыбнулся отец. — И я рад, что она нашла убежище. Не все готовы открыть дверь женщине, у которой нет возможности оплатить гостеприимство…— …вы хотите сказать про деньги? — закончил за него Анталь. — Я не открываю двери за деньги. Но могу всегда протянуть руку помощи. Ваша дочь заслуживает лучшего, чем оставаться там, откуда она пришла.

Отец кивнул ещё раз.

— Я понимаю. Как отец я должен, наверное, возмутиться. Как так? Моя дочь живет с посторонним мужчиной, не мужем, не братом, даже не родственником. Но это намного лучше, чем оставаться дома с мужем. Поэтому я не осуждаю. Я даже рад, что рядом с ней есть кто-то, кто может ее защитить, - вздохнул отец.

Он просто принял это.

И в этом — вся его любовь.

— У меня чудесная новость, Джолин, — отец повернулся ко мне, его лицо засветилось радостью. — Лавка! Наша лавка приносит доход.

Я моргнула, не веря своим ушам. Сердце заколотилось быстрее, но я не могла поверить. Лавка, которая казалась пустой надеждой, наконец-то ожила.

— Что? — переспросила я, голос дрожал. — Это правда?

Отец улыбнулся, и его глаза засияли. Он достал из кармана несколько золотых монет и протянул мне. В их блеске я увидела отражение своего удивления.

— Первые деньги, — гордо заявил папа. — Первая прибыль. Мы ее дождались!

Я осторожно взяла монеты. Они были тяжёлыми и тёплыми, словно весили больше, чем просто золото. Это были не просто деньги. Это была свобода.

Я вспомнила слова матери про папины долги, и радость немного поутихла.

— Папа, — начала я, чувствуя, как комок в горле мешает говорить. — Ты уверен?